Близость

Гин не дура. Дуры не становятся лейтенантами Чёрных Ящериц, дурам не доверяют ответственных заданий. Она наблюдательная и терпеливая и, несмотря на то, что не училась в школе, два и два сложить способна. Наблюдение первое: брат носит в кармане пакетик с леденцами от кашля. А раньше Рюноскэ реагировал свирепым взглядом на любую попытку предложить ему какое-нибудь средство. Наблюдение второе: брат постоянно трогает мобильник, словно ждёт звонка или сообщения. Наблюдение третье: иногда сообщения приходят, и тогда брат прячет лицо за волосами или воротником плаща. Наблюдение четвёртое: в те ночи, когда Гин в патруле или на задании, в квартире кто-то бывает. Этот кто-то очень стеснителен или осторожен, но внимательная Гин находит светлые волосы на диване, а постельное бельё брата и два полотенца — на сушилке. Гин анализирует свои наблюдения и приходит к закономерному выводу — её брат с кем-то встречается. Этот кто-то определённо не Хигучи. Цвет волос не совпадает, да и поведение её никак не изменилось, от Хигучи так и веет страданиями неразделённой любви. Это очень романтично, и иногда Гин даже жалеет, что брат совершенно равнодушен к своей помощнице — могла бы получиться такая красивая история. Об этом думает не только Гин, вся мафия в курсе, некоторые даже заключают пари с немаленькими ставками, удастся ли Хигучи завоевать своего тёмного принца. Нет, думает Гин, нанизывая петли на спицу, человек, с которым встречается брат, не из мафии вообще. Неужели Рюноскэ встретил обычную девушку во время своих прогулок по городу? Её сердце замирает от восторга. Этот сюжет ещё лучше, вот только слёз он тоже обещает много, а Гин не хочет, чтобы брату разбили сердце, даже если потом всё закончится свадьбой. Гин очень бы хотела увидеть свадьбу брата. Это мечта из тех, что разбиваются о реальность, и ей бы не помешала союзница, чтобы её осуществить. Женщина, способная переубедить её упрямого брата. Она опускает вязанье на колени и поворачивается к Рюноскэ. Брат смотрит телевизор — нога закинута на ногу, руки раскинуты на спинку дивана, голова склонена набок. На нём белый свитер с высоким воротом, который призван спрятать свежий пурпурный след на шее. Нет, эта обычная девушка должна быть очень необычная, думает Гин, поглаживая моток нежно-сиреневой пряжи. — Гин, — Рюноскэ не отрывает взгляда от двух рыжих тигров на экране, — сложно готовить отядзукэ? — Это совсем простое блюдо, — отвечает Гин, снова берясь за спицы. — Хочешь? Приготовить на ужин? — Научи меня. Только что вывязанная петля соскальзывает. — Ни-сан, — медленно говорит Гин, осторожно подцепляя петлю обратно, — твоя девушка любит отядзукэ? Рюноскэ поворачивает голову: — Парень. — Что? — сердце Гин снова замирает, а голова лихорадочно перебирает собственные наблюдения. — Не девушка, — терпеливо повторяет её брат, решительно сдвигая брови. — Парень. Гин не дура и очень любит своего брата. — О-о, — говорит она и сжимает руки у груди. — Я так рада за тебя, ни-сан! Моток нежно-сиреневой пряжи падает на пол с её колен.