Baby bam

Требуется 20 лет, чтобы заработать репутацию и пять минут, чтобы ее потерять. У. Баффет, инвестор

Спина Брагинской сильно зачесалась, словно Гилберт забыл уничтожить ловушку с красными муравьями. Левый глаз стал непроизвольно дергаться, а уши вычленяли среди болтовни Германии знакомое шарканье шагов и бряцанье металлического наконечника трости. Анна всей кожей ощущала то, как проворачивается металлическая ручка. - О нет, тётя Софья ! – Россия сползла под стол и спряталась под полированной столешницей, обняв колени. Самое время – дверь распахнулась, впуская в помещение низенькую женщину в платье в зеленый цветочек. На голове находилась большая соломенная шляпка с трехцветной лентой, приколотая брошкой в форме якоря. - Ольга, Наташа! – это была тетя Одесса, что интуитивно чувствовала те моменты, когда у Брагинской наступали проблемы. Эта женщина обладала уникальной способностью сделать все еще хуже, особенно в виду своеобразного хобби: сводничества. Анна подозревала, что именно она виновна в притязаниях Беларуси в те времена, когда Россия была еще Иваном. И вот теперь это чудовище, прикрывшееся скромным ликом женщины средних лет, вновь появилась на жизненном пути уже девочки, сползшей под стол. -Простите, мисс…Мэм…Миссис, - так как встреча проводилась на английском, Людвиг, которого в наглую прервали, запутался в правильности обращения. – Но вам здесь не место и я прошу удалиться. Итак, ABC-анализ способен показать что…. – неожиданно Германии стало трудно дышать – тетя Софья потянула на себя галстук, приближая лицо немца. - А это малыш Люцик? Как вырос! – женщина поправила запотевшие стекла очков, более похожие на линзы телескопа, продолжая душить немца, что изо всех сил старался освободиться от дамы, попутно стараясь не причинить ей вреда. Однако хватка тетушки была сродни бульдогу. И её не волновало, что она типа регион, а перед ней находится один из лидеров мировой экономики, возможно старше её в пару раз. Брагинской даже не требовалось покидать своё убежище, чтобы узнать о дальнейших событиях: Софья всегда повторялась. По расчетам России сейчас должно было произойти: «ощупывание щечек». Девушка тихонько хихикнула, представляя бурную реакцию Людвига, который был против излишней тактильной близости. - А где же Аннушка? – наконец тетушка оторвалась от щебетания и направилась к родственницам. – Наслышана-наслышана, чай не … - Прошу прощения, но вы не можете забрать её - сейчас мы как раз решаем вопрос… - Германии стало жарко, и он постарался ослабить свой галстук. -Люцик, сделай морду попроще и устраивай погоду на своём хуторе! – тетушка взмахнула рукой, продолжая направляться к убежищу России. - А вы с’бств’нно кто? – Швеция невозмутимо протер очки носовым платком и встал со своего места, направляясь фактически наперевес тетушке. - Бервальдушка, та шо ты как неродной, - Софья театрально всплеснула руками, - Таки не делайте мне смешно, мы же почти семья. Ах, Полтавушка-то, ах Олесенька, девка-то в самом соку, - услышав заветные слова, швед встал по стойке смирно, тут же развернувшись на каблуках на сто восемьдесят градусов. Уж лучше так, чем еще раз встретится лицом к лицу с… Не будем вспоминать с кем. -Бервальдушка, куда же ты? – Россия представила озадаченное лицо «папаши» и хрюкнула от смеха, макушкой ударившись об стол. И тут же оказалась извлечена из убежища цепкой рукой, схватившей многострадальный шарф. – А вот и ты Аннушка! – тетя, несмотря на преклонный вид, продолжала поражать всех: вот сейчас, например, Софья держала племянницу на вытянутой руке, поднося поближе к глазам, а Россия пыталась поправить задирающуюся юбку, задумываясь над проблемой, сколько еще родственников знают о метаморфозе? - Тетя…Тетя Софья? – девушка старалась сделать голос более ровным и четким. В конце концов, кто тут самая большая страна? Кто держит руку на ядерном пульсе? И кто вот уже почти столетие считается тираном? Однако застарелые страхи не желали сдавать позиций. - Аннушка, знаешь, тебя женить надобно, - задумчиво произнесла родственница, возвращая Брагинскую на пол. – И мужа хорошего, а не то нынче пошли тут всякие, сами без двора, а туда же, земли подавай им. Нет, нам нужен муж хороший, богатый. Вот, например, малыш Люцик! - Ты в своем уме? – лавандовые глаза резко расширились, а волосы словно зашевелились, рождая страшную темно-синюю ауру гнева, от которой безмолвные Ольга и Наташа предпочли отодвинуться. Иван был мужчиной, который мог побуянить, но психика женской вариации России была еще непонятна. - Что, да я еще до революции делала базар за десять копеек. А на твои аппетиты и цены никакого Минфина не хватит, нужно Европейский союз подключать! Где-то над территорией Германии начиналась снежная буря. Фурор удался: Франциск чуть не задушил Артура, напустившего фей на Альфреда, что пытался одновременно достучаться до Софьи и Людвига, старающегося оторвать от себя Италию, одновременно объясняя всем и вся, что заявление старых и, наверняка уже чокнувшихся женщин преклонного возраста, еще ничего не значат, и всем требуется сохранять спокойствие. Наверное, именно по этой причине на лице Германии красовался огромный синяк , в волосах красовалась бетонная крошка, знаменитые очки погнулись от мощного шведского кулака.