Blue Eyes Tell

Те же красные губы, те же голубые глаза. Та же белая футболка, пара новых татуировок, Но это не ты, да и это не я. На вкус так сладко, выглядит так реалистично, Всё словно то, что я обычно и чувствовал, Но я не могу прикоснуться к тому, что вижу. Мы не те, кем были раньше, Мы не те, кем были раньше, Вместо нас лишь два призрака, Пытающихся вспомнить, каково это, когда твоё сердце бьётся. (Слова песни Harry Styles — Two Ghosts) Обеспокоенно жуя собственные губы, Чимин отвернулся к автомобильному окну, игнорируя поступающие звонки, пока Наму вдавливал педаль газа со всей силы, колеся по ночным улицам Токио. Пак был уверен, что Тэцу — тот человек, который никогда не любил и эта ваша «любовь» ему нахер не сдалась. Не было ни тени сомнения, что Кимура — уверенный в себе, сильный человек, который был сам для себя целой вселенной и любил в основном себя в хорошем смысле этого выражения. Каково было удивление Пака, когда он услышал слова Наму об их совместном прошлом, как гадко было ему смотреть на Намджуна, смаковавшего каждое слово о причиненной когда-то боли Тэцу… лучшему другу Чимина… его лучшему другу. Ведь Кимура был единственный кто протянул ему руку помощи, когда другие сторонились его. Тэцу оказался сломленным внутри бойцом, который когда-то верил в любовь, но ловко обманывал окружающих своей неприступностью. Чимин понимал, что пока Тэ сам ему не расскажет обо всем, Пак и слова не вытянет из одноклассника. До Чимина только сейчас дошло, что ранее казавшаяся ему любовная зависть Тэцу, который был против отношений Пака с якудзой, оказалась всего лишь искренней заботой о своем друге. «Поздравляю, Пак Чимин, главная награда идиота месяца достается тебе!» От всех этих мыслей и бешеной скорости Чимина начинало подташнивать… Сама ситуация была сплошной тошниловкой. Чимину было противно находится с Наму в одной машине, несмотря на то, что совсем недавно он сам приперся к Наму и предложил ему встречаться… На эмоциях… Какой же придурок… Чимин резко схватился за голову, перед глазами которого неожиданно всплыло лицо целующего его Чонгука и прижимающего к себе. Тряхнув головой, наваждение исчезло, кроме чувства легкого касания на своих губах. Парню казалось, будто он потихоньку начинает сходить с ума. Откинувшись на спинку сиденья автомобиля и прикрыв глаза, Чимин изможденно застонал: — Наму, сбавь скорость… Смерив его недовольным взглядом, Наму потихоньку начал сбрасывать скорость. — А я уж думал ты так и не соизволишь произнести хоть что-то до конца поездки, будто воды в рот набрал. — цепляясь крепко за руль, играя желваками, процедил Наму. — Куда мы едем? — только сейчас Пак додумался задать очевидный вопрос. — Ко мне домой, конечно! Что за вопрос. — ядовито улыбнулся Наму, играя бровями. — Я не хожу к незнакомым мужикам домой. — фыркнул Чимин, отвернувшись обратно к окну. Наму снова начал набирать скорость, выбешивая Чимина. — Намджун! — Ты что-то сказал, синеглазка? — откинувшись на спинку сиденья и ведя одной рукой, Ким блаженно уставился на Чимина. — Смотри на дорогу, придурок! — закричал Чимин, но Наму ловко вывернул автомобиль, ускорившись и обогнав пару тачек. — Ты себя сегодня плохо вёл… Мой детка получит наказание. — Я не сплю на втором свидании. И на третьем тоже. — парировал Чимин, уязвленно посмотрев на Наму. — Тем более, ты повёл себя с моим лучшим другом как гребанный мудила! — Рот свой закрыл быстро. — закипал Наму, по-прежнему держа руль