СИЦИЛИЙЦЫ

      Это был ничем не примечательный домик в пригороде Палермо, немного удаленный от магистрали, куда вела только одна единственная проселочная дорога. Дом принадлежал одному из старых должников Тони, бывшему фермеру, который стремительно поднял семью и отправил дочерей на учебу в Гарвард после небольшой услуги для Тони. Домик он не продал только потому, что его старушка-мать отживала здесь свои дни и ностальгия по родному дому не позволила ему распрощаться с частичкой своего прошлого. Когда старая женщина скончалась, дом периодически сдавался, но чаще пустовал. Иногда ребята Тони хранили здесь свои «вещи». Поэтому Тони неслучайно подумал об этом домике, когда речь зашла о подобного рода встрече. Этот маленький дом в два этажа, обставленный по-домашнему уютно, с мягкой и плетеной мебелью, с видом на морской пейзаж, который был прекрасен в ясную, хоть и прохладную, погоду декабря — это было идеальное место. Та самая нейтральная территория, о которой договорились Блэк-джек и Джованни Тотти.       Помимо них, сюда прибыли Энцио Сивори, Рафаэль Орески, Арно Монсавельи и главные лица этого собрания — Марко и Даниэль. Микко Столетти приехал чуть позже, припозднившись, он был единственным человеком, который не ждавший от этого мероприятия ничего путного. Первая встреча после истории с побитой «Феррари»… и Дани, несмотря на напряженную атмосферу, был рад ей. Кроме всего, именно здесь должна решиться их дальнейшая судьба и именно отсюда он надеялся уехать уже свободным, с Марко. Он украдкой посматривал на него, не позволяя себе большего. Марко тоже поглядывал в его сторону, но всячески избегал контакта, чтобы не спровоцировать кого-то из присутствующих. Ему было приятно видеть, что Дани надел кольцо. Оно то и дело поблескивало сапфиром на его руке, как знак того, что он воспринял его подарок со всей серьезностью и глубиной его значения. Он тоже надел его подарок и Тотти с Орески не раз уже кидали на алый камень косые взгляды, однако никто по этому поводу, к радости Марко, не высказывался. Арно был чем-то доволен. Он подбадривал Марко всю дорогу, а сейчас прямо-таки светился. Марко это злило, Арно уже знал его решение. Тони пригласил всех войти в дом, где их ожидал легкий обед, немного алкоголя и… тщательная проверка на наличие оружия. Встреча должна пройти мирно, ведь по уговору все они должны были быть безоружны, за исключением охраны, оставшейся снаружи и пристально наблюдавшей за обстановкой вокруг. В дом никто, кроме них, не смел входить под страхом смерти.       Они сели за стол в небольшой гостиной. Круглый стол пришелся как нельзя кстати. На нём была безупречно белая хлопковая скатерть с нежными ажурными вставками по краям. Посреди уже заранее накрытого и сервированного на восемь персон стола, возвышалась ваза с фруктами… «так по-домашнему» — подумалось Марко. Его место было прямо напротив Даниэля и Тони, по правую руку сел Арно, слева Орески. Тони сам лично налил всем вина, и встав на свое место у стола приподнял бокал.       — Рад приветствовать вас всех здесь. Ряды наши стали куда скуднее, но такова судьба. Наступает тяжелое время, и то что мы смогли здесь встретиться в таком составе — лишнее тому подтверждение. Позвольте, я предложу небольшой тост для начала. Пусть каждый из нас помнит о тех, благодаря кому мы здесь и все ещё живы, — он почему-то посмотрел на Тотти, и кажется, причина была известна только им двоим. — Даже если многих из этих людей уже никогда не будет с нами за одним столом. — Тони отпил из бокала и сел за стол.       Даниэлю было непривычно видеть Тони в таком амплуа. Он вообще не думал, что Тони мог быть оратором или произнести более пары слов, которые скорее всего были бы наподобие — «Тебе конец», «Ты труп», «Молись, сука.»… после чего последовал бы выстрел из всем известной «Беретты». Сейчас же, этот человек выглядел приветливым, вполне гостеприимным хозяином, не лишенным обаяния.       Орески молча кивнул в знак солидарности, и хотя на его лице было написано, что он с охотой сплясал бы на трупах каждого из присутствующего здесь из «Сакра Короны», слова Тони он поддержал поднятым бокалом. Его примеру последовали остальные. Марко с большой охотой потянулся к бокалу Дани, и когда они, звякнув, встретились, на несколько длинных секунд окунулся в его глаза. Дани охотно подался к Марко и расплылся в улыбке.       — Кхм… — легонько упредил его Тони, чуть пихнув его ногу под столом коленом, дабы тот не потворствовал излишнему вниманию Марко.       — Ну что ж, надеюсь вам понравится обед, и за ним мы сможем плодотворно обсудить наше будущее. — Слово взял Микко, как всегда, любивший переходить непосредственно к делу. — Думаю здесь все в курсе… ну, или почти все, о том что Олонцо решил разинуть рот на Сицилию, выступая в роли миротворца. И всем ясно, что как только он получит то, что хочет, участники нашей сегодняшней встречи будут убиты… в лучшем случае. Но в наших Семьях, есть «законные» наследники. Чтобы сохранить хрупкое равновесие, нам стоит объявить Олонцо и прочим, что мы не нуждаемся в их «помощи».       Дани набрал в легкие воздуха, вот-вот желая что-то сказать, но Блэк-джек упредил его, накрыв его руку своей ладонью.       — А так же, стоит забыть о недавнем конфликте, приведшем к потере многих ценных людей с обеих сторон. — Заключил Микко.       — Да, вести дела как и прежде, но более мирно, может быть где-то и сотрудничая. Но мы готовы выслушать ваше мнение на этот счет. — Добавил Тони.       — Забыть? — усмехнулся Орески, — ну-ну. — Он хлебнул еще вина и откинулся на спинку стула. — Наши Семьи долго не смогут забыть эту сваренную нашими «наследниками» кашу.       Марко переглянулся с Дани и Тони, потупился. Он чувствовал долю вины и за собой.       — Олонцо жаждет наши деньги очень давно, это действительно так, а наши кланы уже не так сильны и сплочены как было при Гатто и Ангеле. Юные Доны — дело благое, Гатто был не многим старше вас обоих, когда занял свое место, но, не в обиду вам обоим, — Орески посмотрел сперва на Дани, потом взгляд его остановился на Марко, — вам такой груз не по силам, мальчики. Дани, прости, но ты из другого теста. Ты хрупкий, избалованный, Гатто тебя слишком изнежил, ты не умеешь даже стрелять, как ты можешь быть главой клана и повести за собой людей… как удержишь их в узде? Это матерые барыги, уголовники, сутенеры, наркобароны, убийцы, наконец. А ты, Марко. Я очень тепло отношусь к тебе, несмотря на то, что ты незаконнорожденный сын Дона. Тебя приняли с распростертыми объятиями, и даже Арно и Камилла, а она ведь прямая наследница, признали за тобой право на место Ангела. Но ты противишься. Я понимаю что это не твое, ты привык быть в тени, на заднем плане, подчиняться и выполнять то, о чем тебя просят, ты боишься принять такую ответственность, я это прекрасно понимаю.       Марко поджал губы, напряженно слушая речь Орески, не пытаясь перебивать. Арно лениво смотрелся в дно своего бокала. Тотти кивал, словно внимательно перепроверяя каждое слово из того что говорит Орески.       — И вот мы подошли к черте, когда надо что-то решать. Кроме того, у нас возникла ещё одна большая трудность, — продолжил Орески, — наши юные Доны вступили в интимную связь. Это сильно всколыхнуло обе Семьи, учитывая их давнюю вражду и сорванную ранее свадьбу между Даниэлем и Камиллой, все это выглядело как издевательство. Насмешка, плевок в устои кланов. Кроме того, это ставит под сомнение наш авторитет. И вот я спрашиваю вас, дорогие Доны. Что все это значит? К чему все эти наши хлопоты вокруг вас и что вы намерены делать дальше?       — Все ваши хлопоты в итоге и делают эту самую «кашу» пересоленной! — наконец заговорил Даниэль, не без волнения, но уже гораздо уверенней, чем ранее он мог говорить с этими людьми. — Если бы вы поменьше обращали свое внимание на наши интимные дела, не отпихивали бы нас друг от друга каждый раз, как только мы решим быть вместе… может именно тогда был бы толк! Вы пытаетесь ставить нас перед выбором, но на самом деле не даете никакого выбора! Да, все вы. Я не пытаюсь выгораживать своих людей. А теперь вы спрашиваете, что мы намерены делать?! Мы намерены быть вместе. И мне плевать что это будет ущемлять ваши моральные устои. Вы не хотите, чтобы мы были во главе, и как я понимаю, все же это самый лучший вариант, чтобы Олонцо не протянул к вам свои клешни, потому у вас просто нет выбора. В таком случае, прекратите нас гнобить и вынуждать творить глупости! Дайте нам самим решать, что и кому делать, как нам друг к другу относиться. Это все, чего я прошу, и я готов смириться с остальным. Научусь стрелять… если это так необходимо.       Тони был удивлен таким поворотом. То есть парню, возможно, пошел на пользу день в одиноких раздумьях. Настолько, что он стал допускать мысль о том, что он смог бы смириться и даже научиться своему «предназначению».       — Хм… Марко? — Орески явно ждал теперь и его слова.       — Я согласен с тем, что он сказал. Все слишком увлеклись нами и забыли о делах семей. Но лично я никогда не желал быть во главе семьи, да и в принципе в семье.       Тотти недовольно хмыкнул, но смолчал.       — Дрязги, стычки, погони, аферы… я устал от всего этого. Я готов отдать отцовский пост тому, кто гарантирует мне и Дани спокойное существование ВНЕ всего этого. Мне все равно кто это будет, люди из «Лимите», или из «Короны». Хотя, мои предпочтения более всего отданы «Короне». Я благодарен вам, сеньор Орески и вам, сеньор Тотти за помощь в участке, но простите мне мою откровенность, я вас обоих едва знаю. Я не доверяю вам так, как следовало бы доверять, передавая столько власти. Поэтому я говорю в пользу клана Даниэля. Я соглашусь с его выбором, и тот, на кого он захочет переложить свои полномочия Дона, я передам и свои.       Арно попытался унять улыбку, но не смог. «Ишь, отмазался. Как завернул. Ну что, съели, пузочесы?! Губы раскатали, думали все, сжали парню яйца и всего делов? Нетути. Скоро вами будет кто-то вертеть, и вы пикнуть не посмеете.»       Дани удивленно воззрился на Марко, в то время как все остальные теперь ждали решения от него.       — Стало быть, ваш наследник оставляет решение за Даниэлем. — Усмехнулся Микко. Кто бы сомневался, что этот малыш сочтет удобным спихнуть ответственность с себя. Но так, это даже лучше… если бы на месте Даниэля был кто-то другой.       Повисло гробовое молчание. Даниэль, немного поерзав, перевел взгляд на Тони.       — Но кроме Тони, мне некому передать пост, я также слишком мало вас всех знаю. Тони?       — Нет. — Коротко ответил Блэк-джек.       — Так дело не пойдёт. Мы собрались не в бирюльки играть, а решать серьезный вопрос, — раздраженно продолжил Тотти, — если вы сами не можете выбрать приемника, значит «взрослые» возьмут на себя этот труд.       — Я за Тони.       Все как один уставились на Арно.       — А что…       — Я тоже, — впервые за все время встречи подал голос Энцио, — это самый лучший вариант для нас всех.       — Это не даст никакого результата. — Ответил им Тони, — Вы можете избрать хоть бомжа из соседней помойки, это не остановит Олонцо и не прекратит его притязаний.       — Тони, ты единственный, кто может возглавить обе Семьи, — обратился к нему Дани.       — Я не уверен, что все из собравшихся здесь членов «Лимите» поддержат мою кандидатуру. — Он указал взглядом на Орески. — И я помню предыдущий опыт… Так было и с Гатто. Пришлось убрать нескольких недовольных, после того, как они решились переступить на другую сторону, не приспособившись к новым условиям. Что скажешь, Орески?       Рафаэль Орески немного надменно покачал головой.       — Блэк-джек, ты мне угрожаешь?       — Предупреждаю. — Ответил Тони.       — Итак, Арно и Энцио проголосовали за Тони, Марко и Даниэль тоже, верно? Я поддерживаю, теперь ваше слово, сеньоры, — прервал их перепалку Микко.       Орески, нервно постукивал по столу костяшками пальцев, лихорадочно соображая.       Тотти сдержанно выдержал паузу, вздохнул, и сверля Тони глазами, сказал только одно слово:       — Да.       Орески ничего другого не оставалось, как скрепя сердце подчиниться мнению большинства.       — Ладно. Черт с вами. Да. Но учти, Тони. Я свой пост не оставлю и буду вмешиваться в дела Семьи как раньше, на правах советника и юриста. Плевать, что есть Микко. Извини Микко, но раз пошла такая пляска…       Марко не верилось, что это происходит. «Они сказали ДА!!! Значит теперь все?! Все кончилось?! Мы можем быть вместе и никто не будет нас трогать?! Боже, только бы все это не был сон, только бы не проснуться… »       Он подмигнул Дани. Арно, видя их немой диалог, лишь покачал головой и вознес глаза к потолку. «Дети… отказаться от такого! ради чего? Вольно перепихнуться и подержаться за ручки… Глупые дети… »       Дани довольно заулыбался Марко.       — Я буду принимать твое мнение в расчет, — ответил Тони Орески, ставя его на место. — Но моим консильери, я назначаю Микко. И если такой расклад кому-то не нравится… вы должны знать, что я недолго думаю, прежде чем жать на курок.       Дани только сейчас посмотрел на свое кольцо, которое все еще было на его пальце. Теперь для него это был не знак власти, оно имело совсем другое значение и смысл, но он снял его и легонько кивнув Марко, передал Тони. В конце концов оно могло принести им только больше проблем, если останется у Даниэля. И в этот момент с его плеч словно свалился камень, это было чувство прежней свободы. Марко сделал тоже самое.       — Вы по прежнему будете под защитой, я приложу все усилия, чтобы вас не коснулись дела Семьи, исключая крайнюю необходимость. Я бы хотел, чтобы вы понимали, что независимо от того, имеете вы власть или нет, вы всегда будете находиться под угрозой, так распорядилась судьба, сделав вас сыновьями ваших отцов, и не чужими людьми для меня. И как Глава нашей объединенной Семьи, я обязываю к заботе над парнями каждого из вас, включая тебя, Орески. Скажу прямо, я не доверяю тебе, и если с этими детьми что-то случиться, мой взор первым делом падет на тебя. — Тони одел кольцо, которое передал ему Даниэль, потом с каким-то особым трепетом надел и кольцо с сапфиром, на ту же руку, и протянул её для официального согласия, первым делом именно Орески.       Сказать, что Тони задел его за живое, значило ничего не сказать, но Рафаэль был далеко не профан. Власть меняется, но любой головой всегда руководит шея, на которую она посажена, а он всегда был этой самой шеей. Он редко действовал в ущерб Семье и ещё реже в ущерб себе. Конечно, Тони не обязан был ему доверять, но ему это было и не нужно. Пока его не трогали, пока с ним считались. Микко возьмет на себя грязную работу, а ему останется спокойно вести свои дела за его спиной, и все будут счастливы. Почему нет.       Тотти был другого мнения. Однако противиться не собирался. Главное — Марко живой и здоровый, и воля его отца так или иначе, но будет исполнена. Мальчик будет при Семье, под присмотром. Как знать, быть может в будущем он проявит себя и захочет принять свое законное место, но уже будучи зрелым мужчиной, готовым принять это бремя. Тотти не особо доверялся нежным чувствам, которые стали помехой для обоих мальчишек, он воспринимал это как юношеский пыл, слепоту, некую болезнь, которой надо переболеть, чтобы получить крепкий и стойкий иммунитет. Пусть потешатся, пока есть такая возможность, а потом снова зададутся вопросом выбора — что для них наиболее важно. Время все расставит по своим местам.       Пока Орески медлил, Тотти первым подошёл к Тони, присел на одно колено и прикоснулся губами сперва к сапфиру, а уж потом к рубину, тем самым выказывая почтение не только перед Доном, но и отдавая дань памяти Ангелу.       Тони не особо нравилась эта церемония, да и само его назначение, он просто соблюдал традиции, принимая их как должное. И не проявлял никакого пренебрежения, когда почтение ему выражали люди, принадлежавшие прежде к «Лимите». После того как все условности были соблюдены, Дани дал объединенной Семье новое имя — «Рисорджименто» (пер. Возрождение, обновление), и предложил наконец насладиться обедом. Даниэлю не терпелось остаться с Марко наедине, начать новую свободную жизнь вместе с ним. А потому, после обеда, когда гости уже разъезжались, и Тони предложил собираться по домам, Даниэль уговорил его оставить их тут с Марко до завтра. Тони воспроизвел жест «я так и знал» и оставив им свою машину для возвращения обратно, уехал с Микко.       Они остались наедине в уютном доме, чтобы вдохнуть теперь свою полноправную волю. Нежась в тепле камина, Даниэль обнимал полуобнаженного Марко, рассказывая ему забавные истории из детства и юности, легко и беззаботно смеялся, словно ничего и никогда не происходило с ними, и ничего ужасного больше не могло быть.       — Мне так хорошо с тобой здесь, может не будем возвращаться?       — Боюсь, что тогда Паоло объявит меня в розыск, — беззаботно рассмеялся Марко, прижимая голову Дани к своей груди и смотря на огонь.       Ему тоже было хорошо. Как никогда. Сегодня, он впервые за долгое время ощутил, как с его плеч сняли какую-то тяжесть, стало легче дышать. И хотя Тасканьо все ещё был их проблемой, Тони, словно щит, теперь будет меж ними. Марко верил ему, как, наверное, не верил отцу, когда тот был еще жив. Он сможет их защитить, заслонить от любой угрозы, но и он кое-чего не может.       Марко не зря вскрывал базу полицейского управления Палермо. Он нашел запись, на которой явно был виден номер машины, покидающей кладбище последней, сразу после того, как поднесли цветы. Марко смог отследить эту машину почти до другого конца города, до некоего частного склада, закрытого ещё несколько лет назад. Там следы машины затирались. Или Тасканьо сменил машину, или склад и был конечным пунктом его поездки, но Марко передал координаты Арно и тот уже побывал на складе. Машины он не нашел, но зато было ясно, что склад не совсем заброшен, им активно пользуются какие-то люди, о существовании которых никто не знает. Некая организация, снимающая помещение через липовую фирму.       Так что Марко было что подкинуть Тони и Микко для проверки, но это завтра. А пока, потрескивает огонь, Дани гладит его кожу, он был таким страстным сегодня, таким нежным. Марко таял, позволяя ему делать все, что он только захочет и отдавал всего себя до самого утра, пока они, обнявшись, не уснули прямо на полу у давно потухшего и остывшего камина, укрываясь в складках мягкого домашнего пледа.

