Запах цитрусовых

Горячая работа
NC-17
В процессе
29
автор
Фэндом:
Размер:
планируется Макси, написано 223 страницы, 69 488 слов, 44 части
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
29 Нравится 17 Отзывы 21 В сборник

Приближение и фикус, который не помог

Настройки
Примечания:
По пути домой, а я предложил пойти сегодня ко мне, мы единодушно решили зайти в мак, с самого утра помирая с голодухи. Матвей, конечно, наверное, был более сыт, благодаря «наивкуснейшей» булочки с маком из буфета, но всё равно. Жрать хотели все. А я, зная наперед, был уверен, что мама хитро надумает накормить нас, чтобы посплетничать на кухне. Для меня это пока отдавало неловкостью, ведь мы с Матвеем ещё не настолько близки. Шанс, что это произойдет, разумеется, все равно есть, но хотя бы так у меня будет причина сразу спрятаться вдвоем в комнате. — Как зовут твою маму? — спросил меня Матвей, облокотившись на стенку грязного подъезда, пока мы ждали когда приедет лифт. Какая прелесть, мальчик волнуется. — Татьяна Федоровна, — подмигнул ему я, забавляясь его серьезным видом, — Она добрая, так что расслабься. Наконец, мы оказались у двери в мою квартиру, и даже я уже успел нервно повздыхать. Как будто невестку в дом привожу, ей богу! — Мам, открывай, — постучал негромко я в дверь, — Это я. — Открываю-открываю! — весело ответила мама, поворачивая щеколду с другой стороны двери. Ну всё, пожелаем удачи. Мать открыла дверь, и её улыбка сменилась удивлением. Как минимум, она ожидала увидеть только меня, либо, меня в моей привычной компании Ани и Егора. Но не тут-то было, мамуль, сегодня у нас экземпляр поинтереснее. Все переглянулись. — Эм, — прервал молчание мой новоиспеченный дружок, поджав губы, — Здравствуйте, Татьяна Федоровна! Я Матвей Соколов, одноклассник Филиппа, пришел помочь вашему сыну с биологией, — уверенно и с расстановкой выпалил он. Моя мама, кажется, сражена наповал. Вот же павлин в брачный период! Знает же, как произвести впечатление, а я ведь думал, что он растеряется. Может, мысленно репетировал? — Ой, ну что вы, — забавно засуетилась она, вытирая руки об фартук, — Скорее проходите! И мы прошли внутрь. — Спасибо за гостеприимство, — сдержанно произнес Матвей, разуваясь на пороге. А взгляд-то какой у нее! Я вижу эти её искорки во взгляде! — Мам, мы в комнате посидим, у нас с собой уже есть чем перекусить, — сразу же обрывая её поток любопытства касаемо моего потрясающего спутника, быстро протараторил я, — Так что мы тихонечко посидим и позанимаемся, хорошо? — Хорошо-хорошо, — ответила мама игриво, явно не собираясь отступать до конца, — Матвей, будь как дома! — Фух, — уставше плюхнулся я на кровать, закрывая лицо руками, пока мой гость с интересом рассматривал фикус на подоконнике в моей комнате, — Ну ты даешь! — У тебя милая мама вообще-то, — не отвлекаясь от растения, с усмешкой сказал Матвей, — Ты вообще поливаешь его? Ему очень плохо. — Да мама поставила, а я что? А я ничего, — приподнялся я с кровати, чтобы посмотреть на друга. — Ну и дурилка ты, конечно, Филипп, — наконец сел Соколов рядом, — Полей его, ради бога! Кислорода хоть побольше будет. Мы пересеклись взглядами. Нахождение Матвея в моей комнате, конечно, не являлось чем-то сверхъестественным для моей квартиры, ибо гости у меня случаются часто, но вот, исключительно для меня, это было немного… странно? Но почему так, понять я пока не могу. Просто это все как-то необычно что-ли, наверное, есть в этом что-то будто даже неправильное. — Хорошо, я полью, — смиренно сказал я, разрывая зрительный контакт.

