Глава 6
23 августа 2021 г., 11:28
Гарри не мог поверить своим ушам. Молчание, поселившееся в Зале после слов Дамблдора, было оглушительным. Он чувствовал, что его бурили взглядами, когда он сидел неподвижно, пытаясь осмыслить сказанное.
— Гарри Поттер! — повторил Дамблдор. Гарри поднял голову, решительно избегая взглядов от своего факультета. Тут он почувствовал, что его руку одобрительно сжали, это была Орели.
— Все в порядке, иди, 'Арри, — тихо сказала она ему. Он встал, чувствуя, как подгибаются ноги, и пошёл к учительскому столу. Он не отрывал взгляда от Дамблдора, который смотрел на его реакцию.
Ему казалось, что стол никогда не закончится. Вокруг него вспыхивали шепотки, ледяные взгляды вызывали озноб. Гарри очистил разум и заблокировал его, сделав все, как учил Люпин. Он не хотел знать, что все говорят.
Дамблдор пропустил его к двери, куда уже вошли Флёр и остальные Чемпионы. Как только он вошёл, дверь закрылась за ним. Вздохнув с облегчением, ведь тут нет всех этих взглядов, он прислонился к стене. Разум был в хаосе. Страх и паника сдавили его.
Спустя некоторое время, дверь распахнулась, и внутрь зашёл блондин, которого Гарри признал как комментатора на Чемпионате Мира.
— Гарри! Что ты тут стоишь? Пошли к остальным, — сияя, сказал он. Он фактически толкнул Гарри дальше по коридору в первую комнату справа. Комната оказалась средних размеров с удобными диванами и камином. Флёр, Седрик и Крам молча смотрели друг на друга когда они с Бэгменом вошли.
— 'Арри? Что-то случилось? — спросила Флёр. В её голосе была обеспокоенность, он понимал, что его лицо выдаёт часть его паники. Седрик и Крам тоже посмотрели на него с любопытством. Гарри хотел было открыл рот, чтобы ответить, но не смог ничего сказать. А вот у Бэгмена такой проблемы не было.
— Дамы и Господа, представляю вам четвёртого Чемпиона, — сказал он тоном, каким комментировал матч. Флёр, Седрик и Крам уставились на него, а он смотрел в пол, не в силах посмотреть на них.
— Это должно быть ошибка! — воскликнула Флёр.
Бэгмен повернулся к ней и ярко улыбнулся.
— Ошибка! Нет-нет, уверяю вас, имя мистера Поттера вылетело из Кубка пару минут назад! — В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошёл Дамблдор с группой людей. Он схватил Гарри за плечо.
— Гарри, ты кидал своё имя в Кубок Огня? — спросил он. Его голос был другим, не такой, какой слышал Гарри предыдущие годы.
— Нет!
— Ты просил старшего студента положить за тебя?
— Нет, сэр! — сказал Гарри, глядя в метавшие искры глаза Дамблдора. Он почувствовал себя под рентгеном и подавил дрожь.
— Он лжёт! — громко сказал один человек. Гарри поднял голову и увидел, что это был директор Дурмстранга. Дамблдор проигнорировал его.
— Ты говоришь правду, Гарри? — спросил он, его голос стал таким, каким был раньше, и это успокоило Гарри.
— Да, сэр, — тихо сказал Гарри.
— Ты позволишь этому мальчишке врать, Альбус? — в ярости спросил директор Дурмстранга.
— Каркаров... — прорычал Грюм. Тот замолчал.
— Директор, Поттер постоянно нарушает правила с тех пор как появился в Хогвартсе. Ничего удивительного, что он не подчинился правилам и решил участвовать в Турнире, — протянул Снейп. Гарри почувствовал, что его гнев вырос десятикратно, но заставил себя быть спокойным.
— Достаточно, Северус, — сказал Дамблдор. — Я не думаю, что Гарри положил своё имя в Кубок, но из-за правил ему придётся участвовать.
— Но это абсурд! У Хогвартса не может быть два Чемпиона! Я требую зажечь Кубок и дать ему выбрать вторых Чемпионов каждой школе. Иначе мне придётся снять своего студента с Турнира и вернуться в свою школу. Я не собираюсь участвовать в предвзятом Турнире! — холодно сказал Каркаров.
Грюм вдруг рассмеялся.
— Как всегда пустые угрозы, Каркаров. Ты и твой Чемпион никуда не денетесь. Он был выбран также как и Поттер и им придётся участвовать. Думаю, ты знаешь о магическом контракте, который появляется, когда Кубок выбирает кого-нибудь?
— Что означает, что Поттеру придётся участвовать. Как удобно, — сказал Снейп. Он вышел вперёд и Гарри увидел его злобную улыбку. Гарри с трудом взял себя в руки. — Я точно знаю, что многие из гриффиндорцев во главе с Фредом и Джорджем Уизли прошлой ночью пытались бросить туда своё имя с помощью зелья старения. Ваш друг тоже присутствовал там, сейчас все они лечатся от эффектов принятого снадобья. Итак, Поттер, есть ли основания полагать, что вас там не было? Возможно, Кубок дал сбой, и это не стало для вас проблемой?
— Меня там не было, — сказал Гарри.
— Это только слова, Поттер.
— 'Арри не было у Кубка, — сказала Флёр. Гарри повернулся к ней и увидел, что та гневно смотрит на Снейпа. Он не хотел говорить, что был с Флёр, чтобы не стеснять её.
— Можете это подтвердить? — глумился Снейп.
— Да, он был со мной, — сказала она, заставив всех шокировано на неё посмотреть. Спустя несколько секунд Снейп нарушил молчание.
— Директор, не... — Снейпу не дала договорить мадам Максим.
