Цветение Белым

— Знаешь, почему эти двое хотели, чтобы я срочно созвал совет со всеми главами крупных орденов? — Цзинь Гуаншань был зол. Очень зол. — А ведь ты говорил, что надавить на Цзян Ваньиня и заставить его отвернуться от Вэй Усяня будет достаточно. — Цзинь Гуаншань сплюнул, схватил яблоко из стоящей рядом с ним богато украшенной чаши и начал сдавливать его правой рукой. — Мне нужна Стигийская Тигриная Печать, немедленно! — И я клянусь, что вы скоро получите её, глава Цзинь. — Успокаивающе ответил Цзинь Гуанъяо, склонив голову в знак извинения. — Сейчас мы должны радоваться новости о помолвке Цзысюаня с девой Цзян. Это действительно произошло в лучшее время и поможет нам выиграть больше времени, чтобы привести наш план в действие. Цзинь Гуаншань перестал мучить яблоко и, наконец, откусил от него кусочек. — Хорошо, но знай, если ты не сумеешь достать мне Печать в ближайшее время, я публично отвергну тебя как своего сына. Только боги знают, какой невыносимой стала госпожа Цзинь после твоего прибытия в Башню Кои, — добавил он после того, как Цзинь Гуанъяо поклонился в последний раз перед тем, как покинуть зал. Ещё несколько дней — это всё, что ему было нужно. Ещё несколько дней…

