Цветение Белым

— Шицзе, это действительно ты? — Спросил Вэй Ин, сидя на соломе и щурясь, чтобы лучше видеть в темноте. — Я, А-Сянь, — ответила Цзян Яньли со слезами на глазах, когда Вэй Усянь обнял её. — Я здесь, — прошептала она, обнимая его в ответ.       Вэй Ин положил голову сестре на плечо и вдохнул её успокаивающий аромат.       Никто в мире не мог так утешить, как его шицзе. — А Цзян Чэн тоже с тобой? — спросил он, потому что, несмотря на то, что несколько дней назад они с шиди подрались, он всё равно считал Цзян Чэна своим братом и не держал на него зла.       В конце концов, как у главы ордена Цзян, у Цзян Чэна были связаны руки в этом вопросе — он должен был вести себя определенным образом, чтобы сохранить свой статус в глазах других орденов.       Тем более, что такое маленький удар ножом по кишкам между братьями?       Цзян Яньли покачала головой и принялась гладить Вэй Усяня по волосам. — А-Чэн даже не знает, что я здесь, — хихикнула Яньли, и Вэй Усяню тоже захотелось рассмеяться. — А-Сянь, ты не поверишь, кто меня сюда привёл!       Вэй Ин заинтересованно прищурился.       Кто, кроме Цзян Чэна, мог быть достаточно добрым и сильным, чтобы сопроводить его шицзе к Могильным Курганам целой и невредимой?       Может быть, Не Хуайсан? Очень маловероятно.       Может… У Вэй Ина перехватило дыхание.       Может ли это быть Лань Чжань? Кто ещё в мире совершенствования подходил под эти критерии? Только… — Лань Чжань! — воскликнул он.       Цзян Яньли перестала гладить его волосы и посмотрела на него с любопытством. — Лань Чжань? Лань Ванцзи? Ханьгуан-цзюнь? Почему Ханьгуан-цзюнь здесь? Я думала, вы не переносите друг друга? — поинтересовалась она, и Вэй Усянь вдруг почувствовал себя очень разочарованным.       И очень глупым.       Он уже собирался спросить, кто с ней, если это не Лань Чжань или Цзян Чэн, когда снаружи пещеры раздались громкие крики. — Здесь шпионы Цзинь! Здесь шпионы Цзинь! — бабушка Вэнь кричала во всю мощь своих легких, в то же время был слышен яростный крик Вэнь Бин-Бин.       Вэй Усянь переглянулся со своей шицзе, после чего они оба бросились вон из пещеры Убийцы Демонов.       Снаружи четвёртый дядя держал бабушку Вэнь за плечи, а Вэнь Бин-Бин и три других Вэня кружили вокруг Цзинь Цзысюаня и… Мянь-Мянь?!       Оба «пленника» выглядели не очень хорошо: свирепые мертвецы, которых Вэй Усянь расположил вдоль дороги, ведущей к Могильным Курганам, очевидно, сражались с ними по пути.       Вэнь Цин с иглами в руках быстро появилась рядом с Вэй Усянем и окинула Цзян Яньли нечитаемым взглядом. — Последний раз повторяю, мы не шпионы Цзинь, — объяснил Цзинь Цзысюань, пока Вэнь Бин-Бин тыкала ему в спину кончиком старого ржавого меча, который она нашла во время раскопок несколько дней назад.       Вэнь Цин прищурилась, приблизилась к ним и невозмутимо указала на пион на одеждах Цзинь Цзысюаня, а также на алую точку на его лбу.       Цзинь Цзысюань закатил глаза. — Ну, я действительно Цзинь, но я не шпион, — Вздохнул он. Мянь-Мянь пристально смотрела на Вэнь Цин. — Я могу подтвердить, что они не шпионы Цзинь. Они сопровождали меня сюда только потому, что я попросила их об этом, — сказала Цзян Яньли Вэням, которые были очень удивлены, увидев её рядом с Вэй Усянем.       Вэнь Бин-Бин кивнула в ответ на её слова, но всё ещё с подозрением смотрела на пару чужаков.       Она отошла от них на несколько шагов, но держала острие меча направленным на Цзинь Цзысюаня.       Вэй Усянь хотел сказать что-то в свою защиту, но решил, что павлинье самолюбие в результате только окрепнет после этого спора, и промолчал. — Именно так! Мы проводили госпожу Цзян сюда и уйдём примерно через час, — сказал Цзинь Цзысюань, в его голосе слышалось раздражение.       Вэнь Цин, похоже, тоже не была готова полностью доверять им двоим. — Хорошо, пока госпожа Цзян говорит со Старейшиной Илин, — начала она, и остальные согласно кивнули, — я лично буду присматривать за вами обоими. Одно неверное движение, и вы вскоре обнаружите, что мои иглы, хоть и могут показаться не очень опасными, могут быстро нанести необратимый ущерб. — Цзинь Цзысюань! — Прошипела Мянь-Мянь. — В следующий раз, когда ты попросишь меня об услуге, я точно откажу тебе.

