Лабиринт безумия

Глава 14

      Что-то вытягивает меня из сна. Открываю глаза и несколько раз смаргиваю, пытаясь избавиться от рези в глазах. Будто песка в них насыпали, черт.       Раздается громыхающий стук в дверь. Теперь ясно, что меня разбудило. Черт. Кому и на кой черт я сдался утром в свой выходной?!       — Минхо! Открывай! Ты что, спишь? — звучит глухой голос Лиззи.       Спал, но благодаря тебе, уже нет!       Она снова долбит по двери.       Я поворачиваюсь и сваливаюсь с кровати. Прослушав ее очередные выкрики, простонав, медленно поднимаюсь и открываю дверь.       — Наконец-то! — не дав мне выразить недовольство, Лиззи хватает меня за руку и начинает куда-то тащить.       От удивления я теряю все раздражение.       — Ты спятила?       — Я… там… ПОРОК, они… — она встречается со мной глазами, и ее взгляд вызывает отвратительное скручивающее ощущение в животе. Лиззи не заканчивает, качает головой и продолжает тянуть меня в сторону дома Галли.       Черт. Я морщусь, но больше не спорю. Я никогда не видел этого выражения в ее глазах и не могу его понять. Но оно мне не нравится — заставляет напрячься, готовиться к чему-то плохому.       Что снова сделал ПОРОК? Открыл набор добровольцев на очередной эксперимент? Выпустил новый сериал про нашу беззаботную жизнь под их крылом? Объявил нам войну?       Галли с Эллой встречают нас такими же взглядами, выбивая желание язвить. Они стоят перед плазмой, напротив которой останавливаемся и мы.       — Что происходит? — мой вопрос остается без ответа.       Понятно. Понятно, что ничто не понятно. И все как будто языки проглотили, — не могут мне нормально рассказать, в чем дело. Сам разберусь.       Я равнодушно пожимаю плечами и концентрируюсь на плазме. Похоже, идет репортаж. На фоне какого-то здания стоит мужчина и говорит в камеру:       «…это выяснить, сегодня мы прибыли в клинику ПОРОКа. Здесь собралось уже больше пятидесяти человек,» — на экране проплывает картина собравшихся в небольшом отдалении от дома людей. Некоторые сидят на траве, несколько забрались на деревья. Все они явно чего-то ждут.       Шизики какие-то.       Пытаюсь словить взгляд Лиззи, но она напряженно смотрит на экран. Галли и его подружка тоже не обращают на меня внимания. Что там такого важного? Просто какие-то придурки собрались возле клиники ПОРОКа. Почему у них лица, как будто вот-вот случится конец света?       «Пока никто из клиники не вышел с нами на связь, и это вызывает ряд вопросов, — продолжает журналист. — Насколько можно верить словам ПОРОКа? (Им вообще нельзя верить, придурок.) Возможно, это предвыборный ход Советника Пэйдж? Настолько правдиво ее утверждение, что все благополучно? Выясним, что об этом думают, собравшиеся здесь люди».       Мужчина подходит к девушке с огромными светящимися глазами.       «Скажите, что вы думаете насчет неожиданного воскрешения Ньюта?»       Сердце замирает. Я невольно напрягаюсь. Что? В смысле?       Девушка ярко улыбается: «Я так счастлива! Я всегда чувствовала, что он жив!»       Что происходит? В смысле, «воскрешения Ньюта»? Он жив?       Я не успеваю ничего понять или спросить. Кто-то за экраном вопит имя Ньюта, и камера резко поворачивается.       На мгновение я задыхаюсь. Сердце снова пропускает удар. Мир сжимается вокруг меня, вызывая головокружение. Игнорируя его, я приближаюсь к плазме, не понимая и не веря в происходящее.       Там стоит Ньют. Он. Бесспорно. Выглядит, правда, здоровее, чем обычно, стрижка на редкость короткая и шрам на лбу, но это он. Точно он.       Что происходит? Он жив?       Он смотрит на людей перед ним широкими от удивления глазами. Затем морщится и поворачивается к что-то говорящему ему дедку рядом. Ньют явно нервничает. Ему что-то не нравится. Нет, не что-то, ему не нравится внимание, он никогда его не любил. Я всегда думал, что это тупая причина нервничать.       Это точно Ньют. И он жив?       