— На что вы намекаете месье? Я знаю, что мистер Поттер был с нами. Я лично попросила его после инцидента со студентами Дурмстранга. Я решила позволить ему остаться, потому что было поздно. Надеюсь с эти никаких проблем? — этот вопрос уже адресовался Дамблдору, который теперь легко улыбался и сиял глазами.
— Конечно нет, — но тут его лицо стало мрачным. — Но ему все равно придётся участвовать из-за контракта.
— Сэр, пожалуйста, я не хочу участвовать, — отчаянно сказал Гарри. Прежде чем Дамблдор что-либо сказал, его прервал Каркаров.
— Получается, что несовершеннолетний волшебник будет допущен к соревнованиям? Отдавая Хогвартсу несправедливое преимущество? А как насчёт студентов, что трудились для такого шанса, Альбус? Да многие из моих студентов умрут, чтобы участвовать! Мы должны...
— Возможно, кто-то надеется, что мистер Поттер погибнет, — прервал его Грюм. Гарри услышал вздох Флёр, и почувствовал, что она схватила его за руку. Все ошеломлённо посмотрели на Грюма.
— Аластор, что ты такое говоришь? Все не может быть так серьёзно... — сказал Бэгмен с расширенными от беспокойства глазами.
— Кубок очень старый и могущественный артефакт. Только могущественный волшебник или ведьма могли одурачить его, заставляя считать, что участвуют четыре, а не три школы. Таким образом, мистер Поттер был отобран от четвертой школы. Учитывая историю турнира и магический контракт это идеальный способ подвергнуть мистера Поттера опасностям Турнира.
— Ты многое знаешь об этом, — усмехнулся Каркаров. Грюм сфокусировал на нем и настоящий и искусственный глаз.
— Это моя работа, думать, что сделают тёмные маги, Каркаров. Это сослужило мне хорошую службу в рядах Авроров, уж ты-то должен знать...
— Аластор... — Дамблдор предостерегающе перебил Грюма. — Думаю пора дать Чемпионам их инструкции. Мистер Крауч?
Человек с седыми волосами, что стоял около мадам Максим шагнул вперёд. Он был одет в магловский костюм, и Гарри показалось, что даже дядя Вернон не признал бы в нем волшебника.
— Первое испытание пройдёт двадцать четвёртого ноября. Это испытание предназначено для проверки вашей смелости и смекалки перед лицом неизвестности. Вам не будет выдана информация о том, с чем вам придётся столкнуться, если у вас есть вопросы, то задавайте сейчас, — Крауч взглянул на Гарри, Флёр и Крама. Те промолчали и он удовлетворённо кивнул.
— Мистер Поттер, так как вы выбраны отдельно, то есть не от школы, у вас есть варианты: представлять Хогвартс или представлять только себя, — Гарри удивлённо посмотрел, не было никакой разницы что выбирать, уже и так понятно как на него будут реагировать. Он подумал о Седрике. Он был выбран как представитель Хогвартса. Он был настоящим Чемпионом, и у Гарри не было никаких оснований посягнуть на славу хаффлпаффца. Это должно быть справедливо.
Гарри поднял голову и встретился взглядом с Дамблдором. От лёгкой улыбки директора было ощущение, что он знает, что он выбрал.
— Я буду представлять себя, сэр.
— Тогда решено. Всем Удачи, — натянуто улыбнулся Крауч и вышел, провожаемый взглядами Снейпа, Грюма и МакГонагалл которую Гарри не заметил.
Дамблдор обернулся к ним, улыбаясь.
— Это был долгий вечер для всех нас. Советую как можно скорее лечь спать. Да, пока не забыл... Проверка палочек состоится на следующей неделе в среду. Отпроситесь с урока и придите на первый этаж в не использующийся класс в три часа, — Каркаров с Крамом первыми покинули комнату.
— Гарри, Седрик, уверен, вас сейчас ждут в ваших гостиных. Идите к своим товарищам, — сказал Дамблдор, перед тем как уйти.
Гарри подождал пока Дамблдор и Седрик не уйдут из комнаты, прежде чем обратиться к Флёр, избегая смотреть ей в глаза.
— Флёр? Могу я с тобой поговорить? — он услышал, что Флёр сказала мадам Максим что-то на французском и та ушла, улыбнувшись Гарри. Когда в комнате остались они одни её голос нарушил молчание.
— 'Арри? — он посмотрел на неё и снова отвёл взгляд. Он чувствовал себя виноватым перед ней.
— Флёр, я просто хотел извиниться. Я... — ему не удалось договорить. Он почувствовал её руку на своём лице, она заставила его посмотреть ей в глаза.
— Тебе не за что извиняться, 'Арри.
Гарри покачал головой.
— Ты не должна была говорить, что была со мной при всех, — пробормотал он, снова отводя взгляд. Он почувствовал, что его взяли за руки, слегка сжав.
— 'Арри, я не жалею о своих словах. Ты остался со мной, когда я в этом нуждалась и я благодарна что, такой как ты, является моим лучшим другом. Я не хочу, чтобы они думали, что ты специально участвуешь в Турнире. Даже если бы ты не был со мной, я бы в это не поверила, — он неуверенно посмотрел на неё и с облегчением увидел, что она улыбается. В её глазах не было и тени сомнений. Неосознанно он подумал, какая она хорошенькая и мысленно пнул себя.
Её улыбка вдруг пропала, и она потупилась, заставляя Гарри обеспокоенно на неё посмотреть.
— Что случилось? — спросил Гарри.
— Просто меня беспокоит то, что сказал тот человек. Зачем кто-то бросил твоё имя в Кубок, 'Арри? Что если он надеется навредить тебе? — она закусила губу. — Что если с тобой что-то случится на Турнире?
