Я и моё воображение

I keep craving, craving, you don't know it, but it's true Can't get my mouth to say the words they wanna say to you This is typical of love I can't wait anymore, I won't wait Need to tell you how I feel when I see us together forever

Проснувшись утром, Сяо Чжань не обнаружил Ибо в кровати рядом с собой. На какое-то мгновение в его душе пробежал неприятный холодок. Что если тому правда нужен был от него только секс и, получив своё, он сбежал? Но споткнувшись взглядом о сумку с вещами, Чжань успокоился и даже успел поругать себя за такие предположения. Исчезновение Ибо могло значить только одно, этот ребёнок опять что-то задумал. Сяо Чжань выдохнул и глупо заулыбался собственным мыслям. Боже, он и правда совершенно пропал. Когда Чжань вышел из душа, Ибо как раз заходил в квартиру. В его руках красовался огромный букет полевых цветов и бумажный пакетик, а на лице, конечно же, наглая улыбка. - Опять? Бо-ди… - уши гэгэ покраснели, но не улыбаться не получалось. Ибо с цветами выглядел невероятно мило, - где ты их взял? В букете было много всего: от космей до васильков. Он был каким-то таким естественно красивым, без прикрас и фальши, как и сам диди. - Сам нарвал, - невозмутимо ответил Ибо, и Чжань не смог удержаться, чтобы легко не чмокнуть того в губы, но его тут же подхватили одной рукой и поцеловали одновременно нежно и властно. Где-то в душе падали последние кирпичики его оборонительных стен. - А тут что? – указал Чжань на пакет. - Булочки на завтрак, поставишь чай? Что-то было такое невероятно тёплое в этом моменте, что его хотелось сохранить навсегда. Оберегать, словно главную святыню. Возвращаться в это необыкновенное утро снова и снова, когда даже солнце за окном светило только для них двоих. Словно уловив ход его мыслей, Ибо спросил: - Чжань-гэ позволит мне дарить ему цветы всю жизнь? Хотя в этой фразе и могла таиться такая обычная для Ван Ибо шутка, но весь его вид выражал предельную серьёзность и решительный настрой. Только раз взглянув в эти глаза, было понятно, что этот человек не готов отступить просто так. Сяо Чжань всей душой хотел утонуть в этом взгляде, захлебнуться своей любовью и с разбегу броситься с обрыва в океан чувств, но просто не мог себе позволить. Он всё-таки был старше, причём ощутимо, и это накладывало долю ответственности. Нужно было поговорить. - Мы же будем встречаться, гэгэ? – на лице диди появилась тень обеспокоенности и растерянности. - Подожди секундочку, давай поговорим, - Чжань поставил цветы в вазу и присел за стол, усаживая Ибо на стул рядом с собой. Тот смотрел на него такими большими щенячьими глазами, что в душе всё невольно переворачивалось. - Понимаешь, как бы сказать… - Сяо Чжань сам с трудом понимал, как ему донести свои переживания так, чтобы ненароком не обидеть, - тебе сейчас 20 лет. - Я для тебя ребёнок? – резко перебил его Ибо. - Нет, я не считаю тебя ребёнком, Бо-ди, - Чжань осторожно взял его руки, - просто у тебя впереди ещё вся жизнь. Ты не можешь заглядывать так сильно наперёд и… - А зачем тогда что-то усложнять? Разве не важно то, что мы… - Ибо слова тоже давались нелегко, хотя он и пытался выглядеть как можно решительней, словно всем своим видом пытался доказать, что он не сомневается, - чувствуем сейчас? - Позволь я договорю, - комок в горле мешал формулировать мысли, - просто… да, я всегда рассматриваю отношения как что-то постоянное. Ибо обиженно хмыкнул, поэтому Чжань поспешил как можно быстрее продолжить: - Я не хочу сказать, что это для тебя не так или что я сомневаюсь в тебе из-за твоего возраста. Просто ты, - его