Акула своего дела

      Самым примечательным в складах на Колони-Роуд было то, что к ним можно было вплотную подойти по воде… Собственно поэтому они и выбрали это место: в изначальном плане они должны были отчаливать прямо оттуда, но эта пристань оказалась неудобна для владельца «Горячей Драконицы», и план изменился. С тех пор многое изменилось.       Паркер невзначай прошел вдоль забора: никаких машин с мигалками и вообще новых машин пока видно не было, знакомо и почти успокаивающе пахло тухлой рыбой.       Он вернулся к болезному придатку берега, который хозяин доков титуловал причалом, и перегнулся через бетонный бортик. Тень на лестнице пошевелилась.       — Там пока никого не видно.       — Это очень подозрительно. Они развернули такую бурную деятельность и при этом так и не нашли нашу базу… Хотя мы снимали ее под настоящими именами!       «Мы» — было громко сказано. Вообще-то контейнер регистрировался на имя Паркера, потому что он занимался не только технической, но и хозяйственной частью, в том числе такими приземленными мирскими делами, как покупка еды и оплата аренды, зачастую имя его нанимательницы в документах даже не упоминалось.       Канал «Охотников на монстров», естественно, являлся абсолютно легальным и был зарегистрирован на имя Абигейл Финн. Но так как она презирала бюрократию, у них не водилось ничего даже близко похожего на бухгалтерскую отчетность или списки сотрудников. Паркер же привычно избегал даже такого уровня известности. По сути, он упоминался только в титрах, где использовал фамилию матери. Майклу нечего было скрывать ни от людей, ни от закона — он был настолько правильным, что был неинтересен даже сам себе… В том числе из-за этого излишнее внимание ему не льстило, а заставляло нервничать, возвращая к смутным воспоминаниям об общей раздевалке на уроках физкультуры и узких, пропахших носками шкафчиках, которые мелкий рыжий очкарик слишком хорошо изучил изнутри.       — Доктор Финн, Вы упускаете из внимания человеческий фактор. Они были так заняты дискредитированием Вашего имени, мобилизовали для этого столько ресурсов, что найти контейнер, возможно, просто еще не успели, — успокаивающе предположил Паркер.       Абигейл Финн начала тяжело подниматься на ноги, придерживая левый бок и опираясь на изгаженную чайками лестницу.       — Доктор Финн, Вам лучше остаться здесь. Вы… слишком эффектны.       — Но, Паркер…       — Я возьму тележку.       В шпионских боевиках герои прыгали через забор. Через двухметровый забор. Паркер нерешительно мялся перед постом охраны. Путешествуя с Доктором Финн, он побывал в самых разных местах, можно было б и привыкнуть, но почему-то каждый раз в опасных ситуациях он по-прежнему нервничал.

***

      В сторожке пахло пожилой картошкой-фри, горчицей и дешевым пивом. На заднем плане из телевизора с диагональю в восемь дюймов крохотные головы вещали о каком-то важном событии… На которое Бобу Хендриксону было плевать — он не мог пройти двадцать девятый уровень Марио.       — Добрый вечер, мистер Хендриксон.       — Мхм, — неопределенно промычал охранник. Над краем его стола проплыла оранжевая шапка.

***

      Попав на территорию, Паркер первым делом нашел укромное место. Теории теориями, но перед тем как идти к контейнеру, ассистент ныне весьма популярной Абигейл Фин открыл ноутбук и поймал сигнал с камер, установленных внутри и снаружи хранилища. За последние двенадцать часов, просмотренных в ускоренной перемотке, их навещали: четыре кошки, одна из которых успешно залезла в закрытый контейнер и, не обнаружив там ничего интересного, вылезла обратно; собака охранника, пометившая угол, и чайка, которая на протяжении нескольких минут упорно клевала внешнюю камеру, пока ее что-то не отвлекло. Паркер сомневался в своей способности «убежать из ловушки методом паркура, на бегу раскидывая плечистых людей в форме», а потому старался не попадаться в ловушки. Опустив крышку ноутбука, маленький сутулый человечек перешел к делу с той же внешней невозмутимостью, с коей занимался уборкой. Нагружая тележку по-максимуму, в несколько походов он вывез из контейнера все следы их присутствия, включая тапки.       Неусыпный страж порядка на дальнейшие брожения знакомой оранжевой шапки просто не реагировал.