одной рукой. — Ты свалил от меня и даже не предупредил. Мы же теперь вместе, балерина. Так не поступают. — качал головой Наму, свободной рукой поглаживая Чимина по пухлой щечке. — Руку свою убрал! — дернулся Чимин, пытаясь отсесть подальше, но двигаться было некуда. Чувство безысходности обнимало Пака и не желало выпускать, заставляя Чимина жалеть о необдуманном поступке — отношениях с Наму. — Ты весь вечер тусил с Джином, мне стало скучно. — собравшись с духом, прозвенел Чимин, остервенело посмотрев в его потемневшие от злобы глаза. — Ты совсем не принимал мои ласки, детка. А я парень горячий, как ты знаешь. Поэтому просто ушел выжрать пару стаканов виски с Джином. А тебя и след простыл. — обыденно проговорил Наму. — Не делай так больше. — Наму резко схватил Пака за волосы, притянув к себе и жадно засасывая его сочные, пухлые губы, поглядывая на дорогу и снижая скорость. Внезапность Намджуна заставила Чима глухо застонать, отчего старший сильнее вжал в себя Чимина, давя на затылок, заставив поперхнуться наглым языком Наму. — Отвези меня домой. — простонал Чимин, почувствовав себя изнасилованным жестоким языком Кима. Обида за Тэцу все еще обжигала глотку парня, желавшего высказать все, что он думает и разорвать к черту эти глупые отношения. — Как скажешь… — будничным тоном пропел Наму, развернувшись и прижав к себе Чимина. — Можешь положить мне голову на плечо и вздремнуть. Весьма неожиданно со стороны Наму. Все это казалось Чимину очень странным. Будто затишье перед надвигающейся бурей. Промелькнула мысль, что это довольно-таки мило со стороны старшего, но мышцы Чимина были настолько скованны, что мешали ему расслабиться и спокойно уснуть на плече Кима. Ведь кто знает, что может выкинуть Наму в очередной раз. Чимин понимал лишь одно — он сам загнал себя в эту ловушку. Телефон перестал вибрировать. Чонгук наконец-то успокоился. Он обязательно ему перезвонит, когда выйдет из машины. Чонгук-и… Не сейчас… Но все же… Что это за смутные видения? Галлюцинации?

***

Получив сообщение в Line от Юнги, о том, что с Тэцу все в порядке, Чонгук расхаживал по комнате, игнорируя звонки Мизуки, пытаясь прозвониться Чимину. Легкая дурнота прошибала Чонгука от необъяснимых переживаний за Чимина, которого увез якудза. Сердце неприятно давило, заставляя прокручивать в голове ужасные картины избитого или изнасилованного Чимина. Ожидать от Наму можно было все, что угодно. Гудки противно вторгались в уши Чонгука, в итоге сбрасывая звонок. Чонгук яростно сжимал кулаки, пытаясь контролировать свои эмоции, но как же хотелось швырнуть этот проклятый телефон в стену и заорать. Чонгу-а найдет Кима, прижмет к стене и вырвет кадык, если хоть волосок упадет с головы Чимина. Тяжело плюхнувшись на кровать, Чон перестал названивать Паку и уставился в окно. Телефон звонил… Мизуки… Но отвечать не хотелось… Не сегодня… Угнетающие мысли выбили из сил раздраженного Чонгука, заставив уснуть… А телефон всё звонил… — Какая же надоедливая эта Мизуки… — шептал сквозь сон Чон, но даже не подозревал, что это был расстроенный Чимин, стоявший у окна своей комнаты, по щекам которого растекались неудержимые слезы. Из-за Тэцу… Из-за себя… Чимин завидовал Кимуре лишь по одной причине. Что того вышвырнули из этой клетки и теперь Тэцу на свободе… Его место занял Пак. Как теперь из нее выбраться? А хуй его знает… Ласковый голос Чонгука… Как хочется его услышать… Наслаждаться им… Лучшего антидепрессанта и не придумаешь.