Я выдыхаю и жмурюсь. Уверен, это не сон. И я не сошел с ума. Тогда что происходит? Кое-как собираю мысли в кучу и снова всматриваюсь в… друга? Он жив…       Сердце продолжает колотиться с сумасшедшей скоростью, но я не обращаю внимания, слежу за тем, как Ньют что-то недовольно говорит старичку, качает головой и отступает. Мужчина пожимает плечами. Они вдвоем как будто и не слышат, как безумно кричат люди рядом.       Ньют уходит, больше не смотря в мою сторону. Мне хочется, чтобы он остановился — подошел к камере и все объяснил, сказал, что происходит, но естественно, этого не случается. Он исчезает за дверьми, и такое ощущение, словно я снова его теряю. Как будто это было всего лишь видение. И на самом деле, ПОРОК обманывает нас всех.       Сопровождающий Ньюта вздыхает, сдержанно улыбается и подходит ближе. Он поднимает руки, ждет, пока наступит тишина, и говорит:       «Добрый день, я — Доктор Чарльз Стент лечащий врач Ньюта. Я понимаю, ваше нетерпение, но пока Ньют не готов отвечать на ваши вопросы. Сейчас он заканчивает курс лечения. Вероятно, после полного выздоровления он согласится дать интервью, чтобы убедить вас в своем благополучии. Пока я советую вам вернуться домой. Спасибо».       Мужчина удаляется под возбужденные выкрики толпы. Если он думал, что его речь как-то успокоит, прольет свет на ситуацию, то нет. Я ничего не понимаю! Как оказалось, что Ньют жив? Почему он в клинике? Чем он болеет? ПОРОК держит его насильно, или он добровольно с ними? Но если добровольно, разве он не должен был сначала вернуться к нам? Значит, насильно? Или стерли память?       Галли что-то говорит, но я не улавливаю.       Мне сложно собраться и начать соображать трезво — мысли мечутся в голове, и я не могу избавиться от ощущения нереалистичности происходящего. Но чем больше я думаю об этом, тем сильнее убеждаюсь, что если это Ньют, а не какая-то новая уловка ПОРОКа, то либо ему промыли мозги, либо угрожают. Других вариантов нет.       Чертов ПОРОК! Снова!       В груди растет и накаляется безумный гнев. Сжимает грудь и пульсирует мыслью, что в этот раз я не должен подвести Ньюта. Я должен спасти его, и если потребуется, прикончить нескольких ублюдков из ПОРОКа.       Я вылетаю из дома Галли, не обращая внимания на крики позади.       Вываливаю из шкафов вещи, пока не нахожу свою старую походную сумку.       Когда я собирал ее последний раз, Томас рассказал мне, что выстрелил в Ньюта…       Откидываю мысли о парне и запихиваю в сумку вещи. За этим занятием я успеваю несколько раз прокрутить в голове каждое действие Ньюта и слова Доктора и окончательно убеждаюсь, что мой вывод верный — другу стерли память или промыли мозги. ПОРОК хочет использовать его в своих стебанутых целях, я уверен. И я не позволю.       Закинув тяжелую сумку на спину, я направляюсь к выходу, но его загораживает силуэт. Хорхе.       — Воу-воу-воу, — он поднимает руки и улыбается, — снова поддался своей импульсивности, camarada. Когда-нибудь она тебя убьет — подумай на досуге.       О чем он? У меня нет времени сейчас размышлять о «недостатках» своего характера!       — Уйди, Хорхе.       Я собираюсь протолкнуться мимо него, но он хватает меня за плечо и оттаскивает обратно в дом.       — Погоди, amigo. А ты подумал?       — Что здесь думать?! Я должен идти и вытащить Ньюта из клиники ПОРОКа.       — Нет, — он наклоняется и пристально заглядывает в мои глаза, — ответь, ты подумал?       Первый порыв — оттолкнуть его и продолжить идти, но что-то в его взгляде останавливает меня. Ладно, Хорхе, пусть будет по-твоему, но если окажется, что ты только зря отнял мое время, я за себя не ручаюсь.       — О чем?       — Вот как знал, что тебе снесет голову. Ни о чем ты, естественно, не подумал. Понесся Ангел Смерти творить справедливость. Estúpido, — последнее он добавляет еле слышно, но я все прекрасно различаю.       — Ты приперся сюда, чтобы меня критиковать? — поднимаю бровь и скрещиваю руки. — Давай, выделю тебе часок в другое время. Сейчас, как видишь, я тороплюсь.       