слова полились одним быстрым потоком, - ты такой замечательный, талантливый, перспективный. У тебя есть потенциал добиться очень многого в жизни. Тебя зовут на всевозможные прослушивания за границу. Ты можешь стать по-настоящему выдающимся хореографом, танцором, достичь небывалых высот. Я не хочу, я боюсь стать твоим якорем, который будет держать тебя на месте и не давать развиваться. Ты понимаешь? Зачем тебе отношения со мной и моей стабильностью? Я… я не такой смелый и решительный. Вдруг я не смогу поддержать тебя так, как это будет нужно? Ибо смотрел на него ошарашенными глазами, в которых ясно читалось, что он не ожидал услышать столько искренних комплиментов в свой адрес. - Гэгэ… - он нежно поднял руку Чжаня и прижал к своей щеке, - зачем мне всё это без тебя? Пришло время Сяо Чжаня удивляться. Как этот мальчишка умудрялся так точно попадать в его сердце, не давая никакого шанса спастись? Противозаконно быть таким. Противозаконно быть Ван Ибо. Без единого колебания, отодвинув в сторону свой стул, Ибо опустился перед Чжанем на пол, укладывая свою голову тому на колени, и совсем тихонько прошептал: - Не отталкивай меня. Стараясь не расплакаться, Сяо Чжань нырнул рукой в мягкие волосы. Его переполняла такая всепоглощающая нежность, что он невольно боялся самого себя. - Я думал, что любовь с первого взгляда — это какой-то бред, пока не увидел тебя со своего окна, и мне каждый день хотелось кричать, что ты мне нравишься. Ещё никогда со мной не происходило ничего подобного, - Ибо продолжал открывать душу, уткнувшись в колени Чжань-гэ, - разве этот город, этот дом, это море были бы такими прекрасными, не будь рядом тебя? Я не замечал этой красоты раньше, гэ. Какой смысл в этом чудесном мире, если шагать по нему порознь? Этот парень не переставал удивлять Чжаня. Он мог ожидать чего угодно от такого взбалмошного мальчишки, но только не таких проникновенных речей. Кажется, им предстоит ещё многое узнать друг о друге. Потому что пути к отступлению, видимо, нет, причём он был отрезан не сейчас. Сяо Чжань понимал, что отчасти врёт самому себе, думая, что смог бы взять и отпустить. По сути он был гораздо смелее, чем сам думал, раз смог набрать то сообщение с приглашением. Ведь он всё уже решил в тот момент, вот только признаться не смог, даже самому себе. - Я постараюсь, я оправдаю твои ожидания, гэ, - плечи Ибо всё ещё подрагивали у него в руках, - я добьюсь всего, что ты сказал, ради тебя, только будь со мной. - Не нужно оправдывать мои ожидания, Бо-ди, просто живи, пожалуйста, так, как тебе хочется, - проговорил гэгэ и после короткой паузы добавил, - давай встречаться. Услышав эти слова, Ибо вскочил на ноги, схватил руками его лицо и прижался дрожащими губами в жадном поцелуе. - Гэ, с тобой у меня получится всё, - шептал ему прямо в уста этот невозможный мальчишка между поцелуями, - в меня ещё никто никогда так не верил. - Давай позавтракаем, - напомнил раскрасневшийся от всех этих проявлений любви Чжань. - А потом пойдём кататься на картингах, я тут нагуглил трек неподалеку, - за секунду вернув на место своего невозмутимого гремлина, отчеканил Ибо. - Эй, стоп… - хотел было запротестовать Чжань, но его властно схватили и опять утянули в поцелуй, не давая никакой возможности сопротивляться. - Ты же не можешь отказать своему парню, - дерзко подняв бровь изрёк Ибо, словно это не он только что самым чувственным образом признавался в любви. И тут Сяо Чжань осознал, на что только что подписался. Но он тоже постарается соответствовать ожиданиям. Подумал гэгэ и крепко обвил руками сильные плечи напротив.

