Каждой Твари по Паре

Люди наводнили главный банкетный зал так же быстро, как мелкая рыбёшка выплывает на поверхность при виде хлебных крошек. Разодетая и напыщенная верхушка Готэма была рада увидеть друг друга, похвастаться новыми достижениями и украшениями. Неторопливая, расслабляющая джазовая музыка создавала непринуждённую атмосферу. Но в тот момент, когда в зал вошёл высокий темноволосый мужчина в идеальном, черном фраке, весь зал застыл, переключив всё внимание на новоприбывшего. «Вот и он. Главная звезда всех наших вечеров.» — Раздался дружелюбный голос из толпы. Мужчина с густой шевелюрой седых волос и аккуратной тёмной бородой подошёл прямо к гостью,протягивая ему руку. «Рад тебя видеть, Николас.» — Отозвался новоприбывший, с радостью пожимая протянутую руку. «Брюс, спасибо, что ответил на моё приглашение. Я это очень ценю.» — Благодарно улыбнулся седовласый мужчина с глубокими синими глазами. «Я всегда готов поддержать все твои начинания, мой друг.» — Ответил Брюс, быстро оглядев зал. Гости всё ещё с любопытством и завистью рассматривали его, как диковинную драгоценность. «Одно твоё присутствие, Брюс, поможет моему благотворительному аукциону. Эти самолюбивые богачи будут перебивать твою цену, только чтобы хоть на миг приблизиться к твоему уровню.» — Тихо протянул Николас, встав бок о бок с Уэйном. «И я постараюсь завышать цену, чтобы они как следует попотели.» — Продолжил мысль Брюс, прищурившись. за 2 часа до этого «Мистер Уэйн, я не думал, что Вы решите посетить этот званный вечер.» — Альфред стоял с пятью галстуками разных цветов, накинутыми на руку. «Николас делает доброе дело. Почему я должен отсиживаться, если могу помочь собрать больше денег на постройку нового детского приюта?» — Ответил кареглазый мужчина, задумчиво рассматривая галстуки. «Мне кажется, Вы идёте на эту встречу, чтобы контролировать всё изнутри, на тот случай, если появится Джокер.» — Мудрые глаза дворецкого внимательно следили за непроницаемым выражением лица подопечного. «И это тоже, Альфред. Нельзя не дооценивать своих врагов. Особенно, таких как он.» — Сказал Брюс, выбрав синий галстук с фиолетовым отливом. «Мистер Уэйн, вы там будите главным событием. Этакой белой вороной в павлиньих перьях.» — Начал завязывать галстук дворецкий, иронично вскинув брови. «Я знаю. Быть Брюсом Уэйном не легко, Альфред.» — С лёгкой ухмылкой ответил темноволосый мужчина, благодарно кивнув своему самому родному человеку. Повернувшись к зеркалу, Брюс посмотрел на своё идеальное отражение. По его благородному, мужественному лицу проскользнула тень тоски. «Быть Бэтменом легче.» — Отозвался Альфред, накинув на плечи своего воспитанника пиджак.

***

«Я уже проснулась, придурки! Дайте поесть! Живот болит! И ещё принесите безалкогольный мохито!» — Противный писклявый голосок разносился по коридору из самой дальней палаты. «Эй, засранцы! Я знаю, Вы слышите меня! Принесите мне еды! Я подыхаю здесь!» — После нескольких секунд тишины крики возобновились. Раздался глухой стук каблуков. Тусклый свет в коридоре резал глаза доктору Мартинес, но женщина шла уверенно и быстро, сопровождаемая тремя крепкими санитарами. «Ну, наконец-то! Несите жалобную книгу. У меня много претензий к сервису!» —Радостно запищала Харли, услышав лязганье замка. «Развяжите пациентку.» — Сказала смуглая женщина и включила свет. «Сильвия! Я знала, что ты не бросишь свою новую лучшую подружку!» — Заулыбалась Харли, громко поприветствовав доктора Мартинес, как можно фамильярнее. Девушка лихорадочно заморгала, пытаясь привыкнуть к свету. Пока санитары осторожно освобождали пациентку, та напевала какую-то только ей известную песню, с интересом разглядывая лица мужчин. «Новенькие. Такие симпатичные! Особенно, ты…курносенький. Как тебя зовут?» — Перейдя на кокетливый шёпот, Харли подмигнула самому молодому из санитаров. Парень тут же покраснел то ли от смущения, то ли от страха. «Ох, скромняжка