Гарри почувствовал смесь счастья и вину. Счастье из-за того, что она о нем беспокоится, что заставляло его сердце воспарить. А вина за то, что заставил её, беспокоится о нем.
— Ничего со мной не случится, Флёр? Если то, что он сказал правда, то я больше беспокоюсь что что-то случится с тобой или другими из-за меня, — она мягко ему улыбнулась и поцеловала в щеку. Он почувствовал, что краснеет и она рассмеялась над его выражением лица.
— Это одна из тех вещей, что мне нравится в тебе, 'Арри, — тихо прошептала она. Гарри ещё сильней покраснел и не мог ничего ответить, только улыбнулся. — Мы должны идти. Мадам Максим ждёт меня.
Гарри кивнул, они вышли из комнаты. Он увидел директрису Шармбатона и, к своему удивлению, Седрика, которые ждали их у выхода из Зала. Когда они дошли до них, то заметили, что держались за руки с того момента как это произошло в комнате.
— Bonne nuit, 'Арри, и вам, месье Ди''ори, — добавила Флёр, глядя на улыбающегося Седрика.
— Спокойной ночи, Флёр, мадам, — почтительно сказал Гарри мадам Максим, которая в ответ ему улыбнулась и, положив руку на плечо, увела с собой Флёр, начав по пути что-то обсуждать на французском.
Гарри с любопытством посмотрел на Седрика, тот покачал головой и показал на лестницу. Поднявшись на один пролёт, Седрик остановился и повернулся к нему.
— Гарри, почему ты решил не представлять Хогвартс?
Гарри вздохнул.
— Ты тот, кого избрали чемпионом Хогвартса, а меня даже не должно было там быть. Теперь я больше беспокоюсь о том, чтобы уцелеть, чем о конкуренции. Хогвартс заслуживает настоящего чемпиона. Не кого-то несовершеннолетнего и неопытного.
Седрик тепло ему улыбнулся.
— Тем не менее, думаю было бы лучше, если нас было бы двое. Не думаю, что ты будешь плох на Турнире. Думаю, ты сможешь заставить нас понервничать. Вещи, которые, как я слышал, ты сделал за последние несколько лет... ну... — он замолчал под улыбкой Гарри. Они продолжили двигаться по лестнице. Тут Седрик рассмеялся. Посмотрев на него, Гарри увидел озорной блеск в его глазах.
— Получается, ты и Флёр, а? — хитро сказал он. Гарри покраснел и порадовался, что темнота скрывает это.
— Мы просто друзья, — пробормотал он, но сам понял, как слабо это звучало. За такое короткое время она стала близка ему, он доверял ей больше чем кому-либо.
— Конечно, — с сарказмом сказал Седрик. — Она же тебе нравится? Хотя даже идиоту ясно, что да, — он рассмеялся над выражением Гарри. — Не волнуйся, я не буду никому рассказывать. Особенно то, где вы были... прошлой ночью, — поддразнил он.
— Седрик... — прорычал Гарри.
— Успокойся. Но все же, тебе чертовски повезло! — вздохнул Седрик. — Только не говори Чо, что я сказал! — поспешно сказал он.
Гарри, которому этот разговор был некомфортен, улыбнулся.
— Чо? Чо Чанг с Рейвенкло? Я её знаю, она ловец их факультета, да?
— Да, — ответил он. Гарри на третьем курсе был влюблён в эту азиатку. Но после этого лета, она уже не вызывала в нем чувств, и на новость о ней и Седрике Поттер спокойно отреагировал.
Они дошли до четвёртого этажа. Седрик остановился, сказав, что ему надо идти в свою гостиную Гарри с любопытством посмотрел в коридор, не в первый раз спрашивая себя, где вход в общежитие Хаффлпаффа. Он знал только своё и Слизерина. Пожелав тому спокойной ночи, Гарри медленно отправился в сторону Башни Гриффиндора.
Он чувствовал, что опасение нарастает в нем при каждом шаге в сторону портрета Полной Дамы. Он знал, что многие хотели участвовать и то, что он, не смотря на несовершеннолетие, будет участвовать, как минимум вызовет зависть.
Он вздохнул, добравшись до седьмого этажа. Он не собирался быть тем, кем не является. Он был жертвой тёмных шепотков раньше, особенно на втором курсе, тогда многие думали, что это он нападает на маглорожденных. Кроме того, этот год не задался с самого начала. После ссоры с Роном и Гермионой и его сосредоточением на учёбе он сильно отдалился от всех. Единственное что скрашивало его жизнь это встречи с Сириусом и Люпином и то, что он проводит свободное время с Флёр и её друзьями.
— Итак, чемпион школы? — с гордостью спросила Полная Дама, когда он назвал ей пароль. — Пароль сменился... Вздор, — она резко открылась. Чьи-то руки втащили его, и его встретила ликующая толпа во главе с близнецами.
— Как ты это сделал, Гарри? — хором спросили они, пока остальные говорили что-то непонятное.
— И не получил бороду! Крут! — крикнул Фред.
Гарри открыл было рот, чтобы ответить, но закрыл его, покачав головой. В этом шуме его не услышат. Вдруг Фред перекричал шум.
— Тихо! Пусть скажет, — Гарри посмотрел на Фреда с раздражением. Все что он хотел это уйти отсюда и пойти спать. Когда все успокоились и уставились на него, он заговорил.
— Я не кидал своё имя, — он знал, что они не поверят ему, но попробовать стоило. Некоторые недоверчиво зашумели как он и ожидал. А вот что он не ожидал так это ехидный голос.