Хорхе хмурится, качает гловой и хватает меня за плечи, словно боится, что я сейчас убегу.       — Мозги тебе вправить пришел, пока ты дел не натворил. Ответь мне на один вопрос, а потом иди, куда хочешь. Договор?       Пожимаю плечами. Не хочется, но я знаю, Хорхе не отстанет, пока своего не добьется.       — Хорошо, — хлопнув по плечам, он меня отпускает. — Скажи, что ты будешь делать?       Тупой вопрос.       — Пойду на Континент, найду Ньюта и привезу сюда.       — Нет, Минхо, ЧТО ты будешь делать? Как ты доберешься до Континента? Ты собираешься плыть на транспорте ПОРОКа или сам — на наших гнилых скорлупках? Как найдешь Ньюта? Как проберешься к нему? Как свяжешься?       Мне нечего сказать. Я, правда, не подумал... Черт.       — И что ты предлагаешь?       — Избаловал я тебя. «Что я предлагаю», — Хорхе усмехается. — Сначала скажи, какие у тебя мысли. Почему ты решил, что Ньюта нужно спасать?       — Потому что, если бы он был там добровольно, то он точно связался бы со мной. Они либо стерли ему память, либо как-то угрожают.       Хорхе кивает и погружается в размышления. Я скидываю сумку и наливаю себе воды. Снова ощущаю нереальность происходящего. Ньют на самом деле жив? ПОРОК, правда, все это время его лечил? Или промывал мозг? Томас точно выстрелил в него? Или шрам от чего-то другого?       Сжимаю переносицу и жмурюсь. От мысли, что я поверил Томасу и не поехал искать Ньюта — снова бросил его, тошнит.       — Что если все эти два года они экспериментировали на нем? — не замечая того, шепчу вслух. Хорхе хмурится и пронзительно смотрит на меня.       — Так. Для начала, им эксперименты больше не нужны, поэтому можешь не думать об этом. Но вот то что они сейчас могут использовать Ньюта в своих целях, вполне вероятно, поэтому я помогу тебе. Но, — он тянет паузу с таким выраженем лица, будто мне не понравится то, что он скажет, — ты правильно сделал, что отложил свою котомку, придется подождать.       Начинается…       — Сколько?       — Долго. Повезет, если за две недели управимся.       — Сколько?! Мы не можем столько ждать!       — Придется. Мне нужно связаться со своими людьми на Континенте, организовать переправу. Затем найти способы контактировать с Ньютом и вывезти его без лишнего шума. К тому же, нужно помнить, что не только Ньют популярен, но и ты. Нужно будет придумать, как тебе маскироваться. В общем, надо все детально продумать, чтобы, если ПОРОК реально что-то задумал, не мог нам помешать. К тому же, раз Пейдж огласила всему миру о том, что Ньют жив, значит, она не планирует причинить ему вред. Или это будет выстрел себе в голову.       То есть он предлагает мне ничего не делать? Серьезно?! Ньют жив и в заложниках у ПОРОКа, и вместо того, чтобы вытащить его оттуда как можно скорее, я должен буду сидеть ровно и смиренно ждать?! Нет!       — Если я буду сидеть здесь и ничего не делать, я стебанусь!       Лицом Хорхе никак не реагирует на мой выкрик, кроме кривой улыбки.       — Так постарайся не стебануться, потому что если ты прав, и Ньют пленник ПОРОКа, то ты ему еще пригодишься адекватный. Так что повремени с сумасшедствием, muchacho, окей?       Соглашаться не хочется. Но у меня особо нет выбора. Либо послушать Хорхе и идти наверняка — с планом и подмогой. Либо поспешить, добраться, как получится, и со стопроцентной вероятностью стать вторым заложником ПОРОКа.       Гнев от беспомощности снова поднимается в груди, переполняет меня и клокочет.       — Черт! — я пинаю стул. Он отлетает и ударяется о стену.       Хорхе хлопает меня по плечу.       — Зря ты кипятишься, amigo. Все будет хорошо. Сейчас главное, что Ньют жив и выглядит вполне здоровым. С остальным мы разберемся.       Ньют жив… И снова это чувство нереальности. Как будто я схожу с ума.       — Надеюсь ты прав, Хорхе. Потому что, если с ним что-то случится, я умру, но уничтожу ПОРОК и Континент вместе с ним!