* * *

Микко тем временем занимался поисками потерянного пистолета Даниэля, но следов оружия не было. Это его слегка обеспокоило и озаботило. Бывали случаи, когда такие вот пропажи выходили боком его подзащитным. Стоило ли заявлять о пропаже или сделать вид, что пистолета не было, ведь не дай боже, в ту ночь Даниэль в кого-то попал. Решил повременить.

* * *

Утром Даниэль спал как убитый, растянувшись на груди Марко, как на самой удобной кровати на свете, немного сопел и что-то невнятно бубнил сам с собой.       — Доброе утро, соня, — приветствовал его Марко. Он проснулся чуть раньше, но не стал его будить, и сам не вставал, дабы не потревожить Данькин сон. Так и лежал, вслушиваясь в его дыхание, — я тут думал, пока ты спал, может все-таки ты переберешься ко мне? У тебя прекрасный дом, большой… но мне в нем как-то неуютно, он огромен и там слишком много посторонних, столько глаз. У меня не самая маленькая берлога и есть гаражное место под твою красотку. Да и с хозяйством мы вполне можем управляться сами. В крайнем случае всегда можно нанять временную горничную, чтоб приходила и убиралась, готовила, стирала. Как ты думаешь?       Даниэль сладко зевнул и потянулся. Все еще сонный он довольно улыбнулся, прекрасной реальности, ожидавшей его этим утром.       — Хм… попробовать можно. Мне, если честно, не известна другая жизнь. Я никогда не жил в таких спартанских условиях. Но я думаю, с тобой я справлюсь! — он помнил его квартиру. Она показалась ему уютной, хоть и по меркам Даньки уж очень миниатюрной. Он не имел представления каково было каждый день готовить еду самому. Не говоря уже об уборке и стирке, покупке продуктов и разделения ванной комнаты с кем-то еще, кроме тех временных случаев, когда этот кто-то остается у тебя на ночь. Все это ему представлялось весьма туманно. А потому он без лишних сомнений согласился.       — Только мы перевезем ту кровать, которую я приметил намедни в магазине к тебе. Она займет добрую половину спальни, но… это ведь спальня. — Улыбнулся он.       — Идет, — рассмеялся Марко, вспоминая размеры круглой кровати, — заодно обновим её, — шлепок Дани по заду, заставляя того подниматься уже с пола. Им столько всего надо было сделать в этой новой, неизвестной, совместной жизни!

* * *

Марко уже на втором часу шопинга изрядно измотался, но Дани был свеж как майский цветок и весел. Марко весь день бродил за ним как тень отца Гамлета, то и дело закатывая глаза к небу, когда тот в очередной раз срывался с места с космической скоростью, чтоб попасть срочно в другой отдел: с дисками, со жратвой, со всякой ерундой… буфеты, туалеты, пакеты. Марко чуть не сдох, пытаясь всюду успевать за ним, с телегой наперевес, которую заносило в стороны на поворотах. Вот где понадобилось всё его мастерство как гонщика. «Господи, у него что, есть где-то пропеллер? Я уже без ног, а ему хоть бы хны!» Он ворчал, пытался докричаться до Дани, оттаскивал его от витрин едва ли не за шкирку, всё было бесполезно. Но он видел, как радуется Дани всему этому, как ему хорошо и легко, а потому было хорошо и Марко. Он вообще не представлял, куда они будут складывать всё то, что накупили, стараясь сейчас об этом не думать. По пробкам они добрались домой только к ночи. Остаток дня они провели на диване у телика, просматривая комедии и жуя попкорн. Даниэль любил комедии, и смеялся совершенно по бешеному, кидался попкорном, когда Марко был ну очень уж серьезным, Дани все гадал почему тот так мало смеется, а иногда и вовсе запирает вырывающуюся улыбку на замок.