— Да? И мы должны в это поверить? Ты, наверное, кинул своё имя, думая, что можешь пройти Турнир лучше, чем другие. А сейчас ты просто пытаешься запутать всех для своих планов! — глаза Гарри сузились, он узнал голос Рона. Но вот самого Рона в толпе не было видно.
Наконец Гарри нашёл его и уставился холодным взором, заговорив.
— Меня не волнует, веришь ты или нет. Я не знаю, почему моё имя вылетело из Кубка. Седрик — чемпион Хогвартса и он единственный. Я не являюсь чемпионом от какой-либо школы, так что не надо беспокоиться, что я пытаюсь вас запутать. Дамблдор и остальные знают, почему мне придётся участвовать и этого мне достаточно. Я не буду тратить время, убеждая каждого.
После его слов последовало долгое молчание. Никто не решался заговорить, даже Рон.
— Гарри, многие из нас верят, что ты не делал этого, — сказал Джордж и многие гриффиндорцы кивнули, пробормотав согласие.
— Исключая некоторых из нас. Мы не думаем, что ты провалишь испытания, — сказала Кэти, бросив пронзительный взгляд на Рона.
— Да! Мы просто рады, что кто-то из нас будет участвовать! Задай им жару, Гарри! — громко сказал Фред, разрушая возникшее напряжение. Многие рассмеялись. Гарри с облегчением подумал, что есть люди, на которых он мог рассчитывать. Однако он заметил, что есть немало людей, в основном его однокурсников, кроме Гермионы и Невилла, которые гневно смотрели на него. Гарри, игнорируя их всех, выбрался из толпы, сказав, что ему надо поспать и пробрался в пустую спальню.
Он снял ленту и грустно вздохнул, ложась на кровать.
Почему все это случается с ним? Слова Грюма увеличили его тревогу. Дамблдор предлагающий ему тренироваться, видение про Волдеморта и Петтигрю перед Чемпионатом в сочетании с Пожирателями Смерти на этом же самом Чемпионате, теперь то, что его имя вылетело из Кубка. Все это казалось взаимосвязанным, и собирались в его голове как пазлы.
Как Сириус и Люпин воспримут эту новость? Если уже не услышали про это. Они и так работали до изнеможения, пытаясь заставить Гарри преодолеть его предел. Не то чтобы он жаловался, но это было трудно совместить с учёбой. Теперь, с добавлением Турнира, он даже не знает, как будет готовиться.
Он опустил свои слабые барьеры окклюменции впервые за день и подавил стон, взрыв эмоций чуть не накрыл его. Ему нужно узнать, как лучше всего контролировать свои эмоции и мысли. У него было подозрение, что ближайшие дни заставят его сильно потрудиться в их контроле.
Он встал и переоделся в пижаму. Он слишком устал, чтобы даже подумать о возвращении в гостиную. Однако прежде чем лечь он установил несколько защитных заклинаний вокруг кровати. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Он снял очки и положил их на тумбочку, слегка опасаясь засыпать. Ему удалось заблокировать большую часть видений, но некоторые все же ещё появлялись, нервируя его. В них он видел частое переключение между размытой темной фигурой и деформированным телом с горящими красными глазами. После такого он просыпался тяжело дыша.
Не в состоянии бороться с сонливостью, он закрыл глаза, сдаваясь на волю сновидениям.
***
На следующий день Гарри завтракал в компании Орели и Каролин. Обе они волновались о нем и заверили, что помогут если смогут. Флёр все ещё спала, у неё не было утром урока. Вскоре попрощавшись с французскими ведьмами, Гарри поспешно пошёл на Руны, игнорируя взгляды и шепотки. Он пришёл за несколько минут до начала и вместе с другими учениками встал около закрытого класса. — Гарри! — обернувшись, он увидел подошедшую Дафну. — Доброе утро, — улыбнулся он ей. — Ну? Разве ты не расскажешь мне, как стал Чемпионом? — подняла она бровь. Её тон был не обвинительным, а любопытствующим. Гарри смотрел на неё пару секунд. — Я сам не знаю — сказал Гарри правду. Она посмотрела на него и улыбнулась. — Почему ты такой? Я хочу, чтобы ты стал труднее читаем, — сказала она с длинным, поддельным вздохом. — Что? — Ты говоришь правду, — она выглядела почти разочарованной. Он посмотрел на неё в замешательстве. — И это плохо потому что..? — Это не весело, — Гарри улыбнулся ей. Это было их своеобразной шуткой, с тех пор как они начали общаться на втором курсе. Она находила забавным тот факт, что она может читать Гарри как открытую книгу и не теряла возможности напоминать ему об этом. Их разговор был прерван профессором Баблинг и Гермионой, идущей почти сразу за ней. Гарри отвернулся от Гермионы, когда та нашла его взглядом. Он чувствовал, что она хочет поговорить с ним, но не давал ей шанса. Он пока не мог простить её. Урок был очень интересным. Гарри, к радости профессора, уже догнал класс. Они начали изучение рун, которые напитавшиеся магией могут изменить или добавить определённые свойства. Гарри было интересно услышать, что такие руны используются на мячах в квиддиче. На квоффл, к примеру, наносились руны не разрушаемости и руны, которые замедляют его падение, если охотники выронят его. После Рун Гарри смиренно спустился в подземелье, в компании Дафны и Трейси. Как только они дошли до кабинета, раздался знакомый протяжный голос: — Народ, как думаете, долго ли он продержится на первой задаче, прежде чем обмочится или умрёт? Я, конечно, предпочитаю второй вариант, но и первый неплох. Крэбб, Гойл и ещё