***

      Если задуматься, сколько раз они приезжали в поисках сенсации, а люди, которые звонили «Охотникам на монстров» с сообщениями о чем-то необычном, отводили глаза и не хотели идти на контакт? Абигейл Финн устало откинулась на стену, прикрыв глаза. А ведь бывали случаи, когда они после долгих тщетных поисков не находили «монстра», но обнаруживали кучу косвенных доказательств, что он там был! И она не только Нортхемптон имела в виду. Не говоря уже о том, сколько раз внезапные «доброжелатели» советовали ей завязывать со всем этим… И все это время большинство коллег крутили у виска и посмеивались за ее спиной.       Доктор биологических наук очнулась, поняв что начинает заваливаться на бок. Усилием воли она заставила себя не спать.       «Не хватало только чтобы они, поймав Паркера, нашли меня здесь, воняющую дерьмом и спящую под лестницей, как собака».       Женщина села ровно. По правде, она чувствовала себя немного виноватой, заставляя Паркера заниматься тяжёлой работой в одиночку. Хотя, глупо, конечно… Доктор Финн сама прекрасно понимала: в словах, а точнее в том, что он не сказал, больше смысла, чем в её возможных самоотверженных действиях. Она действительно выделялась. А ещё она могла в любой момент упасть в обморок. Железная Финн на поверку оказалась не такой железной.       Хотя, для неё самой не было ничего удивительного в том, что она может болеть или умирать. «Неудержимая» Финн не считала себя «суперсильной», на самом деле она просто не любила быть слабой, а еще меньше — показывать слабость кому-либо. Но, увы, как человек с научной степенью по биологии, женщина отлично понимала, что потерю крови не получается преодолеть соленой минералкой и силой воли.       Почувствовав, что её вновь начинает мутить, хотя казалось бы все что возможно она уже выблевала, Абигейл сделала дыхательные упражнения, выравнивая вдохи и выдохи на счёт. Лучше не стало, но она хотя бы нашла способ убить время.       Когда Паркер привёз первую тележку, охотница на монстров выдохнула, только сейчас заметив насколько была напряжена, и начала перекладывать вещи. Как можно более аккуратно, стараясь не изменять положение тела слишком резко. Буквально по пакету за раз она перетащила имущество в лодку, а когда почувствовала, что может свалиться в обморок, легла на дно, забросив ноги на ближайший бортик и, положив ладони под затылок. Стало полегче.       Если нуждаешься в помощи, окажи себе её сам. Людей, склонных к эпилептическим припадкам, к примеру, учат оказывать себе помощь самостоятельно: почувствовав приближение приступа, так называемую «ауру», лучшее, что может сделать человек в таком случае — это принять сидячее положение, причем на полу, чтобы в случае чего не травмироваться падением, еще лучше лечь, чтобы падать дальше было некуда, и повернуть голову, дабы не захлебнуться собственной слюной/блевотой.       Абигейл эпилепсией, естественно, не страдала, но знала теорию. Также медики советовали по возможности предупредить окружающих о своём состоянии. Но ей звать на помощь некого. Даже будь Паркер рядом, что он может сделать? Если Абигейл сейчас потеряет сознание, ассистенту будет очень сложно сдвинуть её с места, поэтому разместившись на дне лодки, держа ноги выше головы, чтобы обеспечить лучший приток крови к мозгу, женщина заняла стратегически выгодное положение. Также подумав, она немного пожалела о том, что не спросила у ассистента фляжку.       Абигейл Финн ненавидела алкоголь.       Даже сильнее, чем проклятую «анестезию», но пара глотков этой гадости, во-первых, помогли бы согреться, во-вторых, расширили сосуды, в-третьих, сегодня она уже приняла слишком много обезболивающих, а значит — лекарства ей противопоказаны…       Возможно, ее так рубит, в том числе из-за побочек? Хотя кого она обманывает? В таком состоянии она двигалась вперёд на голой силе воли, но теперь, когда адреналин стал спадать, она уже не способна держать прежний темп.       «Эбби, девочка, не спи… Тебе нельзя сейчас спать, детка, за тобой охотятся очень серьёзные люди».

***

      Он кажется мне очень высоким… Жилистый худой, как жердь, мужчина в клетчатой рубашке, провисающей, как полог ненатянутой палатки. Белые волосы, хотя ему наверное, лет пятьдесят. Он сидит на раскладном деревянном стуле на берегу болота, которым являлся весь задний двор его дома. Вокруг на засохшей грязи и участках жухлый травы вальяжно лежат крокодилы. Я сижу на крыльце рядом, забравшись с ногами на первую ступеньку, потому что под крыльцом тоже лежит крокодил. Я вижу его тяжёлый чешуйчатый хвост.       Совсем не такой, как крокодил из книжек. Там везде крокодилов описывают похожими на брёвна и рисуют ярко-зелёными. Врут.       Только огромный хвост, высовывающийся из-под деревянного настила подо мной, немного напоминает бревно. Тяжёлый, толстый, покрытый чешуями по форме и фактуре, отдалённо похожими на рельеф коры, хвост, скорее, коричневый или цвета пожухлой травы, но совсем не зеленый. Крокодилы деда не трогают.       Он как-то сказал, что «Своих они не едят».       — Не парься, детка… — дед раскуривает свою невыразимо вонючую самокрутку. — Они просто мудаки.       — Кто именно? — я сново опускаю взгляд на крокодилий хвост.       — Да все они. Мелкие пидарасы… — над мужчиной в кресле распускается ровное, как по циркулю, кольцо дыма: — Их жирные тупые суки-мамаши. И твой «классный» тоже мудак или дебил…       — Деда, почему ты веришь мне, а не им?       Это кажется таким важным… Тогда это казалось мне самым важным, то что дед верил мне, а не им. Ведь он был единственным, кто приходил за мной в школу, хотя бы в подобных случаях. Он верит мне, а я верю ему.       — Потому что, Эбби, ни один разумный человек не станет первым задирать пять противников, а ты у меня умная девочка. А то, что мальчишки пострадали сильнее… — он философски пожал плечами, не окончив фразу. Затянулся: — Тебе надо хорошо кушать, много заниматься и расти сильной, чтобы не давать себя в обиду, потому что, Эбби, мудаков в мире полно и никто тебя от них не защитит лучше тебя самой.       — Спасибо, деда, — я все же всхлипнула и вытерла кровь с разбитой губы, почему-то не чувствуя боли. Боли не было так же, как и тепла от лучей солнца, в котором грелись крокодилы.       — Ну-ну. Полно, салага… — Он тяжело поднялся, навис надо мной, пальцем приподняв лицо за подбородок и критически меня осмотрев, докурил единой затяжкой: — Фигня, конечно, но пошли я тебя, что ли, йодом замажу.