***

Цзян Яньли рассеяно слушала брата и старалась не спрашивать ничего провокационного и не изучать его профиль слишком уж долго, пока они медленно поднимались к Могильным Курганам. Вэй Усянь постоянно говорил то об одном, то о другом по пути. Несмотря на то, что её младший брат и жених не были самыми дружными людьми в мире, они старались ладить друг с другом ради неё. Это было приятным изменением — Цзинь Цзысюань даже старался казаться заинтересованным, когда Вэй Усянь беспрестанно рассказывал о картофеле, который он хотел вырастить, но Вэнь Цин не давала ему посадить его. Вэй Усянь же, в свою очередь, задал Цзысюаню несколько вопросов о том, как дела в Башне Кои. Как только их группа достигла вершины горы, Мянь-Мянь — которая как раз работала на поле вместе с бабушкой Вэнь, Вэнь Нином и Вэнь Цин — энергично помахала им рукой. — Цзинь-гунцзы! — Позвала она, вытирая свои грязные руки о юбку. — Мянь-Мянь, — поприветствовал Цзинь Цзысюань свою подругу. Ему не терпелось поговорить с ней, но он оставался рядом с Яньли. Вэй Усянь недоверчиво посмотрел на него — Цзысюань был подозрительно внимателен к его сестре. Цзян Яньли лишь мило улыбнулась им обоим. — Я отойду с А-Сянем, — сказала она, подхватила брата под руку, и, не дав ему и секунды на протесты, мягко потащила к пещере. — Ты уверена, что не хочешь сперва поздороваться с четвертым дядей? — Спросил Вэй Усянь, отчаянно пытаясь оттянуть неловкий разговор, который должен был вскоре произойти между ними. Цзян Яньли подняла изящные брови и покачала головой, когда они вошли в пещеру. Тут было чище, чем в прошлый раз, но всё ещё оставалось несколько талисманов то тут, то там, а также валялись детали изобретений, над которыми работал Вэй Ин. — А-Сянь, прежде чем ты мне что-то скажешь, я хочу, чтобы ты знал, что этим летом я собираюсь выйти замуж за Цзинь Цзысюаня, — скороговоркой сказала девушка, и улыбка мгновенно озарила её лицо. Вэй Усянь потрясенно вскрикнул, его глаза расширились. — Шицзе, ты уверена, что стоит выходить замуж за этого Павлина?! — Мой Сянь-Сянь выглядит так очаровательно, когда волнуется обо мне, — хихикнула Цзян Яньли. — Но, хватит обо мне. Теперь твоя очередь рассказать своей цзе-цзе, что с тобой происходит. Ох… Вэй Усянь открыл рот, но из него не вырвалось ни звука. Как он вообще должен это рассказать? Шицзе, я обрезанный рукав? Шицзе, Лань Ванцзи на самом деле не ненавидит меня? Шицзе, мы с Ханьгуан-цзюнем провели ночь страсти и… сюрприз, я жду от него ребенка? Шицзе, я идиот, что я один буду делать с ребёнком? — Только не говори мне, что ничего не происходит, потому что я почувствовала, как меня что-то коснулось. Дважды. — Напомнила ему Цзян Яньли, садясь на землю и указывая на его живот. — Как будто я собирался всё отрицать, — неловко рассмеялся Вэй Усянь (да, именно это он и собирался делать), пытаясь спрятать живот. — Шицзе, я боюсь, что ты будешь думать обо мне плохо, если я расскажу тебе… — Цзян Яньли бросила на него очень красноречивый взгляд. — Я знаю, знаю, но мне… мне стыдно за то, что я собираюсь тебе рассказать. Цзян Яньли покачала головой. — Моему Сянь-Сяню стыдно. Я никогда не думала, что доживу до этого дня. — Понимаешь, я… возможно я провёл одну ночь с кое-кем… — Вэй Усянь смущённо покраснел. — Вэй Усянь хочет сказать, что у него был секс с другим заклинателем, они занимались парным совершенствованием и случайно зачали ребёнка, — встряла Вэнь Цин, входя в пещеру с дымящейся чашкой чая в руках. — Не за что, — добавила она, когда Вэй Усянь возмущенно посмотрел на неё. Цзян Яньли выглядела озадаченной. — Вы имеете в виду, что то, что я почувствовала, было моей будущей племянницей или племянником? — Именно. У меня есть книга, в которой есть всё о беременности мужчин-заклинателей, — добавила Вэнь Цин, передавая чай Цзян Яньли. — Спасибо, дева Вэнь, — сказала Цзян Яньли, сделав глоток чая и, похоже, обдумывая всё, что она только что узнала. Вэй Усянь, спрятав лицо за ладонями, бездумно покачивался из стороны в сторону. Это был самый ужасный разговор, который он когда-либо вёл с кем-либо. — А-Сянь, спорим, Лань Ванцзи ещё ничего не знает о ребенке? — Спросила Цзян Яньли после нескольких минут размышлений. Вэй Усяню захотелось умереть. — Я же говорила, что твоя сестра легко угадает, кто отец ребенка, — прокомментировала Вэнь Цин. Вэй Усянь громко застонал. Цзян Яньли жестом пригласила Вэй Ина подойти и сесть рядом с ней. — Сянь-Сянь, что ты собираешься делать дальше? Вэй Усянь пожал плечами, осторожно сел рядом с сестрой и положил голову ей на плечо. — Оставаться здесь и рожать ребёнка. Постараться не умереть и чтобы малыша тоже не убили. Цзян Яньли покачала головой. — А-Сянь, я не это имела в виду. Что ты собираешься делать с Лань Ванцзи? — Оставаться здесь и избегать его до конца жизни? — Неуверенно ответил он, а Вэнь Цин глубоко вздохнула. — Шицзе, пожалуйста, не говори Цзян Чэну. Он и без этого ненавидит меня, но ещё больше он ненавидит Лань Чжаня. — А-Сянь, А-Чэн не ненавидит тебя, — напомнила ему Цзян Яньли и поцеловала брата в макушку. — Что если я зайду в Облачные Глубины на обратном пути в Ланьлин и попрошу Лань Ванцзи прийти сюда, чтобы вы смогли поговорить об этом? — Шицзе… — Вэй Усянь был в ужасе. Вэнь Цин всем своим видом всецело одобряла эту идею. — Наконец-то здесь есть хоть кто-то со здравым смыслом, — пробормотала целительница, и Вэй Усянь вдруг почувствовал, что очень устал от того, что его вечно окружают женщины, которые всегда правы. — Не могу поверить, что у моего малыша будет малыш, — сказала Цзян Яньли через несколько секунд молчания, и Вэнь Цин с Вэй Усянем разразились смехом. Когда рядом была Цзян Яньли, всё всегда казалось лучшим.