несколько слизеринцев засмеялись. Гарри проигнорировал их, впившись ногтями в ладони. Он ещё никогда не был так рад приходу Снейпа, ведь тот прервал остальные высказывания Малфоя. Снейп был сегодня в очень плохом настроении, он даже сказал Малфою, чтобы тот молчал. Гарри улыбнулся, увидев, как Малфой замолк с выражением полного шока. Гарри заинтересовало, что такое случилось, что довело Снейпа до такого, что он придирается к своему любимому ученику, и он решил опустить голову вниз и не смотреть на Снейпа в течение урока, чтобы не провоцировать того. Бедный Невилл, сегодня он почувствовал полную силу характера Снейпа и был явно доведён до слез, к большой радости слизеринцев. Гарри был счастлив, когда смог выбраться из класса зельеварения. Он радостно вздохнул и отправился в Большой Зал, радуясь, что у него будет свободное время перед уроком ЗОТИ. Он заметил Флёр и остальных, которые сидели поодаль от гриффиндорцев, и скользнул на своё место рядом с Флёр. Она ярко улыбнулась, а он улыбнулся в ответ, игнорируя тягость на душе. — Вижу, ты наконец проснулась, — спросил Гарри с озорным блеском в глазах, заставляя Флёр надуть губы. — Если бы я её не разбудила час назад, она бы проспала весь день — с усмешкой заметила Каролин. — Это не так! — Гарри рассмеялся на её такое серьёзное лицо. Вскоре к его смеху подсоединились остальные, и этот час они провели весело общаясь. После обеда студенты Шармбатона отправились на уроки, а Гарри оставалось ещё два часа до последнего урока на сегодня. Решив не идти в гостиную, где наверняка столкнётся с Роном и остальными, он пошёл в совятню навестить Хедвиг. Белоснежная сова перелетела к нему на плечо, как только он зашёл, и до крови укусила его за ухо. — Ой! Думаю, я заслужил. Прости, что не навещал, девочка, — сова ласково потёрлась о его щеку и закрыла глаза, все ещё оставаясь на его плече. Гарри подошёл к большому окну и посмотрел на территорию. Посмотрев на стадион для квиддича, он грустно улыбнулся. Насколько было бы проще, если бы не было Турнира. Он бы тренировался, а на следующей неделе у них должна была бы быть первая игра. Он улыбнулся, вспоминая время, проведённое с Флёр и остальными. С ними было весело. За такое короткое время они стали ему ближе, чем Рон и Гермиона. Кроме Флёр, ближе всех к нему была Орели. Он улыбнулся, вспоминая как проговорился, что её голубые волосы делали её красивой. Она была опечаленная, ведь многие из девушек Хогвартса убеждали, что она крашенная. Он не знал, что заставило его это сказать, но это подняло ей настроение и развеселило остальных. Он уже боялся конца года. Даже не смотря на Турнир, ведь в конце года они уедут, и кто знает, когда они снова встретятся. Хоть он в этом никогда не признается, но он боялся, что останется один в течение следующих нескольких лет в Хогвартсе. Естественно если он переживёт этот год. — Гарри? — раздался голос сзади, вырывая его из размышлений. Узнав этот голос, он раздражённо вздохнул и, обернувшись, холодно уставился на Гермиону. Она выглядела взволнованной. — Что с твоим ухом? Он уже забыл про боль в ухе и поморщился. — Слишком долго не навещал Хедвиг, — он увидел, что та достала палочку и шагнула к нему, подняв руку. — Не надо. Она посмотрела обиженно и сделала шаг назад. Через несколько секунд Хедвиг с мягким вскриком взлетела с его плеча и вернулась на жёрдочку к другим совам. Гарри решил пройти мимо Гермионы, но та перегородила ему дорогу. — Гарри, пожалуйста. Мне нужно с тобой поговорить, — её тон был умоляющим. Гарри посмотрел на неё, подняв бровь. — Мне не о чем с тобой говорить. — Прости, Гарри! За всё! Я неправильно мыслила. Я просто утешила Джинни и немного завидовала, что... — её прервал смех Гарри. — Никогда не думал, что ты такая мелочная, Гермиона. После всего этого стало видно, что никто из вас не повзрослел с первого курса. Ты волновалось о таком банальном, как то, кто будет лучшим в классе? Ты думаешь, что я делаю задания лучше, чтобы всем показать себя? Доказать, что я лучше многих? — Гарри, знаю, я была не права и то, что я сказала глупо, но... — пыталась она запротестовать, но снова была прервана Гарри. — А что, черт возьми, ты сказала о том, что утешала Джинни? — Она сказала, что ты купил ожерелье для девушки, с которой встречался на Чемпионате Мира. Она была очень расстроена, ведь она влюблена в тебя ещё до Хогвартса, Гарри. Просто видеть тебя и эту девушку ей больно... — сказала она, и Гарри почувствовал гнев. — И что? Она думает, что я её предал? — язвительно спросил Гарри. — То с кем я провожу время и с кем я общаюсь — не её дело. И не твоё. Флёр намного лучший друг, чем любой из вас. Поскольку ты так хочешь утешить Джинни, скажи ей, что я не полюблю её в любом случае. Я всегда смотрел на неё как на сестру. — Я была не права, Гарри, мне очень жаль. Я беспокоюсь о тебе. Ты никогда не появляешься в гостиной к ночи и выглядишь больным. Я знаю, ты не бросал своё имя в Кубок. Я хочу помочь тебе. — Рад, что ты мне веришь, — яд сочился из его голоса. Он не знал, что сделало его таким злым, у него была головная боль, и он заметил, что его барьеры окклюменции упали. Он некоторое время восстанавливал их. Успокоившись, он снова посмотрел на Гермиону. — Мне не нужна твоя помощь. Я