***

      Вернувшись, Паркер обнаружил Доктора Абигейл Финн спящей на дне лодки в пляжной позе. Нужно обладать крепкими нервами Абигейл, чтобы спать, пока тебя ищет полиция и спецслужбы Нью-Йорка. Когда ассистент завел мотор лодки, охотница на монстров вздрогнула, но не проснулась. Они направились на место встречи с Диего, точнее, на пункт, откуда «место встречи» хорошо просматривалось. Естественно, оно находилось вблизи порта, благо Манхеттен — буквально остров.       Когда утром, буквально вечность назад, Паркер возвращался на «Горячую Драконицу», оставив раненую, только что прооперированную Абигейл на ипподроме, он ехал, вновь соблюдая правила дорожного движения, за что поплатился, попав в громадную пробку. Конечно, ведь возвращаясь в город утром, ассистент охотницы на монстров вписался в самый час пик. Окруженный недовольными водителями, злобно сигналящими громадному черному трейлеру, который нельзя было объехать, Паркер барабанил пальцами по рулю и думал, что их драгоценная находка, ради которой Доктор Финн прыгнула в залив, лежит на палубе пришвартованного к берегу катера, укрытая лишь куском брезента.       И тогда, в Нортхемптоне, он был уверен, что запер в клетке настоящего монстра, а не переодетого мужика…       А ведь он вышел из трейлера буквально на минуту…. И у них все равно успели украсть записи с камер. Теперь они поймали акулу-монстра, и он не мог отделаться от мысли, что сейчас что-то пойдет не так… В смысле еще больше.       И этот скользкий тип, Дормат… С него станется — обидиться из-за сорванного ногтя и написать какую-нибудь гадость, или вообще подать в суд. В результате Паркер дождался, когда пробка сдвинется на тридцать футов до ближайшего переулка, и, вырулив, отогнал машину на ближайшую платную парковку, после чего вдвое быстрее добрался до пристани на метро. Абигейл, памятуя о все еще не выветрившейся анестезии и потере крови, даже не пыталась садиться за руль и вызвала такси — следовательно, забрать трейлер было некому. Как только запахло палёным, перед тем как выкинуть сим карты и вынуть батареи из сотовых, Абигейл позвонила Диего, попросив друга подогнать их машину…       А теперь Диего опаздывал. Пользуясь случаем — возможно последним — Паркер решил сходить за покупками. Но сначала он, естественно, переоделся. Сменил штаны и обувь, затем снял свою безразмерную жилетку, под которой оказалась безразмерная же клетчатая рубашка, которую он просто заправил в брюки и закатал рукава, вместо своих неполных сорока став выглядеть на бодрые шестьдесят.       Причиной, по которой он надеялся на успех в подобном мероприятии, была конечно же Абигейл Финн. Охотница на монстров являлась выдающейся женщиной. Во всех смыслах. Она буквально выделялась из толпы, в то время как Паркера заурядным и невзрачным считал даже он сам. Когда же они находились рядом, полюс общественного внимания смещался в сторону Абигейл настолько, что Паркер попросту сливался с фоном. И все же во время их отбытия с «Драконицы» их снимали десятки камер, и хотя возле контейнера, записанного на его имя, их никто не ждал, он все же решил подстраховаться, вновь открыв ноутбук. Техник быстро прокрутил с десяток видео — неужели вообще никто его не заснял?.. А, нет, вот же оно! На видео Абигейл Финн в кадре крупным планом выше пояса, ракурс — естественно снизу вверх. Женщина улыбается и машет, а мимо ее локтя деловито мелькает оранжевая шапка с белым помпоном, несущая перед собой огромный ящик.       Паркер тяжело вздохнул и снял связанный матерью головной убор, аккуратно расправил и положил в пакет, а затем — в сумку. Вместо нее он достал потертую джинсовую бейсболку, прикрыв намечающуюся плешь, заправил под нее отросшие волосы и надвинул козырек на лицо. Подумав еще немного, он снял очки и убрал их в нагрудный карман. Конечно, он будет щуриться, но мимо дверного проема не промахнется.       — Доктор Финн, пока мы ждем, я схожу за продуктами.       — Угу, — сказала женщина, что-то сосредоточенно вбивая в строку поиска, и скользнула по нему взглядом. Замерла, посмотрела еще раз. — Паркер? У тебя глаза синие?       Охотник на монстров не нашелся с ответом, но на всякий случай виновато пожав плечами, взял сумку и ушел за покупками. Возможно, он пока не был в курсе всего, но общался с ней достаточно долго, чтобы знать, как выглядит этот человек, когда у нее есть план… А учитывая их текущее положение, вполне возможно, план будет включать экспресс-поездку к канадской, либо мексиканской границе.       Что им нужно в первую очередь? Еда и наличные.       Паркер подошел к банкомату: карточка Абигейл, естественно, была заблокирована. Подавив в себе желание обернуться и проверить, не стоит ли за его спиной федерал, он скормил банкомату собственную кредитку и тот послушно выплюнул ему все сбережения в три приема. Что ж, он сам высказал предположение о том, что те, кто за ними охотится, тоже работали в спешке… Но его грела мысль, что даже спецагенты не досматривают до титров.       Загрузив несколько тележек продуктами, Паркер покатился к кассе и практически врезался в живот полицейского. То, что это именно полицейский, он понял по значку, поблескивающему прямо из-под необъятного живота рядом с кобурой… Он замер, не смея поднять взгляд.       — Папаша, вам нужна помощь с продуктами? — добродушно спросил служитель правопорядка. На туго обтянутый темно-синей тканью необъятный живот просыпалось что-то белое. По сладкому запаху выпечки и прогорклого жира, Паркер догадался, что это упавшая с пончика сахарная пудра.       «Какое клише!» — подумал Паркер, вежливо ответив:       — Нет, сэр, спасибо. У меня есть тележка.       Ночью было не так много посетителей даже в круглосуточном магазине, и содержимое его перегруженной тележки пробили достаточно быстро. Переложив покупки в пакеты, а пакеты — обратно в транспортное средство, он попрощался с полицейским и покатил к их обзорному пункту, едва не проехав место встречи. Абигейл стояла там рядом с какой-то незнакомой машиной и держалась за голову. Паркер нацепил на нос очки и с удивлением опознал в ее собеседнике «коновала». Горячий латинос был одет в цветущую алыми розами завязанную на поясе гавайскую рубашку и очень-очень узкие джинсы с неприлично низкой посадкой…       — Ты! — Абигейл явно сдержалась. — Что ты сделал с моей машиной?!       — Я посмотрел новости, — сказал Диего вместо ответа. Паркер, подошедший достаточно близко, чтобы слышать разговор, напрягся. — Кого ты так разозлила, Эбби?       Оставив в покое короткие, топорщившиеся грязным ершиком волосы, она устало потерла лицо руками.       — Я так вляпалась…       — Ну, я это уже понял. Поэтому! — он шлепнул ладонью по фиолетовому капоту, тряхнув черными волосами блестящей волной ниспадавшими на спину. Все это великолепие было забрано сдвинутыми на манер ободка леопардовыми солнцезащитными очками. — Мы с мальчиками сделали для вас доброе дело.       — Но почему так?! — она бессильно простерла руки, обводя натянутый поверх кузова нежно-розовый брезент со скачущими разноцветными пони.       — Наш ипподром проводит не только скачки и занятия по верховой езде, у нас еще есть услуга вывозить обученных пони на детские утренники, — Диего поскреб щетинистый подбородок, стараясь не смазать костяшками блеск на губах. — Вообще-то полог рассчитан для полуприцепа-скотовоза, но размер в принципе подходил. Я попросил мальчиков, и мы быстро наклепали крепления прямо поверх твоей монструозины.       — Знаете, Доктор Финн, наш трейлер действительно не узнать… — заметил Паркер.       Диего обернулся и вздрогнул, но, присмотревшись, заулыбался.       — Вот уж кого действительно не узнать! Где твоя шапка, жокей? — приветственно хлопнув Паркера по плечу, мужчина развернулся, продолжив: — Сложнее всего было с капотом. В итоге мы просто закрыли стекла клеенкой и залили все из баллончика. Конечно, без лака, грунтовки и всего прочего на крупных деталях покрас был лысоват, но я нашел решение!       Обойдя трейлер, Паркер увидел огромную наклейку для машин с Сейлор-Мун там, где раньше была эмблема «Охотников на монстров». Дистрофичная девочка со стоящими перпендикулярно на голове хвостиками маниакально-радостно грозила миру фаллическим символом с набалдашником в форме крылатого сердца. Мужчина подумал, что такого рода маскировка достойна медали «за наглость».       Тяжело вздохнув, женщина отняла руки от лица, очевидно смирившись.       — Вы поменяли нам номера? — наклонившись, заметил Паркер. Действительно: ниже капота с лунной воительницей красовались новенькие таблички, на которых под номерными знаками лежал стилизованный мужской силуэт в пляжной позе. «Коновал» свел в кольцо большой с указательным пальцем:       — Можете не благодарить.       Мужчины без участия Абигейл погрузили вещи в понимобиль и положили акулу туда же.       — Матерь Божья… — пробормотал Диего, приоткрыв мешок и с фонариком разглядывая тварь. Подумав, добавил: — Срань Господня!       — Что думаешь как специалист? — наконец отлипнув от стены, поинтересовалась Доктор Финн.       — Что я думаю? — Диего, очевидно не найдя достаточно количества подходящих слов, взмахнул руками. Потер виски, зажмурившись. Нервно взъерошил волосы, чуть не уронив леопардовые очки. Но после всех перечисленных процедур, когда он открыл глаза, акула никуда не делась: — Я думаю, что ты в полном дерьме, Абигейл Финн! По уши в гребаном дерьме! И даже не знаю, как тебе из него, блядь, выбираться?       — Это ясно… Диего, ты ведь тоже видишь, что это не Mitsukurina owstoni Jordan? — криво усмехнулась охотница на монстров.       — Знаешь, Эбби, это вполне может быть гребаная Mitsukurina owstoni Jordan или Akulus Jpus Rukus, если пожелаете! Эбби, я бы на твоем месте подписал все подсунутые бумажки, отказался бы от этой хрени и свалил в другой штат… Ты об этом не думала? Бля, я конечно не поверил во всю ересь, что наговорили про тебя по TV, но, знаешь, я бы помог тебе все равно. Эбигейл, подумай: репутацию, конечно, жалко. Гордость и все такое. Но жизнь у тебя одна.       Доктор биологических наук и охотница на монстров ничего не ответила, только поджала губы.       — Эх ладно, кому я говорю, — ветеринар решительно закрыл мешок обратно. — Во мне ученый умер, не рождаясь. Постарайся не погубить себя, Доктор Финн, себя и своего беднягу жокея.       Попрощавшись с охотниками на монстров в четыре часа утра, Диего ушел ловить такси. Паркер сел за руль трейлера. Абигейл подробно показала ему куда ехать. Парк штата Кларенс Фанесток, сто пятьдесят шесть миль. Зачем — не пояснила, но Паркер привык.

