Still beating

Мягкость простыней под головой и удобство пухового одеяла сверху - это первое, что ощущает альфа, когда просыпается, разбуженный скребущим чувством, которое никогда не обманывало его внутреннего зверя - кто-то наблюдает за ним, при этом не стесняясь смотреть столь открыто и безнаказанно. Он заходится беззвучным воем и требует хозяина открыть глаза, которые безжалостно режет выглянувшее из-за высоток полуденное солнце. Слишком ярко. Отпустив тяжелый ряд светлых ресниц на пухлые щеки, Юнги решает довериться своим чувствительным рукам и, высунув одну, начинает осторожно обшаривать место рядом с собой, вполне осознавая кого он может нащупать. Если честно, в его голове был только один конкретный человек, с которым он разделяет эту постель вот уже на протяжении двух лет. И Мин считает это романтичным - просыпаться, смотря в такие же сонные глаза, как у него, однако что-то идет не так и наваждение смывает бесследно. Потому что под рукой оказывается мокрый нос, уверенно помещающийся в его большую раскрытую ладонь, из которого тянет мощным дыханием, заставляющим тело покрыться мурашками, а затем все исчезает. Место рядом с ним прогибается под весом чьего-то тела, постепенно отдаляясь от головы альфы к его ногам. Он уже знает наперед, что почувствует в следующий момент, однако все равно резко поднимает голову и старается сфокусировать зрение, чтобы рассмотреть того, кто посмел не только лечь на его ноги, но и прижать минову лодыжку, которая и без того ныла уже несколько дней. То, что он видит, не пугает, потому что пантера, с блестящей белой шерстью, явно не настроена агрессивно против него. Но сердце так и норовит подскочить до горла, когда та щелкает клыкастой пастью в опасной близости от его ног, укладывая на них свою внушительную морду в довершение к лишнему грузу. Внимательными глазами, полностью затопленными канареечным оттенком, она принюхивается, следя за выражением на лице человека перед ней. Кажется, усилившийся запах тревоги это единственное, что беспокоит ее, поскольку она лишь тянется мордочкой вперед, нагревая дрожащее под ее прикосновением бедро альфы. Зверь слабо выдыхает, издавая звук, больше напоминающий мурчание кошки, чем рык дикого животного, и виновато хлопает пушистыми ресницами. Пантера всего лишь скучала и хотела добиться немного внимания, но в конечном итоге испугала человека, не сводящего с нее распахнутых карих глаз. - Какие еще сюрпризы ждут меня с утра пораньше? - вслух говорит Юнги, не зная, должен ли он сейчас предпринять попытку выбраться или он станет ее полноправным обедом? Честно, второй вариант его не прельщал, однако и пошевелиться ему мешало горячее мохнатое тело, так ласково крутящееся у него в ногах. Пространственные рассуждения так некстати лезут в голову, но лучше них он пока что не может ничего придумать, так что проваливается в воспоминания. Когда-то Мин хотел завести котенка, чтобы порадовать своего супруга, постоянно втайне, как он думал, подкармливающего соседских четвероногих. Так альфа мог избавиться и от надоедливых гостей, иногда запрыгивающих вслед за Чимином в квартиру с грязными лапами, и от грустного лица омеги, которому нравилось раздаривать всю свою любовь маленьким зверькам. Вот только завести огромную белую пантеру, выглядевшую внушительно и вместе с тем нежно и игриво, в его планы не входило никогда. Юнги недоверчиво разглядывает ее косую шерсть, которая выглядит несравненно дорого и непередаваемо искусно накинуто на сильные мышцы. Под падающими лучами солнца она выглядит как повелительница всех животных на этом свете. Изящная, необузданная природой кошка захватывает дух и даже взгляд ее пронизан каким-то хитрым озорством, пониманием происходящего. Отчего она смотрит на него с такой преданностью и любовью? Он же успел только подержать ее за нос. Что они должны сделать с ней? И где Чимин? Мысль о том, что где-то сейчас, закрывшись от страха в ванной, сидит его омега, заставила альфу мгновенно умереть внутри несколько раз. Должно быть, он проснулся и заметив ее, решил укрыться в безопасном месте, чтобы сберечь себя и жизнь их ребенка. И Мину даже как-то наплевать, что его бросили в незнании на верную смерть, что это большое кошачье может в любую минуту превратиться в бесчувственное чудовище, движимое инстинктами и голодом, и разорвать его на куски. Он полнокровно чувствует, как страх сковывает его тело и спешит поймать эмоциональную связь с парой, пока пантера лижет его пятки поверх покрывала