* * *

На утро. За каких-то десять минут они оба прошмыгнули сквозь все Палермские пробки, изящно снуя между машин, проносясь на всей скорости в последние секунды на сменах сигналов светофоров. Марко уже представлял себе лицо Паоло, и что тот примерно скажет. В мастерской уже вовсю трудились, в гараже и на стоянке выстроилась целая очередь. Рабочий день, что поделать. Они свернули, сбавляя ход, огибая здание справа и аккуратно припарковались на пустом месте прямо возле въезда в гаражи.       — Марко! Привет! — тут же окликнул один из мальчишек с мойки, — тебя Паоло заждался, всё хорошо? — он покосился на спутника Марко, но Конти не изъявил ни малейшего желания их знакомить… были дела поважнее.       — Мы идём.       Под многочисленные взгляды они прошли здание насквозь, оказываясь в святая святых — в старом кабинете отчима Марко. Тут никто ничего не трогал, Марко не позволял. Все осталось таким же, как было при отчиме и старшем брате. Старая мебель уже просилась на свалку, запыленные жалюзи уже с трудом пропускали свет внутрь, а окна давно не мылись. Марко никого сюда не пускал, даже уборщиц. Мыл все сам, по возможности. Но, за делами, эти возможности появлялись не так часто, чтоб поддерживать здесь чистоту. Паоло сидел за широким столом и возился с бумагами… с целым ворохом бумаг. Его седые длинные волосы изредка касались страничек.       — Я уже хотел звонить, — он даже не оторвался от своего занятия. Марко напрягся, прикрывая за ними дверь.       — Пробки.       Видимо голос Марко чуть дрогнул, потому что Паоло тут же поднял на них обоих глаза, запнувшись на полуслове. В его взгляде так и читалось — «Какого хрена этот парень тут делает?!»       Даниэль только улыбнулся и поднял ладонь в знак приветствия, на столь неприветливый взгляд. «Может зря я напросился… хотя… » Даниэль стоял поглядывая то на Марко, то на Паоло. «Ну, чего же они молчат?»       — А я вот помогать вам решился… — наконец промолвил Дани чуть смущенно. От взгляда Паоло внутри все аж похолодело, — чинить свою тачку, — добавил он, для ясности.       — Помогальщик, — проворчал Паоло, вставая из-за стола. Он подошёл к ним обоим, прищуриваясь, когда поравнялся с Дани. — Марко, я надеюсь ты соображаешь, что ты делаешь. А вы, молодой человек, — он хитро заулыбался, — идите переодевайтесь. От лишних рук мы никогда не отказывались, но учтите, что здесь не в игрушки играют, и танцулек тут не будет. Здесь люди работают, стирая руки в кровь. А с тобой, — это уже адресовалось Марко, — мы попозже поговорим.       «И всё? Вот так… постеснялся? Не похоже на него. Видимо догонит своё позже… » — подумал Марко, но так было даже лучше. Паоло не орет, значит смирится с его присутствием.       Даниэль прикусил губу, он был несколько возмущен, когда Паоло указал ему на то, что дескать он избалованный сопляк. Но это же не так! «Я способный! Я быстро учусь, я еще покажу вам… »       Марко показал ему, где находится одежда. Дани отметил про себя, что фасончик явно хромает, не говоря уже про чистоту. Он брезгливо морщась натянул комбинезон и предложенную Марко бейсболку, развернув ее козырьком назад. В эдаком виде он впервые себя видел в зеркале. «Ничего сложного, покрутить пару железяк я смогу… знать бы только каких… »       Марко сразу потащил его по гаражам, показывать свое маленькое королевство, в общих чертах рассказывая что где находится, знакомя с персоналом и потом сразу в пекло, подальше от пристальных глаз обрадовавшихся девушек и Паоло — к машинам!       Он был уверен, что Дани способен отличить капот от багажника, нужно лишь немного практики. Он врубил один из дисков Дани, что прихватил из дому, чтоб тому было чуть комфортнее. Решили пока повременить с ремонтом «Феррари», Марко ждал кое-какие запчасти, да и Дани сперва надо было хотя бы понять, где вообще в машине находится двигатель.       — Посвети, — Марко не нарадовался, он почти сиял, пряча то и дело голубые глаза от Дани, копаясь в трансмиссии старенького «Вольво», попутно пытаясь объяснить Дани на этой развалюхе, как именно поршни обеспечивают вращение коленчатого вала, и что не стоит делать со сцеплением, чтоб не заработать ремонт коробки. Дани врубил фонарик и внимательно слушал китайскую грамоту Марко, правда пялился он периодически не то чтобы на двигатель, а на руки Марко. Но его безумно грело чувство полезности, пусть и в роли человека-фонарика. Даниэль осторожно просунул руку в капот машины проводя легонько пальцем по деталям, осторожно коснувшись и руки Марко. А вот как бы хотелось ему сейчас изучить детальки тела Марко, с самого утра это назойливое желание не давало ему покоя, потому почти все, что тот сказал, мало-мальски усвоившись тут же улетучивалось как дым.       Марко весь раскраснелся, когда Дани случайно или может нарочно прикоснулся к нему. Он покосился на него, но сделал вид, что сие не заметил, продолжая повествование теперь уже про свечи, всё же держась поближе к Дани, в тайне надеясь, что прикосновение повторится.       — В первый раз всё кажется сложным.       Пока они болтали, за их спинами остановился удивлённый Паоло. Мужчина молча наблюдал за обоими, дивясь тому, как воспрял духом Марко, а ради одного этого он готов был принять в гараж хоть весь город.       Дани не сразу почувствовал взгляд Паоло, но в один момент он было потянулся уже к Марко, к его лицу, медленно, чтобы не спугнуть и резко остановился, выронив фонарик, когда боковым зрением уловил силуэт.       — Паоло! Ты как призрак ходишь. — Покореженным немного голосом проговорил Дани, вылавливая фонарик где-то в недрах «Вольво».       Марко смущённо посмотрел на Паоло.       — Как там свечи на обоих «Порше»? — переходя на рабочую тему, дабы увести внимание Паоло от Дани, на которого он смотрел с неким подозрением. Тот не прекращал копаться под капотом.       — Если бы у Джулио руки росли не из задницы, то давно бы поменяли, — Паоло подошёл, — иди, глянь. Мы… — он водрузил ладонь Дани на плечо, — сами тут закончим.       Дани резко поднялся, трескаясь затылком о крышку капота.       — Точно. Мы тут справимся. — Он решительно кивнул, почесывая ушибленный затылок. Он едва заметил как рука задела тонкую тросточку держателя крышки капота и та с грохотом накрыла Марко.       — Оу! Марко, прости! — причитал Дани, поднимая капот и помогая тому выбраться.       — Да ничего. — Марко изобразил улыбку, переглядываясь с Дани. — В порядке. Я пойду, гляну, что там творится, а ты. — Он сунул Дани в руку инструмент, — подкрути вот тут, смажешь и готово. Угу? А потом пойдём обедать.       Пока Паоло не видел, Марко изобразил на лице мину, а-ля «потерпи немного, я быстро»… Дани же на это мысленно ответил «ничего страшного, убью тачку в хлам и все ок!»       — Да-да… иди, наваляй там хорошенько всем, — Паоло подпихнул Дани к работе, склоняясь над вновь закреплённым капотом.       Вся уверенность Дани немедля куда-то делась, да и отсутствие Марко, наряду с присутствием Паоло, несколько давило. Дани с ужасом взирал на ключ, абсолютно не понимая, как им орудовать, нет, конечно он видел, но в реальности это было не так просто. Он то и дело соскальзывал с болтика.       Он не только подкрутил, но и сорвал резьбу, перекрутив.       Паоло вздохнул.       — Всё хорошо, бывает. На запасной, сильно не жми, как перестанет свободно закручиваться, так и не трогай больше, — он порылся в инструментах, доставая ключ многогранник и протянул Дани. Направил луч света фонарика под капот, помогая Дани «трудиться в поте лица», рассматривая Даниэля с головы до ног. Он смотрел за ним и тем, как тот старается изо всех сил. Паоло это оценил, но он никак не мог понять, зачем столь богатому мальчишке всё это надо?! Каприз?       — Да, вот так, всё, хорош, — он протянул Даниэлю ветошь, чтоб вытереть руки, — молодец.       Он просто так никогда никого не хвалил, это была большая редкость, но Дани, естественно этого знать никак не мог.       — А теперь, скажи мне, пожалуйста, какого ты тут делаешь? И не ври мне, — цепкий взгляд светлых глаз устремился в лицо Дани, — знаешь, мне лично наплевать что у тебя там за дела с твоими соклановцами, почему ты отказался от такой власти, влияния и богатства, но учти… Марко мне как сын, и я не позволю его использовать в своих дрязгах и закулисных игрищах! Он только выкарабкался из всего этого. Он долго был по уши в дерь… кхем… — он понизил голос, поняв, что их могут услышать в соседнем помещении, — если он тебе дорог и если ты не полный идиот, то не впутывай его снова во всё это… да и сам… ты ещё совсем ребёнок. Если бы я мог оградить его от этого всего — я бы это сделал, это как болото, Даниэль, — впервые обращаясь к нему по имени.       Теперь в его лице читалось беспокойство и уверенность.       Вот это уже задело парня.       «Зачем он так?.. разве я похож на избалованного идиота?» - Дани опустил голову, он стал мрачнее тучи.       — Я помочь хотел, только и всего… — он утер лицо оставляя на нем темные масляные разводы, затем поднял на него взгляд. — Я не ребенок! И я никогда им не был! Даже при живом отце! — ток пробежался, холодя изнутри, от слов Паоло. — И при всем моем уважении… Не вам меня учить, я сам могу решить, что мне делать!       Дани громко хлопнул крышкой капота, закрывая. Нет, он не ненавидел Паоло, но его последние слова напомнили ему о Лео, как тот позволял себе фривольно обращаться с ним. Дани никогда не понимал этого, и постоянные оскорбления в его адрес, напоминание о том, что он еще мал, и что деньги у него лишь благодаря тому, что отец успешно вел бизнес, кстати, и по этой причине Дани пошел когда-то работать обычным танцором в «Дьяволе», не афишируя то, что он полноправный владелец клуба.       — Успокойся.       Паоло взял его под руку и отвёл в сторонку, усадил на один из стульев, на второй сел сам, лицом к лицу с мальчиком, подавшись к нему, чтоб можно было видеть его глаза.       — Не злись, я тебе не враг и никогда им не стану. Хочешь работать в паре с Марко — милости прошу, но пока вы вместе, за твою и его безопасность никто не сможет поручиться на сто процентов, учти. Тот хрен моржовый, что был в больнице, когда ты решил свести счеты с жизнью, все ещё где-то на свободных хлебах. Не забывайте об этом.       Паоло похлопал Дани по плечу и встал.       — Ну всё. Хватит болтать, иди, поищи его и тащи обедать.       Очередное напоминание о Тасканьо окончательно расстроило Даниэля. Но он смолчал. Больше ничего так и не сказав Паоло, не сразу последовал совету. На некоторое время он отошел подальше от всякого люда, просто, чтобы покурить и успокоиться в одиночестве, прежде, чем видеться с Марко.