принимаю твои извинения, но это все. И прекрати донимать меня, когда оказываешься рядом. Она была в слезах, и Гарри почувствовал лёгкий укол вины. — Гарри, а мы не можем стать как раньше? Я скучаю по тебе. — Не знаю. Ты и Рон были единственными людьми, кроме Сириуса, которым я доверял, и я не хочу повторения, — Гарри прошёл мимо неё и остановился у двери. — Может, когда вы с Роном подрастёте, и увидите, что происходит на самом деле... Но даже тогда не думаю, что смогу общаться с вами как раньше. Гарри оставил её там, а сам, спустившись вниз, зашёл в один из туалетов. Убрав кровь и наложив лёгкое исцеляющее, чтобы рана на ухе зажила, он поспешил на урок Грюма. Успел он за несколько минут до начала урока. Заметив Невилла, который сидел, он подошёл к нему. — Эй, Невилл, все в порядке? — Гарри чувствовал себя немного виноватым, не проверив Невилла после зелий. Круглолицый мальчик слегка ему улыбнулся. — Я в порядке. Снейп сегодня был в действительно плохом настроении. — Да... Ах, да, Грюм на последнем занятии попросил тебя остаться, что было? — с любопытством спросил Гарри. Невилл вдруг улыбнулся и с редкой для него гордостью в голосе сказал. — О, профессор Грюм дам мне несколько книг по Травологии, он подумал, что они меня заинтересуют. Профессор Спраут сказала ему, что я хорош в этом и оказалось, что он тоже заинтересован в Травологии, — Гарри улыбнулся, Грюм хорошо поступил. Невилл редко получает признание от учителей. Грюм зашёл в класс, его деревянная нога стучала по полу, и Гарри занял своё место за Невиллом. — ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! — вдруг заревел Грюм и рассмеялся тому, как многие подскочили. Гарри усмехнулся про себя, профессор всегда так делал в течение урока. Он так часто это делает, что Гарри удивился, почему многие так и не привыкли к этому. После трёх или четырёх уроков Гарри научился предсказывать, когда заорёт Грюм и был к этому готов, когда тот заорал несколько недель назад. Тот это заметил и наградил его двадцатью баллами. — Хорошо. Открываем главу семь и читаем первые две страницы. После сделайте конспект. На следующем уроке или на этом, если будет время, устроим практическое занятие. Ну? Начали! — зарычал Грюм, и они открыли книги, разочаровано ворча. После урока Гарри спустился вниз, гадая, чем бы заняться следующие несколько часов до ужина. Он не знал когда у Флёр и остальных закончатся уроки и вышел на улицу, пойдя к своему любимому месту у озера. К его удивлению там уже была Флёр, она сидела, прислонившись спиной к дереву. Когда он подошёл, она подняла голову и улыбнулась ему, присаживаясь рядом, он улыбнулся в ответ. — Ты уже все? — спросил он. — Oui, а у остальных ещё уроки. Не люблю нумерологию, — с содроганием сказала она. — Это то, что с всякими цифрами и прочее? — она рассмеялась. — Да, 'Арри, это с цифрами. Комфортная тишина повисла над ними, и через несколько минут Гарри почувствовал, что она прислонилась к нему. Его сердце забилось чаще. Закрыв глаза, он вдохнул её цветочный аромат, желая, чтобы это продолжалось вечно. Хотя это возвратило его к мысли, что она уедет в конце года. Теперь он понимал, что любит её, но не знал, как признаться ей в этом. Он не хотел терять то, что уже имел. — Что тебя беспокоит? — спросила Флёр. Гарри повернулся и увидел её ярко-голубые глаза. — Ничего серьёзного, — пробормотал он. Она покачала головой. — Ну же, 'Арри, не ври. Я вижу, что что-то беспокоит, — Гарри вздохнул и слабо ей улыбнулся. — Неужели меня так просто прочитать? — Иногда, — весело сказала она. Она вопросительно посмотрела на него, показывая, что не отстанет, пока тот не расскажет. — Да ничего. Просто думаю, как все повернётся. — Что ты иметь в виду? — тихо спросила она. Гарри на мгновение задумался, думая как ей лучше объяснить. — Я сегодня встретился с Гермионой, — Флёр кивнула, поощряя его говорить. Её губы сложились в тонкую полоску, она очень злилась на Рона и Гермиону за то, что случилось. — Она извинилась передо мной и... Честно говоря, я думал, что когда они поймут то, что сделали и извинятся, я с радостью их приму и будет все как раньше, но... Я не могу этого сделать. Я понял, что больше не смогу им доверять. — 'Арри, все в порядке если ты не видишь их около себя после того что произошло, — её тон был нежным. — Не это меня беспокоит, Флёр... Просто, нет других людей, с кем мне нравится быть кроме тебя и остальных, — она удивлённо посмотрела на него и он слегка покраснел. — Фред, Джордж, Анджелина, Алисия и Кэти. Они единственные, кто по крайней мере нормально со мной общается. Все остальные, ну... они не относятся ко мне как к обычному человеку и их отношение всегда меняется. С этим Турниром и всем остальным это очень заметно. В конце года вы уедете, и даже с другими будет не так хорошо... Он почувствовал тяжесть на плече, посмотрев, он увидел, что голова Флёр покоится на его плече. — 'Арри, ты не так одинок. Да, больно думать, что мы не сможем видеться после этого года, как это делаем сейчас, но мы же останемся друзьями. Мне не нравится, что тебе придётся проводить лето с теми ужасными маглами. Может, ты приедешь к нам летом? Maman и papa были бы рады, а Габриэль просто обожает тебя. Они задавали о тебе много вопросов. Papa