какой! Сильвия, ты каких предпочитаешь? Наглых или вот таких слюнтяев?» — В звонком, но хриплом голосе были заметны оттенки злобы и отвращения. «Принесите обед. Я проведу терапию здесь.» — Спокойно отозвалась доктор Мартинес, засунув руки в карманы белого халата. Один из санитаров бросил на кареглазую женщину удручённый взгляд, завязывая смирительную рубашку на вертлявой пациентке. «Ура!!! Ням-ням!» — Взвизгнула Харли, попытавшись подпрыгнуть, но тут же осеклась, почувствовав локоть самого крупного санитара, вдавливающийся в её живот. «Эй, полегче, парниша! Я сейчас не в настроении.» — Просипела пациентка, яростно сверкнув голубыми глазами. «Достаточно.» — Сказала доктор Мартинес, ставя стул напротив кровати. Санитары вышли из палаты, но дверь оставили открытой. «Сильвия, ты мне нравишься. Честно. В тебе что-то есть.» — Мягко пролепетала пациентка, по-детски поджав под себя ноги. Её сухие бледные губы иронично искривились. «Вы мне тоже нравитесь, Харлин.» — Искренне ответила доктор Мартинес без тени иронии. Большие голубые глаза сузились, губы нервно поджались. «Не надо этих сладких речей, Сильвия. Лучше скажи, как там сероглазик? Ну, или на худой конец Эдгар?» — Злорадно оскалилась пациентка. «Марк в больнице, Харлин. Врачи пытаются восстановить ему ухо. Мой бывший муж давно уехал из города.» — Не уходя от вопросов, ответила кареглазая женщина. Пациентка явно не ожидала такого открытого диалога. Её худое измождённое лицо вытянулось от удивления. Именно в этот момент вошёл санитар с подносом. «Спасибо.» — Благодарно кивнула доктор Мартинес, положив себе на колени поднос. «Всё таки мне понадобиться жалобная книга. Сервис отвратительный!» — Возмутилась Харли, ёрзая на кровати в смирительной рубашке. Облизнув сухие, потрескавшиеся губы, пациентка уставилась на тарелку с рисом и котлетой. Сильвия придвинула стул, внимательно наблюдая за реакцией бывшего психиатра. «О, как это мило!» — Воскликнула Харли, наклонившись как можно ближе, чтобы вдохнуть аромат горячей еды. «Мясо! Как же я люблю мясо! Хотя в этих аркхемских котлетах его нет.» — Прикрыв глаза, сморщилась девушка. Доктор Мартинес отрезала кусок, насадила на вилку и поднесла к бледным губам пациентки. Та приоткрыла глаза, не доверчиво взглянув в смуглое красивое лицо женщины. Пара секунд показались вечностью. Сильвия пыталась ничем не выдавать волнение. Один рывок вперёд и пациентка могла её укусить. Впиться ей в лицо, как голодный зверь. К сожалению, доктор уже видела, на сколько остры зубы Харли. Странный блеск в голубых глазах словно предостерегал, но доктор Мартинес пошла против правил, осознанно нарушив безопасную дистанцию. С почти кошачьим урчанием Харли медленно открыла рот. Голубые глаза смеялись, провоцируя и пугая. Сильвия с опаской наблюдала, как кусок котлеты медленно исчезает, и довольное чавканье наполняет палату. «С голодухи и такая какашка пойдёт на ура.» — Тихо прокомментировала девушка, проглотив кусок. Доктор Мартинес с облегчением выдохнула, продолжив кормить свою пациентку. Умные карие глаза то и дело скользили по сухим длинным светлым волосам Харли, останавливаясь на тёмных корнях, отливающих медью. «Пить.» — Пискнула девушка, посмотрев на стакан с компотом. Сильвия поднесла прозрачную трубочку к губам пациентки. «Чувствую себя настоящей принцессой.» — Звонко хихикнула Харли, лукаво ухмыльнувшись. Доктор Мартинес лишь кивнула головой. Девушка прикрыла глаза от удовольствия. Её громкие глотки разносились по палате. «А можно я найму тебя, Сильвия? Буду щедро платить за услуги!» — Ехидно пропела Харли, в такт покачав головой. «Откуда возьмутся деньги?» — Совершенно серьёзно спросила доктор Мартинес. «Ах, дорогуша! Я много чего могу достать, даже находясь здесь. У меня прирождённый талант выживать.» — Улыбнулась пациентка, гордо вздёрнув подбородок. «С самого детства?» — Голос Сильвии был насквозь пропитан теплотой. Харли медленно