Неволя / 圈养 / Captivity

У Чжи не помнил, как он избежал волны зомби и вернулся в свой микрорайон. Он смотрел на номер дома перед ним, его глаза наконец снова заблестели. Дом перед ним выглядел светлым и ярким, как будто указывая путь заблудившемуся ребенку. Хотя у него был с собой ключ, У Чжи нажал на дверной звонок, ему необходимо было увидеть, что кто-то открывает ему дверь. Дин—Дон— Дин—Дон—Дин—Дон— Дин—Дон—Дин—Дон—…… Рука, нажимающая на дверной звонок, начала уже окостеневать и леденеть. У Чжи с силой стиснул зубы, пытаясь рассеять растущее неясное чувство в душе. Может, может они просто вышли на время и забыли выключить свет — верно, родители могли неожиданно узнать новости и пойти в школу, чтобы найти его и У Юань, поэтому они так торопились… У Чжи сделал глубокий вдох, неторопливо достал ключ из кармана, и в отчаянии открыл дверь. Нельзя было сказать, что в доме было тихо. В коридоре можно было услышать, как передают новости из телевизора в гостиной. В коридоре было темно, лишь только пробивался свет из входа в столовую. У У Чжи даже была иллюзия, что в следующий момент его мать выйдет из столовой и улыбнется ему: «Чжичжи, ты сегодня снова поздно домой пришел? Быстро мой руки и иди есть». Потом, когда он зайдет в столовую, он увидит, как его отец смотрит телевизор за едой. Тогда У Юань сможет бесцеремонно сострить, что еще немного, и он бы пришел прямо на ужин. Это его дом: маленький и теплый. Подумал У Чжи и улыбнулся. Ему натерпелось подойти к свету и закричать, как он это всегда делает: — Я дома… Улыбка У Чжи застыла. Это ад? Мама улыбалась ему, как всегда. Она, растянув губы в улыбке, лежала лицом вверх на столе, и, не отрываясь, смотрела на дверь столовой. Её выпученные глаза, казалось, в следующую секунду выпадут из глазниц. Папа, как всегда, ел. Ел маму. Чудовище под личиной папы увлеченно грызло живот женщины, слюна, смешанная с гноем, капала на багряно-красные внутренности. Папа……Мама……? У Чжи больше не мог сдержаться и его вырвало. Это сон? У Чжи не переставало рвать. Даже если после рвоты в желудке осталась только кислотная вода, он по-прежнему чувствовал рвотные позывы, как будто он хотел выблевать все свои внутренности. Кто угодно, придите и скажите, что всё это сон— Звук, издаваемый У Чжи, похоже потревожил «папу», который наслаждался пищей. Оно подняло свою зловонную и гнилую голову, повернулось в сторону У Чжи, а затем, без колебаний, покинуло свою съеденную наполовину «жену». Живой «сын» был для него намного привлекательнее. У Чжи отшатнулся на несколько шагов и слабо облокотился на стену, с оцепенением наблюдая, как приближается «папа». У него не было сил, чтобы убежать, и он не хотел убегать. Мир стал таким, и выживших впереди ждет только отчаяние. Так какой смысл в том, чтобы усердно стараться выжить? У Чжи увидел, как его изуродованная «мать», казалось, не желала оставаться в тени и «ожила», используя свою культю, чтобы медленно подняться и шатко начать двигаться в его сторону. — Чжичжи, ты сегодня снова поздно пришел домой? — Искривил зомби свой гниющий рот. — Быстро мой руки и иди есть. У Чжи закрыл глаза и медленно сполз по стене. В темноте нет неузнаваемых родителей, нет безнадежного мира, только чистейшая тьма. Хлюп, хлюп, хлюп. — Папа, мама. — Слыша приближающиеся звуки шагов «родителей», У Чжи прошептал: — Я дома. Хлюп, хлюп……Бцы--! Внезапно раздался яростный звук подожжённого масла. Волна жара, смешанная с запахом паленого мяса, устремилась к нему, и У Чжи не мог открыть глаза вообще. Он не понимал, что происходит, он слышал только рев зомби, орущим подобно диким животным, и звук того, как упало что-то тяжелое. В этом хаосе что-то схватило его за руку. Это было прикосновение человеческой руки, а не гнилой кожи зомби, полной пустул. У Чжи хотел вырваться, но услышал, как кто-то шепчет ему в ухо: — Следуй за мной. У У Чжи сразу же полились слезы из глаз, и он покорно пошёл за человеком сквозь жару. Только когда свежий ветер ударил ему в лицо, У Чжи понял, что он выбрался из этого адского дома. У Чжи кое-как