был в ярости от того, что тебя заставляют участвовать, хотя очевидно что ты не вступал в Турнир самостоятельно. Гарри ободрился и мягко сжал её руку, которая была в его ладони, хотя он даже не помнил, когда они успели взяться за руки. — Спасибо, — тихо сказал он, смотря на неё. У него перехватило дыхание, когда он увидел её пристальный взгляд. Он понял, что их лица находятся всего в паре дюймов друг от друга, и он был не в силах оторвать взгляд от её глаз. Глаза её красиво сияли, и он бессознательно приблизился к ней, также как и она к нему. Её глаза прикрылись, поскольку они были очень близко, и в этот момент голос разорвал тишину. — Флёр? Ты здесь? — это была Эми и они тут же отвернулись друг от друга, отчаянно краснея. Гарри мысленно застонал, о чем он думал? Он ведь почти поцеловал её! Не в силах посмотреть Флёр в глаза, он отвернулся. Через пару мгновений к ним подошли Эми, Каролин и Орели. — А вот где ты! И Гарри! Ты когда сюда пришёл? — спросила Каролин, не заметив их краснеющие лица. — Недавно, — пробормотал Гарри. — Мы проголодались, идём! — позвала их Эми, Гарри кивнул и встал. Поколебавшись с секунду, он протянул руку Флёр и с облегчением выдохнул, когда она её приняла, позволяя ему помочь ей встать. Остальные уже направились в сторону замка, но Гарри переминался с ноги на ногу, смотрел в землю. — Эм, Флёр... прости, я... — он не знал что сказать. Он почувствовал её руку на подбородке, она подняла его лицо, чтобы он смотрел ей в глаза. С огромным облегчением распространившемся в его сердце, он увидел, что она застенчиво ему улыбнулась, немного покраснев, что делало её красивей, чем обычно. — За что? — прошептала она, и прежде чем он понял, наклонилась к нему и быстро поцеловала его в губы. Когда она отстранилась, он застыл с начисто выключенным мозгом. Она рассмеялась на его выражением лица и потянула за собой за руку. Остальные обернулись на её смех. — Что там с вами случилось? — спросила Орели. Увидев выражение Гарри, она улыбнулась. — Что случилось с 'Арри? — Ничего! — Гарри вздрогнул от того как высоко прозвучал его голос и не смог не присоединится к смеху остальных. Они все отправились в замок. Флёр все ещё держала его за руку и не отпустила его даже когда они вошли в Большой Зал. Только когда они расселись, она отпустила его ладонь. Гарри не дали время подумать, вскоре к ним присоединились Фред, Джордж и охотницы и вскоре подошло время идти на встречу с Сириусом и Люпином в выручай-комнату. Он поспешно встал, пожелав всем спокойной ночи, на мгновение, задержав взгляд на Флёр. Не в силах сказать ей что-нибудь при окружающих, он улыбнулся ей и ушёл. Выйдя из Зала, он глубоко вздохнул, давая мозгу все осознать. Это осознание заставило его расплыться в широкой улыбке и широкими шагами, перепрыгивая ступеньки отправиться наверх. — Гарри! — воскликнул его крестный и зажал в костедробящих объятиях, как только он зашёл в Комнату. Он удивлённо посмотрел на Сириуса и Люпина пока не понял, что они возможно уже узнали о Турнире от Дамблдора. — Думаю, вы уже знаете, что мне придётся участвовать в Турнире? — спросил Гарри, когда они уселись около камина. Люпин кивнул. Он выглядел ещё более потрёпанно, чем обычно, Гарри заинтересовался, может скоро полнолуние. — Я не могу поверить, что они заставляют тебя участвовать! Ведь ясно, у кого-то есть планы на тебя, но они позволяют это! — зарычал Сириус. — Я ожидал большего от Дамблдора! — Это очень плохая новость! — серьёзно сказал Люпин. — А что мне делать? Остаётся только делать то, что они подготовят, — тихо сказал Гарри. Сириус вскочил и стал ходить из угла в угол. Таким взволнованным Гарри его ещё не видел, даже тогда когда они начали поединки, и он допускал ошибки. — Этот Турнир был отменен из-за смертей! Я понятия не имею, почему его возродили и насколько безопасным он будет. Единственное, что я знаю так это то, что все три задания будут чрезвычайно опасны и хватит одной ошибки или кого-то настроенного против тебя, и ты умрёшь. Будь я проклят, если с тобой что-нибудь случится, — голос Сириуса был жёстким. — Успокойся Сириус. Мы с уверенностью можем сказать, что Гарри многому научился и сможет противопоставить что-либо всем задачам, которые будут, — с гордостью сказал Люпин. — Знаю, знаю, просто... Все выходит из-под контроля. Видения Гарри, просьба Дамблдора потренировать его... — вздохнул Сириус, присаживаясь и проводя рукой по волосам. — Они никак не намекнули на первое задание? — спросил Люпин. — Нет, мы не будем ничего знать, пока не столкнёмся с этим. — Можешь быть уверен, другие узнают раньше, так или иначе. Обман всегда был основой этого Турнира. Знаю только что Департамент, что организовал его, имел множество переговоров с Румынией, — задумчиво сказал Люпин. Румыния... Почему так знакомо это звучит? — Ну, думаю все, что нам остаётся это продолжать наши уроки, пока не получим намёк, — сказал Сириус. Тут он расплылся в ухмылке, а в его глазах загорелся огонёк. — Гарри, как это было? Провести всю ночь с вейлой? Ты даже заставляешь меня завидовать, Сохатик. Быть так близко к вейле это мечта любого мужчины, а ты сделал это в четырнадцать лет... Я так горжусь тобой. — ЧТО?! Что за чертовщину ты придумал! — закричал Гарри, не