* * *

      — Да, шеф, машина на месте. Но сегодня они крутятся тут вместе. Не поверите. Никого не допускают в этот гараж, кроме старика испанца. Так что, есть у нас ордер? — Альдо потягивал кофе в своем неприметном сером «Ситроене» неподалеку от автомастерской Марко, наблюдая, как расстроенный Даниэль нервно попинывая пыльные клочки земли, докуривал уже вторую сигарету в гордом одиночестве. Меж делом молодой следователь делал снимки.       — Нет, прокурор отказывается выписывать ордер. Ссылается на безосновательность… ага, как же… эти мафиози просто прижали ему хвост. Чую, мы упускаем что-то важное, — угрюмо ответил Легар.       — Есть у меня идея и пара знакомств в налоговой. Только мне нужно пару дней, чтобы все устроить.       — Хм. Хорошо. Ничего противозаконного, верно?       — Так точно, шеф. Не беспокойся, мы прижучим этих ублюдков. До связи. — Он отключил звонок и сделал еще пару фото. — Скоро… скоро… птички в клетку… — прошептал он, сам себе улыбаясь.

* * *

      — Ну что там? Есть новости? — Марко говорил, как можно тише, чтоб никто из маячившего в кафе персонала, не мог расслышать его разговора. Он оставил Дани в столовой всего на пару минут, когда завибрировал его мобильник. На табло высветилось — «Арно». Марко не мог не ответить. Он извинился и отошел ко входу, где мог наблюдать за ещё ковыряющимся в едва тёплом жарком Дани и спокойно поговорить. Он ждал этот звонок более суток. С самых похорон никто не поднимал этой темы, и он не спешил обо всем рассказывать Даниэлю, нужны были веские основания. Да он и побаивался, что по своей горячности, Дани наломает дров, захочет взять склад штурмом или как-то спугнёт этого слизняка. Второго шанса может не быть. Надо было все подготовить и уж тогда…       — Есть, — услышал Марко довольный голос Монсавельи, — ты был прав братишка. Он хоть и пытался замести следы, но ты вычислил его! Ты просто гений! Он действительно оказался там. Я пасу его все это время. Тут его люди.       — Много?       — Человек тридцать.       — А его самого видел?       — Видел. Не представляешь, как я хотел пустить пулю ему промеж глаз! Но он, сука, вечно не один, он крайне осторожен и всегда начеку. Его можно снять только снайпером, я нашёл неплохое место обзора для этих дел, но времени у нас не много, тут какие-то сборы. Они что-то транспортируют. Тут три фуры. Мои «солдаты» видели, как грузили контейнеры, но что в них… возможно оружие. Близко подобраться сложно. Здесь все на сигнализации.       — Правильно, не лезь.       — Не поверишь кто здесь.       — Кто?       — Лучше тебе ЭТО увидеть самому.       Марко украдкой перечел записку, которую все это время берег как зеницу ока, на ней частым почерком было написано: «Я буду скучать по твоему отцу, но не долго. Печаль так подходит к твоему смазливому личику, птенчик, рад, что могу наблюдать такое прекрасное явление лично. Л.Т.»       — Пришли мне снимки. И… пора говорить Блэк-джеку.       — Нафига?! Че мы сами не управимся?! Пора надрать жопу этому гаденышу, пока он не свалил снова. Или сейчас или никогда, Сан-Марко.       — Остынь, ты не перебьешь тридцать человек при всем желании, и при прямом нападении у него будет шанс ускользнуть. Нельзя промахнуться. Действуем наверняка. Поэтому нам нужна помощь Тони. Сколько у нас времени?       — Сутки, может двое.       — Хорошо. До связи. Запиши для меня номера всех фур, и вышли. Арно, будь осторожен.       — Ха… не учи ученого, братец! Чао!       Телефон снова завибрировал. Пришли отравленные Арно фотки. Марко несколько минут внимательно всматривался в худое резкое лицо мужчины с тонкими противными усиками, уверенно пересекающего внутренний двор заброшенного склада. Его окружало несколько человек, по всей видимости личная охрана, но на одном из снимков, среди лиц на заднем плане, было лицо, которое сразу привлекло внимание Марко. Марко аж вздрогнул. Сомнений больше не осталось.       «Да это же пропавший Сильвиан Росетти!».

* * *

Ранее. В день похорон Франческо Канторини. Похороны Канторини продолжались уже с пол часа, когда к воротам подъехал черный «Мерседес» представительского класса. Он неспешно припарковался среди кучно оставленных у ворот машин, никто не спешил выходить.       — Да тут прямо праздник, — усмехнулся Тасканьо, нехотя смотря сквозь тонированное стекло на столпотворение поодаль, где вокруг свежевырытой могилы люди отдавали дань уважения, укладывая цветы на крышку гроба. Небольшой оркестр играл приятную, но грустную мелодию «Осенних листьев» Эрика Клептона, создавая лирическое настроение, избавленное от горечи скорби, — Орески, как всегда, в своем репертуаре, — покачал головой Лео, — падок до трагизма. Гляньте-ка. Устроил настоящий театр. Не хватает лишь горстки рыдающих женщин, утирающих лживо горькие слезы над трупом.       — Сколько пафоса. — Поддакнул Сильвиан Росетти, сидящий рядом с ним на заднем сидении. Его не так забавляло все это мероприятие, как Леонардо, но он вынужден был соглашаться с ним. Он не горел желанием даже приезжать сюда, это было крайне неосмотрительно и рискованно со стороны Лео, но как он мог ЭТО пропустить?!       — Мы не пойдём туда, так ведь? — на всякий случай поинтересовался Сильвиан, в глубине души надеясь, что Тасканьо не выжил из ума и не покажется перед всем кланом. Ему и самому не хотелось светиться. Для всех он мертв или пропал без вести. Так и было бы, если б машину, в которой его везли на казнь люди Канторини с той злосчастной Рождественской вечеринки, не перекрыли две машины и не обстреляли всех, кто в ней был, кроме Росетти. Какого же было его изумление, когда его, пусть и с завязанными глазами, доставили прямиком к Тасканьо. Росетти не знал дороги, но точно знал, что ехали по пригороду, где-то час пути от центра Палермо. Лео не только спас ему жизнь, он принял его под свое покровительство. Росетти был счастлив послужить ему — настоящему Дону «Сакра Короны», истинному лидеру, давно метившему на престол. Росетти был глубоко убежден, что только Лео может сплотить клан и держать город в страхе и почтении. Никто бы не смог сделать этого лучше, чем он. Росетти охотно примкнул к нему. Он рассказал все, что знал, но все это было известно Лео и без него. Дневник Луциана открыл ему куда больше информации, чем Росетти мог даже представить. Сильвиан был для него бесполезен, но все же Тасканьо решил его оставить. Лишние союзники ещё никому не мешали, пусть и такие жалкие и никчемные, как Сильвиан. Он сыграет свою роль… в свое время.       — К чему, отсюда все прекрасно видно.       — Вроде полиции нет.       — То, что их не видно, не значит, что их тут нет, Сильвиан. Не будь глупцом. Тито, букет взял?       Парень, что сидел перед ним, кивнул.       — Да, Босс. Все готово.       — Отлично. Ах. Смотрите как страдает прелестная Камилла. Бедное дитя, — криво ухмыльнулся Лео, — похоже, она тут единственная, кто по-настоящему пережил потерю. Его внебрачный отпрыск, наверное, рад, что сорвал такой куш. А остальным на него плевать. Помер — и слава небу. Эх, Франческо… а я тебе говорил — ты сентиментальный кретин и твои эмоции однажды сыграют на руку твоим врагам. Я, как всегда, был прав.       — Точно, Лео. Ты, как всегда, прав. Мальчишка не удержит вожжи, а Орески хоть и адвокат, в нем напора или хитрости ни на цент. Теперь «Лимите» можно брать голыми руками.       Лео пристально посмотрел на него.       — Ещё не время, — ответил он, и снова стал всматриваться в редеющую процессию.       Гроб медленно опускался, люди расходились, лишь трое ещё задержались у могилы. Это были дети Ангела и его племянник Арно. — Всему свое время, Сильвиан. «Разделяй и властвуй… разделяй и властвуй». Тито, букет.       Тито вышел из машины и вынул из багажника букет. Он перенял у Лео записку, которую тот наспех накатал на чистом листке и уложил ее среди цветов. Сам он венок не понёс, но за сотню евро это с радостью сделал один из смотрителей кладбища.       Лео был в неописуемом восторге, когда букет и записка дошли до адресата. Он упивался испугом, отпечатавшимся на лице молодого сына Ангела. И с не менее злорадной улыбкой наблюдал, как Марко и Арно пытаются найти его, и как поняв местонахождение, пытаются догнать. Тито рассмеялся, когда их водитель, дразня мальчишек, притормозил и сорвался с места, оставляя их далеко позади, когда те уже почти заглядывали в окна.       — Куда едем, Босс? Домой?       — Нет, сворачивай, поменяем авто и заедем на склад.

