Зора

Солнце жарило немилосердно, а спасительная тень от помоста была ещё слишком далеко. Больше всего на свете Зоре сейчас хотелось пить. А ещё чтобы кто-нибудь уже раскошелился и увёл её отсюда — хуже, чем в этой клетке, точно не будет. Однако, желающих приобрести чумазого подростка с давно немытыми волосами и колючими глазами всё не находилось. Вдруг среди песочных и серых одежд столичных жителей мелькнуло ярко-синее пятно. Зора с любопытством посмотрела в его сторону. Девушка, на вид лет двадцати пяти, из благородных — это видно по осанке и независимому взгляду. Одета странно — будто рубашку сшили со штанами и покрасили в цвет осеннего неба. На голове кожаная шапочка с затемнёнными очками, какие носят моряки, приходящие из северных морей. Очень милое лицо, черты которого немного не дотягивают до правильных из-за вздёрнутого носика. Незнакомка, очевидно почувствовав интерес, посмотрела на Зору и сочувственно подмигнула. А потом, что-то сложив в уме, подошла к клетке и, достав из сумки резную фляжку, протянула невольнице. — Спасибо, мисс! — прошептала Зора и, буквально вырвав пробку, жадно присосалась к источнику влаги. — Эй, торговец! — разнёсся над рядами зычный бас. — Подбери-ка мне десяток парней покрепче! Предыдущие закончились. К помосту, чуть косолапя, приближался грузный человек. Одежда его, когда-то роскошная, теперь немногим отличалась от рубищ невольников. Единственный глаз злобно смотрел из-под кустистой брови, вместо второго в глазнице поблёскивал стеклянный протез. Аромат, исходящий от этого неряхи, способен был возмутить даже совершенно не брезгливого горного тролля, окажись тот рядом. Однако, к удивлению Зоры, торговец не прогнал столь отвратительного персонажа, наоборот — приветливо осклабился и мелко закивал. — Конечно, господин Джим! Сию минуту будет исполнено! Одноглазый, отдуваясь, облокотился на клетку и, заметив сидящую в ней юную невольницу, лениво добавил: — И вот эту на сдачу. Давненько не развлекался с молоденькими цыпочками! Зора оцепенела. Совсем не это она имела в виду, обращаясь к небесам минутами раньше! Да лучше уж до скончания дней просидеть в постылой клетке, чем развлекать подобное чудовище! — Эта рабыня не продается, Джим! — девушка в синем, о которой Зора и думать забыла, всё ещё стояла рядом. — Её привезли специально для меня! — Это что за каракатица мне тут перечить… — толстяк не договорил, запнувшись на полуслове. И тон его из хамского тут же превратился в заискивающий. — А, мисс Ксенья! Прошу меня извинить, не признал сразу! Конечно, раз ваша — я не претендую! Зора смотрела на эту сцену, широко раскрыв глаза от изумления. Кто же такая эта Ксенья, раз одно её имя способно утихомирить невоспитанного буяна? Торговец тем временем торопливо выстроил в две шеренги предназначенных Джиму рабов и тот, скрипя зубами от злобы и унижения, пинками погнал бедолаг куда-то в сторону порта. А Ксенья, отсчитав положенное количество монет — втрое большее, чем изначально стоила рабыня Зориного типа — велела открыть клетку и снять с невольницы верёвку. Та, оказавшись на свободе, с наслаждением потянулась и принялась разминать затёкшие запястья. — Идём со мной! — Ксенья протянула руку. — И не пытайся смыться. Во-первых, я совсем не страшная, а во-вторых, жители этого чудесного города очень любят развлекаться, гоняясь за беглыми рабами. Тебя всё равно вернут, но не факт, что целой. А оно надо? Подумав пару секунд, Зора решила, что пока можно и вправду остаться. Сбежать всегда успеется. И, доверчиво вцепившись в ладонь своей новой хозяйки, последовала за той к выходу с рынка.