вдохнула через нос, раздувая ноздри. Голубые глаза блеснули. «Начинаем терапию, Сильвия. А я думала, ты просто хочешь быть моим другом.» — Разочарованно протянула пациентка, скривившись будто от вони. «Я хочу помочь Вам, найти себя, Харлин. Нужно выбираться из этого мрака.» — Ободряюще ответила доктор Мартинес, отложив поднос. «Мрака? Ну, ты сказанула! По-моему ты что-то спутала, Сили.» — Голубые глаза потемнели от злости. «Кто эта девочка?» — Быстро вытащив из кармана фотографию, доктор показала её пациентке. Харли уставилась на картинку, словно видела её впервые. Взгляд лихорадочно скользнул по изображению. «Эта маленькая девочка кажется счастливой.» — Мягко и тихо продолжила смуглая женщина, поднеся фото ещё ближе. «Этой маленькой девочке не существует, Сильвия. Она испарилась в воздухе. Её стёрли ластиком, перерисовав.» — Так же тихо ответила Харли, нервно дёрнув головой. «Кто это сделал с ней?» — Спросила доктор Мартинес, внимательно вглядываясь в худое изнурённое лицо девушки. «Одна из миллиарда женщин, решивших не сделать аборт.» — Красивые бледные губы искривились в болезненной усмешке. «Она заботилась об этой маленькой девочке.» — Монотонно продолжила Сильвия, видя, как тускнеет взгляд пациентки. Воспоминания начали заполнять её сознание. «Она обожала наряжать её, как куклу. Замазывать веснушки, отбеливать её волосы. Учить ходить от бедра и заигрывать с мужчинами.» — Перечислила Харли, неотрывно смотря на фото, на котором рыжая конопатая девочка радостно улыбалась, держа в руке розовый воздушный шарик. Доктор Мартинес ощутила ледяные мурашки на своей коже. «Эта девочка убежала. Начала новую жизнь.» — Как можно спокойнее сказала Сильвия, пытаясь не показывать свои эмоции. «Да. Но слишком поздно. Эта женщина успела выжечь лазером её веснушки. Грязные точки, портящие её товарный вид.» — Процедила сквозь зубы Харли, закатив глаза к потолку. «Что стало с этой девочкой? Кто она сейчас?» — Голос доктора Мартинес едва заметно дрогнул. Губы пациентки медленно растянулись в широкую, хищную улыбку. «Сейчас она борец с отрыжкой после отвратительного, кислого компота и старой, тухлой котлеты. И ещё в добавок играет в поддавки с очень любопытной тёткой, которая даже не в силах удержать стручок своего мужа.» — Злобно прошипела девушка, выпучившись на Сильвию, словно готовясь броситься на неё. Доктор Мартинес нахмурилась, но не шелохнулась, по прежнему держа фотографию перед глазами пациентки. «Кем ты себя возомнила, Сили?! Великим психиатром?! Думаешь, ты всё поняла? Раскусила меня?! Нет!» — Разъярённый крик разнёсся по Аркхему. Санитары появились на пороге, готовые вмешаться. «Ты полная дура, если думаешь, что у тебя получиться меня сломать!» — Выпалила Харли и со всей злостью плюнула прямо на фотографию. Доктор Мартинес медленно выдохнула, повернув к себе испачканное изображение. «Пошла вон отсюда!» — Истерический визг пациентки заставил одного из санитаров вздрогнуть. «Харлин, я понимаю.» — Спокойно отозвалась Сильвия, поднявшись со стула. «Ни черта ты не понимаешь! Мне твоя жалость не нужна! Я нашла себя здесь! Я вырвалась из мрака, а ты пытаешься меня туда вернуть!» — Боль в голосе девушке была настолько очевидна, что доктор Мартинес машинально дёрнулась вперёд, словно в порыве утешить её. Но как только Харли заметила это, её губы растянулись, оголяя ровные белые зубы. «Ну, давай, Сили. Подойди и обними меня…может быть останешься с обоими ушами, а может и нет!» — Захихикала пациентка, играя бровями. «Доктор?» — Самый старший из санитаров вошёл в палату. «Лапуля, уведи тётю! Пусть отдохнёт, попьёт чай с пироженками! А сам возвращайся. Повеселимся.» — Переведя взгляд на мужчину, Харли похотливо заёрзала на кровати. Сильвия бережно вытерла фотографию о свой белый халат и положила её в карман. Взяв в руки поднос, женщина пошла к выходу. «Сили, передавай моей мамуле горячие приветы! Я по ней так скучаю. Пусть навестит