* * *

Столовая у автомастерской, сегодня       Даниэлю не нравилось это — Марко что-то пытался от него скрыть… даже ушел подальше, чтобы он не слышал телефонный разговор. Парень тихонько поглядывал в его сторону и аппетит таял сам собой. День, как ему казалось, уже не мог быть хуже, чем есть. Романтические деньки совместной жизни и работы превращались в сущий кошмар. Сейчас у него тайные разговоры, а потом что? Будет работать в ночные смены, отправляя меня домой? Дурацкая затея была с этой мастерской. Может стоит вернуться в «Танцующего Дьявола»?       Марко поравнялся с ним и присел рядом. Он был явно чем-то взволнован.       — Доел? Отлично. Дани, — он наклонился к самому его уху, — есть разговор. Мне надо показать тебе и Тони кое-что. Позвони ему и попроси срочно приехать.       — Мне не нравятся твои «секретные» беседы вдалеке от меня, — тем не менее Дани вытащил из кармана мобильник и набрал номер Тони, все еще подозрительно косясь на Марко. Что это он такой воодушевленный? — Тони? Да. Не мог бы ты приехать в автомастерскую Марко? Не знаю, Марко говорит это срочно, ему нужно что-то нам с тобой показать… Ладно, ждём. — Он убрал телефон. — Ну вот, он будет примерно через полчаса. Что случилось? У тебя кто-то появился, и ты решил передумать насчет отказа от «трона»? — ухмыльнулся Дани, отодвигая от себя едва тронутые обеденные блюда. Марко заулыбался и сокрушенно покачал головой. «Как только ему все это в голову пришло?»       — Опять ревность? Ты неисправим, Дани. Успокойся. У меня для всех вас новости. Большие. И очень важные, — Марко покосился на смотрящего в их сторону Джорджа и ещё одного из мастеров. Они тут же отвернулись. Значит разговор был явно про них, — слишком много внимания… пойдём, повозимся с твоей «Феррари», пока он едет, — намекнул он.       «Ревность… я бы на тебя посмотрел, будь ты сейчас на моем месте… вот начну по углам скрываться с телефоном, тогда узнаешь, кто из нас неисправим».       — Надеюсь, новости хорошие, а то дерьма мне на сегодня уже хватило, — буркнул Дани, хмуро оценив обстановку. О них шептались на каждом углу мастерской, пожалуй, тут не было ни одного человека, не промывшего им все кости. «Что это за новенький… почему он работает в паре с Марко…» Кто-то припоминал Даниэля, как того самого эксцентричного парня, танцевавшего на этой же «Феррари» более полугода назад. Но каким образом эти двое теперь работали тут душа в душу?! Эта шуршащая волна сплетен буквально шлейфом тянулась за каждым их шагом.       А вот Марко было наплевать на сплетни, он к этому давно привык. Работая в таком большом коллективе молодых людей, это было неизбежно. Любое новое лицо воспринималось как одна большая тема для сплетни. Обсуждали все, что только было возможно обсуждать, не зная человека вообще. Они вернулись в мастерскую. Паоло куда-то уехал. Марко решил, что тот должно быть поехал договариваться с поставщиками запчастей насчет стекла для Данькиной машины.       Работали молча. Дани хмурился, Марко то и дело смотрел на часы. Совсем скоро подъехал Блэк-джек. Марко сразу узнал мягкий ход его машины и тихое урчание двигателя.       Тони сопровождали несколько парней из его окружения. Их он попросил остаться возле машины, когда на встречу вышли Дани и Марко. Тони по-отечески тепло обнял обоих парней.       — Не хотел бы быть слишком циничным, мальчики, но совсем скоро я должен быть в другом месте. Марко, что ты хотел сообщить, что требовало моего присутствия? — меж делом Блэк-джек осмотрел и Дани, так непривычно было видеть его в одежде обычного механика, с перемазанными руками и лицом… впрочем, лицо у него было не самым жизнерадостным. Но Тони так и подозревал, что вся эта их затея с совместной жизнью покатится коту под хвост, именно потому, он мог примчаться по первому зову своего крестника, лишь бы тот в очередном порыве разочарования вновь не решил покончить с собой, а то и не натворил чего-нибудь похуже.       — В мой кабинет. Прошу, — Марко повел их в кабинет отца и плотно закрыл дверь. Их не должен был услышать никто.       Без лишних слов, он вынул свой мобильник.       — Похороны моего отца прошли не совсем гладко. Когда почти никого уже не было на кладбище, вдруг принесли букет и вот это, — он вынул записку и показал Тони, — мы в принципе ждали этого, но он был слишком дерзок. Заявился на кладбище, лично! Мы с Арно пытались догнать его, но он ушёл. Полиция даже не пыталась его поймать, если вообще что-то пыталась с этим сделать, — Марко показал Дани и Тони снимки со склада, — я успел порыться в архивах камер наблюдения полиции и проследил куда он поехал потом. Тони, я точно знаю где он. Арно сейчас там, следит за ним издалека. Мне нужны были доказательства, что это точно он. Вот, — он перестал листать снимки на том, где более четко было запечатлено лицо Тасканьо. Качество снимка, конечно, пострадало, но не узнать его было не возможно, — но и это ещё не все, — Марко посмотрел на Дани, — смотрите, кто мотается с ним повсюду, — он увеличил уголочек кадра, где на заднем плане на Лео смотрел Росетти.       Тони однобоко улыбнулся, смотря на фото.       — Хорошая работа, Марко, как раз этого мне и не доставало. Но мне казалось, ты хотел выйти из дела…       Марко смущенно промолчал. Он делал это прежде всего ради безопасности Даниэля.       — То есть вы оба знали, что Лео разгуливает в городе и ничего не сказали мне? —       Дани сокрушенно вздохнул и поджал губы.       — Дани, прости. Я не хотел тревожить тебя зря. Мы не были уверены, что это он. Арно именно это и должен был выяснить и как только все подтвердилось мы собрались здесь. Я не лгал тебе.       — Я знал, что Росетти давно разинул рот на бизнес, связанный с оружием и наркотиками, в тайне от Семьи. Его недовольство твоим назначением, Даниэль, могло быть отличным поводом убрать его, и не привлекая особого внимания прибрать эти дела. Это мы и собирались сделать после Рождества. Но все оказалось не так просто. У него был покровитель. Я не знал кто это. Пытался связаться с ним через своих, но мне отказали во встрече. Этот самый Покровитель решил вести дела самостоятельно, не делясь с нами. То есть объявлял в своем роде войну, перетягивал наших людей. Но теперь, благодаря Марко я знаю кто он и где его найти. Я займусь этим, Арно и его парни не будут лишними. Но я сам с ними договорюсь. Что касается вас, мальчики, сегодня после работы отправляйтесь прямиком домой и не вылазите оттуда до завтра. Ты, — он кивнул на Марко. — Сотри фото с телефона. И больше не лезь в это, если решил оставить дела. Созвонюсь с вами на днях, когда все будет улажено.       Даниэль теперь узнавал прежнего Тони, того, который был при его отце. Холодный, решительный, жестокий, бескомпромиссный. Когда он говорил таким тоном, это означало, что спорить с ним бесполезно.       Марко, конечно, кивнул, но про себя решил, что фото он все-таки сохранит. Это были очень важные снимки, доказывающие прямую связь Росетти и Тасканьо, и он не мог просто так их стереть! Он их припрячет, до поры до времени, пока не понадобятся. Нутро подсказывало Марко, что они непременно пригодятся.       Он пытался угадать что сейчас творится в голове у Дани. Простит он его? Или так и будет дуться и решит, что за его спиной Марко заговорничает.       — Ладно, ребята, мне пора, а вам дел тут хватает… твоя машина ведь здесь? — спросил Тони.       — Да. — Потупил взор Дани.       — Никогда никого не слушал и всегда делал все по своему… нда… — Тони распрощавшись с парнями и покинул мастерскую.       Альдо не медлил, документируя этот визит.       Когда Тони покинул кабинет, Дани молча и хмуро посмотрел на Марко. Как он мог все это время воротить свои делишки, выслеживая Лео и ни словом не обмолвиться о том ему… даже об этой дурацкой записке?! «Он решил сообщить все Тони, наверно, потому что считает меня совсем никчемным? Да и правда, что я могу по сравнению с ним… или с этим Арно. Я не отмывал угнанные машины, не выгребал трупы из капотов… не убивал никого, не занимался всеми их подноготными делами и шпионскими штучками. За кого он меня держит, интересно? За девчонку? Ту, которой не рассказывают ничего больше постельных дел и лжи о каких-то чувствах?»       — Я поеду с Тони, — наконец, произнес Даниэль.       — Он просил оставаться здесь, а потом ехать домой. Но… если ты так хочешь… я могу отвезти тебя на твою виллу.       Марко прекрасно понимал, он злится, и где-то он был прав, надо было сразу ему все рассказать.       — Дани, — Марко попытался обнять его, — не сердись, я не хотел все испортить, я лишь хотел уберечь тебя.       — Уберечь… да ты просто плевать хотел на меня, если доходит до дела. Я к чертям тут не сдался, ни тут ни в твоих самопальных расследованиях, нигде кроме постели, да?! Это все, для чего тебе нужен был наш союз? Уберечь… Господи, Марко… — он оттолкнул его от себя. — Почему опять все катится к чертям из-за твоих недоговорок?! То о моем отце, то о твоем отце и твоих делах, Эстель… теперь об этом… да сколько ж можно на одни и те же грабли? — Даниэль повысил голос, говоря уже совсем не тихо.       — Успокойся. Да, ты имеешь право злиться на меня, но я не буду оправдываться. Мне не в чем. И не надо обвинять меня во всех смертных грехах. Ты попрекаешь меня Эстель, а сам хранишь фото Камиллы?! До сих пор?! Не ты пытался купить меня у Ангела?! Я закрыл на это глаза, потому что ты мне дорог. Если бы ты мне нужен был лишь для постели, я не трясся бы над тобой как над самой важной частичкой моей жизни, а пустил все на самотек!       Паоло, услышав крики, хотел было подняться на второй этаж, но услышав осколки фраз, решил, что ему там делать нечего, он лишь присматривал за мастерской и следил за тем, чтобы к лестнице на второй этаж никто близко не подходил.       — В чем ты пытаешься обвинить меня? Что мне не насрать, где прячется этот мерзавец? Мне не насрать. Я знал, что рано или поздно он заявится, ты и сам это знал, не хуже меня! Только ты слишком беспечен, чтобы подготовиться к его появлению как следует. Он хитер, он как призрак. Сейчас есть, и вдруг нет, это быть может единственный наш шанс избавиться от него раз и навсегда, чтобы его тень не преследовала нас до конца дней! Я пытался оградить тебя, твой покой, я делал что мог, чтобы ты был счастлив со мной!       Даниэль даже не понял о какой фотографии ему талдычил Марко, и как он мог ему тыкать «покупкой», когда в тот момент он отдавал все, что имел, только за право быть с ним.       — Я слишком беспечен, да? Это ты мне говоришь?! Ты мне говоришь о беспечности, которую сам же и пытаешься породить своими секретами! Как, мать твою, я мог бы беспокоиться, если не знаю ровным счетом нихрена? Если меня не допускают ни до чего. Твой Арно знает больше меня! Да ты просто весь в своего папашу. Тот тоже под маской заботы скрывал от тебя десятилетиями правду. Продавал тебя, под видимостью великой опеки и озабоченности о твоих чувствах. И если ты собираешься быть его копией…       Марко чудом сдержался, чтобы не двинуть Дани в челюсть. Но в последний момент, когда его кулак уже был готов, а разум затуманен гневом, он нашел в себе силы остановиться. Он распахнул и без того не закрытую дверь кабинета, больше не глядя на него. В этот момент он как никогда был похож на Ангела, но не в ослепляющей ярости и горячности, а в холодности и отстраненности. Он словно постарел. Черты красивого молодого лица напряглись и заострились, щеки как будто впали, а поджатые в досаде и злости губы, превратились в две узкие бледные полоски.       — Уходи.       — И уйду! — Даниэль был не меньше разгорячен, но в его чертах читалось скорее несдержанное пламя, чем холодная отстраненность. И в этом он был схож уже со своим отцом — Гатто. В этот момент отстраненному зрителю ненароком показалось бы, что всплыла старая картина из прошлого, где Гатто с Ангелом не поделили очередную мелочь, и едва не перестреляв друг друга на месте, все же разошлись. Так и Даниэль буквально вылетел из кабинета, натолкнувшись на Паоло уже внизу.       — Ну что, доволен?! Иди успокаивай своего «сыночка», а еще как-нибудь в свободное от нравоучений для чужих людей время, научи его быть честным и искренним с теми, кого он якобы любит! Хотя… ты наверняка такой же… «заботливый» засранец.       Паоло почему-то так явственно представил, как сейчас, оторвет со стены огнетушитель и как тот полетит в спину Даниэлю, как ломается с громким хрустом его хребет где-то в районе лопаток.       «Чертов дурак. Дерзкий мальчишка! Ну и пусть валит, от него здесь одни беды. Что у них там, черт возьми, стряслось? О, и второй туда же, в лице ни кровинки, злой как дьявол. Прямо супружеская размолвка… тьфу, аж тошно. Как дети.»       Марко отыгрался на «Феррари». Он пнул несчастную машину так, что дверца водителя вмялась внутрь. «Плевать! Сам сломал — сам починю!» Он готов был рвать и метать. «Нет, ну как он посмел мне сказать ТАКОЕ?!»       Он метался по мастерской как загнанный в клетку зверь, круша все, что только подворачивалось под руку, а когда ломать уже было нечего, осел на пол, обхватив руками голову.       Дани в это время, переоделся в привычное барахло отмыл лицо и руки, и забрав свой рюкзак пошел прочь из мастерской, пешком вдоль дороги. Охрану, которую оставил с ним Тони, он послал, и тем пришлось медленно плестись за ним, до тех пор пока парень не одумается и не сядет в машину. До вечера Марко проторчал на работе, возился с любой, даже очень запущенной машиной, но ни разу не прикоснулся к «Феррари». Он так и оставил машину в одиночестве, в запертой разрушенной мастерской. Завтра, проснувшись, он наверняка пожалеет, что дал выход злости и будет все чинить и убирать, но сегодня, успокоившись, но пребывая все ещё в жутком настроении, он с головой ушёл в работу. Паоло несколько раз пытался заговорить с ним, что-то расспросить, развеселить, травя «бородатые» анекдоты, но все было тщетно. «Черт бы побрал этого Даниэля, вечно от него одни неприятности. Говорил я ему — не связывайся с этим мальчишкой! Он чудной. Балованный и неуравновешенный. Нахлебаешься с ним. Хоть бы раз он меня послушался!».       Незадолго до полуночи, когда Марко запирал мастерскую, затренькал мобильник и взволнованный голос Арно сказал следующее:       — Марко! Что-то не так.       — Что случилось?!       — Не знаю. Люди Лео, их стало меньше. Они как в трубу вылетают! Их с каждым часом здесь все меньше и меньше! Гребанный склад как вымер.       — Ты видел как кто-то уезжал?       — Нет. Ну… только одна фура примерно с час назад, больше машин не было. Мои ребята рассредоточились по периметру, черный ход тут конечно есть, но он заколочен! Машина, на которой прибыл утром Лео тоже здесь, он не мог уехать так, чтоб мы этого не заметили, он все ещё там, внутри, но почему мы не видим его людей?! Меня это напрягает, Сан-Марко. Пусть Тони поторопится. Уже достаточно стемнело!       — Хорошо, я позвоню ему немедленно, а пока не предпринимай ничего, жди там, я скоро буду.       Марко не собирался вмешиваться, но сейчас ему меньше всего хотелось ехать домой, где остались вещи Дани. Он решил сам посмотреть что там творится и если там есть сигнализация, то он может помочь отключить её и хоть чем-то пригодиться Тони на вылазке. Марко набрал Тони, но тот был вне зоны доступа. Он снова открыл мастерскую, пробежался по гаражам, наскоро покидав в свой небольшой кожаный рюкзак все, что могло бы пригодиться, оседлал мотоцикл и помчался на другой конец города, умело рассекая плотный поток машин. На другой стороне улицы, у припаркованной машины, которая до этого стояла совершенно не подавая признаков чьего-то присутствия, загорелись фары дальнего света.       — Алло, шеф. Кажется у нас что-то назревает, — произнес Альдо, воткнув в подставку недопитый стаканчик с ванильным кофе. Он завел мотор и уже выруливал на трассу, — Конти только что вылетел из своей мастерской как пробка из бутылки. Да. Он очень спешил.       — Понял. Оставайся на месте, не покидай пост, я предупрежу ребят, есть патруль по направлению, поедут за ним. До связи.