***

Стоит сказать, что с появлением в жизни Сяо Чжаня Ван Ибо, его привычные устои слегка изменились. Или лучше признать, встали с ног на голову? Ему всегда казалось, что он человек спокойный, даже консервативный. С детства любил творчество, первой любовью был молодой театральный критик, преподававший в их университете, а на выходных они с друзьями играли в настольные игры. Теперь же просыпаясь с утра, он спотыкался о детальки лего, а на кухне его встречал какой-то очередной кулинарный шедевр, залитый уксусом до краёв миски. И самое безумное во всём этом, что непривычные для его устоявшегося мира вещи заставляли теперь сердце Чжаня биться быстрее. Если бы его спросили, за что он любит Ибо, он смог бы назвать тысячу и одну вещь по одной единственной причине – потому что боготворил практически всё, что тот делал. Он был первым фанатом его танцев, обожал смотреть, как тот возится со своими конструкторами, как яростно ругается, снося башку какому-то монстру в видеоигре, у него перехватывало дух от трюков Ибо на скейте, а при виде того на мотоцикле совсем сносило крышу. Не успел он опомниться, как и сам оказался сидящим сзади на этом железном чудовище, крепко вцепившись в своего парня руками. Однажды его даже подбили поехать так на море, все 200 км! Передвигаться таким видом транспорта по городу и вовсе стало привычным делом. Не мудрено, что ни друзья, ни коллеги не могли его узнать. Кто-то искренне радовался, что у Чжань-Чжаня появился любимый человек, а кто-то крутил пальцем у виска, не забывая напомнить, что парнишка точно наиграется и бросит. Короче, и без того не особо широкий круг общения Сяо Чжаня прошёл серьёзный отсев, ведь если кто-то был не готов принять Ибо, то мог катиться к чёрту вместе со своими советами. Что-то подобное можно сказать и о Ибо, которого с малых лет привлекало активное времяпровождение и все существующие в этом мире виды экстремального спорта. Если речь шла о скорости и адреналине, можно было с лёгкостью сказать, что это ему подходит, но за полгода их с Чжанем отношений, он посетил больше художественных выставок и театральных постановок, чем за всю предыдущую жизнь, причём с превеликим удовольствием. Казалось, они живут в мирах, которым не суждено пересечься, но траектории их планет сумели нарушить все законы физики, устремившись навстречу друг другу сквозь время и пространство. И как бы это ни выглядело со стороны, но их случай не был из тех пресловутых теорий о притяжении противоположностей. Между ними словно пролегла какая-то незримая сакральная связь, которую было суждено понять только им одним, растворившись друг в друге, разделив одно на двоих дыхание. Взаимопонимание проходило на том уровне, когда было достаточно одного взгляда, чтобы сказать, что у другого на душе. Несмотря на все внешние различия, у них было гораздо больше общего, чем возможно представить. И пусть хоть всему миру кажется, что они разные, несопоставимые, словно пазлы из разных наборов, но их секрет заключался в том, что лишь друг другу они были готовы открыть те стороны, которые не желали показывать никому. Только Сяо Чжань слышал те чуткие признания, вылетающие из уст Ибо ему на ухо под покровом ночи. Только Ван Ибо видел, как его извечно вежливый Чжань заваливается домой, громко заявив, как же сильно его заебал их завуч, и что он уволится к херам, если ему не перестанут ставить расписание с пятичасовыми окнами. Вот только поглощённые собственными чувствами, они и не заметили, как сгустилась вокруг них атмосфера. Родители Чжаня словно специально оттягивали знакомство, ожидая, что ещё какой-то месяц и они разбегутся. Ибо своим пока не