своим розовым неровным языком, при этом получая явное удовольствие. Юнги с удивлением и облегчением понимает, что его Чимин близко, ему ничего не угрожает и он даже искрится радостью. Вот только что приносит ее беременному омеге, Мин так и не смог понять, рассерженно подтягивая ноги к себе от надоедливой щекотливой ласки. Пантера выглядит лишь малость обиженной, она позволяет альфе отползти вместе с одеялом к изголовью кровати, но через некоторое время поднимается на массивные мускулистые лапы и грузно прижимается грудной клеткой к простыням, издавая раскатистое гортанное рычание. Не подходит ближе, но и не отпускает далеко от себя. Юнги критично оценивает ее габариты и с ужасом понимает, что такую ему не одолеть даже при всей его физической силе. Если им придется свернуть друг другу шею, то скорее он окажется тем, кого вдавят в матрац и разгрызут на косточки. Но он совсем не может думать о своей безопасности перед этим мощнейшим хищником, когда альфа не знает, сумел ли его омега уйти и не навредить себе и их ребенку. И он во что бы то ни стало должен удостовериться в этом самостоятельно. Ощущая прилив энергии в крови, он устойчиво встает на ноги и бегло оглядывает выход из спальни, до которого он, в идеальном варианте, сумеет добежать быстрее, чем зверь. Пантера, явно верно расценившая его намерение улизнуть, выпрямляется и делает шаг в сторону вместе с альфой, не уступая ему дорогу и сопровождая свои действия недовольным прищуром глаз. Кажется, ему только что ясно дали понять, что он в ловушке. Из которой ему не выбраться. Когда же Юнги делает еще один мелкий шаг, из пасти вырывается предупреждающий рокот и скрежет клыков друг о друга. Альфа решает не испытывать судьбу. Он отступает. И это вполне устраивает вмиг переменившееся настроение пантеры, которая хватает зубами его пуховое одеяло и тащит на себя, чтобы расположить вокруг и удобно устроиться внутри, подтягивая лапы ближе к себе. Она обнажила зубы, просунув между ними влажный язык, и смешливо дышит, начиная громко и заливисто мурчать. Юнги не понимает. Он не старается анализировать, почему не пойми откуда взявшаяся огромная кошка не хочет выпускает его из собственной постели. Пантера чутко ворочает ушками и предупредительно моргает пару раз, прежде чем окончательно заваливается набок и начинает лениво вылизывать свой живот, который выглядит слишком раздутым. И Юнги с долей ужаса предполагает только два варианта, которые в любом случае кажутся ему опасными: либо она уже успела кого-то съесть, либо пантера вынашивает детеныша. Возможно, она признала в нем хозяина, а может быть ищет защиты, вот только альфа далеко не ветеринар и о беременных кошачьих знает лишь отдаленно. Ему кажется, что ее поведение является проявлением интимности, и ему становится отчего-то совершенно неловко, когда пантера звучно мурлыкает, выставляя напоказ свой теперь уже "чистый" живот. Возможно, даже призывает погладить его, вот только мужчина на такой шаг решаться не хочет. Собственные руки ему еще дороги. - Котенок, могу я найти своего мужа? - тихо отползая к краю кровати, говорит Юнги, убаюкивая голосом разомлевшую кошку. Она заинтересованно косится на него, и Мин мог бы поспорить, что видел, как она улыбается ему. Но, конечно, это только его больная фантазия, как и огромная хищная пантера, разбудившая его сегодня. - У нас с Чимином скоро родится малыш, прямо как у тебя. Я должен узнать, все ли с ними в порядке. Ты понимаешь меня? Уверен, что ты умница, и дашь мне пойти и позвонить ему. Но пантера снова начинает рычать и показывать свое недовольство, неловко поднимаясь на лапы. Она начинает скалиться и оголяет верхний ряд заостренных зубов, следуя за Мином, которому все же удалось сдвинуться чуть дальше. Ее хвост напряженно раскачивается и этого достаточно, чтобы понять, что поведение альфы ее злит. Вот только Юнги не спешит упускать свой шанс на побег и поэтому резко срывается к двери, успевая в последний момент захлопнуть ее за собой, предотвращая погоню. Его легкие горят и в голове начинает бить набатом мысль о том, что все вещи, которые были в доме, на первый взгляд лежат на своих местах, но запах его омеги пропал. На всю квартиру разносятся скрипы от ногтей по поверхности двери и скулеж, совсем жалкий и сиплый, чем-то отдаленно напоминающий плач его расстроенного омеги. Где же Чимин? Что же с ним? Юнги защелкивает замок на двери и отправляется осмотреть квартиру, окликая мужа по имени несколько раз. В ответ раздается