* * *

      — Тони, я поеду с тобой на этот склад.       — И речи быть не может.       — Я устал быть бесполезной обузой! Раз уж пошла такая пляска, и нам все равно из этого не вылезти, а «кое-кто» вообще суется туда по собственной воле… то…       — Ты о Марко, верно? Видимо, вы поссорились.       — Это неважно. Просто я поеду с тобой или без тебя, на этот гребанный склад. В конце-концов, после всего, Лео должен убить я!       — Было бы логично… но ты не убийца, Дани. Ты уверен, что тебе это нужно? Ты так хотел жить своей жизнью, сколько говорил об этом…       — Говорил. И да, я уверен. Я понимаю только одно, я не смогу жить своей жизнью, пока жив Лео.       — Дани, нет. Я тебе обещаю, я покончу с ним сам, лично.       — Нет.       Долгий вздох в трубке.       — Ты ведь все равно поедешь. Я знаю… ладно, приезжай ко мне, но бога ради, ты вылезешь из машины только после того, как мы его схватим.       — Ладно.       — Кстати, Дани, если это просто из-за вашей ссоры с Марко, то…       — До встречи.       «Беззаботный… я ему покажу, какой я беззаботный».

* * *

      — У нас пять машин. Ребят хватит чтоб разгромить полгорода. Плюс, на месте нас будут ждать люди Арно. На всякий случай прихватим кое-что потяжелее. — Тони, передал базуку одному из людей, потом взгляд его перешел на Даниэля. Он уже был одет в бронежилет и черную камуфляжную одежду. Как Тони не хотел его брать, он понимал, что выбора у него не было. Парень сорвиголова сунется в пекло бездумно, а так хоть какой-то контроль. — Тебе вот это. — Он протянул ему УЗИ. — Только при крайней необходимости, Дани.       — Я уже не ребенок, Тони.       — Да. — Тони потрепал крестника по волосам, и гордо улыбнулся. В общей сложности ему нравилось, что парень вернулся в Семью, отбросил свои старые «ошибки» и решился… пусть и не совсем вовремя, быть в одной связке. У Тони никогда не было детей, но сейчас он ощущал себя настоящим отцом.       — Ребята, по машинам!

* * *

      Марко был возле склада уже через десять минут. Он нарочно припарковался в квартале от него, чтоб рев мотоцикла не привлек излишнего внимания. Обогнув здание торгового центра и ещё работающего кафе, пересек улицу и осмотрелся.       Склад располагался в менее оживленной части города. Раньше он принадлежал некоему Пепе Сигуре, который приехал в Палермо в надежде разбогатеть, сколотив свое небольшое состояние на дешевом видеооборудовании. Он купил старое многоэтажное недостроенное здание, которое должно было стать очередным торговым центром для выкачивания денег из туристов, но, к сожалению его бизнес процветал недолго. Почти сразу люди Гатто ему дали понять — чтобы вести тут свой бизнес, он должен половину прибыли отдавать своему покровителю. Бороться с мафиози было бессмысленно и после нескольких стычек и погрома, Сигура принял покровительство, однако, спустя пару дней, здание охватил страшный пожар, оно выгорело почти полностью. Сигура был разорен, но должен был платить. Он не выдержал давления и покончил с собой. Какое-то время здание пустовало. Власти Палермо несколько раз возобновляли попытки отремонтировать его, но кроме как сдавать просторные помещения под склады разным фирмам, здание ни для чего не пригодилось. Арендаторы понемногу отказывались от него и уже несколько лет оно пустует. Все так думали. Арно уже ждал его и был взволнован. Он сразу показал Марко место, откуда был хороший обзор на выездные ворота, которые затворены, но не заперты. Марко сразу подметил, что Арно прав, здание действительно не выглядело обитаемым. Тусклый свет лился лишь от фонарей с улицы, но ни в самом здании, ни по периметру его стен, не горела ни одна лампочка. Это было очень странно.       — Ты и твои люди уверены, что кроме фуры никто не уезжал?       — Да, я даже снял на мобильник как она уезжала, ты ж просил номера.       Марко поверил, Арно вряд ли профукал столь важный объект как Тасканьо с кучкой личной охраны. Черный «Мерс», тот самый, что видел Марко на кладбище во время похорон отца, стоял припаркованным на территории. Рядом с ним были ещё несколько машин, но на вид — они не на ходу. Смотрелось это, как если бы на помойке посреди мусора вдруг красовался горшок с цветущими розами. «Мерс» мозолил глаза.       — Никого так и не было?       — Нет. Ни единого человека.       Конти осмотрел периметр на предмет электрических проводов. Они тянулись от здания и кончались на щитовой недалеко от них. Рядом стоял высокий мусорный бак.       — Что?       — Погоди, я кое-что проверю.       Марко не составило труда подтянуться и взгромоздиться на верхушку бака, теперь он мог проверить щиток. Он вскрыл крышку, подсвечивая себе экраном мобильника. Проводка была в очень хорошем состоянии, ни один провод не был оборван и судя по тихому ровному гудению, постоянный ток поступал прямо к зданию. Для пущей уверенности, Марко поднёс запястье к самым проводам, ровно настолько, чтобы маленький встроенный компас в часах на его руке мог среагировать на наличие магнитного поля. Стрелка задрожала и тут же среагировала.       — И что? — Арно косился на дорогу, откуда одна за другой стали вырисовываться силуэты сразу нескольких машин, ехавших гуськом прямо в сторону склада.       — Электричеством активно пользуются. Причем скорее всего полулегально, иначе это сразу бы заметили. Если бы оно было просто заброшенным, то ток бы давно отрубили, городу слишком дорого было бы содержать такую махину. — Марко спрыгнул на землю и тоже всмотрелся в приближающиеся фары машин.       Машины остановились недалеко от авто Арно. Из них вышло около двадцати человек, вооруженных до зубов. Среди первых к Арно подошли Тони и Даниэль, остальные пока что держались поодаль, ожидая приказа.       — Тихо как на кладбище, — заметил Тони, посмотрев на Марко так, словно он ожидал его тут увидеть. — Лео еще внутри?       — Предположительно. Арно и его люди не видели чтоб он покидал здание.       — Да, мы пялимся на оба выхода с самого утра.       — Странно, что охраны нет. Это может быть ловушка…       — Да насрать! Вынесем его к чертям со всеми, кто окажется на пути, делов-то! — воспрял духом Арно, умелым жестом загоняя патрон в обойму своего пистолета. Он уже давно был готов брать здание штурмом.       — Ты то тут какого… — пробубнил Дани, хмуро косясь на Марко.       — Проходил мимо, — огрызнулся тот, хотя в душе был рад увидеть его, но в тоже время это был и неприятный сюрприз, находиться тут опасно. Марко имел больше навыков выживания, нежели Дани, несмотря на все его вооружение и бронежилет. Он хотя бы мог постоять за себя, мог вырубить одного или двух, если понадобится. Марко недоумевал, «как Блэк-джек позволил ему приехать? О чем он думал?!».       — Сможешь отключить электричество? — спросил Тони у Марко.       — Конечно.       Марко понадобилось не более минуты, чтоб покопаться все в том же щитке, и обесточить все здание. Тони велел всем прежде чем входить в здание одеть маски. Сюрпризы им были ни к чему. Он сунул в руки недовольного Марко пистолет.       — Пошли! — Арно явно не терпелось, он первым оказался у калитки, вошел на территорию внутреннего дворика, держа пистолет наготове. Марко старался держаться впереди Даниэля, и совсем не потому, что хотел в его глазах выглядеть бравым воином. Даниэль наоборот был крайне не доволен участием Марко. «Интересно, а об этой вылазке он бы мне когда сообщил? На пенсии? Чтобы «уберечь» мои нервы?!»       Тони держался рядом с обоими парнями, как заботливый родитель. Их распри были не к месту, и он не обращал на это внимания, всецело превратившись в подобие ночного хищника, который вышел на охоту. Жестом он указал нескольким людям направиться к запасному выходу, чтобы не упустить ни одной лазейки, через которую мог бы проскочить хитрый лис Тасканьо.       Не успели они подойти ко входу, как оттуда выскочил немного взъерошенный мужчина в сером перепачканном комбинезоне. Совершенно безоружный, он застыл в гримасе ужаса с поднятыми руками, когда на него направили несколько заряженных стволов.       — Не стрелять! Не стрелять, пожалуйста! — заговорил он с явно азиатским акцентом.       — Ты кто такой?! — произнес Тони.       — Я грусить товар. Ничего ни знать, ни видеть. Свет выключситься, и я пошел проверять! Не стрелять, пожалуйста, я нисего не делать, я просто грусить товар!       — Кто еще есть в здании?       — Я ничего не знать! Не стрелять! — повторял мужчина.       Тони кивнул одному из парней и тот одним ударом вырубил азиата, и оттащил его в сторону. Дани следил за происходящим с полным недоумением и растерянностью.       — Дани и Марко, остаетесь на входе, если услышите перестрелку сразу к машине, заводите мотор и шуруйте отсюда без оглядки, понятно?! Остальные внутрь за мной! — скомандовал Блэк-джек, отдав ключи от машины Даниэлю. Он уже смекнул, что дело тут вовсе не чисто и скорее всего внутри их ждет либо засада, либо еще более неожиданный сюрприз. Мальчиков следовало по возможности оградить от этого.       — Но я хочу пойти с тобой! — запротестовал Дани.       — Не время, хоть раз меня послушай! Это не обсуждается. — Тони мельком глянул на Марко, мол, присмотри за ним, после чего пошел внутрь склада. Здание было сонным, безмолвным. Большой холл с высокими потолками, подпираемыми мраморными колоннами, сейчас был завален сухими листьями, досками, остатками арматуры и обрывками тента, который кое–как весь этот хлам прикрывал. Где-то в глубине были шахты пассажирского и грузового лифтов, но сейчас обе они были заколочены.       «Значит, верхними этажами не пользуются.» По сигналу Тони, его люди быстро и бесшумно рассредоточились по всему холлу, словно растревоженные тени. Они тщательно искали любой намек на чужое присутствие, но кроме отголосков какого-то шума, доносившегося глухо и далеко, никто ничего не слышал.       — Тони, все чисто, — сообщил один из парней.       — Черт! — раздосадовано сплюнул Блэк-джек. — Как же он ушел? Его кто-то предупредил. «Значит кто-то в Семье работает на него… или кто-то из людей Росетти… »       — Дон Морелло… вы слышите? — один из парней обратил внимание на глухой шум, вскоре его заметили и остальные.       — Похоже откуда-то снизу… в подвале?       — Тут есть подвал? — поинтересовался Арно, — я не в курсе.       — Скорее всего есть.       — Есть. Насколько я знаю, там сеть служебных помещений и бойлерная.       — А они сохранились после пожара?       Люди пожимали плечами. Никто толком ничего не знал.