***

Месяц спустя. Жаркие дни августа сменялись прохладными ночами, все больше ускоряясь, приближая лето к своему концу. Долгожданные каникулы сходили на нет, и вот-вот должен был начаться второй семестр обучения в школе. Круглосуточные тусовки не имели конца и края. Двери дома Хосока вечно были открыты, и ребята с удовольствием пользовались бесконечным гостеприимством третьеклассника. Джин приводил все больше и больше будущих потенциальных звезд порнухи с младших классов старшей школы, искусно влюбляя в себя. Намджун же безуспешно пытался развести Чимина на секс, тот упорно сопротивлялся, ссылаясь на то, что проверяет истинные чувства Намджуна на прочность. Легкий петтинг — максимум, что мог позволить себе Чимин с Наму, ловко обрывая нарастающее возбуждение Кима. Но к великому удивлению Чимина, Наму не предпринимал никаких попыток применить физическую силу и упорно добивался согласия Пака на плотские утехи. Иногда и сам Чимин под влиянием высокого градуса лез к Наму в штаны, но кроме прикосновений дальше никогда не заходил, чем весьма расстраивал Наму, который даже периодически делал минеты ожидая ответное взятие в рот от Чимина, но…нет. Чимин стойко хранил себя… А для кого, собственно, он себя хранил? Тот и сам не понимал для кого, но отдавать свой зад на растерзание Наму не собирался… Ну может быть когда-то в ближайшем или далеком будущем… Неизвестно. К всеобщему удивлению ребят, Мизуки отлично влилась в близкое окружение Чонгука и часто приходила в гости к Юнги вместе с Тэцу и Чимином. Она оказалась довольно интересной девчонкой, и Чимин в итоге смирился с неприятным чувством ревности в груди и даже иногда видел в ней свою родственную душу. В свою очередь, Мизуки обожала Чимина и называла его своим потерянным братом, отчего Тэцу с Юнги хотелось блевать… В шутку, естественно… Чонгуку нравилась Мизуки и он был очень рад, что в итоге Чимин с Мизу начали так тесно общаться, будто одно целое. Он нисколечко не ревновал… Если только Чимина к Мизуки… Чимина? Да бред какой-то… Он же должен ревновать Мизуки, но никак не друга… С какого хрена? Отмахивался Чонгук… Но почему ему так хотелось все больше и больше завладевать вниманием Чимина к себе… Почему… Просто он его близкий друг… Это нормально…. Сам себя успокаивал Чон… Ревность… Она случается…иногда…редко…часто… Ах, почему они так сладко воркуют друг с другом? — Не унимался Чон, но в итоге сохранял самообладание и переставал об этом думать, периодически залипая на губах Мизу… Нет… Чимина… Боже… Очень часто Чонгуку приходилось выходить подышать и так влажным жарким августовским воздухом на балкон, скрывая свою глупую ревность и непонятные наваждения по отношению к Чимину. Сзади кто-то предсказуемо набросился на широкую спину Чона и как же хотелось ему, чтобы это был Чимин, но нет… Это была обнимающая Мизуки, пахнувшая привычным блюдом Юнги — блинчиками с яблоками и корицей, которые она так любила… Тэцухико по-прежнему цапался с Юнги по разным пустякам, находясь в компании друзей… Он так и не удосужился объяснить всё Чимину по поводу прошлых отношений с Наму, просто всегда повторял, если что случится с Паком, Намджуну несдобровать. Все чаще Тэцу куда-то срывался после занятий, ссылаясь на очень важные дела, оставляя Чимина теряться в догадках, куда же может Кимура так спешить, он случаем не влюбился? Не? Чонгук также в полном недоумении наблюдал за переменами в поведении Тэхена, обычно размеренно выходящим из школы вместе с ними, теперь куда-то сбегающим, будто на