говорил, что встречается с парнем, и это было отчасти даже к лучшему, а с другой стороны, создавало ряд неудобств, ведь они были вместе так часто, что временами диди приходилось врать по телефону, где он находится, виновато поглядывая на Чжаня. Обстановка в дружеском кругу тоже получилась специфической. Если по началу гэгэ и сам мог бесконечно шутить по поводу их разницы в возрасте, то со временем подколы его коллег и по совместительству лучших друзей, Мэн Цзыи и Ван Чжочэна, перестали казаться смешными. Сам же он чувствовал себя сродни инопланетянину, ловя на себе озадаченные взгляды приятелей Ибо по танцевальной группе, когда появлялся в их студии, чтобы забрать того после репетиции. На первых порах было как-то всё равно, что думают окружающие. Они спокойно иногда проводили время со своими друзьями, не спеша знакомить с ними друг друга. Почему? Да просто как-то так само собой получалось. Например, когда Ибо с компанией шёл в кино на какой-то блокбастер, который совершенно не интересовал Чжаня, и тот попросту не хотел им мешать своим занудством. А Чжань в принципе был отъявленным домоседом. Его и самого было сложно оторвать от книги или мольберта в свободное время и выпереть социализироваться, когда он и так всю неделю общался с целой кучей народа на работе, включая своих друзей. А если к этому всему добавить тот факт, что они ещё далеко не успели насытиться времяпровождением вдвоём, можно было легко понять, почему получилось, что их круг общения не особо пересекался. Но в один прекрасный день Сяо Чжань резко осознал проблему во время разговора с Цзыи за обедом. Девушка пригласила их с Чжочэном на свой день рождения, который планировала отмечать в каком-то пафосном баре с претензией на элитное место для истинных интеллектуалов. Когда Чжань заметил, что может прийти, но понятное дело с Ибо, та бесцеремонно произнесла: - Чжань-Чжань, там будут только мои друзья из академических кругов. Сяо Чжань опешил от такой предъявы, прекрасно зная, что эти пресловутые академики всего лишь парочка вполне посредственных преподавателей и какие-то умники из писательского клуба, куда Цзыи ходила по выходным. - Ты только что сказала, что мой парень недостаточно умён для твоей интеллектуальной компании? – холодно переспросил гэгэ, еле сдерживая себя, чтобы не добавить ещё, что она и сама-то всего лишь учительница литературы, а не какой-то великий автор, чьи романы сметают с прилавков за минуты. Мэн Цзыи тяжело вздохнула. Человеком она была достаточно прямым, а ещё раздражительным и категоричным. Обычно их дружеские отношения держались на добродушном характере Сяо Чжаня, который ценил в людях их положительные качества и умел закрывать глаза на недостатки, но даже он вышел из себя от подобных заявлений. Ситуацию попытался спасти сидящий рядом Чжочэн: - Кажется, Цзыи-цзе просто думает, что Ибо может быть скучно, когда интересы… - начал было лепетать тот какие-то бессмысленные оправдания, но Чжань уже демонстративно встал. - А мне по-другому показалось, - резко оборвал Сяо Чжань, развернулся и ушёл, чтобы не разойтись ещё сильнее. Ему было даже не так обидно, что его явно считали за дурака, с которым решил позабавляться какой-то мальчишка, а он один очевидно этого не видит и строит себе иллюзии о великой любви на всю жизнь, как из-за мнения его друзей о Ибо, которого они совершенно не знали и явно не хотели узнать лучше. Всё стало ещё хуже вечером, когда Ибо, переступая с ноги на ногу, замявшись, пытался объяснить Чжаню, что пойдёт в пятницу на какую-то вечеринку. Было очевидно, что тот чувствовал себя не то виноватым, что идёт один, не то боялся, что Чжань будет