свою малышку хоть раз.» — Плаксиво протянула Харли, с удовольствием замечая, как женщина на мгновение замерла перед тем, как выйти из палаты. Доктор Мартинес быстро двинулась вдоль коридора под задорный девичий смех,переходящий в истерические повизгивания. И на что эта дура рассчитывала? Что я расплачусь на её плече, жалуясь на свою жизнь? Ха-ха-ха! И ещё раз ХА! Новые санитары слишком крепко завязали эту чёртову смирительную рубашку. Фу! Ещё от неё воняет гнилью. До сих пор не обновили ни постельные, ни кухонные принадлежности. А я ведь писала! Но в этом проклятом месте всем на всё плевать. Джей, как же мне скучно без тебя… 4 года назад Я стояла перед зеркалом, изучая своё отражение. На меня смотрела стройная блондинка в строгом черном платье. Я должна была выглядеть как можно серьёзнее и умнее. Звонок из больницы привёл меня в какое-то непонятное возбуждение. Мой пациент очнулся, а это означало, что я смогу провести с ним ознакомительную терапию. Первую в своей грёбаной жизни! Настоящий псих. Преступник. Знаменитость. И я — недоучка, троечница, получившая диплом за навыки в соблазнительном прогибе и искусстве правдоподобных сладострастных стонов. Эдгару было невдомёк, насколько неумелым любовником он был. Я прекрасно поддерживала его репутацию бабника. Признаюсь, мне было приятно осознавать, что пока у нас с ним был «роман», его не интересовали другие студентки. Я хорошо знала своё дело. Мамуля Вив научила меня быть покладистой, как кошка, наивно приоткрывать ротик и кивать на всё, что говорит нужный мне мужчина. Чем глупее я казалась, тем быстрее получала то, что хотела. «Мужчины обожают ощущать своё превосходство и власть. Будь маленькой, хрупкой девочкой, которую необходимо защищать и наставлять.» — Звенел голос матери в моей голове. Дело в том, что я и была маленькой девочкой, когда она мне всё это говорила. Наверное, ей казалось, что такие основы основ я должна была знать с пелёнок. Так ладно. Я опять сошла с курса! Так вот я стояла у зеркала и никак не могла решить, как заколоть свои волосы. То ли поднять наверх, то ли просто убрать в хвост. Я не могла выглядеть, как самозванка. Я не могла позволить никому усомниться в моей компетентности. Я провела два часа, пробуя разные причёски, макияж, одежду. Мне так хотелось произвести на пациента впечатление. И вот остановившись на коричневом брючном костюме, я собрала волосы в высокий пучок и надела очки. Я совсем немножко подкрасила ресницы и губы. Ничего вульгарного и вычурного. «Это новенькая… А она ничего.» — Услышала я, проходя мимо горстки санитаров. Гордо вскинув подбородок, я нахмурилась, как можно сильнее, чтобы создать вид делового и опытного доктора. Я старалась не сильно вилять бёдрами, но эта вредная,а иногда и полезная привычка была встроена в мою ДНК. «Доктор Квинзель.» — Сурово поздоровалась старшая медсестра Люсинда. Её большие глаза на выкате пугали меня больше, чем обваливающийся, серый потолок Аркхема. «Как мой пациент себя чувствует?» — Спросила я, неспеша двигаясь по коридору. Люсинда фыркнула, ехидно оглядев меня с ног до головы. Я покрепче прижала к груди папку, стараясь не показывать закипающую во мне ярость. Эта завистливая старая грымза уже меня взбесила! «Первую терапию лучше не растягивать.» — Буркнула медсестра, открывая железную дверь. Многозначительно проигнорировав её, я решительно вошла внутрь. Дверь за мной громко захлопнулась. В голове сразу же всплыли предостережения директрисы Таунсенд. «Не говорите много, но и не молчите. Давайте пациенту достаточно время на раздумия, но и не отдавайте ему контроль над диалогом. Не смотрите ему в глаза. Это сбивало с толку всех предыдущих психиатров. Ведите себя, как можно спокойнее и сдержаннее. Не показывайте свой страх.» И кучу других указаний, противоречащих друг другу. Как я могу не смотреть в глаза пациенту и при этом не показывать страх?! Это же первое, что делает испуганный