свиданки. Юнги, в свою очередь, всё чаще задерживался в университете, ссылаясь на очередной «проект». А этим «проектом» всегда оказывался Кимура в зеркальной комнате лав отеля, готовый на различные увлекательные игрища с хёном. Конечно, иногда Тэцу звонил Мину сам и предлагал сходить на какое-нибудь интересное кино, тем более, как удачно оказалось, они оба были фанаты Marvel и DC. Неудивительно, что такие походы в кино часто заканчивались либо минетом, либо обоюдным мастурбированием друг другу. Ну, а что? Зря в кино что ли пошли… Время должно быть потрачено с пользой. В остальное же время они собачились, точно враги, лишь бы их не спалили… «Случайно» могли друг друга пнуть под столом… Больно ущипнуть… На возгласы Мизуки, что из них бы вышла отличная пара, парни начинали перекрикивать друг друга, что никогда в жизни, даже если никто не останется на земле кроме них, они не будут встречаться… Чимин с Чонгуком лишь посмеивались, называя их дебильной парочкой из ситкомов, получая за это выговор от Юнги, который обещал перестать им готовить, и вечное обещание от Кимуры придушить их. У Мина дома всегда царила доброжелательная обстановка и всегда было весело, пока Чимин не получал сообщение от Наму о том, что тот приехал за ним, а приезжал он за Чимином всегда, нарушая дружескую идиллию и заставляя Чонгука с Тэхеном обеспокоенно переглядываться…

***

Последнее воскресенье августа выдалось, к счастью для многих уставших от жары, весьма прохладным. Чонгуку вдруг захотелось выбраться в пришкольный парк, поэтому он пригласил Мизуки прогуляться, а сам пришел за час до назначенного времени, чтобы побыть с самим собой и поразмышлять над тревожащим его каждую ночь сном, который не дает ему нормально спать, заставляя просыпаться в холодном поту. И тут он видит знакомую темную макушку с зачесанными назад волосами в белой футболке, поверх которой накинута тонкая кожанка и синих джинсовых шортах так сексуально обтягивающих накачанный от танцев зад, заставив Чонгука засмотреться… Пак Чимин… — Эй, Чимин-и! — закричал Чонгук, шагая навстречу растерянному парню, который совсем не ожидал увидеть здесь друга, одетого в черный лонгслив, выгодно подчеркивающий крепкие руки Чона и черные шорты. Чимин неторопливо двинулся вперед, остановившись перед своим другом, который улыбался от такой неожиданно приятной встречи. Но что-то сам Чимин не был особо рад, оглядываясь по сторонам, обнимая Чонгука в ответ. — Что-то случилось? Тебя что-то тревожит? — с беспокойством в голосе спросил Чонгук, приглашая Чимина пройтись, пока есть время перед приходом Мизуки… Мысли в голове Чимина постоянно путались, а появившиеся тревоги терзали грудь, не давая произнести ни слова. Синяки под глазами Пака сигнализировали о его бессонных ночах, за счет чего в голове Чонгука рождались все новые и новые вопросы, которые он тактично пытался не задавать. — На самом деле… — разбив неловкую тишину, начал Чонгук. — Я хотел тебе кое-что рассказать. Чимин устало перевел взгляд со своих ботинок на Чонгука, в ожидании, что же такого сейчас может рассказать его друг. — Чимин-и… Я порой усиленно пытаюсь вспомнить очень важный фрагмент из моей жизни и у меня резко начинает болеть голова. Но такое чувство, что у меня вырвали определенный момент из моей памяти. Кажется, что вот-вот и я его вспомню, но он продолжает неумолимо ускользать от меня. Последнюю неделю мне снится очень странный сон, где я упорно пытаюсь догнать парня, который постоянно от меня убегает, а потом тормозит и