вытер глаза рукой, открыл их и посмотрел на человека. Красное пламя распространилось за пределы дома, а изможденное лицо человека на фоне пожара имело ничуть не изменившуюся насмешливую улыбку. — Пискля, почему ты сегодня не опоздал, тогда я бы дала тебе только ужин. — Сестра…… Слезы хлынули неудержимым потоком, что похоже весьма встревожило У Юань. — Эй, не реви. Впервые слышу, чтобы ты назвал меня сестрой, обычно зовешь меня пять юаней, да пять юаней. Назвал сестрой всего разок, чего сразу плачешь навзрыд? — У Юань с силой похлопала У Чжи по голове: — Ты, паршивец, как по мне, уже давно вырос! — Сестра… Родители, они… — Так и есть — Улыбка У Юань потускнела, ее глаза были красными, и она, очевидно, яростно плакала: — Когда я вернулась, было уже поздно. Мне пришлось убежать, пока они меня не нашли. Потом я решила отправиться в школу, чтобы найти тебя, но, похоже, мы разминулись по пути. — Думая о том, что сейчас произошло, У Юань не смогла удержаться и не пнуть У Чжи. — К счастью, я вовремя вернулась, ты, пацан, обычно не такой ужасный, так почему же в нужный момент ты такой бесполезный! У Чжи не уклонился, как обычно, а прямо принял пинок У Юань. Это сделало У Юань еще более раздосадованной. — Что, так просто сдаешься, потому что ‘родители’ хотят тебя убить? — ……нет. — Вот и хорошо. — Яркие глаза У Юань, казалось, видели его насквозь. Она слегка повернула голову, серьезно посмотрела на У Чжи и сказала, делая паузу между каждым словом, словно насильно клеймя определенную концепцию внутри его мозга. — У Чжи, пожалуйста, запомни ради меня, тебе запрещено умирать — любой в этом мире может умереть, но тебе нельзя! Ты должен жить, жить, жить до самого конца, пока смерть не придет к тебе, а не идти к ней самому! Пообещай мне! Следом за криком У Юань, взревело и пламя, и У Чжи рефлекторно кивнул. Увидев движение У Чжи, У Юань вздохнула с облегчением. Со странным выражением лица она повернулась, чтобы посмотреть на яростно пылающий дом. Сильная тревога нахлынула на У Чжи. Было ли это то, с каким нажимом говорила У Юань, или горевший багряно-красным дом, обе эти вещи предвещали что-то плохое. — Помнишь? В детстве, всякий раз, когда родители куда-то уходили, ты всегда начинал шуметь. Снаружи ты всегда был лидером среди детей, а внутри все лишь мягким пискливым ежом. — Перед тем, как У Чжи открыл рот, сказала У Юань, не поворачивая головы. Не смотря в растерянные глаза брата, она спокойно сказала: — Во мгновение ока, пискля уже так вырос… — Наш Чжичжи продолжит расти: от подростка к юноше, к среднему возрасту, к старости… Ах, я действительно хочу увидеть старика Чжичжи своими собственными глазами. — Лицо У Юань улыбалось, но она начала трястись. У Чжи запаниковал. Он протянул руки, желая поймать девушку, которая улыбалась и плакала. У Юань сделала шаг, уклонилась от руки У Чжи и повернулась в ярком пламени. Руки У Чжи застыли в воздухе, его тело начало дрожать, а вместе с ним и его голос. — Ты, ты…… У Юань сжала свою левую руку правой, но не могла остановить распространение кровавых волдырей. На ее левой руке набухли вены и кровеносные сосуды, которые подобно паутине, поползли вверх по руке. Вся ладонь полностью сгнила и была густо покрыта пустулами. — Предкам должно быть одиноко, вот они и решили взять меня с собой. — Слезы У Юань текли по ее щекам, смешиваясь с желто-зеленым гноем. Кровавые пузыри распространились на левую половину лица девушки. Половина ее лица все еще красива, а половина омерзительна и разлагается. У Юань смотрела на У Чжи, улыбаясь нормальной половиной лица. — Ничего не поделаешь. У Чжи медленно опустил застывшие в воздухе руки. Он посмотрел на У Юань, его черные глаза медленно зажглись. — Да, поэтому давай найдем их вместе. Вчетвером будет веселее… — Не забывай, что ты мне только что пообещал. — От черных глаз У Юань осталась только половина, и второе глазное яблоко давно превратилось в желто-белый гель. Одним своим глазом она смотрела на У Чжи. — Знаешь, я сейчас действительно очень тебе завидую. — Я не хочу превращаться в