человек. Он отводит взгляд. Вообщем я была в полном замешательстве и решила довериться своим инстинктам. Да, это не профессионально и опрометчиво, но это лучше, чем безропотно следовать дурацким предостережениям, которые выставят меня полной идиоткой перед пациентом. Да, ещё таким пациентом! Пока мой мозг выстраивал цепочку мыслей, глаза быстро оглядели небольшую комнату с железным столом, за которым сидел незаконопослушный гражданин. Его худые руки были в наручниках, пристёгнутых к столу. Сгорбленная спина, волосы, спадающие до плеч цвета грязного, зловонного болота. Он не шелохнулся и не поднял головы. Его лицо было скрыто от моих любопытных глаз. Свет в комнате был приглушён. Стук моих каблуков привёл меня в сознание. Я нарочито громко положила папку на стол, садясь напротив заветного ключика к моему успеху. С важным видом я открыла папку, как будто там была спрятана вся суть бытия. Хотя по факту там был список заготовленных вопросов. Я провела три дня, читая отчёты предыдущих психиатров и ничего толком не узнала, потому что информация была совершенно разная. Первый доктор поставил диагноз «Шизофрения», второй — «Умственная отсталость», третий — «Параноидное расстройство личности с подозрением на биполярную депрессию». Как такое вообще было возможно?! И вот я сидела перед самым знаменитым преступником Готэма, готовясь заговорить. Судорожно сглотнув, я подалась вперёд. «Я отменила транквилизаторы, прописанные Вам предыдущим лечащим врачом. Надеюсь, Вам стало лучше.» — Спокойно проговорила я, не зная, как правильно обратиться к пациенту,у которого не было ни имени, ни фамилии, ни прошлого. Только кличка. Мне показалось или мужчина шелохнулся. Я уставилась на него, думая, что ещё сказать. Мой взгляд упал на его длинные аристократические пальцы, которые были аккуратно переплетены. Я начала вспоминать бесчисленные репортажи о его нападениях, ограблениях и взрывах. Не верилось, что именно эти руки нажимали на курок, резали, убивали. Помню, как думала о том, как это быть в бегах. В этом было что-то увлекательное. Для меня тогда это было фильмом, но никак не реальностью. Готэм всегда плодил преступников разных мастей. Но то, что сделал Джокер было революционным. Его боялись все. Абсолютно все. Говорят, даже Бэтмен. «Какое сегодня число?» — Тихий, низкий голос вывел меня из раздумий. Я сначала не поняла, что это был голос моего пациента. Оглянувшись назад, я проверила закрыта ли дверь. «Да, я заговорил с Вами, новенький доктор.» — Мужчина напротив меня поднял голову. Почувствовав на себе его взгляд, я вспомнила предостережения директрисы. У него были абсолютно чёрные глаза. Зрачки были расширены, как у наркомана. Но ведь ему уже не кололи никаких успокоительных! «Меня зовут доктор Квинзель. Теперь я ваш лечащий врач.» — Машинально пробормотала я, всё ещё не в состоянии осознать, что сам Джокер смотрел на меня. «Вас зовут Доктор…необычное имя для девушки.» — Плавно протянул мой пациент, не моргая. Никаких эмоций во взгляде. Кромешная пустота. Господи! Как же я хотела ударить себя по лбу в тот момент! Но что-то во мне переключилось. «Джокер тоже сомнительное имя, хотя может быть это фамилия?» — Парировала я, на секунду забыв, с кем разговариваю, и зачем я туда пришла. В моём голосе проскочил вызов. Вместо ответа, мужчина быстро облизнул верхнюю губу. Он медленно отклонился на спинку стула, заметно расслабляясь. Что-то в его взгляде поменялось. Я наконец-то обратила внимание на ту самую знаменитую «улыбку». Как же странно было видеть её воочию и без грима! Это были глубокие рубцы на щеках, идущие от уголков губ почти до скул. Да, это было устрашающе. Даже ещё хуже, чем под толстым слоем красной помады. «Доктор, Вы так и не ответили на мой вопрос.» — Наклонив голову на бок, пробормотал пациент, явно не стараясь чётко выговаривать слова. Я зачем-то опустила глаза на свой листок с вопросами, но тут же пришла в себя. «Сегодня 13 