Часть 5
13 ноября 2021 г., 19:43
Кто такой Махиру? Главный помощник Президента студсовета, ученик с верхних мест рейтинга успеваемости, волейболист, получивший награду за лучшего доигровщика.
Что из этого имело значение?
— Я не хочу работать в офисе, разбирать бумаги или проводить какие-то проверки. Это такая нудная работа и если что-то идет не так, все сразу винят меня, — признаётся он. — Меня бесит иерархия студсовета. Не хочу больше выполнять чужую работу.
— Тогда не надо. Если не хочешь быть членом студсовета, уйди из него. Если не хочешь работать в офисе, освой профессию, которая не связана с этим. Тебя никто не заставляет делать то, что ты не любишь, — Кира гладит его по плечу, успокаивая. В стороне остывали аляповатые кружки с чаем.
Не делай то, что тебе не нравится. А что ему нравится?
— Мне нравится волейбол, а еще компьютерные игры. Значит в будущем я должен играть во что-то?
— Ты никому ничего не должен. Ни мне, ни кому-либо еще. У тебя есть куча времени, чтобы решить, чем заняться. Это трудный выбор, но тебе нужно понять, что ты можешь поменять профессию, если поймешь, что она тебе не подходит.
У него есть выбор? Правда? Ему не нужно определяться прямо сейчас, чтобы усиленно готовиться к экзаменам, стараться ради гранта в университете, чтобы потом сидеть в каком-нибудь кабинете и выполнять ненавистную работу?
Но это стабильность. Это хорошее будущее, которого он не желает, но оно без риска и никак не будет напрягать Киру, и позволит обеспечить себя.
— Что насчет тебя? Если я не буду учиться, зарабатывать много денег, то что будет с тобой?
— Махиру, — покачала Кира головой. — Ты всё время забываешь о главном. Я состоявшийся взрослый и в состоянии позаботиться о себе сама. От того, что ты перестанешь хорошо учиться или не поступишь в нужный университет, для меня ничего не изменится. Не беспокойся об этом.
Шмыгнув, он утыкается носом в локоть сестры, прикрывая глаза. Буря в голове потихоньку утихала.
— Спасибо, онее-сан.
— Не за что. Знай, ты можешь спросить обо всём, что угодно.
Махиру очень хотел бы спросить у нее, что с ней будет в будущем и как ему спасти её. Но он не мог. Всё, что связано с игрой и их реальностью — отныне табу.
Махиру главный герой. Все они, включая Киру и его самого, просто вымышленные персонажи. И даже если в этой самой игре было много веток развития, факт того, что всё предрешено, был действителен.
Эйфория прошла, бывшие кумиры больше не приносят радость от встречи, а тяжкий груз словно придавливал его к земле, не позволяя поднять голову и осмотреться вокруг. Что ему делать с этим и как жить?
На это никто уже не ответит.
***
Следующие несколько недель были как глоток свежего воздуха — чистого, освежающего, помогающего очистить разум. Он ушёл из студенческого совета, записался в пару клубов, закрыл все долги и составил календарь самых важных событий, которые никак не напрягли бы его при заблаговременной подготовке. Буря в мыслях утихла и он потихоньку приходил в себя. Может их мир — всего лишь игровой код. Может он всего лишь ошибка, получившая самосознание. Однако, пока всё идёт хорошо и он делает то, что считает нужным, принимая свои собственные, не навязанные решения. Пока над ним не было тотального контроля и его близкие были в порядке, это не имеет значения. Однако есть вещи, которые он бы не смог проигнорировать. — Я — Йошиока Махиру, рад встрече! — низко поклонился Махиру своей новой команде. — Рад приветствовать тебя как твой капитан, Йоши-чан! — улыбнулся Ойкава. В этот же момент его похлопал по спине Иваизуми-сан. — Что-то ты не торопился сыграть с нами. Обещал к маю присоединиться, а уже почти июль. — П-простите, — неловко ответил Махиру. Его знала большая часть клуба и проблем с вливанием в коллектив не было. Он уже и забыл каково это: играть с кем-то, работать сообща как единое целое. У каждого есть своя роль, все поддерживают друг друга — отличается от студсовета, где каждый сам за себя. Может Махиру слишком сильно скучал по этому чувству единения, где все поддерживают друг друга ради общей цели. Если подумать, то он не играл в составе команды с января, когда проходил турнир среди средних школ. Тянущее чувство ностальгии настигло его, стоило мячу оказаться в руках — прохладный материал идеально ложился в ладони и знакомый скрип пола от