***

      Я погружалась.       Холод. Здесь должно быть холодно… Мне очень холодно. Даже странно, что я так мерзну, разве на мне нет одеяла, тело не затянуто в гидрокостюм? Вода сомкнулась над головой непрерывно меняющимся витражом световых осколков. К поверхности мимо маски устремилась струя сверкающих пузырьков.       Я должна вернуться! Немедленно. Это уже случилось… Слишком хорошо знаю, что дальше будет боль…       Усилие воли… Не помогает. Я плыву вверх к поверхности. Но поверхности больше нет.       Темнота, плотная, густая, очень медленно плыву сквозь нее… вниз. В любом направлении — дно становится ближе. Чувствую, как давление темной соленой холодной толщи сжимает мою голову, грудную клетку… Впереди — звезда! Это наш подводный дрон, управляемый Майклом.       Я вновь плаваю у самого дна, не чувствуя собственного веса. Дощатый пол. Паук пробегает по руке. Робот лежит в илистом дне, грязь вокруг медленно оседает густым облаком, большей части механизма нет — он перекушен. Следы громадных челюстей.       Она сзади!       Я оборачиваюсь…       Очень медленно. Вращение, смещение мутной темно-синей толщи перед глазами. Стук сердца сотрясает многотонную безразличную ледяную глубину. Вода густая, как кисель… Пасть открывается прямо передо мной! Просто громадная. Луч фонаря тонет в бездонной глубине, намного дальше чем дно. В руках ружье.       Ставлю его поперек огромных начавших смыкаться челюстей… это уже сработало, должно сработать. Зубы смыкаются.       Зубы смыкаются.       Зубы смыкаются на моей держащей оружие руке! Чудовище… оно не перекусывает ружье, но так легко обрубает кисть ниже запястья. Рывок — и оружие вырвано из рук… из одной руки. Мутно-серая исполинская туша проплывает мимо, почти задевая грудным плавником, но я не замечаю.       Запястье, мое запястье заканчивается облаком красной крови в воде… Это болевой шок. Я совсем не чувствую боли, потому что это болевой шок. Струя белых пузырьков, утекающих мимо маски куда-то вбок… у меня больше нет правой руки. Моей правой руки больше нет. Я чувствую рывок — акула хватает меня поперек туловища, и на этот раз сознание оглушает невероятная слепящая боль!

***

      Абигейл Фин резко широко открыла глаза. Голова болела. Тело горело. Острая боль ввинчивалась в бок словно акула лежит рядом на полу трейлера и рвет ее зубами прямо сейчас. Весь мир тошнотворно качался. Наверное, она плывет!       Она глубоко и жадно вдохнула, почувствовала как закололо в боку, ребра сжимало невидимым обручем. Доктор Финн вновь устало прикрыла глаза, она смутно вспомнила, как поднялась в рабочую и жилую часть трейлера, раздвинула без порядка сваленные на пол вещи и, удержавшись от того, чтобы повалиться прямо там, раскатала спальник.       Отдельным и последним подвигом на сегодня для охотницы на монстров стало стянуть невыразимо грязные штаны и сапоги…       Да, пол качало. Трейлер качало, потому что они в пути.