***

— Брат, Чифэн-цзюнь, — вежливо поприветствовал Ванцзи, как только встретил мужчин в Ланьлине. Дядя попросил его слетать и как можно быстрее проверить, всё ли в порядке с Сичэнем — Лань Цижэнь задавался вопросом, почему глава ордена Лань так долго не возвращался в Облачные Глубины. Не Минцзюэ наклонил голову, приветствуя Лань Ванцзи. Сичэнь же, нахмурив брови, внимательно изучал выражение лица своего младшего брата. — Ванцзи, что-то случилось? — Спросил Лань Сичэнь через несколько секунд. Лань Чжань кивнул. — Мгм. Дядя хочет знать, почему ты всё ещё здесь, — быстро ответил он. Не Минцзюэ закатил глаза. Наступит ли когда-нибудь день, когда Лань Цижэнь позволит своим племянникам хоть раз в жизни вздохнуть свободно или будет контролировать каждый их шаг, пока они сами не станут стариками? — Ты можешь сказать дяде, что мы пока ждём, когда его превосходительство созовёт всех глав на срочное собрание, но событие огромной важности сейчас откладывает все остальные дела. — Неужели дева Цзян и молодой господин Цзинь наконец-то поженятся? — Спокойно спросил Лань Ванцзи. — Безусловно. Об обручении должно быть объявлено публично в ближайшее время, — мило улыбнулся Лань Сичэнь. — По крайней мере, пока мы здесь ждем, А-Яо предложил нам лучшие комнаты и еду. Воистину, Ванцзи, мы не имеем права жаловаться! Судя по выражению лица Не Минцзюэ, тот очень хотел пожаловаться, но Не Минцзюэ молчал, а Лань Сичэнь, казалось, погрузился в свои мысли. Сичэнь был почти уверен, что его младшего брата снова что-то сильно беспокоит. Но Ванцзи определённо не оценит, если он начнёт задавать ему личные вопросы в присутствии А-Цзюэ. Хм… — Кстати, о свадьбе, надо бы поскорее отправить письмо Хуайсану, а то он будет жаловаться, что я не рассказал ему о свадьбе молодого господина Цзинь и девы Цзян. Хуайсан всегда любил такие мероприятия. — Не Минцзюэ покачал головой. — Ванцзи, как там у него дела в Облачных Глубинах? Скоро ли мы наконец-то сделаем из него заклинателя, или твой дядя окончательно отказался от моего брата? Лицо Лань Ванцзи оставалось всё таким же невозмутимым. — В последний раз я видел его два дня назад. Он спрашивал моего мнения кое о чём, что он хотел отправить в Могильные курганы. Не Минцзюэ фыркнул. — Что Вэй Усянь попросил на этот раз? Лань Ванцзи едва заметно нахмурился. — Детские одеяла. — Детские одеяла? Зачем Хуайсану посылать детские одеяла в Могильные курганы. Там ведь одни только старики и несколько сварливых девиц, — произнёс Лань Сичэнь, обменявшись заинтересованным взглядом с Не Минцзюэ — тот выглядел таким же озадаченным, как и он. — Может быть, свадебный подарок? — Спросил Лань Ванцзи, как всегда спокойно, хотя внутри готов был кричать. У него даже ладони вспотели, когда он подумал о том, что сейчас брат скажет ему, что Вэй Ин женат на деве Вэнь. Лань Сичэнь, который теперь лучше понимал, почему его младший брат вдруг стал таким напряженным, быстро покачал головой. — Ванцзи, я могу заверить тебя, что никто в Могильных курганах определённо не женился в ближайшее время, — заявил он. — Что ж, — пожал плечами Не Минцзюэ. — В прошлый раз Вэй Усянь попросил Хуайсана прислать ему несколько непонятных медицинских книг, и, говоря о детских одеялах, я только что вспомнил, что там было несколько страниц о… — Не Минцзюэ сделал паузу, его мозг, казалось, уловил любопытные связи между одеялами, книгой и Вэй Усянем. — Да, А-Цзюэ? — Поторопил Лань Сичэнь, когда на лице Не Минцзюэ начали быстро сменяться различные выражения. Не Минцзюэ громко задышал, и оба брата Лань забеспокоились о его психическом состоянии в этот момент. У него отклонение ци? Сичэнь выглядел очень обеспокоенным, в то время как лицо Лань Ванцзи оставалось таким же невыразительным, как и всегда. Не Минцзюэ прикусил губу. Сичэнь не был самым сообразительным в любви (когда дело касалось его самого, конечно), но разве не он сказал, когда они летели над Илином, что Ванцзи и Вэй Усянь возможно признались друг другу этим летом? А раз одно привело к другому, то не будет ничего удивительного в том, что признание могло привести к каким-то плотским делам. А плотские дела часто приводят к… Что, если Старейшина Илин был толстым не из-за недостатка тренировок, а потому что у них с Лань Ванцзи… И Хуайсан! Хуайсан, конечно же, как всегда знал, что происходит! Не Минцзюэ взглядом быстро успокоил Сичэня, а затем повернулся к Лань Ванцзи. — Ванцзи, я думаю, что ты должен слетать к Могильным Курганам. Не паникуй только, это лучшее решение в данный момент! — Серьезно сказал он. Оба Нефрита выглядели очень потерянными. Ванцзи кивнул и молча ушёл. Лань Сичэнь же был озадачен как никогда. Что вообще происходит?