интенсивных движений зазывал его. Прозвучит излишне поэтично, но долгий перерыв и долгожданная игра колыхали сокровенные чувства в душе. Он двигался так, как никогда не делал раньше — защищал заднюю линию, ставил блоки, прикрывал тылы других и даже участвовал в связке вторым игроком, передавая мяч своему теперь уже капитану. Махиру не замечал того, как раскрывался на поле, отдавал всего себя делу, и как искры летели у него из глаз. Ойкава засмотрелся на фигуру нового игрока. Время застыло. Ему показалось, что за спиной у Йошиоки выросли крылья, заполнившие собой всё пространство. Дыхание спёрло. В этот момент Йоши-чан выглядел прекраснее, чем когда-либо в его памяти.***
Аоба Джосай — команда со стабильными и всесторонне развитыми игроками. Слова про то, что каждый является асом — не просто слова, а факт. Махиру дали время привыкнуть к их темпу, стилю игры, основным стратегиям и к самим игрокам. Самым удивительным для всех стал его дуэт с Кьетани. Даже если он не приходил в клуб раньше и не участвовал в матчах, периодически, на переменах или ланче, они могли сидеть и просто перекидывать друг другу мяч. Если Кьетани был в плохом настроении, его подачи и атаки становились гораздо сильнее, а для Махиру это был хороший опыт. Если же в плохом настроении был Йошиока, то это превращалось из тренировки в борьбу за жизнь — Кентаро на собственной шкуре убедился в силе своего, казалось бы, тихого друга. Один прикрывает, другой наступает. Один блокирует, другой помогает. Защитить свою сторону корта, передать и пробить. Сам факт того, что Бешеный пес вновь посещал клуб, да еще и играл с другими был шокирующим, а их дуэт окончательно сбили с толку. Игра четыре на четыре. Третьегодки уже ушли, вовсю готовясь к экзаменам, и тренера начали готовить из новичков замену для них. Матсукава-сан, Ханамаки-сан, Яхаба и Ватари. Махиру играет вместе с Кьетани, Ойкавой и Иваидузми-саном. По два первогодок и двоих второгодок, чтобы координировать. Подача Ханамаки-сана. Махиру принимает и передает Ойкаве. Пас новому асу, но Кьетани врывается вперед, уводя мяч прямо из-под носа. — Какого чёрта! — кричит капитан, испугавшийся резкой выходке Кентаро. Привычно отреагировав на крики, то есть зарычав, друг получил по голове от Иваидзуми-сана. — Какого лешего ты лезешь туда, куда не нужно?! Учись ждать своей очереди или знака от связующего, ты не один на поле! — Кьетани отошел, потирая макушку, с глубоко оскорбленным, как показалось Махиру, видом. Смешок вырвался непозволительно громкий и Кьетани перевел на него обиженный взгляд. Это для остальных безбровый новичок казался рассерженным (что тоже правда), но Махиру научился распознавать настроение друга. Свисток и мяч в игре. Подача аса, которую с небольшим трудом принимает Ватари, не до конца освоившийся с ролью либеро. Яхаба получает мяч и пасует Ханамаки-сану. Кьетани собирался прыгать без раздумий, но Махиру придержал того — буквально на две секунды, после чего прыгнул и потянул за собой. Атака с задержкой была заблокирована. — Ты очень хорош в защите, Йоши-чан, — это был комплимент, однако на ухмыляющееся лицо Ойкавы легла какая-то тень, говоря о мрачных мыслях. — Это поможет нам против Ушиваки. Ясно, капитан снова о Шираторидзаве, ничего нового. Это была больная тема для каждого. Кьетани презрительно фыркнул, явно собираясь сказать остальным, какие они слабые, раз уже столько раз проигрывали Академии, но Махиру схватил его за руку, предупреждающе сжав её. Его другу еще предстояло научиться контролировать себя и свой рот. Ни он, ни Кьетани в межшкольном летнем турнире не участвовали. Его тогда не было в команде, а Кьетани просто отстранили от занятий и от клубной деятельности. Возможно, именно поэтому тот так относился к ребятам — у него не было столь травмирующего опыта неоднократных поражений. Спустя полчаса такого темпа его подозвал к себе тренер Ирихата. Он указал на главную слабость Махиру: атаки у сетки. — Мне просто легче быть на задней линии, честно говоря, — признался он. — Когда я атакую прямо у сетки, то теряю контроль над ситуацией. Могу сетки случайно коснуться или мяч не туда отправить. В основном, из-за того, что не могу вовремя понять, куда бить. Раньше это было не так критично, но сейчас ощущается сильнее. — Ты же в студсовете был все время с самого начала