***

      Конечно, час, проведенный Вэй Ином с его любимой шицзе, пролетел быстро.       Настолько быстро, что, казалось, он длился считанные секунды.       Он начал разговор с того, что спросил у шицзе, как обстоят дела в Пристани Лотоса, а Цзян Яньли рассказала, что не слишком гордится боем своих младших братьев.       Что рука Цзян Чэна зажила довольно быстро, и она рада видеть, что её Сянь-Сянь не умирает от лихорадки, вызванной раной в животе.       Затем она спросила его, не хочет ли он, чтобы она принесла что-нибудь особенное в Могильные Курганы во время следующего визита, и Вэй Усянь, который не был большим поклонником павлина в целом, вынужден был признать, что Цзинь Цзысюань привёл сюда его шицзе, что было очень впечатляюще и бескорыстно.       Во время разговора Вэй Ину всё время хотелось рассказать ей, что он переспал с Лань Ванцзи, и что в результате их развратной ночи появился ребёнок, но поскольку он не знал, как сообщить ей эту новость, решил пока сохранить её в тайне и поэтому просто рассказал сестре о том, как они с Вэнями выживали в Могильных Курганах.       Что, наверное, и к лучшему.       Он как раз рассказывал ей о том, как Четвёртый Дядя закончил строить колодец и как-то чуть не упал в него, когда они оба услышали голос Цзинь Цзысюаня, зовущий их наружу. — Дева Цзян, нам пора идти, пока никто не узнал, что мы оба пропали из Башни Кои, — предупредил он, и Вэй Усянь почувствовал сильное разочарование от того, что их час вместе уже подошёл к концу.       Рука об руку брат с сестрой покинули пещеру Убийцы Демонов и вернулись к Цзинь Цзысюаню и Мянь-Мянь, которые сидели у жаркого огня.       Вэнь Бин-Бин всё ещё направляла на них свой старый меч, но это такие мелочи.       Вэнь Цин, напротив, убрала иглы и сейчас была занята тем, что пыталась промыть раны Мянь-Мянь.       Хотя, судя по хмурому лицу Мянь-Мянь, жест этот она не оценила.       Вэнь Цин тоже не выглядела счастливой.       При виде Цзян Яньли, вышедшей из пещеры, глаза Цзинь Цзысюаня загорелись, а Вэй Усянь почувствовал тошноту.       Похоже, этот идиот ответил на чувства его шицзе.       Что ж, видимо, тот удар, что Вэй Ин нанёс ему в лицо, в кои-то веки оказался действенным. — Благодарю вас всех за гостеприимство, — поблагодарил Цзинь Цзысюань, вставая, чтобы уйти. Вэнь Бин-Бин разразилась смехом. — Не стесняйтесь, приходите  в любое время, — сказала бабушка Вэнь, зевая. — Мы не так уж часто выходим отсюда и видим других людей! — Добавила она, большинство Вэней и Вэй Усянь начали смеяться. — Как будто мы захотим сюда вернуться, — мрачно пробормотала Мянь-Мянь, её щёки покраснели, она быстро встала, повернулась спиной к Вэням и пошла за Цзинь Цзысюанем по главной дороге, ведущей прочь от Могильных Курганов.       Вэнь Цин закатила глаза, а Цзян Яньли слегка хихикнула, в последний раз обняв младшего брата и поцеловав его в щёку, и в последний раз заверила его, что скоро вернется сюда с подарками.       Расставание никогда не было приятным, но, по крайней мере, брат с сестрой знали, что скоро снова увидятся, и эта мысль немного облегчала боль.