***

      Трейлер с изображением пони остановился на заправке SHEETZ, когда небо уже начало розоветь. По идее, с восходом солнца спать должно хотеться меньше, но Паркер предпочитал не рисковать, так знал, что за рулём нельзя терять бдительность, а нормального, или вообще хоть какого-нибудь отдыха не предвидится еще миль восемьдесят.       В засиженной мухами забегаловке при заправке уже сидели два мужика дальнобойщика и кассир, в данный момент увлечённо похрапывающий на рабочем месте.       Паркер со вздохом разбудил хрюкнувшего мужчину. Разменяв стодолларовую купюру, попросил залить полный бак. На вопрос, не желает ли посетитель кофе, утвердительно кивнул, протягивая пустой полуторалитровый термос.       — Эспрессо, пожалуйста.       — А тебя не прихватит, отец? — с сомнением протянул мужик, лет на пять старше самого Паркера.       — Не прихватит, — все же, не считая периодической смертельной опасности, Паркер последние годы вел удивительно здоровый образ жизни и много находился на свежем воздухе.       Внимание охотника на монстров привлёк знакомый голос, вещавший из висевшего на стене телевизора.       «Я… меня удерживали насильно! Эти психи, они не ждали моего появления! И я увидел, как они это делают… Я увидел, как они собирают свою сенсацию по кусочкам!»       «Простите, мистер Дормат, не могли бы Вы начать с самого начала? Что привело вас к Абигейл Финн?»       «Не буду скрывать, я хотел взять у них интервью. У Доктора Финн довольно яркая репутация, а после такого амбициозного заявления, которое она прислала на почту редакции, я не смог проигнорировать ситуацию. Я всего лишь хотел свою собственную сенсацию! Преданность выбранной профессии ведь не преступна? А они… они не выдали мне материалы, ну, то есть, те материалы, которые я успел отснять, пока они меня не заметили. И утопили мою камеру в заливе! Кто же знал, чем всё в итоге обернётся…»       «А что же произошло дальше? После того, как они заметили свидетеля своей махинации?»       «Они? Они меня схватили, насильно удерживали на корабле, чтобы я никому не смог рассказать правду. И все время они насильно опаивали меня крепким алкоголем, чтобы я меньше сопротивлялся. А под конец, когда я мало что соображал, предложили написать статью… так как это надо было им, выдавая их лоскутное чудовище за настоящую акулу-монстра! Но я, я отказался, конечно. Так и сказал, глядя прямо в лицо этой образине: «Я, Дик Дормат, считаю, что долг журналиста нести факел правды!» И… и когда я отказался… когда я отказался, меня просто…»       «Мистер Дормат, Дик, пожалуйста, успокойтесь. Вы в безопасности, Вам больше ничего не грозит».       «Простите, я… просто я… чуть не умер, понимаете?»       С лица Паркера схлынули все краски, а в голове зашумело.        «Факел правды, значит?» В голове воцарилась звенящая пустота, сердцем которой была единственная мысль: «Надо было запинать его ногами ещё тогда, на палубе «Драконицы». Паркер действительно пожалел, что сумел взять себя в руки.       «Когда я отказался сотрудничать, они сбросили меня в залив…»       «Вы уже упоминали ранее, что не любите прогулок на корабле. Вы не умеете плавать?»       «Да, именно. Мне удалось спастись только чудом. Рядом был буй, за которой я зацепился в надежде на спасение, пока меня не подобрала береговая охрана. Я не заработал пневмонию только благодаря высокой концентрации алкоголя в крови… В конце концов, меня спас их же метод истязания».       «Вы можете составить психологический портрет похитителей?»       «Я, признаться, тогда мало что соображал… Но по моим впечатлениям Абигейл Финн — сумасшедшая! Безнравственная, любой ценой стремящаяся к славе манипуляторша, а её личный гремлин, Майкл Паркер — жестокий и глубоко зависимый от подавляющей личности своей напарницы человек… именно он давал алкоголь. Теперь я полагаю, это были его личные запасы».       «Спасибо, мистер Дормат! Нам удалось найти информацию о прошлом загадочного помощника печально известной аферистки Абигейл Финн, им является бывший сотрудник городского нью-йоркского университета, Майкл Паркер, со слов его коллег по работе уволившийся и пропавший без вести около десяти лет назад. По показаниям мистера Дормата выяснилось, что именно Паркер заведовал бухгалтерией и техническим обеспечением своей преступной напарницы».       Как хорошо, что он уже обналичил все деньги со своего счета.       На экране появилась фотография мужчины с лицом старого мальчика, мертвыми глазами и густыми светло-рыжими волосами, неряшливым хохолком топорщившимися на затылке. Паркер смотрел на человека с экрана и не узнавал его… Хотя видел этот замученный загнанный взгляд в зеркале, большую часть своей серой никчемной жизни.       Да, с тех пор многое изменилось, прежде всего — он сам.       Интересно, Дормата нашли, приставили пистолет к яйцам и заставили нести весь этот бред, или он, протрезвев и узнав последние новости, прибежал к ним сам?       «С нами был Дик Дормат, молодой, но талантливый корреспондент «Fiery News».       На экране, сопровождаемые голосом диктора, появились портреты двух преступников, уже, до кучи, обвиняемых в похищении человека, удержании против его воли, причинении легкого вреда здоровью и попытке убийства.       — А это не ваш сынок часом? — хохотнул мужик за кассой, мельком посмотрев на портрет «старого мальчика» на экране и протянул Паркеру заполненный кофе термос и несколько вчерашних сэндвичей с курицей и тунцом.       — У меня нет детей, — сухо ответил охотник на монстров, возвращая рваную двадцатку. — Ещё пачку Camel, пожалуйста.

