Близость

В квартире Акутагавы всего две чашки. Одна, чёрная снаружи и белая изнутри, принадлежит Рюноскэ. Бок второй украшает нежная веточка цветущей сакуры — это чашка Гин. Ацуши обычно пьёт из чашки с цветами, потому что приходит в её отсутствие. Сегодня он открывает шкаф и обнаруживает, что количество посуды изменилось. Третья чашка — белая снаружи и чёрная внутри. — Чего ты там возишься? — спрашивает Акутагава, выходя из душа. — Ты купил новую чашку. Это…? Ацуши не решается договорить. Скорее всего, он не ошибается. Может быть, он не всегда понимает Акутагаву, но чувствует он его прекрасно. Но Ацуши очень трудно произнести слово «мне», потому что он всё ещё никак не может привыкнуть к мысли, что в этом мире ему может что-то принадлежать, а тем более, что ему может принадлежать какая-то вещь в квартире Акутагавы. Там, снаружи, ему вообще иногда кажется, что всё здесь происходящее — просто сон, безумная фантазия, вычитанный в какой-то книге сюжет. И даже следы, оставленные Акутагавой на его теле, вполне могут иметь другое происхождение. И вот этот предмет из внешнего мира — чашка стояла где-то в магазине, лежала в коробке на складе, а потом пришёл Акутагава и купил её или заказал через интернет, и вот она здесь. Специально. С влажных волос капает вода, когда Акутагава обнимает его со спины и касается губами коротких волос на загривке. — Да, — коротко говорит Акутагава. Ацуши думает о Гин — удивилась ли она, открыв шкаф, так же, как он? Спросила ли она, зачем, или приняла перемену как должное, в конце концов люди иногда покупают вещи просто так, потому что захотелось. — Но… — Она сказала, что хочет с тобой познакомиться. Ацуши достаёт чашки и ставит рядом — они очевидно парные. — Ты сказал ей? Ну… Мы… Ему мучительно неловко, словно в первый раз, и горячие губы, которые скользят по шее, пересчитывая позвонки, никак не помогают подбирать слова. — Она говорит, ты можешь оставить свою зубную щётку. «О-ооо, это так мило, как в дораме! Я так рада за тебя, ни-сан!» — вот что на самом деле сказала Гин, но этим Акутагава делиться не собирается. Может быть, потом, когда ему ещё раз захочется посмотреть, как тигр краснеет.