разочаровывающая тишина, но альфа не спешит терять веру в то, что Чимин где-то рядом и нуждается в нем. Мужчина поочередно заглядывает на кухню, в гостиную, проверяет даже кладовку, но и там нет никаких признаков его омеги. Он решает, что позвонить ему было бы отличной идеей, которая отчего-то пришла к нему слишком поздно. Мин возвращается к двери в спальню и быстро проверив наличие уже приевшегося за пару минут скобления, набирает номер мужа. Когда знакомая трель от входящего звонка звучит рядом с ним, он почти с испугом скидывает набранный номер, тут же решая набрать того, кто точно мог знать обо всем произошедшем с его сыном. - Добрый день, Сокджин-хен, а вы случаем не в курсе, где мой муж? - Здравствуй, дорогой, - слышит в динамике радостный голос Юнги, тут же ощущая себя во сто крат более спокойным. - Он не говорил мне, что собирается куда-то. У него отекают ноги и он с трудом передвигается даже по вашей квартире, ты уверен, что он не закрылся в ванной, например? - Дело в том, что вместо него я проснулся в одной кровати с огромной белой пантерой и я честно не представляю... - сбивчиво объясняет альфа, наблюдая за тем, как огромный черный нос то вылезает из-под щелки, то скрывается обратно, заменяясь острыми когтями. Он отворачивается, не желая знать, почему пантера так рвется за ним, бросая взгляд на дверь в ванную. Там альфа не обнаружил никаких следов расплескавшейся воды, даже зубная щетка оказалась нетронутой, а ведь Чимин очень тщательно следил за собой, имея проблемы с зубами. Вероятно, он не бывал здесь или банально не успел добраться... - Что ты сказал? Белая пантера? - услышав будто бы понимание и какую-то непередаваемую радость в вопросе омеги, Юнги теряется. - Никуда не уходи, я сейчас буду. И он приезжает в считанные минуты, при этом прихватив с собой и альфу, отца Чимина. Оба они на подозрение светятся и совсем не выглядят так, как будто хоть малость обеспокоены пропажей Чимина, тогда как Юнги не может найти себе место, все время поглядывая за спину, где за массивной дверью скребется когтями кошка. За все время, пока Мин оставил ее там одну, она не переставая выла и пыталась выбраться. Казалось, что только просьбы не шуметь и физическое присутствие Юнги рядом с комнатой могло унять ее беспокойство ненадолго. И настроение Чимина портилось с каждой минутой все больше, чем и успел поделиться парень, пока забирал вещи родителей его драгоценной крохи. - Конечно он волнуется, ты же закрыл его в комнате одного, - невозмутимо отвечает Сокджин, не забыв закатить глаза на "бестактное" по его мнению поведение. Он огибает альф и двигается аккурат к спальне, поворачивая замок до щелчка. Все происходит так быстро и неконтролируемо, что Юнги не успевает даже подойти к Джину, когда дверь распахивается настолько широко, что зверь выскакивает наружу, тут же тычась мордой в подставленную ладонь и оплетая хвостом ногу старшего омеги. Он искренне улыбается, поглаживая шерстку между ушек разомлевшей кошки, вызывая еще большее удивление на лице Мина. - Сокджин-хен, вы точно уверены, что это безопасно? Кто это животное? - нервно восклицает Юнги, взглянув на Намджуна и поражаясь его бездействию. Уголки губ того подрагивают от нежности и он, кажется, совсем не переживает насчет такого странного проявления чувств к неизвестному животному в доме. - Брось, его сын не может навредить ему, - умиляется Намджун, все же подходя к пантере и присаживаясь перед ее счастливой мордой на корточки. Он обнимает животное за шею, утыкаясь лицом в белоснежный мех, который все еще хранит слабый запах. Скоро он станет совсем неуловимым. - Поверить не могу, что снова вижу тебя в этой форме, Чимин-а. Ты все такой же прелестный котенок. Юнги же смотрит на все это со стороны, ощущая слабость в коленях, которая невовремя застает его врасплох и он падает, опираясь спиной на стену. Пантера прямо перед его глазами удовлетворительно размахивает хвостом и потирается об ноги родителей, забавно фыркая, когда Намджун гладит бока, пытаясь нащупать пинающегося детеныша. Во всем этом Мину видится какая-то идиллия, вот только он близок к нервному истощению и непонимание заставляет его злиться, доходя до точки кипения. - Кто-нибудь мне может объяснить с каких пор Чимин - огромная белая пантера? Простите, но вы пытаетесь меня развести? Это невозможно. Сокджин поворачивает улыбающееся лицо к мужчине и, заглядывая ему в глаза, произносит то, что окончательно сводит Юнги с ума: - Поверь, дорогой, еще как возможно.