***

Хуайсан, я надеюсь, что у тебя всё хорошо, и хоть раз я буду гордиться твоими оценками. Надеюсь, ты ещё не слышал новости, но помолвка (нет, она не моя, перестань спрашивать меня об этом) между Цзян Яньли и Цзинь Цзысюанем находится на грани публичного объявления. Хорошо, что ты попросил меня посетить Могильные курганы вместе с Сичэнем, но я не буду больше ничего говорить об этом на бумаге, на случай, если моё сообщение будет кем-то перехвачено — я застрял в Ланьлине до совета, который назначен через три дня. Кстати, не мог бы ты узнать у главы ордена Цзяна, получил ли он уже приглашение на этот совет? Я уверен, что Цзонхуэй не откажется доставить тебя в Пристань Лотоса на своей сабле, если понадобится. Будь осторожен и не делай ничего такого, чего не сделал бы я, Твой Да-гэ

***

Лань Ванцзи часто путешествовал в одиночку со времён Аннигиляции Солнца, и он должен был признать, что это был первый раз, когда он не хотел достичь места назначения как можно быстрее, когда речь шла о Вэй Ине. Хоть его брат и Не Минцзюэ несколько успокоили его по поводу нынешнего семейного положения Вэй Ина, он всё ещё не был полностью уверен, что дева Вэнь не была тайно замужем за ним. В конце концов, кто в здравом уме не захочет выйти замуж за Вэй Ина? Целовать его? Спать с ним каждую ночь? И… По правде говоря, в плане любви его брат был в отчаянном положении. И очень невнимательным! Настолько невнимательным, что он, наверное, ещё не понял, что Не Минцзюэ флиртовал с ним с первой встречи почти десять лет назад. Бедный брат. Несколько минут неспешного полета спустя, Лань Ванцзи наконец достиг главной тропы, ведущей к Могильным Курганам. Он грациозно приземлился, вложил Бичэнь в ножны и глубоко вздохнул, после чего начал подниматься на гору — свирепые мертвецы, охранявшие главную тропу, безразлично смотрели на него, пока он проходил мимо них. Если Лань Ванцзи и думал о том, чтобы повернуть назад, по крайней мере, дважды, никому не нужно об этом знать. Вскоре он увидел перед собой Длинную реку и очертания дома, поэтому замедлил шаг. Ещё несколько ли, и он достиг бы вершины горы, пещеры Убийцы Демонов и своей судьбы. Был ли Вэй Ин потерян для него навсегда или же нет? — Так-так-так, смотрите, кто пришёл! Ханьгуан-Цзюнь, который не любит брать на себя ответственность, — зашипела Вэнь Бин-Бин, тыча обвиняюще пальцем в лицо Лань Ванцзи. Казалось, девушка желала запугать его, быстро появляясь на пути заклинателя. По крайней мере, она пыталась его запугать, но из-за её маленького роста и милого лица это было не очень эффективным. — Я не поклонница мужчин, которые любят получить удовольствие, а потом просто уйти, — добавила она, скрестив руки на груди. — С-сестра. — Заикнулся Вэнь Нин, переводя взгляд с кузины на заклинателя и обратно. Лань Ванцзи, как всегда, с ничего не выражающим лицом, тупо смотрел на неё. — Он не знает, — попытался донести Вэнь Нин, но Вэнь Бин-Бин зашла уже слишком далеко в своей злости, чтобы замолчать и прекратить. — Я больше не позволю тебе его обижать, Ханьгуан-цзюнь, — добавила Вэнь