* * *

Марко расхаживал взад-вперед. Неизвестность его нервировала. Ему хотелось как-то поучаствовать, хоть что-то сделать, чтоб помочь схватить этого неуловимого человека, а не ждать на выходе, словно он несмышленый ребенок. От нечего делать, он начал тыкать свой мобильник, пытаясь найти в интернете любые упоминания о здании Сигуры. Информации было много, но в основном вся она крутилась вокруг несчастий, свалившихся на голову бывшего владельца. Рядом со страшными фотографиями с места пожара красовались высказывания многих жителей города о том, что здание «не хорошее», и само притягивает к себе несчастья, не зря же по соседству с ним находилось старое здание Муниципалитета, которое так же горело не раз, и в конце концов его снесли, оставив лишь цокольный этаж, на котором после смогло устояться только небольшое домашнее кафе. Марко посмотрел на другой конец улицы, где в окнах закрывающейся кафешки, уже начинали гасить свет. Листая фото, Марко наткнулся на схему здания Сигуры. Она была очень приблизительная, скорее компьютерный набросок подростка, нежели нормальный чертеж. Здесь был обозначен каждый этаж, включая подсобные помещения, запасной выход, лестницы, туалетные комнаты, бойлерные, комнаты охраны, офисы… Ничего интересного, за исключением одной маленькой детали, которую Марко не сразу заметил.       — Вот черт… Он показал схему Дани. Цокольный этаж. Одно из помещений имело некое длинное ответвление, которое явно выходило за пределы площади самого комплекса. Было не понятно что это — производственный тупик, кусок канализационной системы или просто ошибка. Марко попытался примерно прикинуть направление, и взгляд его снова уперся в, теперь уже спящее, кафе.       — Что это? Какой-то тоннель? — Дани повертел карту и так, и эдак, и взгляд его также уперся в ближайшее кафе.       — Без понятия. Может… проверим?       — Тони просил оставаться здесь. А если кто-то появится?       — А если это не просто тупик? — Марко, конечно, понимал что он прав, уходить было глупо, на них рассчитывали, но его так и тянуло проверить их внезапную догадку.       — Не знаю, возможно, Тони уже там… если мы уйдем сейчас он жутко разозлится, — Дани переминался с ноги на ногу оглядываясь по сторонам, но ему было любопытно, да и не хотелось простаивать, — ладно, в конце концов не могу же я просто стоять на месте тут в одиночестве и темноте если ты упрешься. Свалю все на тебя.       Марко заулыбался под маской.       — Идет.       Они бегом пересекли улицу и попытались заглянуть внутрь сквозь отражающую гладь темных окон. Внутри было пусто. Их глаза едва различали силуэты круглых столиков и нагроможденных на них стульев, позади виднелась стойка и пара дверей.       Пока Марко возился с дверью, он не удержался и все же спросил:       — И все-таки, зачем ты сюда приехал? Ты же не дурак, понимаешь, что тебя могут убить.       — Понимаю, — угрюмо подтвердил Дани, — но убить его должен я. Или может мне просто стало скучно… думай как тебе угодно. Я ж для тебя избалованный беспечный идиот.       Марко не стал отвечать. И так было понятно, Данька решил доказать ему, что он не плюшевый медведь и не неженка, каким его все считают, и хотя все, что сейчас происходит для него в новинку, он будет из кожи вон лезть, чтоб с ним считались как с настоящим мужчиной, сорвиголовой, готовым подставиться под пули ради общего блага. Дверь поддалась, но в момент, когда они перешагнули порог, на стене замерцало сигнализационное устройство. Марко быстрым движением сорвал крышку и перемкнул нужные проводки. Лампочки потухли.       Отсюда был прекрасный обзор на двери склада. Сквозь прикрытые сетчатые двери ворот, отсюда они могли в любой момент заметить, если появится Тони с его ребятами. За стойкой виднелось два дверных проема, обе двери оказались не запертыми, одна из них вела на кухню и туалетным комнатам, а за второй начинался спуск куда-то в подсобное помещение, похожее на склад продуктов. Они спустились вниз. Небольшое и забитое помещение было глухим. Никаких дверей. Только стеллажи с овощами и фруктами, мешки с мукой и сахаром, ящики… ящики… ящики.       — Блин, — Марко ещё раз сверился со схемой на экране. Если проход и был, то он мог начинаться только отсюда, — кажется тут глушняк. Может это действительно всего лишь канализация… — Марко был сильно разочарован.       — Ну да, отлично, Джеймс Бонд… мы взломали чужое кафе просто, чтобы убедиться, что здесь нифига нет. Может хоть перекусим. — Он взял из ящика яблоко, потер его о штанину, чтобы заблестело и принялся его жевать, прохаживаясь по помещению с карманным фонариком. — И откуда у тебя такие навыки? Или ты кроме краденых машин еще и кражами подрабатывал?       — Угонами. Я был ещё и угонщиком, правда недолго, — не сразу ответил Марко. Все ещё надеясь на чутье, он изучал шкафы, пытаясь сдвинуть хоть один из них, простукивал стены, но все было тщетно. «Но какое сейчас это уже имеет значение? Его мнение обо мне и без того самое хреновое. Пусть знает все, как есть» — угонял дорогие тачки, те, что пригоняли ко мне на техосмотр… каждую по «совету» Арно. Он указывал на нужный ему автомобиль, а я угонял его спустя несколько недель или месяцев, так, чтоб никто не заподозрил и ничто не указывало на мастерскую.       Последний шкаф так же оказался намертво прикрученным к стене. Стены бетонные, никакой пустой полости, даже незначительной.       Марко тихо выругался.       — Ладно. Надо возвращаться.       — Да ты просто все грехи испил до дна… при желании тебя, наверное, можно засадить на два пожизненных срока… — Даниэль дожевал яблоко, откинул огрызок в темноту. — Идем, Тони с ребятами наверно уже вылезли, может и Лео с ними… хочу быстрее увидеть эту тварь и прибить раз и навсегда собственными руками, чтобы наверняка и… на вот, возьми, я все равно не особо люблю эти штуки. У меня если что есть нож. — Он не глядя протянул «Узи» Марко, уже направляясь к выходу, когда носок его ботинка вдруг зацепил один из пустых деревянных ящиков, рядом с которым оказалось какое-то металлическое кольцо, вмурованное в пол. Так его не было видно, поэтому они не обратили бы на него внимания. Теряя равновесие, Дани выронил фонарик из рук, по инерции падая вперед лицом, прямо на торчащие ребра пустых ящиков, но крепкие руки Марко вовремя обхватили его и утянули за собой.       — Осторожнее! — Марко только сейчас понял, что слишком крепко прижимает его к себе, — смотри под ноги, — даже в маске он был красив. Сквозь прорези на него смотрели эти манящие глаза, такие родные и глубокие, что Марко не удержался и приподняв край его маски, страстно поцеловал его, стискивая в объятьях.       Дани лишь в первые секунды растеряно замлел в его руках и даже ответил на его поцелуй, но природное упрямство не дало продолжить и окончательно растаять забыв все прошлые обиды.       — Прекрати! — он раздраженно выпутался из его рук, но дальше продолжил тише и мягче. — Нашел время… — Было заметно как он нервничал.       — Прости, не сдержался.       Дани отвел взгляд быстро находя горящий фонарик на полу. Луч света точно падал на то самое металлическое кольцо в полу.       — Смотри! Что это? Погреб в погребе? — он ухватился за кольцо и попытался потянуть его вверх. С тихим скрипом, вместе с кольцом поднялась и часть пола, образуя под собой люк.       — Нихрена себе. Ну ты даешь! Данька! Да ты ж просто молодчина! Это то, что мы искали! Это ОНО! Проход! Значит он все-таки есть!       Марко посветил в проем. Луч света выхватил бегущие в темноту ступеньки.       — Смотри, — указал он Дани на следы, ведущие изнутри наружу. Там были отпечатки нескольких пар подошв, причем следы были довольно свежими, — недавно кто-то им пользовался. Я почти уверен, что…       Он не договорил. Снаружи, ночную тишину нарушил нарастающий рев полицейских сирен и визг тормозов. Одна за другой полицейские машины останавливались напротив ворот склада и из них посыпались люди в бронежилетах и камуфляже, с автоматами наперевес.       — Полиция! Нужно вывести Тони и ребят! Придется лезть… — Дани без единого колебания начал спускаться в бездну. Если ребята еще внутри, то они с Марко выведут их безопасным путем, чтобы избежать встречи с полицией. — Должно быть скользкий червь Лео тоже сбежал через этот ход. Наверняка, его уже не было на месте, когда мы пришли. Но кто его мог предупредить?