в принципе против. И это уже было не дело. Вступая в эти отношения, Сяо Чжань твёрдо решил, что они смогут построить что-то крепкое только, если смогут выражать свои мысли вслух, и как старшему именно ему приходилось теперь брать на себя инициативу во всех этих не совсем приятных разговорах. Вот только это не значило, что получаться у него должно было сразу хорошо. - И в чём проблема, Ибо? – как-то слишком злобно бросил Чжань, всё ещё находясь в раздосадованных чувствах из-за ситуации в столовой. Ибо резко замолчал, зависнув в своих мыслях, а потом тихо добавил: - Я могу не пойти, если ты не хочешь. Он выглядел таким милым котиком в этот момент в своих попытках не разозлить гэгэ, но вот только Чжань не хотел, чтобы тому приходилось за что-то перед ним оправдываться. - А я могу пойти с тобой? – постаравшись унять все свои отрицательные чувства, уже осторожней начал прощупывать почву Сяо Чжань и заметил на лице своего парня явное смятение. Похоже, всё было примерно так, как он и думал, и у Ибо возникла какая-то подобная ситуация с его друзьями. - Гэ… - осторожно начал подбирать слова Ибо, но Чжань не был намерен наблюдать за его мучениями. - Иди сюда, - постучал он по дивану рядом с собой, подождал, пока Ибо сел рядом, опустил голову тому на плечо, взяв за руку, и абсолютно честно выдал свои мысли, - мне кажется, нам нужно признать, что у нас назревает проблема в виде неодобрения наших отношений со стороны нашего окружения. - Чжань-гэ, - запротестовал диди, - просто там будут только студенты из моего факультета и… - И я слишком стар для этого. - Нет! – молниеносно отреагировал Ибо, - просто… это как-то… Почему-то стало и правда обидно, словно Чжань сам не находился в подобной ситуации буквально пару часов назад. В конце концов, он всего лишь человек и да, ему может быть неприятно от чувства, что он отчасти не вписывается в жизнь дорогого для него человека. - Чжань-гэ, - опять позвал его Бо-ди, тотчас уловивший эту смену настроения, - я никуда не пойду. Это вообще неважно, просто забудь. Он повернул к себе голову Чжаня и успокаивающе чмокнул в губы. - Это сейчас пока ещё неважно, Бо-ди, - не унимался Сяо Чжань, - но мне начинает не нравиться… что меня не воспринимают твои друзья… и мои тебя… - Тогда давай об этом поговорим, - сказал Ибо и смёл руками своего гэгэ в охапку, уложив их обоих на диван в обнимку, и у Чжаня опять захватило дух от того, каким зрелым взглядом на него смотрели эти бездонные глаза, полные не типичного для своего возраста понимания. Резко стало спокойней на душе и слова полились легче: - Я понимаю, что я не разбираюсь в танцах и даже не умею танцевать, а тебе может быть не интересно слушать разборы лекций об авангардизме, и мы не должны быть привязаны друг к другу 24 на 7… - Я готов быть привязан к Чжань-гэ вечно, - от дыхания Ибо, уткнувшегося ему в шею, веяло таким родным теплом, - но я понимаю о чём ты. Было бы хорошо бывать где-то вместе не только вдвоём. - Мм... – выдохнул с облегчением Сяо Чжань, в очередной раз ощутив, как в его душе разливается бескрайнее море любви к этому невероятному человеку. Если была возможность достигнуть максимальной точки обожания кого-то, то ему казалось, что он уже на этом Эвересте, - мы же не можем нигде никогда не появляться вместе... Ван Ибо согласно кивнул. Голова этой ходячей катастрофы была априори запрограммирована на сумасбродные идеи, вот и в этот раз он уже готовился выдать самый безумный рискованный план для их интеграции в круг общения друг друга, который только можно было придумать – пригласить их самых близких друзей всех вместе в один момент к ним домой на ужин. Заставить