Близость

Босс пьёт чай, а Акутагаве Рюноскэ не предлагают. Чайный сервиз на европейский манер, тонкий фарфор с позолотой, легкомысленный завиток ручки. Элис сидит на краю стола, болтая ногами в лакированных туфельках, в руках у неё блюдце с кусочком торта, кончик носа вымазан взбитыми сливками. — Ты неплохо выглядишь, — говорит Босс. Элис облизывает ложку. Рюноскэ молча наклоняет голову, сжимая в кармане телефон — он хорошо знает правила. Разговор начался до того, как Мори Огай открыл рот. Вся обстановка этой комнаты призвана доносить до подчинённых идеи, которые никто не будет озвучивать. Догадайся сам или умрёшь, потому что недостаточно сообразителен. Сегодня послание яснее ясного: помни, кто твоя семья, семья не всегда тобой довольна, но у тебя ещё есть надежда. — Я не против, — говорит босс. — Ты хорошо потрудился, Акутагава, ты всегда был надёжным и умеешь правильно оценивать ситуацию. Рюноскэ снова наклоняет голову. Телефон в его руке слегка вибрирует, и внутри, под грудью тоже что-то пульсирует в том же ритме. — Я уверен, что могу на тебя рассчитывать в дальнейшем. Босс ставит чашку на блюдце — дзинь — и улыбается одними губами. Глаза его лишены всякого выражения, два тёмных холодных омута. — В следующий раз, — капризно заявляет Элис, разламывая свой торт на мелкие кусочки, — Принеси мне новую игрушку. — Что ты хочешь, милая? — озабоченно поворачивается к ней босс, и тон его мгновенно меняется. — Котёнка, — тянет Элис и насмешливо смотрит прямо на Рюноскэ. — Беленького. — Ты запачкала носик, детка, — босс тянется к ней, одновременно указывая Акутагаве на дверь. Рюноскэ отступает на два шага, потом разворачивается и выходит. Он умеет правильно оценивать ситуацию, но впервые за долгое время понятия не имеет, как с ней следует поступить. Нет никого, кому можно было бы снести голову, и этим исчерпать все возможные проблемы. Никого, кого можно запугать или вынудить предпринять какие-то действия. Под грудью всё ещё пульсирует что-то горячее, что-то очень похожее на ярость. Рюноскэ достаёт телефон и читает сообщение: «Но я уже пришёл, вот неудачник ^-^». Он смотрит на смешные скобочки-ушки целую вечность, а потом срывается с места и устремляется к лифту, пытаясь придумать ответ, непохожий на клубничный зефир. «Вот идиот». «Не вздумай заснуть на моей кровати». «Не вздумай заснуть». «Я уже иду». Он печатает и стирает, и останавливается, наконец, на лаконичном «Поешь».