* * *

Тем временем Тони, Арно и прочие головорезы, спустившись в подвал склада, уже обнаружили некую самопальную нарколабораторию, в которой трудились с десяток таких же азиатов, что и тот который их встретил на входе.       Теперь было абсолютно ясно, что Тасканьо сбежал, прихватив с собой и большую часть местного «добра», судя по тому, что склад был пуст. Азиаты, все как один в белых комбинезонах и масках, завидев вооруженных людей, прекратили работу и подняли руки, забормотав что-то на своем. Добиться от них вразумительного ответа было невозможно.       — Зараза! Да куда делся этот хрен?! Отвечай! — усердствовал один из парней Блэк-джека, превращая лицо «лаборанта» в кровавое месиво стальным кастетом.       — Охренеть, посреди города, под носом у тебя и Ангела, эта скотина отмывала деньги на наркоте! — возмутился Арно, пробуя кончиком языка белый порошок из одной вскрытой упаковки, которую азиаты не успели запечатать в очередной контейнер, — кончай их! — Арно не церемонился. Поняв, что никто ничего не скажет, он начал расстреливать "лаборантов" одного за другим. Люди Тони последовали его примеру, в считанные секунды превращая лабораторию в руины, но когда пыль улеглась, один из людей Тони попятился, указывая на что-то в складированных тюках и заикаясь.       — Тут… тут!       — Да что там такое, Боно?!       — Надо уходить! Блэк-джек! — он был так испуган, что обратился к Дону по старинке.       Когда Тони увидел чего так испугался Боно, он тоже побледнел. Среди упакованных цилиндриков с наркотиками лежало взрывное устройство, а табло таймера стремительно меняло цифры обратного отсчета. Счет шел уже не на минуты. На секунды! «57 секунд!»       — Твою мать! «Эта сука заминировала лабораторию, прежде чем слинять! Но КУДА?!» Назад! Все назад! На выход, быстро!       Люди в масках повалили обратно к лестнице, ведущей наверх в холл, но увидев мерцание мигалок от полицейских машин, они оторопели, не зная что делать. Полицейские уже окружили здание и в громкоговорителе звучал грозный голос главного, предлагающий им немедленно сдаться, или здание будет взято штурмом. Тони был растерян не меньше остальных. Назад было нельзя, времени почти совсем не осталось, а пытаться отстреливаться против стольких сразу — почти самоубийство. Но у них нет другого выхода. Люди заметались по лаборатории, в холле уже послышались выстрелы, некоторые из людей Тони открыли огонь, кто-то попытался разрядить устройство, но ничего не получалось, таймер отмерял последние 30 секунд. В эту самую секунду одна из стен лаборатории отодвинулась, оказываясь скрытой дверью, и из-за нее немного морщась от пыли появился Дани, а за ним Марко. — Тони! СЮДА! Там полиция! АРНО! Здесь выход! — ДАНИ! Черт тебя дери! Назад! Здесь все заминировано! — Тони окликнул ребят, из тех кто еще не успел убежать слишком далеко, и вместе с Арно они кинулись в «тайный ход». Табло бомбы показывало «20 секунд». Толкаясь впотьмах, они бежали со всех ног по узкому коридору к лестнице, ведущей в подвал кафе, когда где-то позади раздался оглушительный взрыв, содрогнувший стены тоннеля так, что сверху им на головы посыпалась краска и бетонная крошка с землёй. Люди едва устояли на ногах. Тоннель стал проседать и обваливаться. Марко схватил Даньку за руку и поволок за собой, чтоб тот ненароком не споткнулся и его не похоронило заживо в этой мясорубке. Тони бежал прямо за ними. Марко слышал, как он задыхается, как тяжело ему после ранения даются подобные трюки. Арно он не видел, но молился про себя, чтобы и он был где-то там, в темноте. Люк… он был открыт, и тусклый свет очертил их выход. Задыхаясь от пыли, они один за другим вываливались на пол подсобки кафе. Полицейские ошарашенно смотрели на здание Сигуры, из окон склада вылетели все стекла, склад раскурочило так, словно в него угодила маленькая ядерная бомба. Лео умел заметать следы. Не осталось ничего. Ни улик, ни лишних свидетелей. Полицейские отпрянули от трясущегося здания и никто из них не пострадал. Внутри снесло все перекрытия между цокольным и первым этажами, превратив все одну груду арматуры и бетона. Весь комплекс грозил рухнуть при малейшем воздействии. Здание сильно покосилось. Грохот прекратился лишь когда стала оседать пыль. Внутри здания начался пожар.       — Святой Франциск! — Арно лежал на спине на полу, пытаясь отдышаться, и не верил тому, что им удалось выбраться, — точно схожу в церковь!       Тут же был и Тони, который переводил дух и осматривался. С ними выбралось ещё семь человек, остальные по всей видимости погибли под завалом.       — Целы? — Марко первым опомнился, — пора убираться, здание слишком близко к складу, нас могут заметить… здесь есть черный ход. Пошли!       Они выбрались из кафе в глухой жилой квартал. Тони на ходу обзвонил пару человек, договорившись о том, что их заберут через четверть часа с места, расположенного в паре кварталов отсюда. Марко решил ехать сам, ему надо было забрать предусмотрительно оставленный мотоцикл. Идти пешком среди ночи, когда полиция постепенно оцепляла район было неразумно.       — Какого черта вам не стоялось на месте?! — раздраженно спросил Тони Даниэля и Марко, снимая с себя маску и стягивая ее с Даниэля, — я же сказал, если начнется какая-то заварушка — сразу сваливать отсюда без оглядки.       Он выглядел не просто раздраженным, но злым до чертиков, хотя на самом деле он просто переволновался и испугался. Леонардо вновь всех обставил, как малых детей. Да еще и Даниэль попал под удар, и бог весть как бы это закончилось, не объявись они в этом потайном тоннеле.       — Как вы вообще там оказались?       — Марко нашел карту здания в интернете и мы узнали про тоннель… да если бы не Марко, вас бы всех завалило в этом здании! — нашелся Дани.       Марко было крайне приятно, что он за него заступается, хотя и без того понимал гнев Тони. Свою маску он тоже снял и спрятал в рюкзак, потом надо будет сжечь её, от греха подальше. До того как они ушли, Марко нашёл ещё и фонарик, который Даниэль обронил ранее, и даже перед уходом, вновь поставил кафе на сигнализацию и протер дверные ручки. Ничто не должно было выдать их присутствия здесь.       — Может ты и прав. В любом случае это первая и последняя вылазка в которой вы участвовали. Ты меня понял?! — он остановился перед Даниэлем, смотря на него разъяренным бешеным взглядом, ухватив его за ворот.       — Тони, прекрати, пусти его. Он не виноват, это я потащил его в кафе, — вмешался Марко, пытаясь оторвать Блэк-джека от племянника.       Дани даже онемел от такого, сумев только опустить взгляд в пол.       — Ты мог погибнуть! — сказал Тони уже мягче, — как наши ребята, которые остались там.       — Ты тоже мог погибнуть. И что бы я тогда делал? Такова жизнь. — наконец тихо произнес Дани в ответ. — Наша жизнь.       Тони не нашелся с ответом, он выдохнул, отпустил крестника и молча пошел дальше, пока они не достигли места назначения.       Их уже ждали. Две машины, похожие как две капли воды на те, что они бросили у склада. Кое-как народ расселся по машинам, было очень тесно. Боно сам полез за руль. Арно, нехотя сел на заднее сиденье рядом с Тони.       — Езжайте, я доберусь сам, — сказал Марко, держа дверцу для Дани, ожидая, пока тот тоже сядет в машину. Ночь слишком затянулась. Он только сейчас ощутил как успел устать.       — Уверен? — спросил Арно.       — Да, мне надо забрать мотоцикл, он недалеко.       Дани это не понравилось.       — Завтра заберешь, лезь в машину. — Настоял он.       Подумав, Марко все же подсел к нему на заднее сидение, радуясь про себя, что Тони сидит не с ними, некому будет кидать гневные взгляды через зеркало заднего вида и гундеть всю дорогу. Пока они ехали по ночному Палермо, Марко полудремал, смотря на расплывающийся вид за окном: домов, огней, вывесок. Мимо пронеслись несколько пожарных расчетов и скорых, спешащих, по всей видимости, к зданию Сигуры. Первая остановка была как раз у дома, в котором была квартира Марко.       — Ну, на выход, уснул что ли? Марко. — Поинтересовался с усмешкой водитель.       Еще утром этого дня, Дани вышел бы вместе с ним, но теперь, он молчаливо сидел на месте. Марко все понял. Попрощавшись и украдкой взглянув на Дани, он пошёл ко входу в подъезд. Ни разу не оглянувшись, он скрылся за стеклянной дверью.       — Зря ты так с ним, — пожал плечами Боно. Он, как и все впрочем, был в курсе отношений между парнями, и хотя ему все это «голубое говно» было чуждо, он видел, как Марко и Даниэль смотрят друг на друга, когда каждый из них думает, что второй чем-то отвлечен. Он видел, как испугался Марко за жизнь Дани там, в тоннеле, да и сам был ему и Даньке очень благодарен за то, что они чудом вытащили их оттуда. И плевать что они оба долбанные геи!       — Что ты то в этом понимаешь… все твои женщины обычные шлюхи, Боно, просто женщины за деньги. Они не скажут тебе «уходи», пока ты им платишь. И ты уйдешь без сожалений, когда ТЕБЕ это надоест… — на лице Дани промелькнула легкая усмешка. — Наверное, так проще всего.       — Ты сам этого хотел. Ссоры — это нормальная составляющая совместной жизни, а Марко, при всех его недостатках, отличный парень, к тому же ещё и красавчик, — рассмеялся Боно, легонько толкнул его в бок локтем. — Красавчик, это точно. — Они оба рассмеялись. Боно открыл и протянул Даньке банку пива. — На, освежись и расслабься. Ты жив! Мы живы! Это самое главное!       Было необычно говорить с кем-то вот так просто об их отношениях с Марко. Чтобы тебя не осуждали, не пытались отвернуть, или не поощряли ссоры меж вами. А этот совершенно гетеросексуальный головорез, чистый мафиози без единой моральной зацепки, говорил так легко и просто. — До встречи, Боно, и спасибо. — Произнес Даниэль выходя на «своей остановке». Но благодарил он вовсе не за пиво.