Нечто большее друг другу, чем принято.

Учитель дал нам две недели для сдачи проекта по физике и всё это время я благополучно прогулял дома на больничном. Утром в понедельник по приказу тёти с угрозой получить пиздюлей я всё же соизволил явиться на уроки. Всем было похуй на моё прибытие, но только не моему физику. В коридоре он выловил меня и пригрозил, что если не будет сдан проект, не будет и меня.  — Ну Константин Иванович, дайте хотя бы неделю для подготовки, я же болел всё-таки. Я обязательно всё сдам, но не завтра. Рядом с этим человеком, было ни то что страшно разговаривать, лишний раз вздохнуть боишься. Мало того, что он строгий и злой до усрачки, а голос у него басистый и достаточно громкий, и лицо не выглядит добрым, даже когда он спокоен, так ещё накаченый и чуть ли не два метра ростом. С моими метр семьдесят, этот мужчина может случайно меня раздавить в коридоре и не заметить. Именно поэтому на его уроках всегда тихо и если ты в чём-то провинился перед ним, то земля тебе пухом.  — У тебя было две недели на подготовку, чем ты всё это время занимался?  — Лечился от ангины, а что не так? Мне уже болеть нельзя?  — Нет, нельзя. Как хочешь его делай, но завтра после уроков ты должен быть у меня в кабинете. Ясно?  — Понял, принял. Константин Иванович пошёл дальше по своим делам, а я почувствовал, как от такого долгого нахождения рядом с крепким телом у меня встал. Блять, каким бы грубым и злым мой физик ни был, он определённо часть моих пошлых фантазий. Я даже подписался на него с фейковой инсты на его закрытый аккаунт, где он постит фото со спортзала со своим оголённым прессом. Будь я девкой, после каждого урока физики стул оставался бы мокрым. Ещё по школе гуляют слухи, что он любит всовывать худеньким парням вроде меня. Я очень долго думал как бы воспользоваться этим, как только пришёл домой. Шлюшкой быть не хотелось, но представляя то, как он грубо входит мне кое-куда... Я скачал первый попавшийся проект и перекинул его на флешку, а потом со спокойной душой лёг спать.  — Сань, вставай! — кто-то очень грубо ёбнул мне тапком в лоб, что я чуть своих покойных родаков не увидел. Через секунду выяснилось, что это мой брат-ебанат Андрей. — Ты опаздываешь, еблан.  — Нахуй пиздить меня? Что я тебе сделал? — недовольно пробурчал я.  — Тебя тётка пятнадцать минут пыталась разбудить, мы думали ты умер. Вставай, блять.  — Рано радуешься, козлина. Мандуй отсюда. Встав с кровати я начал собираться, и неожиданно вспомнил о проекте. Блять, а может слухи о гейских похождения Константина Ивановича верны и мне удастся отсосать ему за пятёрку? Тогда надо одеться как роковая соблазнительница, чтобы у него на меня встал. На счёт красоты своего ебальника у меня сомнений нет, а многочисленные признания в любви от девок тому подтверждение. Я решил надеть рубаху и брюки, а там разберусь. Что ж, видимо стоит всё же описать себя. Дрищ (но без болезненной худобы) ростом метр семьдесят, натуральный блондин, но с класса девятого крашусь в серо-буро-малиновые цвета, на данный момент я голубой. Будь я голубоглазый, остался бы блондином, но глаза цвета говна. Я не щекастый, но и без острых скул, брови тонкие и бледные, губы средние, а нос короткий. Первым уроком поставили физику. Ну почему я опоздал именно в этот день? Три минуты я никак не решался зайти в кабинет, а когда зашёл словил три микроинсульта, потому что горячо любимый мною физик стоял возле двери. Он, естественно, обернулся, чтобы посмотреть, кто это тут приходит в середине урока. Сегодня он казался добрее.  — Чё опаздываем?  — Ну так вторник же, пробки были.  — Саш, ты живёшь в пяти минутах от школы, какие пробки?  — Я в гостях ночевал. — дайте оскар этому актёру.  — Слушай, садись уже быстрее. Возле Юли место осталось, садись давай. У неё и конспекты перепишешь. И как было кучу раз до этого, Юля села прямо на парту перед учительским столом, а его только она из нашего класса и любит, потому что она слепая и глухая курица. Когда я уселся возле неё, тут же заметил её декольте и не упустил шанс подколоть её по этому поводу.  — Опа, а это кому?  — Страх потерял? Забыл, что у меня на тебя компромат в виде твоих видосиков с гей-порнушкой есть?  — Да ладно, не дуйся. Я достал телефон, но случайно засмотрелся на Константина Ивановича. Он достаточно молодой — ему бы на спорт какой нибудь ходить, а не у доски стоять и формулы детишкам писать. Сразу вспомнились его фотографии. Только от мысли, как я лежу под ним голый и стону как шлюшка от его хуя во мне, заставляет возбудиться.  — Миронов. От неожиданности я вздрогнул. М-да, я зафантазировался.  — Да, Константин Иванович? — я только заметил, что он переместился на стол и сидел прямо напротив меня.  — Как найти плотность? Естественно, я в душе не ебу как найти плотность. Как и всю физику в целом. Оно мне немножко не всралось, зато всралось Юле, чья рука скоро до Сатурна достанет.  — Дам подсказку: там что-то с массой сделать надо. Я немного застыл и начал вспоминать программу за седьмой класс, который закончил 4 года назад.  — Массу на объём поделить?  — Ничего себе, угадал. Я сам со своего успеха ахуел и не важно, что это было наугад. У меня есть подозрения, что он специально это сделал, потому что увидел, что я где-то в своих мыслях. Больше он меня ни о чём не спрашивал. Я периодически что-то записывал, дабы создавать ощущение, что мне не похуй и я вникаю. Прошло семь уроков и всё, чего мне хотелось, это пойти домой и до часу ночи играть в комп, но нужно было идти. Желание обойтись без пиздюлей было гораздо выше, чем желание свалить. По пути в кабинет я начал сомневаться, а действительно ли стоит отдаваться преподу ради какой-то циферки в документе? Я думал об этом, идя по коридору в кабинет с флешкой в руке. Перед тем, как войти, я долго колебался. Ладони вспотели, тело тряслось как сосиска и отказывалось слушаться. Но я, всё-таки, постучал.  — Войдите. — услышал я из кабинета.  — Константин Иванович, я проект пришёл сдать. Учитель что-то писал у себя в журнале, но как только я зашёл, тут же отложил его в сторону.  — Заходи. Я дал ему флешку и он вставил её в компьютер. Препод нажал на один единственный файл.  — Сам делал?  — Конечно же сам. — а какой ещё ответ стоит ожидать?  — Тогда почему у двух учеников до тебя были точно такие же проекты?  — Наверное, пользовались одинаковыми сайтами.  — С отговорками у тебя всё плохо. Не спорю, но мог бы и пожалеть. Это ж каким садистом и одновременно мазохистом надо быть, чтобы досидеть до седьмого урока и не забить хуй на содержимое проекта очередного ученика. Я увидел, как он вытаскивает флешку и решил, что всё-таки пора действовать. С вероятностью в дохуя процентов на меня наорут и расскажут всё моей тётке, но живём один раз, вдруг получится. Положив руки ему на плечи (я стоял сзади него) я сказал:  — Может мы как нибудь по другому решим этот вопрос? — я всячески пытался не подавать виду, что мне стрёмно. Эти три секунды молчания показались мне вечностью, а после того, как учитель немного хихикнул, я не знал, что ожидать.  — Ну давай посмотрим, что ты умеешь. — этот мужчина правда думает, что я не умею удовлетворять? Кхм, правильно думает. Он повернулся на кресле ко мне и я сел ему на колени передом, оказавшись к нему максимально близко. От него пахло прикольным одеколоном. Я боялся смотреть преподавателю в глаза и по этому мой взгляд застыл в зоне его паха. Казалось, что моё тревожное дыхание было очень заметно. Я расстегнул его ширинку и засунул руку. Почувствовав, что его член в обычном состоянии, я стал его жмакать (?), чтобы хоть как-то заставить его встать. Так в порно делали, вроде. По итогу, там что-то начало выпирать, я оттянул резинку трусов и стал проводить рукой по «мужскому достоинству». Член всё больше возбуждался и вырос где-то до пятнадцати сантиметров, при этом будучи достаточно широким. Я даже испугался, как я буду этот шедевр в глотку толкать. Я слез с колен Константина и сел перед ним на колени, чтобы член оказался прямо у моего лица. Мне было очень неловко смотреть учителю в глаза и поэтому я не понимал, приятно ли ему. Я просто делал и надеялся, что ему нравится. Я неуверенно засунул половой орган себе в рот. Контролировал, чтобы зубы не касались члена и медленно засовывал его всё дальше. Старался дышать размеренно, дабы избежать рвотного рефлекса. Сначала я двигался медленно и неуверенно, а после начал ускоряться. К солёному вкусу и слабому запаху я быстро привык и в итоге, просто ритмично двигался. От учителя слышалось тяжёлое дыхание, всё-таки делаю всё правильно. Я постепенно ускорялся и чувствовал, что сам возбуждаюсь.  — Ложись на стол. — сказал учитель.  — На живот?  — На спину. Я послушно лёг и немного занервничал. Константин стянул с меня брюки и трусы, в это время я расстёгивал свою рубашку. Хотелось бы, чтобы он тоже снял свою, но он не соизволил, к сожалению. Я привстал чтобы снять рубашку полностью.  — Оставь так. Так и сделал. Далее я поднял ноги к себе, демонстрируя физику свои «прелести». Он взял меня за талию и медленно засунул член мне в анал. Я потерял контроль от возбуждения и чуть не застонал на весь кабинет, но Константин тут же заткнул мой рот рукой.  — Извини… — блять, забыл. —…те. Он проигнорировал и продолжил двигаться во мне. Казалось, будто я маленькая куколка в крепких и больших ручищах. Мой взгляд бегал то на потолок, то на него, то в стороны. Дыхание сбивалось, я пытался быть тихим, но иногда не получалось. Зато от Константина Ивановича не звуку. Но я не задумывался об этом. Я вообще не задумывался, я был в таком экстазе, что все мои мысли слились в одну кашу из которой очень тяжело достать что-то конкретное. Время стало чем-то второстепенным, а в кабинете, несмотря на конец ноября, стало очень жарко. Мы закончили практически одновременно. Учитель (видимо, по привычке) быстро вытащил и кончил мне на живот, но он вытер с меня следы влажной салфеткой. Я стал быстро одеваться, потому что дома меня, скорее всего, уже заждались.  — Ставлю 4, потому что это было нечестно. В ответ я хмыкнул, типа обиделся.  — И никому ни слова о сегодняшнем.  — Естественно, я никому не скажу. Меня же обоср… Кхм… затравят.  — Тебе только школу сменить, а меня на восемь лет посадить могут.  — Мне же семнадцать, уже можно.  — Всякое может случится. Я оделся, забрал сумку, попрощался и вышел из кабинета.