***

— Ну что, ты понял? — спросил меня Матвей, не переставая что-то искать в своей тетради, — То есть, если мы возьмем, к примеру, рыб, которые откладывают тысячи икринок, то, разумеется, выживают только, ну, несколько десятков из этого количества. Это и есть естественный отбор. Матвей разжевывал мне всё буквально на пальцах, приводя миллион примеров, и, либо, я кажусь настолько тупым, либо, одноклассник обо мне совсем уж печального мнения. — Это довольно легкая тема, — откинулся я на спинку стула, тяжело вздыхая, — Я, к счастью, ещё не дошел до такой стадии тупизма. Парень усмехнулся. — Тебе лишним не будет, ты же всё-таки абсолютно ничего не написал в работе, — Матвей уверенно закрыл свои записи, и повернулся на меня, не скрывая дразнящей улыбки, — Может, тебе лучше сразу с окружающего мира начать? — Дебил! — хлопнул я его по плечу, сам невольно начиная смеяться, — Ты меня недооцениваешь! — Да что ты? — оперевшись на руку, не останавливался он, — По-моему, как раз-таки оцениваю по достоинству. — Матюш, ты сейчас пиздюлей от меня получишь по достоинству, — наигранно нахмурился я, скрестив руки на груди. — Ой фу, опять Матюша, — также наигранно поник мой оппонент, отвернувшись от меня, — Вот как с тобой разговаривать? — Молча, — я прилег на стол, рассматривая свою комнату, которую освещала лишь одинокая настольная лампа. В этой полутьме комната казалась совершенно незнакомой, томной, и скрывающей что-то в своей глубине. Или она такой казалась из-за Матвея, который сейчас так расслабленно и завораживающе думал о чем-то своем в теплом свете лампы? Золотистые блики играли на его вьющихся волосах, а карие глаза словно наливались медом, притягивая к себе. Интересно, о чем он думает? Интересно, почему для меня всё ощущается именно так? И каждый раз, когда мы остаемся вдвоем, каждый чертов раз, атмосфера поворачивается именно в этом направлении. Тянущегося чувства чего-то неизвестного. Может?.. — Филипп, — неожиданно произнес Матвей, переводя взгляд куда-то мне на лицо, — О чем ты сейчас думаешь? Внезапно. — О том, как буду исправлять оценку по биологии на следующей неделе, — как-то слишком очевидно соврал я, пытаясь не встретиться с ним взглядом, — О чем же мне ещё думать? — Ты думаешь я еще не научился различать когда ты врешь, а когда говоришь правду? — устало произнес Матвей. — Что за странный разговор?.. — с опаской посмотрел я на парня, стараясь не выдавать резко нахлынувших эмоций. — Боже, Савельев. И я даже не успел осознать что происходит, как безумно холодная рука Соколова с нежностью и осторожностью, словно может мне что-то сломать, легла мне на затылок, заставив меня на секунду перестать дышать. Томительные секунды. Оценка взглядом. Приближение. Контрастно теплое дыхание в области губ. — Ты не скажешь мне правду? — прошептал Матвей, заставляя внутри меня что-то переворачиваться снова и снова. — Я… — запнулся я, пытаясь подавить возникший ком в горле, — О тебе?.. — Обо мне? — мягко усмехнулся Соколов. Матвей стал невесомо поглаживать мои шею, затылок, периодически задевая мочку уха, и делал это с такой лаской, что я самозабвенно таял в его руках. Сейчас я был словно в пожаре, который предупреждал о своем возникновении на протяжении всех прошедших дней. Я растерян и хочу больше. Хочу больше, чтобы возможно наконец-то что-то понять. — Ты не будешь?.. — хрипло спросил я его, окончательно отдаваясь ситуации. Сейчас мы разговаривали на понятном только нам языке. Матвей прижался своим лбом к моему. — Буду. И прильнул к моим губам. Матвей целовал меня аккуратно, будто боялся сделать что-то не так, будто сомневался и боялся спугнуть. А я до сих пор был немного не в себе, неуверенно отвечая. Честно? Я и сам сомневался. Для меня то, что происходит сейчас, абсолютно ново и неизвестно. Я целуюсь с парнем. Я целуюсь с Матвеем Соколовым. Но это так приятно, и так тепло. Всё это кажется таким правильным и желанным. Просто никто не решался этого признать. Ситуация с каждой секундой накалялась и неуверенность медленно, но верно, сходила на нет. Матвей как-то по-собственнически постоянно притягивал меня к себе, а я, в свою очередь, не стесняясь прижимался в ответ. Поцелуй требовал углубиться и даже его руки, казалось, начали плавиться на моем теле. — Филипп, приоткрой, пожалуйста, рот, — рвано выдохнул Матвей, нехотя на пару секунд отстраняясь от меня. И я спустил всё на тормозах. Наши языки игрались, утягивали горячими волнами. Матвей жадно кусал мои губы, сминал их, заставляя каждый раз шумно выдохнуть. Так сладко. Так горячо. И даже этот запах цитрусов сейчас опьянял как никогда. Но кислорода стало не хватать и поэтому нам пришлось немного сбавить обороты. Я отстранился первым и посмотрел на Матвея абсолютно заплывшим взглядом. Пытался отдышаться, но получалось плохо. И даже вечно аккуратный и спокойный Соколов сейчас выглядел совершенно неуловимо и возбужденно. Волосы растрепаны, лицо красное. Ну, и у меня, конечно, не лучше. То есть. Я сейчас так целовался с парнем?..
Примечания:
29 Нравится 17 Отзывы 21 В сборник
Отзывы (1)