общаться между собой занудных любителей классической литературы и бесшабашных студентов, среди которых Ибо ещё слыл, как самый адекватный, разве не гениальная идея? Почему-то Чжань ржал во весь голос, представив себе эту картину, и самое главное, не собирался переубеждать своего парня. Уж что-что у них было явно общее - это любовь потроллить окружающих. - Мы их просто напоим, - добавил Ван Ибо заговорщицким тоном. День X настал быстро. Подготовка проходила невероятно весело. В перерывах между продумыванием меню, они с Ибо не забывали обрисовать себе парочку возможных забавных ситуаций и опять залиться смехом. Скорее всего, планируй Сяо Чжань подобную авантюру сам, он бы уже сошёл с ума от волнения, но вдвоём было совсем не страшно. Хотя по-настоящему бояться стоило скорее их гостям. Помимо Чжочэна и Цзыи, Чжань пригласил ещё своего друга детства, Юй Биня. Тот был застенчивым парнем, с которым Ибо уже и раньше неплохо ладил, так что представлял наименьшую угрозу. С другой стороны должны были быть боевые товарищи Ибо по танцам, учёбе и выпивке в составе четырёх человек. Короче, компания намечалась очаровательная. Первой, естественно, пришла Цзыи, отличающаяся всегда особой пунктуальностью. Чжаню подсознательно казалось, что Чжочэн с Юй Бином просто нашли тысячу и один повод, чтобы опоздать намеренно, за что он даже не стал бы их винить. Войдя в квартиру, девушка поздоровалась с хозяевами и осмотревшись по сторонам, иронично выдала, обращаясь в сторону Ибо: - Кажется, ты здесь совсем уже поселился, - её рука указывала на нетипичные для интерьера квартиры Чжаня вещи, по типу скейтборда и коллекции шлемов для мотоцикла, копившихся в углу. Сяо Чжань уже практически был готов ответить, заняв грозную оборонительную позицию, но Ибо отреагировал первый с самой невинной лучезарной улыбкой: - Вообще нет, я зачем-то совершенно бессмысленно плачу аренду за свою квартиру, хотя почти каждый день ночую здесь. Девушка пренебрежительно закатила глаза, явно собираясь сказать что-то ещё, но раздался спасительный звонок в дверь. Диди пошёл встречать замявшегося на пороге Юй Бина с ящиком пива, а Чжань воспользовался его отсутствием, чтобы бросить на подругу грозный взгляд. Вскоре подтянулся и Чжочэн, а компания Ибо завалилась вся вместе одной смущённой кучей. И тут в ход пошли все припасённые способы разрядить обстановку – от шикарного домашнего ужина до настольных игр, а когда алкоголя в крови уже было достаточно, Ван Ибо вытащил из рукава беспроигрышный козырь – демонстрацию своего фирменного способа готовки салата «Битые огурцы». Хоть Чжань и пытался сопротивляться ровно две минуты, не одобряя таких прямых подходов к названию блюда, но Ибо уже было не остановить в его желании приготовить закуску к из ниоткуда появившейся бутылке какой-то настойки. К концу вечера атмосфера уже была по настоящему непринуждённой. Цзыи нашла общий язык с Исюанем и увлечённо расспрашивала того о жизни в Австралии, Ван Чжочэн с Юй Бином отлично вписались в компанию сражающихся не на жизнь, а на смерть парней за виртуальный футбольный кубок, и даже получили персональное приглашение на чемпионат по уличным танцам в следующем месяце, Сынён не мог перестать подкалывать выпившего Ибо, соревнующегося с кошкой, кто сильнее прилипнет к Сяо Чжаню. В общем, исключая пару небольших дискуссий и жалующихся соседей, которые были в полном замешательстве от такого шума, исходящего из квартиры их любимого учителя, которого всегда можно было ставить в пример, вечер можно было назвать отличным. План социальной интеграции в круг друзей оказался успешным, следующими на очереди были родители.