года, так? — Махиру кивает. — Думаю тебе стоит пойти и проверить зрение. Много работы влияет на концентрацию и видимость. — Зрение упало? — нахмурившись, юноша стал старательно обдумывать слова тренера. Это действительно может быть так, но… — Как я буду с очками играть? Это довольно неудобно. — Для начала к окулисту сходи, потом о таком думай. Если все не так плохо, пропишут капли и упражнения для развития внимания. В ином случае с линзами ходить будешь. Ойкава так и играет всё время. Махиру кивнул, принимая во внимание всё сказанное тренером. Атаки с ним отрабатывал Иваидзуми-сан, терпеливо и досконально всё объясняя, не раздражаясь из-за того, что Махиру все время просил повторить одну и ту же позицию, дабы быть полностью уверенным в том, как правильно это делать. Может это опыт человека, который с детства общается с Ойкавой-саном?***
Что ему там говорила Кира до начала учебного года? «Ученики Аоба Джосай те ещё заводилы»? Теперь он сможет проверить на себе, насколько эта фраза правдива. Его знакомый семпай из студсовета пригласил его на вписку. Сестра, конечно, была куда более взволнована этим, чем он сам, однако её можно понять — личной жизни у него нет, ни с кем не гуляет, до определённого момента он делал то, что было нужно и не учитывал то, что хотел. — Если там будут играть в бутылочку или правду или действие, обязательно сыграй! Может найдешь себе девушку или парня, кто знает, — дернула Кира под конец бровями, прикладывая пальцы к подбородку. — Зависит от компании, — бросил он, ничего не обещая. Может, она просто хочет, чтобы его школьные годы были наполнены воспоминаниями и событиями, по которым можно будет ностальгировать из-за того, что у неё самой этого не было. Просто Махиру не испытывал к подобному ни интереса, ни отвращения. Первый поцелуй, отношения, секс — к этим вещам у него не было того самого трепета, присущий подросткам да и людям в целом. Он думал, что это из-за того, что ему нужен определенный человек для этого. Может с ним что-то не так? Может он неправильный? Так как он уходит на вечеринку, то, очевидно, что придёт поздно, поэтому Кира тоже с радостью собралась погулять с подругой. Сестра отдала ему запасные ключи от квартиры, с двусмысленной улыбкой говоря о том, что её не будет все выходные и что он может делать всё, что хочет. — Почему ты так уверена в том, что я кого-то приведу? — она в ответ цокнула, дав ему щелбан по лбу. — Это не уверенность, это надежда. Подруга Киры написала ей, что уже приехала, и девушка быстро попрощалась с братом, оставляя его одного в пустой квартире. Быстро одевшись, он захватил самое нужное и тоже ушёл. Вечеринка проходила в загородном доме одного парня из частной школы Цутон. Типичный представитель золотой молодёжи, младший сын какого-то бизнесмена, у того уже была соответствующая репутация, так как большинство больших вечеринок проходила у него или с ним. Услышав, что вписка будет за городом, Махиру узнал всё, что мог об этом парне и пошёл только после того, как убедился, что ничего прямо запрещенного там не происходит. Огромный коттедж с около сотней или больше подростков, тусующихся около бассейнов или друг с другом. Тут нельзя было обойтись без алкоголя, однако ничего больше. Когда он прибыл, Йошиока поздоровался с несколькими людьми, которых знал, взял пластиковый стакан с пуншем и сел недалеко от основной толпы, чтобы не сильно отдаляться от них. Во всём доме играла громкая музыка, в некоторых местах глушили свет, дабы включить неоновые светодиоды, придавшие некоторую пикантность атмосфере. Было где-то девять часов вечера, рановато по меркам других, и все потихоньку втягивались в развлечения. Махиру соревновался с незнакомой девушкой в какой-то танцевальной игре, сыграл в дартс и ненадолго спустился к бассейну, однако быстро ушёл оттуда. Все веселье началось часом позже, когда собралось больше людей. Махиру наслаждался времяпрепровождением. Пожалуй, что ему нравилось больше всего в таких вечеринках — абсолютно никаких обязательств. Хочешь ли ты напиться, переспать с кем-то, развлечься — делай, что хочешь, главное не переступай черту. Сейчас ему не нужны были новые знакомства или отношения с человеком, которые бы в перспективе длились долго. Нет, ему просто нужно сбросить стресс. Думая о своих недавних мыслях, Махиру