апреля.» — Ответила я, внимательно наблюдая за тем, как пациент так же внимательно наблюдает за мной. Я чувствовала себя мухой под микроскопом. «Надеюсь не пятница?» — Отозвался мужчина, покосившись на дверь. «Четверг.» — Задумчиво пробормотала я. Всё шло не так. Он взял под контроль наш диалог. «У меня много предположений по поводу Вас. Я очень рассчитываю на то, что Вы будите сотрудничать.» — Заученные и отрепетированные перед зеркалом фразы слетели с моих губ слишком быстро. «Доктор, читайте уже свой список вопросов. Я отвечу…на те, которые мне понравятся.» — Всё так же смотря на дверь, протянул мой пациент, явно делая мне одолжение. Я закусила губу, разозлившись на его проницательность и на свою нерасторопность. Разложила свою папку перед ним, как будто специально, чтобы выставить себя дурой. «Нет.» — Строго сказала я, громко закрыв папку. Взгляд чёрных глаз тут же вернулся ко мне. Неужели в них проскользнуло удивление?! «Чем же мы тогда займёмся, девушка со странным именем?» — Нараспев протянул пациент, немного прищурившись. «Будем просто говорить.» — Я зачем-то медленно провела рукой по гладкой поверхности папки, не отрывая глаз от бледного лица мужчины. Его, кажущийся пустым, взгляд опустился к моей руке. Я замерла, ощущая непонятное волнение, словно сейчас моя жизнь висела на волоске. «Меняете тактику в пользу пациента, доктор. Не боитесь закончить так же, как предыдущие психиатры-моралисты?» — Тихо проурчал мужчина, поставивший на уши весь Готэм. Его голос казался совсем другим в новостях. «Я не моралистка.» — Так же тихо ответила я, сложив руки на столе, ничем не выдавая своё волнение. Грудной смех разнёсся эхом по комнате. Пациент медленно наклонился вперёд, сгорбившись. Он упёрся тяжёлым взглядом в меня, как опытный хищник. «А Вы вообще психиатр, мадемуазель?» — Ехидно оскалился тот, кого все знали под именем «Джокер». Его рубцы растянулись, искажая худое бледное лицо и превращая его в страшную маску. Жёлтые зубы блеснули в тусклом свете. Я инстинктивно отпрянула, но не от страха, а от задетого самолюбия. Неужели по мне так явно видно, что я самозванка?! «Да. Могу в следующий раз принести диплом.» — Сощурившись, как кошка, ответила я. «Это не показатель, дорогуша. Все эти бумажки лишь иллюзия для насыщения эго.» — Язык молниеносно скользнул по бледным губам, задевая шрамы в уголках. Он напоминал ящерицу, а не человека. В нём было что-то необъяснимое. Одновременно отталкивающее и притягивающее. Это невозможно описать словами. «Все социальные нормы — это тоже иллюзия?» — Мягко поинтересовалась я, решив зацепиться за эту тему. «Это сдерживающий фактор. Код. Свобода…слишком абстрактна. Она не может быть подчинена ничему, кроме абсолютного хауса. И это пугает людей.» — Мужчина начал качаться из стороны в сторону, напоминая змею. Низкая вибрация его голоса прошла через меня, как поток прохладной, освежающей воды в знойную ночь. «Не всех.» — Задумчиво добавила я, наклонившись вперёд. Светлые брови пациента взлетели вверх. Неловкий,двусмысленный подтекст в моём ответе явно заинтересовал мужчину. «Вы же не боитесь быть свободным от норм и законов.» — Пояснила я, постаравшись сместить фокус с себя. «Это цель моего существования, доктор. Я отказался от желания ассимилировать и адаптироваться под систему. Пора разрушать все эти клетки, в которых мы заперты. Нет ничего хуже заблуждения. Я просто раскрываю людям глаза.» — Непринуждённо пожав плечами, объяснил самый опасный преступник Готэма. Я внимательно вслушивалась в то, что он говорил, пытаясь мыслить, как психиатр. Но всё моё внимание было обращено на его жесты и интонацию, на его взгляд, прикованный к моему лицу. Его расширенные зрачки всасывали меня, как две чёрные дыры. «Получается Вы делаете добро?» — Спросила я, подперев рукой подбородок. Мужчина напротив меня громко вдохнул, затем раздался какой-то странный гортанный звук, похожий на пародию на