***

Сяо Чжань проснулся от нежного прикосновения руки, блуждающей по всему телу. Приоткрытые глаза залил мягкий свет, проникающий в комнату сквозь не очень плотные шторы. Ибо прижимался к нему со спины, бережно гладя каждый сантиметр его кожи. Его ровное дыхание ласкало ухо, заставляя гэгэ утопать в необычайной гармонии этого момента. Это было так нереально прекрасно, что непроизвольно хотелось спросить, а не моё ли это воображение? - Можно? – очень тихо шепнул диди, скользнув между его ягодицами. Касание пальца у всё ещё растянутого после их ночных утех входа отозвалось мелкой дрожью по всему телу балансирующего между сном и реальностью Сяо Чжаня. Он вполголоса ответил: - Я ещё не проснулся, - но совсем чуть-чуть подогнул колени, давая своё безмолвное согласие делать с ним всё, что его парню захочется. Не забыв добавить смазки, Ибо начал входить в него аккуратным медленным движением. Благодаря не затуманенному вспышками неистового возбуждения рассудку, Чжань чувствовал, как ощущает его каждым своим сантиметром, и это было так особенно интимно. Войдя целиком, диди замер, давая им обоим возможность всецело погрузиться в это состояние полного единства. Покрывая шею гэгэ лёгкими, словно пёрышко, касаниями губ, он продолжал выводить узоры по его телу, пока Чжань не поймал его руку, чтобы поцеловать каждую костяшку пальцев, каждый миллиметр кожи, и нежно прижать к своему лицу. Сердце Сяо Чжаня переполняло до краёв всепоглощающей любовью. Знал бы он каким богам молиться, был бы готов упасть на колени в благодарности небесам за то, что послали ему этого человека. Просто невозможно желать раствориться в ком-то больше, чем он сейчас хотел стать частичкой Ибо. Струиться жизненной силой по его венам, наполняя потребностью жить. - Я люблю тебя… - прошептал Чжань на полувдохе рвущиеся наружу слова, - Господи, как же я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, Чжань-гэ. Придерживая одной рукой его талию, Ибо продолжал двигаться медленными толчками. В какой-то миг его пальцы скользнули к месту, где они были соединены, нежно очертив растянутое вокруг его плоти кольцо мышц. Чем рваней становилось дыхание гэгэ и чем чаще он выдавал приглушённые протяжные стоны, тем больше нарастал темп. Через какое-то время Ибо сам согнул в колене одну его ногу, придерживая её почти у груди, чтобы обеспечить себе ещё более удобный угол для более глубокого проникновения. Сяо Чжань окончательно утонул в заботе и любви диди, когда тот обхватил его член предусмотрительно влажной рукой. Он не спешил, растягивая удовольствия, медленно скользил вверх-вниз, наконец остановившись у головки, лаская большим пальцем уздечку, точно зная, как именно ему нравится. Ещё несколько движений и Чжань почувствовал, как его накрывает волной наслаждения. Ибо осторожно отпустил его ногу и уложил на живот, крепко обхватив, и вбиваясь быстрыми короткими толчками, кончил вслед за ним, обессиленно уронив голову на его плечо. Они остались лежать в этой позе некоторое время, упиваясь близостью, пока Ибо не прошептал всё так же мягко: - Я наполнил тебе ванну, хочешь отнесу? В душе вышел из берегов новый океан любви, и не в силах удержать свою самую яркую улыбку, Чжань проговорил, прижимая руку Ибо к своей груди: - Я, похоже, спас человечество в прошлой жизни, чтобы встретить тебя. - Ты просто самый замечательный человек на этой планете, - с неподдельной искренностью в голосе ответил диди, и правда схватив Сяо Чжаня на руки. Понежившись как следует в ванне, Чжань последовал на кухню, ведомый запахом жасмина и выпечки. Такой уютный домашний Ибо стоял к нему спиной, разливая по чашкам его любимый чай, а на столе расположились тарелка с булочками и огромный букет розовых подсолнухов. Где он только находит каждый раз новые цветы? Сегодняшние выглядели особенно прекрасно. Они были такими необычными, вобравшими в себя какие-то несочетаемые вещи, как и сам Бо-ди. Боже, он что, правда сравнивает его с каждым существующим в этом мире цветком? Гэгэ невольно залился краской от смущения, при этом улыбаясь во весь рот. Кажется, он никогда не привыкнет к этим знакам внимания от его «совсем не романтичного, а очень крутого» по его собственным словам парня. Да и зачем, если его душа каждый раз трепещет при виде этих нежных лепестков? Заметив его присутствие, Ибо повернулся. На губах красовалась коронная улыбочка, но глаза просто лучились безграничным теплом. Даже год спустя Чжань всё ещё не выдерживал этого пронзительного взгляда. Попытавшись сделать максимально невозмутимое лицо, хотя естественно его выдавало абсолютно всё: довольный вид, сверкающие глаза, подрагивающие губы, гэгэ проговорил с поддельным возмущением кивнув в сторону букета: - Опять, Бо-ди? Сколько можно? Улыбка Ибо стала ещё ярче и так же решительно и непоколебимо, как и год назад, он повторил: - Я буду всю жизнь дарить тебе цветы, Чжань-гэ.