***

      Абигейл проснулась от кошмаров внезапно, выхватив армейский нож из-под подушки, рывком села. Трейлер больше не двигался, в открытые двери струился утренний свет.       — Доктор Финн… — невозмутимо произнес ассистент, стоявший в нескольких шагах перед ней, и успокаивающе поднял руки. — Мы приехали. Я как раз собирался Вас разбудить.       — Паркер? — она слегка смутилась. Убрала нож в ножны под подушкой. — Отлично! Нам нужно съехать с дороги.       — Я уже сделал это, Док, углубился по грунтовой дороге в парковую зону и остановился у раздвоенного дерева.       — Откуда ты знаешь, куда ехать? Ты ведь не был тут раньше? — Учитывая, что ассистент сам был родом из Нью-Йорка, Доктор Финн имела в виду, что он не был на объекте, являвшемся промежуточной целью их путешествия.       — Вы подробно описали мне дорогу перед тем, как мы выехали. К тому же, я несколько раз выезжал сюда вместе с классом, ещё во время обучения в средней школе.       Парк штата Кларенс Фанесток, представлял собой четырнадцать тысяч акров сохраненного для выгула горожан, пересеченного пешеходными и велосипедными дорожками леса, "очень натурального".       — О. Так у тебя есть приятное детские воспоминания, связанные с этим местом?       — Нет. Доктор Финн, что мы тут делаем?       — В данный момент мы прячем здесь трейлер. Если с моего последнего посещения ландшафт сильно не изменился, то неподалёку имеется овраг весьма подходящий для наших целей…       В овраг они отогнали машину. Трейлер «Охотников на монстров» в силу необходимости мог проехать по африканской сельве и не слишком густому подлеску, а также был оснащён крюком и лебёдкой, чтобы иметь возможность извлечь его из любой канавы при условии наличия рядом хотя бы одного крепкого дерева.       — В таком случае ты знаешь достопримечательности этого места? — от дороги они уже отдалились, и теперь сравнявшуюся с уровнем земли крышу машины Абигейл накрывала огромной маскировочной сеткой.       — Вы имеете в виду дома для кемпинга, гольф-клуб или набережную озера Канопус?       — Нет, Паркер, я имею в виду ту огромную воронку от ядерного взрыва, так удачно расположенную в северной части парка… — женщина смутилась и поправилась: — Удачно для нас, я имею в виду. Парк, конечно, жалко… Зато теперь здесь не нужно бояться встречи с отдыхающими или рейнджерами — им за такое не платят.       Паркер знал о ядерной воронке. Во время вторжения трицератонов почти год назад Соединённые Штаты Америки, а вместе с ними ещё несколько стран, пустили в ход все имеющиеся средства защиты, в том числе ядерный боезапас. Бесполезно. Конечно, космические корабли трицератонов, повисшие на орбите Земли, отклонили или сбили все направленные в них ракеты. И те из них, которые не взорвались в верхних слоях атмосферы, упали обратно. В том числе W76/Mk4 164кг 100кТ в тротиловом эквиваленте, упавшая в Северной оконечности парка штата Кларенс Фанесток. Она, конечно, радикальным образом изменила для многих горожан планы на Летний отдых. Оживлённая автомобильная трасса проходила мимо парка по-прежнему, но чтобы доехать сюда трейлеру «Охотников на монстров» пришлось по бездорожью объехать шлагбаум, разминуться с несколькими знаками, предупреждающими о радиационной опасности.       — Я знаю о воронке, Доктор Фин, это ещё одна причина, почему я Вас спрашиваю: что мы тут делаем?       — Паркер, перестань! Здесь было действительно опасно первые семьдесят два часа после взрыва, и Нью-Йорку очень повезло, что в эти дни ветер устойчиво дул в сторону океана. С тех пор прошёл почти год, вторичный распад, конечно, продолжится ещё лет пятьдесят, но всю радиоктивную пыль давно вбило в землю, самое главное ничего не употреблять здесь в пищу. Поэтому мы и привезли с собой такой запас воды. А в бункере нам вообще ничего не грозит.       — В каком бункере, Доктор Финн?       Закончив маскировать понимобиль ветками, охотница на монстров извлекла тачку и несколько рюкзаков:       — Оставшуюся дорогу придется проделать пешком. Мы, конечно, перевезем все оборудование и припасы ходок за десять, но лучше заняться этим под покровом ночи, а сейчас ограничимся первым необходимым и, конечно, нашей рыбкой.       Женщина извлекла из вещей счётчик Гейгера:       — Вот, полюбуйся: уровень фоновой радиации здесь всего в три раза выше нормы!       