***

      «Не-сюн,       Мне почти неловко снова беспокоить тебя, но если кто-то и может помочь мне в этом деликатном деле, так это ты!       Вэнь Цин (ты ведь помнишь, кто она? Целитель, свирепая, симпатичная…) рассказала мне о существовании некоторых бесценных медицинских книг, которые когда-то принадлежали ей, но теперь остались в Цишане.       Нам они нужны как можно скорее по ОЧЕНЬ веской причине, но, очевидно, мы не можем пойти и забрать их сами.       Не мог бы ты попытаться найти их для меня?       Я указал (вероятное) местонахождение этих книг (и их названия) на следующей странице».       Не Хуайсан приостановил чтение, опустив письмо, которое держал в руках.       Ну, конечно, то, о чём его просил Вэй Усянь, не было лёгкой задачей!       Чтобы добраться до Цишаня, ему потребуется по меньшей мере один или два дня пути из Нечистой Юдоли, ведь он не мог летать на своей сабле; к тому же это не означало, что когда он достигнет места назначения, книги всё ещё будут там, где их оставила Вэнь Цин, подруга Вэй Усяня.       В конце концов, во время Аннигиляции Солнца большинство кланов расхищали ценности то тут, то там, и если эти книги были настолько бесценны, как писал Вэй Усянь, то кто-то уже мог решить присвоить их себе.       Хотя ему было трудно понять, как и почему кто-то захочет украсть книгу с рисунками людей, разрезанных напополам…       Не Хуайсан обмахнул себя веером, а затем положил письмо на письменный стол, рядом со своей последней картиной, и взял свою любимую кисть.       Скорее всего, его дагэ — всё время подозревающий Цзинь Гуанъяо в чём-то очень плохом — даже не позволит ему исчезнуть из поля зрения.       Погрузившись в свои мысли, он покусывал кончик кисти, Чжэнгуй мелодично пела со своего насеста.       Если Вэй Усянь попросил его найти эти книги, значит, они действительно были очень важны для него или для его совершенствования.       Но как Не Хуайсан мог достать их?       Он снова вздохнул, отодвинул тонкую серую занавеску, закрывавшую окно, и выглянул наружу.       Он задумчиво смотрел на скалистые горы, когда его взгляд остановился на Не Цзунхуэе, что в одиночестве тренировался на площадке. — Цзунхуэй! Цзунхуэй! — Позвал Не Хуайсан, помахав ему рукой. — Я хотел спросить, не мог бы ты оказать мне небольшую услугу? — Спросил он, невинно хлопая ресницами и кокетливо наклоняя голову в сторону.       Цзунхуэй, который, очевидно, был влюблён в него, выжидающе посмотрел на него, и Не Хуайсан уверился, что только что нашел идеальное решение своей проблемы.

***

— Цзысюань, где ты был вечером два дня назад? — Неожиданно спросила госпожа Цзинь своего сына, когда они вместе пили чай.       Светило солнце, пели птицы, Цзинь Цзысюань поперхнулся чаем и попытался быстро придумать правдоподобное оправдание.       Госпожа Цзинь несколько раз ударила его по спине, а затем широко улыбнулась ему. — Тише, сынок, тебе не нужно мне ничего рассказывать. Я знаю только, что Яньли выглядела очень счастливой, когда я видела её в последний раз, и что она попросила брата отпустить её сюда в конце месяца. Что бы ты ни сделал, продолжай в том же духе, и скоро мы сможем устроить свадьбу!

***

      Лань Ванцзи в последний раз оглядел свой новый дом, после чего закрыл дверь цзиньши и направился к главным зданиям.       Он проверил, правильно ли накормлены его кролики, и уже собирался незаметно покинуть Облачные Глубины, когда услышал позади себя хорошо знакомый голос. — Ванцзи, ты собираешься на ночную охоту? — спросил Лань Сичэнь, скрестив руки на груди, с лукавой улыбкой на губах. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи, обернувшись и кивнув старшему брату. — Отлично! Ну, если путь приведёт тебя, скажем так, поближе к Илину, быть может, ты сможешь передать кое-что одному хорошо знакомому тебе человеку от моего имени? — Спросил Лань Сичэнь, бросив на младшего брата проницательный взгляд. — Это мне прислал Не Минцзюэ, — добавил он, протягивая ему мешочек цянькунь. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи, быстро положив мешочек в рукав верхних одежд.       Конечно, Сичэнь знал, что он попытается найти Вэй Ина.       В конце концов, брат всегда умел читать его лучше, чем кто-либо другой.       Прошло уже два месяца с тех пор, как Лань Ванцзи и Вэй Усянь в последний раз виделись на Тропе Цюнци, и уже совсем скоро они воссоединятся, а это было главным.