понял, что же отличало его. Его отношение к жизни. Знание и опыт из прошлой жизни, очевидно, не могли не отличать его от гораздо более беспечных подростков, пусть взрослым он себя и не считал. Все вокруг были такими раскрепощенными, открытыми ко всему и даже если причиной тому был алкоголь, он хотел быть таким же. — Хей, Йошиока! — появился Джиничиро-семпай, который и привел его сюда. Лицо его покраснело и сам он был навеселе. — Пошли, там собираются в Короля сыграть! Джиничиро-сан был уже пьян, но не настолько, чтобы путаться в словах и был пока в адеквате. Махиру не ответил, тем не менее позволяя взять себя за запястье и повести в неизвестном направление. Комната, освещенная красным светом, была меньше остальных в доме, да и компания, собравшаяся здесь, не была большой — человек десять-двенадцать. Ему приветственно махнули рукой, он кивнул в ответ. Судя по всему, друг с другом большинство были знакомы, но не все. Девушка с крашеными бирюзовыми волосами решила начать игру. — Объясняю правила. Есть жребий с номерами на каждого участника и один с короной. Человек, вытянувший корону, становится Королём. Он загадывает определенному номеру задание, которое тот должен выполнить. Король может загадать действие одному или двум людям, не больше. Загадывать что-то связанное с сексом нельзя, но поцелуи, засосы и тому подобные вещи не запрещены. Кому не нравятся такие задания — можете уходить. Девушка говорила всё серьезным тоном, после получив легкий шлепок по руке от другой девушки. — Не будь такой серьё-ё-ёзной, Чика-чан, ты не в студсовете сидишь. Давай жребий, я перемешаю! — брюнетка агрессивно, словно колоду карт, тасовала жребий, которые на самом деле были всего лишь палочками, словно от мороженого. — Во-о-о, тяните! Каждый взял жребий из кулака девушки. — Я Король! — бодро отозвался какой-то парень. Он раскинул руки, а затем прижал, глядя на остальных с превосходством. — Номер шесть должен засунуть в себе штаны кубики льда и просидеть так пять минут! — Кадзума, сволочь, ты на мой номер специально глянул! — взревел номер шесть, вскакивая со своего места. — Джиничиро, тащи лед с кухни! — Уже на пути! Под дружные крики, Сора, как звали шестого номера, махом опрокинул миску кубиков льда, прямиком из морозильника. Махиру смешило даже не само действие, а реакция окружающих людей — каким бы тупым не было задание, они все равно выполняли его, смеясь как будто в последний раз. Следующим Королём стала та самая брюнетка, раздававшая жребий. С хитрой улыбкой она приказала номеру два оставить номеру восемь засос выше на шее, да так, чтобы видно было. Девушка, объяснявшая правила, подошла и наклонилась к Джиничиро-сану, и Махиру вспомнил о негласных правилах в студсовете. Этот засос потом ещё аукнется семпаю, тем более если это заметит зам президента. Королём неожиданно стал он сам, но он недолго раздумывал, что загадать. — Номер три и номер десять должны поменяться одеждой. — Да бля-ять, — стонет Джиничиро-сан с третьим номером. Десятым номером оказалась девушка в коротком черном платье с пышной юбкой. Вот только никто не заметил ухмылку Йошиоки, который специально загадал это, увидев у кого какие номера. Все в открытую ржали с вида парня, на чьи широкие плечи не могли налезть рукава. Девушка, стоящая в его объемных брюках и футболке, агрессивно била его своей сумочкой, говоря о том, что она убьёт его, если тот растянет её одежду. Махиру не скрывал того, что фотографирует семпая, «на память». — Кто там до этого говорил о занудстве, а? — упомянутая Чика-сан показала свой жребий с короной. Она игриво прикрыла глаза, уголки накрашенных губ тянулись прямо к ушам от несдержанной улыбки. — Номер пять и шесть, целуйтесь. Махиру взглянул на свой номер и мысленно закатил глаза. Номер шесть это он, конечно, как могло быть иначе. С его ореолом это задание не могло не выпасть ему. А номером пять по всем канонам должен быть… — Кто шестой номер? — парень, молча сидевший чуть вдали от них, подал голос. Он держал в руках палочку с числом пять у низа. Махиру захотелось усмехнуться. Каноничный персонаж, ведь как вселенная могла допустить, чтобы главного героя целовал проходной нпс? — Это я. Учитывая, что в последнее время все вертелось вокруг Шираторидзавы, ничего удивительного, что ему попался их связующий, Семи Эйта.