По словам Абигейл небольшой участок леса в Кларенс Фанесток ещё в шестидесятые годы выкупил некий Фрэнк Эльмер Пэрри, поднявшийся на вполне легальной торговле оружием с обеими конфликтующими сторонами во время второй мировой, а потому не стремившийся к чрезмерной публичности. В период Холодной войны на купленной земле Фрэнк Пэри отгрохал собственный бункер, ибо параноидальные мысли о возможном ядерном конфликте между США и Советами в те дни посещали умы не только среднестатистических американских граждан. По итогу Эльмер благополучно скончался в возрасте семидесяти трех лет во время круиза на собственной яхте в компании трех двадцатилетних работниц эскорт-услуг. Сердце не выдержало. При этом миллионер не оставил после себя ни прямых наследников, ни юридически заверенного завещания по поводу конкретного участка, и земля так долго оспаривалась десятком внезапных родственников, что все верхние постройки пришли в полную негодность. При этом, вероятно, строительные планы убежища уничтожил сам владелец и по какой-то причине он не известил о нем никого из родичей. По заключению Абигейл, до нее пол бункера лет тридцать не попирала нога человека. А участок леса, скрывавший небольшой секрет мистера Пэрри, в конце концов вернулся в собственность штата. Бункер Абигейл Финн обнаружила случайно, во время чуть ли не самых первых своих попыток искать монстров. Незадолго после окончания университета, и еще до появления Паркера. Охотница не стала уточнять, каких именно монстров искала в тот раз (помощник заподозрил, что это могли быть подземные города атлантов, в которые его начальница по-прежнему верила), но Неудержимая Финн прошла треть штата пешком и с металлоискателем. По дороге Доктор Абигейл Финн нашла много чего интересного, включая несколько трупов, людей официально числившихся пропавшими без вести. Но не атлантов. Охотница на монстров не публиковала информацию о бункере ни на своём канале и ни где либо еще, уже тогда решив, что иметь собственное подземное убежище неизвестное ни одной живой душе, — это довольно круто.       Беглецы долго топали по какой-то порядком заросшей тропинке, укрытые от мира пологом смыкающихся ветвей, а потом и вовсе свернули в чащу. Как доктор биологии ориентировалась на местности, для Паркера всегда являлась загадкой. Ассистент подозревал что охотница на монстров отрастила себе внутренний компас как у перелетных птиц. В итоге они остановились возле ушедшего в землю фундамента небольшого строения, где Абигейл, сняв слой дерна, обнажила лист гофрированного железа, спугнув пару небольших сонных змей. Навесной замок на крышке люка показался Паркеру самой новой его частью.       — У вас есть ключ, Док? — предположил ассистент, отдыхавший рядом с упакованной в чёрный мешок акулой.       — Да, я оставила его где-то здесь. — Абигейл Финн извлекла из растущего поблизости куста метровый бурый от ржавчины лом, пожала плечами. — Ключ от замка я давно потеряла.       Отжав замок, они спустились по железной лестнице в вертикальный колодец, затхлый и пахнущий плесенью. В темноте что-то двигалось, вспыхнули зелёные глаза на уровне человеческого роста. Паркер включил фонарик.       На непрошеных гостей сидя на трубе угрожающе оскалился крупный и очень злобный барсук. Эбигейл медленно, чтобы не спровоцировать животное, потянулась к ружью, стреляющему сетями. Паркер вытащил и бросил в темноту кусок мяса. Зверь нырнул следом за подношением и, судя по звуку, поспешил скрыться вместе с добычей.       — Ну милости просим, можно сказать, моя дача. — Доктор Финн сбросила вещи на землю.       Начав с промывки и заправки свежим бензином электрогенератора, такого же древнего, как и всё остальное, охотники на монстров в меру сил стали обживать бункер, более походивший на глубоко закопанный подвал. Вместе с электричеством под потолком вспыхнули несколько чудом уцелевших ламп и включилась вентиляция. Вернее сказать: сначала раздался кашель подавившегося механизма, потом вовсе какие-то кошмарные звуки, после дыра под потолком извергла из себя целую стаю летучих мышей, панически хлынувших к открытому зеву колодца, а уже потом где-то в глубине, покашливая, загудел вентилятор. Но что ещё важнее: помимо нескольких комнат санузла и склада, заставленного коробками с почти истлевшими вещами, в бункере обнаружился рефрижератор. Целая комната, оборудованная под холодильник. Очевидно, бывший владелец готовился к ядерной зиме, как минимум.       Настроив охлаждение, Абигейл наконец-то опустила несчастную акулу на железный стол.       — Плоть акулы содержит большое количество азотистых соединений, что сильно замедляет процесс разложения, но я очень довольна, что мы теперь можем сохранить ее в нормальных условиях. Теперь мы сможем изучить ее, Паркер! Составить план действий, найти союзников, найти то, что от нас пытаются скрыть!       Паркер согласился со своей начальницей, мысленно добавив, что лично он предпочел бы начать воплощать ее грандиозные планы с того, чтобы выспаться за последние трое суток. Или хотя бы до вечера, когда вновь придется уже основательно разгружать трейлер.