монстра! Если бы я могла поменяться с тобой, я бы даже не колебалась! — У Юань заплакала, закрывая лицо руками. — Мне так страшно… Я так боюсь превратиться в отвратительного монстра… Уродливый монстр закричал в огне. У Чжи со скорбью, остолбенело, смотрел на У Юань. Он протянул руку и хотел прикоснуться к черным волосам сестры, но У Юань увернулась. Девушка с шипением задышала, ее взгляд уже начал мутнеть. Она шатко отошла на несколько шагов, опустила плечи, ее голова прогнила настолько, что можно было увидеть мозг, и затем внезапно бросилась к У Чжи. У Чжи, не сопротивляясь, дал У Юань опрокинуть себя на землю. Его голова сильно ударилась о землю, и от его левой ноги начала исходить боль и странный зуд. У Чжи попытался приподняться, его глаза спокойно наблюдали, как уродливый монстр поедает его левую ногу. ……Вот и хорошо. Он повернулся посмотреть на огонь, который, казалось, сжег целое небо, и почувствовал облегчение. Сегодняшняя ночь была особенно темной. У Чжи прищурился и неожиданно осознал, что сегодня нигде не горит свет. Весь жилой район был погружен во тьму. И лишь редкие крики, казалось, доносились раз в столетие. Кому, блять, захочется оставаться в таком мире. Боль в ноге внезапно исчезла, остался только зуд. У Чжи повернул голову и увидел, что У Юань полностью прогнила и пристально смотрела на него, с шипением часто и тяжело дыша. — Ты…не…умирай… Зомби схватил свое гниющее лицо и закричал. Он схватил обглоданную икру, скрутил его и затем потянул. В воздухе раздался звук рвущейся ткани и сломанных костей. Голень У Чжи внезапно сломалась, перед его глазами все потемнело от боли, и он инстинктивно закричал. — А-А-А-А-А-А--! У Чжи свернулся на земле, как сушеная креветка, задыхаясь. Даже воздух, который он вдыхал в свое тело, отдавал болью в нервных окончаниях. Не в силах дождаться, пока самая режущая боль уйдет, У Чжи из-за всех сил поднял глаза. Его взгляд был затуманен потом и слезами, но все же он нашел человека, которого хотел увидеть. Фигура У Юань была тускло освещена пламенем. На глазах у У Чжи, полных отчаяния, последний член его семьи шагнул в море пламени и во мгновение ока пропал. ---! Он не мог издать ни звука, его сдавленное горло могло произнести только несколько беспорядочных звуков. У Чжи прижал кровоточащую левую ногу, его глаза в растерянности смотрели на все это. Боли больше не осталось, как и мыслей. Казалось, что он был вмиг опустошен, и только оболочка под именем У Чжи лежала в странной позе на земле, утопая в отчаянье. — У Чжи, ты никого не можешь спасти, потому что ты бесполезен. Без подпитки горючим пламя постепенно погасло. Выгоревший густой дым развеял ветер, извиваясь и рассеиваясь в пространстве. Без огня и света фонарей, весь город был освещен только сиянием звезд и луны. Группа зомби, шатаясь, вошла в сгоревшие руины, и фигура отразилась в их мутных серых глазах. Это был юноша, свернувшийся на земле в странной позе. Зомби просто посмотрели на него и незаинтересованно прошли мимо. Им не интересно… У Чжи скривил губы и ему хотелось засмеяться. Его левая нога больше не кровоточила, а кожа была бугристой и вспученной, как будто демон собирался вылезти у него из-под кожи. Затем, один за другим начали появляться кровавые волдыри. Взбухшая кожа была полупрозрачной и кроваво-красной, и сквозь нее можно было увидеть бесчисленное количество маленьких пустул. У Чжи, который был свидетелем нескольких инфекций, очень ясно понимал, что как только эти пустулы начнут разрываться — он начнет превращаться в зомби. Эй, У Юань, в конце концов вы не смогли бросить меня одного. У Чжи прищурил глаза и почувствовал, как его мысли начали путаться. Я умер не специально…… — Небо такое темное. У Чжи с трудом поднял глаза и посмотрел наверх. Он застыл на некоторое время и наконец показал выражение лица, которое даже он сам не знал, что выражало. — ……hi. Человек, стоящий перед У Чжи присел на корточки и нежно, руками, вытер грязь с его лица. Выражение его лица было все таким же равнодушным и холодным, как и раньше. — У Чжи, я здесь.