нормальный, искренний смех. «Я делаю то, что мне нравится, дорогуша. Добро это или зло решать тем, кто снаружи.» — Многозначительно сощурившись, пациент кивнул в сторону двери. Я зачем-то обернулась. В голове возник образ обшарпанной деревянной двери моей спальни. Голос мамули Вив раздался так громко и чётко, что мне показалось, что она за дверью. Как всегда ругает меня за то, что я порвала платье. А я просто устала и не хотела выступать! Это был единственный способ не участвовать в ещё одном конкурсе красоты. «Доктор?» — Позвал низкий елейный голос. «Простите.» — Бросила я, замотав головой, словно пытаясь так избавиться от своих воспоминаний. Я машинально открыла папку, опустив голову, чтобы скрыть от пациента свою растерянность. «Что Вы здесь делаете?» — Серьёзность его тона жутко контрастировала со смешинкой в его тёмных глазах. «Я веду терапию с Вами, Джокер.» — Строго отчеканила я, особенно выделив кличку загадочного преступника. Эти шесть букв перекатились на моём языке, как маленькие шарики. «По моему опыту психиатр — это человек, который вздрагивает от одного моего взгляда, записывает все мои ответы, каждую минуту посматривает на часы, желая по скорее сбежать. Ещё он совсем не похож на молодую красивую девушку.» — Нараспев проурчал главный готэмский бандит. Уголки моих губ непроизвольно растянулись в ухмылку, до того, как я смогла взять под контроль свои эмоции. Довольный блеск чёрных глаз и едва заметный кивок моего пациента вызвали во мне какое-то странное приятное ощущение. У меня никогда не было недостатка в комплиментах от самых разных мужчин, но все они не доставляли мне никакого удовольствия, а даже наоборот. «Прочитав отчёты предыдущих докторов, я пришла к выводу, что Вы с каждым из них вели себя абсолютно по-разному. Вы как-будто подстраивались под их ожидания.» — Ответила я, хитро прищурившись. «Мне было забавно наблюдать за их реакциями. Если бы Вы были на моём месте, доктор, Вы бы тоже решили повеселиться. Здесь слишком скучно, чтобы вести себя серьёзно.» — Вскинув голову, мужчина тряхнул своими длинными болотистыми волосами. В этом жесте было слишком много изящества, которого никак не должно было быть у самого опасного преступника Готэма. Я уже открыла рот, чтобы ответить, но раздался скрежет железной двери. «Время вышло.» — Грубый голос старшей медсестры Люсинды сбил весь мой настрой. А я только наладила контакт с пациентом! Я удручённо вздохнула, закрывая папку. «Спасибо за сотрудничество.» — Сдержанно попрощалась я, встав из-за стола. Мужчина едва слышно хмыкнул через крепко сжатые губы. Его взгляд был обращён на грузную пожилую медсестру. Я развернулась, двинувшись к выходу. «Доктор Квинзель.» — Раздался мягкий низкий голос. Обернувшись, я встретилась с тёмным пронизывающим до костей взглядом. «Спасибо, что разбудили меня.» — Протянул мужчина, подавшись вперёд. Я замерла, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Тёплые и колючие. Мне показалось, что в эту фразу было вложено больше, чем могло показаться на первый взгляд. «Пошли.» — Буркнула Люсинда, практически выталкивая меня в коридор. Как только я вышла, меня встретили ухмыляющиеся рожи санитаров. Вздёрнув подбородок, я быстро засеменила прочь. «Ставлю 10 долларов, что она и недели не продержится.» — Фраза была метко пущена мне в спину, как острый дротик. Не знаю, как я тогда сдержалась и не кинулась на эту тварь! Я быстро оглянулась, чтобы посмотреть, кто бросил мне вызов. Среди нескольких санитаров стоял широко улыбающийся, невысокий парень с развитой мускулатурой и большим курносым носом, явно много раз поломанным. Его маленькие серые глаза горели из-под густых тёмных бровей. Я многозначительно поправила воротник своего белого халата, выдержав наглый взгляд. Парень подмигнул мне, вызвав этим у меня рвотный рефлекс. Как же я хотела его придушить! Быстро развернувшись, я двинулась вперёд, крепко сжимая в руках бесполезную папку.