Auto racing.

      Вне экипировки на улице будто не так жарко. В повседневной одежде легче, чем в плотно прилегающем к телу комбинезоне, и Арсений рад тому, как ощущается дуновение ветра. Попов по мокрым волосам ведёт рукой, треплет их, сбрызгивая оставшиеся капли воды, и ступает к забору с лавочкой. Андрей и Тимур уже перед выходом из бокса настоятельно попросили его отдохнуть перед завтрашней гонкой. Арс с улыбкой кивнул головой и вышел.       Лучше курить там, если уж замечание ему сделал сам Антон Шастун. Мужчина коротко усмехается.       Он совершенно не понимает, почему решает пойти к тому месту. То ли авторитет Шастуна незаметно и на него распространился, то ли надеется на новую встречу с ним.       Арс задумывается над этим, какое-то время пялясь в сторону автобокса, где работает команда Антона.       В руках оживает внезапными сообщениями телефон. Арсений теряется за активной перепиской с одной из давних подруг, с которой не так давно восстановил общение. Новости о том, что Арс появился в городе, медленно расплываются по их дружеской тусовочке, и каждый день ему кто-то да напишет. Сейчас вон зовут на вечеринку в театр, где когда-то работал, считая там до сих пор своим.       Попов вежливо отказывается, говоря, что сегодня выбраться не сможет.       Лавочка уже занята, и не кем иным, как Антоном.       Тот заметно выпрямляется, завидя приближающегося ловеласа без имени. Шаст выглядит напряжённым, и Попов мягко улыбается, присаживаясь рядом и закуривая.       Сейчас мысли заняты исключительно переживаниями, что без жалости поджимают в угол его уверенность. На само́й гонке придётся включать то же безумие, что разошлось пластом обсуждений после выкрутасов участника под номером четыре.       — Тяжёлое утро? — разговор Арс начинает после второй затяжки, утолив первый никотиновый голод, и поворачивает голову.       На Шастуне следов усталости нет, в отличие от Арса, у которого после душа вся тоналка стекла в канализацию, являя синяки под глазами всем и каждому. Благо, Матвиенко ещё не видел и не успел заморочиться по этому поводу.       Голубые глаза с хитринкой, как и в первую их встречу. Но Шастун долго не распинается. — Скорее обычное волнение перед стартом.       И как только докурил, решил, что пора уходить. Времени и желания на болтовню не было.       Шастун поднимается с места и лёгким бегом покидает компанию человека, на которого даже толком не взглянул.       Арсений провожает его задумчивым взглядом.       Попову же до фильтра остаётся пара глубоких затяжек, но потребность в курении сейчас не такая сильная. Скорее привычка. А истинную потребность адреналин, что из организма до нескольких часов выводится, давно уже перебил. Поэтому мужчина до конца не докуривает, потушив о край лавки сигарету и выбросив бычок в урну.

***

      В боксе Антона встретил единогласно громкий смех. Настолько знакомые нотки женского голоса, что пробирают мурашками до костей, заставляют быстро найти взглядом их обладательницу.       Это была Ирина Кузнецова, начёсанная до одурения результатом квалификации и с издёвкой хохочущая с тем парнем, что назвал педика на втором месте — педиком.       Девушка с шлемом в обнимку и собранными в косичку волосами развернулась к зеленоглазому, на лице которого резко вылезли оттенки пассивного раздражения.       — Взгляните на него!

      Что она забыла в чужом боксе — даже чёрт не знает.

      Шастун закатывает рукава своей экипировки, не вылезает из неё, потому что намерен потренироваться ещё, чтобы нагнать ошалелость нового соперника и ни в коем случае не дать ему стать первым.       — Ты сюда пришла под хвост получить?       — А что, спустя столько времени, всё ещё могу?       Гонщица с привлекательными формами и чертами лица явно хотела вывести Антона на эмоции, и похоже, что совсем не стеснялась выйти на открытый конфликт. Только вот её бывший молодой человек сильно поменялся со времён школы и всё теперь не так просто.       — Разве что гаечным ключом, если прямо сейчас не уйдешь.       Вся команда замерла, будто зрители на трибунах от напряжённого поворота в разговоре. И только Макар с огромным удовольствием, с улыбкой на губах и скрещенными на груди руками, смотрел на стычку двух строптивых, характерных, до жути тяжёлых, но при этом таких разных знакомых.       Эту кареглазую суку сюда пропустил именно Макаров. И как раз для того, чтобы его лучший друг поставил девочку на место в приступе гнева после последних новостей о сопернике. Давно пора.       — А чего мы так нервничаем, золотце? Боишься, что сам отхватишь? Всего шесть с половиной секунд, Шаст. Кажется, нашёлся тип скорострельнее тебя.       После коротких смешков Иры и её нового друга, с которым та успела «спеться», настаёт тишина.       Чемпион отодвигается, отходит в сторону, чтобы гостье указать на выход. Та, прежде чем уйти, не теряет возможности и тянется рукой к лицу высокого мужчины, чтобы вот-вот коснуться подушечкой пальца его носа, но он отворачивает голову с неприязнью.       Комментировать подобное не в его интересах, так что все провожают Иру гордым молчанием, будто на поминках.       И как только женская особь пропадает из вида, Антон поднимает руку и пальцем указывает на того самого весельчака и техник замирает.       — А ты… сейчас выходишь в ту же дверь и катишься отсюда на хуй.       Такие крысы в команде ему не нужны. Лишний стресс тоже. Поэтому после замены члена команды он вновь, без клокочущих эмоций, спешит к машине, которую надо перегнать на закрытую трассу для тренировок.