резко разворачивается. Я вижу его лицо, я тянусь к нему, но он в итоге исчезает. Я просыпаюсь и не могу вспомнить его лицо, как бы ни пытался. Этот сон. Мне кажется, он связан с попытками извлечь из моей головы тот отрывок моей забытой жизни. — Чонгук грустно выдохнул, вглядываясь в округлившиеся, словно от испуга, синие глаза Чимина. Пак резко остановился, развернув к себе Чонгука и внимательно наблюдая за лицом Чона. — Чонгук, ты плачешь? — Что? Я? Нет, Чимин-и… — наблюдая за ошарашенным Чимином, Чон никак не мог понять, что происходит. — Гуки, но у тебя текут слезы… — А? Да? Я и не заметил, — удивленно захлопал глазами Чонгук и уставился на подошедшего к нему вплотную Чимина, нежно вытирающего его слезы большим пальцем, едва поглаживая щеку ладонью. — Чонгук-и, мы обязательно найдем того, кто сможет вернуть тебе отрывок памяти… и мне. Гуки, я не говорил тебе. Я чувствую тоже самое, и мне снится сон, немного другой… Мне снится, что я гуляю вдоль озера…со мной парень…но…но у него нет лица. Я начинаю кричать от ужаса и просыпаюсь. А еще когда я с тобой… у меня дико начинает болеть голова и стрелять в висках. — Могли ли мы быть когда-нибудь знакомы в прошлом? — Чонгук на минуту задумался, подняв голову и взглянув на ярко-голубое небо. Чимин потерянными глазами смотрел на Чонгука, удрученно вздыхая: — Не знаю, Гуки, не знаю. Но нам нужен один врач. — Я просто схожу с ума, но, когда ты рядом, мне легче переносить эту появляющуюся боль и это ощущение потери. — Чонгук с благодарностью посмотрел на друга, как на лекарство от головы, бережно сжимая его руку, переплетая пальцы, по-прежнему прогуливаясь по парку, вдыхая прохладный воздух. Пальцы Чимина вздрагивают, Пак совсем не ожидал от парня подобных действий, с подозрением поглядывая на их сцепленные руки. — Чимин-и, твои глаза… — остановился Чонгук, пронзая Чимина болезненным взглядом, от чего сердце Пака сжалось, перекрывая кислород, останавливая кровь в венах. Чонгук залюбовался неземной красотой чиминовых глаз и внезапно потянулся поцеловать их. Чимин невольно отодвинулся, опустив взгляд на землю, прошептав: — Чонгук-и, твоя Мизуки тебя уже заждалась, ты говорил, что у вас встреча… — Ах, да, я и забыл, Чимин-и… — виновато произнес Чонгук, зачесывая свои растрепанные волосы назад. — Ну тогда до встречи, Гуки-сан. — приблизившись вновь, Чимин с сожалением посмотрел на слегка потрескавшиеся губы Чонгука. Чонгук замер от волнующей близости и слегка прикрыл глаза. — Купи себе бальзам для губ, а то они слишком обветрились… — и провел большим пальцем по нижней губе Чона. — Или больше целуйся с Мизу. Хорошего дня! — бросил Чим и оставил замершего Чонгука одного в раздумьях. Голова давно уже не болела, но неприятное чувство пустоты и отсутствия недостающей частички отозвалось в сердце. К Мизуки идти не хотелось, но Чонгук ведь сам позвал ее на прогулку. Ему казалось, что он влюблен в Мизуки… Но… Сегодня он бы остался с Чимином. «Ты же любишь девочек!» — голос врача из психиатрической клиники долбил по вискам. «Только девочек!» «Чимин просто мой близкий друг» — нервно подумал Гук. «Но признайся, ты бы хотел его поцеловать…» — все происходящее в голове опять напоминало ему о каждодневных мучительных беседах с психиатром и этих таблетках, от которых его рвало по ночам. «Поцелуи только с Мизуки!» — твердил врач с банкой таблеток в руках. — Только с Мизуки… — вторил голосу в голове Чонгук, со страхом закрывая дрожащими руками лицо, лишь бы снова не оказаться запертым в больнице.