Бин-Бин. Вэнь Нин, стоявший рядом с ней, выглядел совершенно убитым и готовым вот-вот потерять сознание. — Если ты хочешь ещё раз поиздеваться над нашим Старейшиной, то сначала тебе придется встретиться лицом к лицу со мной. Лань Ванцзи моргнул, развернулся и ушёл, абсолютно уверенный в том, что Вэнь Бин-Бин — жена Вэй Ина, и что она знает о том, что они провели ночь вместе прошлым летом. Вэнь Бин-Бин на секунду возгордилась такой злобной собой, но потом резко запаниковала, переглянулась с Вэнь Нином, который был более чем в ужасе, и побежала догонять Лань Ванцзи. Тот, казалось, решил уйти так быстро, как это только было возможно. На самом деле Лань Ванцзи был намного быстрее Вэнь Бин-Бин, так что лютые мертвецы, охранявшие главный путь, с любопытством наблюдали за тем, как Вэнь Бин-Бин кричала Лань Ванцзи, чтобы он подождал, что она просто проверяла его, и что он не может вот так взять уйти. Это было бы комично, если бы в конце этой цепочки не лежало разбитое сердце Вэй Усяня. — Вэнь Бин-Бин? Вэнь Нин? Что происходит? — Услышав крики Вэнь Бин-Бин, кто-то окликнул их, и Лань Ванцзи резко остановился, узнав голос. — Вэй Ин, — тихо пробормотал он, наконец-то разглядев того, о ком мечтал уже много лет. Вэй Усянь выглядел как никогда красивым, его длинные волосы свободно спадали каскадом на спину, а лицо выглядело несколько полнее и мягче, чем в прошлый раз, когда Лань Ванцзи посетил Могильные Курганы. Казалось, время остановилось, и Лань Ванцзи не мог сделать ничего, кроме как смотреть, смотреть и смотреть. Вэнь Бин-Бин молча наблюдала за ними, пытаясь перевести дух, готовая вмешаться, если что-то пойдет не так. И всё же, несомненно, теперь, когда эти два идиота находились друг перед другом, они нашли бы время и смелость, чтобы признаться друг другу в любви, разделить несколько рыданий и поцеловаться, верно? — Лань Чжань? — Позвал Вэй Усянь, нахмурив брови, оттягивая верхнюю одежду, чтобы убедиться, что она скрывает живот, который становился всё более заметным с каждым новым днем. Его маленькая бабочка активно пинала его живот и мочевой пузырь, чувствуя, что его что-то беспокоит. — Вэй Ин, — повторил Лань Ванцзи во второй раз, и Вэнь Бин-Бин вздохнула. — Бесполезные обрезанные рукава, — пробормотала она себе под нос, подталкивая Лань Ванцзи к Вэй Усяню. Они ещё некоторое время смотрели друг на друга, а Вэнь Нин, у которого в кармане было спрятано несколько орешков, достал их и протянул кузине — оба с нетерпением ждали признания или чего-то подобного. Через несколько секунд, наконец, Вэй Усянь уже собирался открыть рот, когда кто-то громко прочистил горло, и свирепые мертвецы, охранявшие главную дорогу, разом зарычали. — Простите, что прерываю вашу маленькую встречу, но я хотел бы знать, что мой двоюродный брат и его невеста, которых я только что видел по дороге сюда, делали с этим мерзавцем, который несправедливо проклял меня! — Закричат сверху Цзинь Цзысюнь — он стоял на своем мече высоко над землёй. Мужчина задрал подол нижнего одеяния и продемонстрировал ужасное проклятие, уродовавшее его кожу.