замечая, как покраснел. Люпин и Сириус рассмеялись, держась за живот. — Я ничего не делал с Флёр той ночью! Ей было больно, и я остался, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. Я просто... заснул. Они уже не смеялись, они были в истерике. Через пять минут Сириус начал вытирать слезы смеха, а Люпин иногда бесконтрольно похихикивал. — Гарри я знаю одного человека который сказал то же самое после того как они с Лили провели ночь на седьмом курсе. Его слова были точно такими же. Это жутко. Гарри усмехнулся. Вскоре после того как они успокоились Гарри и Сириус заняли свои места. Когда начался поединок, Гарри начал внимательно следить за Сириусом. Тот всегда начинал первым, но по мере прогрессирования Гарри, тот становился все осторожнее. Поэтому, когда Сириус бросил в него заклинание, Гарри с готовностью отклонился. Не давая ему опомниться, Сириус бросил в него заклинание молчания и потом ещё одно. Гарри изо всех сил подумал «Protego!» и заклинание Сириуса со звоном врезалось в щит. Гарри навёл палочку на книжные полки рядом с Сириусом. «Fero!». Книги вырвались с полки, и Сириус поспешно отскочил с их пути. Гарри усмехнулся. «Incendio», — подумал он, и книги загорелись. Сириус зарычал и быстро послал в него три заклинания, прежде чем отбежать от пламени. От первого он нырнул, от второго отклонился, а от третьего поставил щит и, не теряя времени, кинул в смутный силуэт Сириуса связку из «Contego Talea!» и оглушающего. Глаза Сириуса расширились, когда он увидел, что его щит разрушился. Но он не был бы чемпионом Хогвартса по дуэлям, если бы не среагировал, он кинул навстречу ступефаю своё оглушающее и заклинания, столкнувшись, взорвались яркими искрами. Сириус кинул «Incarcerous» и глухой звук объявил, что Гарри не смог его сблокировать. Гарри застонал, когда Сириус подошёл к нему и пробормотал контрзаклятие, освобождая его от возникших верёвок. Приняв протянутую руку, Гарри поднялся. — Это было поразительно, Гарри, — улыбнулся Сириус. — Я бы сказал, что тебе только не хватает опыта. Ну и больший арсенал заклинаний не помешал бы. Но ты точно намного более талантливый, чем я или Джеймс в твоём возрасте. — Но я опять проиграл! — сказал Гарри. — Гарри, ты все равно был хорош. Просто у Сириуса больше опыта и практики. Если бы он бросил своё заклинание хотя бы на секунду позже победителем несомненно был бы ты, — сказал Люпин с довольным выражением лица. — Теперь я могу показать тебе другой материал. Думаю, этого нет в книгах, которые я тебе послал, хотя может быть встречается в Запретной Секции. Я поговорю с Дамблдором, и он выдаст тебе разрешение на эти книги, чтобы ты мог детальней узнать эти заклинания. Но сейчас слушай внимательно. Гарри с любопытством посмотрел на Сириуса и кивнул. В середине комнаты появился стол с тремя стульями, и они уселись за него. — Итак, Гарри, думаю, ты понимаешь, что можешь изменить своё заклинание? Сделать его сильнее или слабее. Твоё заклинание было сильным, иначе не разрушило бы мой щит, я использовал один из сильнейших щитов, ты молодец. Гарри смущённо улыбнулся от похвалы. — Теперь, что ты должен знать: мы гораздо больше можем контролировать свои заклинания. Мы можем менять их в зависимости от потребности, но многие волшебники не знают этого, и просто их используют... Но мы можем менять форму и даже менять эффекты. К примеру возьмём Круциатус, что тот ублюдок использовал на тебе. Если бы на тебя воздействовали дольше, то рана стала бы глубже до крови. Волдеморт никогда не использовал эту форму, хотя её действие было бы более ужасным. Просто он не хотел, чтобы его жертвы теряли сознание от потери крови. Гарри вздрогнул, почувствовав фантомную боль. Глаза Сириуса выражали холодную ярость, и он прикрыл глаза успокаиваясь. Через пару мгновений он открыл их: — Давай попробуем что-нибудь другое... к примеру чары Патронуса. Его можно использовать для передачи сообщений или как временного фамильяра. Получается, что каждое заклинание может быть модифицировано. Смотри. Сириус встал и поднял палочку, пробормотав: «Stupefy». Гарри в изумлении смотрел на красный свет, появившийся на кончике палочки. Он неуклонно рос и вскоре стал размером с бладжер, светящийся красным и балансирующим на палочке. Сириус взял палочку, будто он держит факел, и Гарри изумлённо ахнул, увидев, что шар начал мерцать как пламя. — Это невероятно! — воскликнул Гарри, а Сириус и Люпин улыбнулись его реакции. — Это не все, — Сириус взмахнул палочкой и шар исчез. Снова пробормотав: «Stupefy», он опять создал светящийся шар. Только на этот раз шар крутился вокруг него. Сириус указал палочкой на центр комнаты, и шар проплыл туда. — Dispergam, — шар взорвался, и многочисленные лучи разлетелись как пули. Они обстреляли всю комнату. Гарри даже нырнул под стол, но, как оказалось, они не летели в их сторону. — Ты можешь контролировать все. Включая направление, — ухмыльнулся Сириус. — Контролируя, ты можешь сделать заклинание на площадь или наоборот целенаправленное уничтожающе все на своём пути да, черт возьми, можно встроить его в стену, чтобы оно действовало на любого, кто её коснётся! Конечно, это будет более энергозатратно, но возможно! Короче говоря, все ограничивается твоей фантазией, естественно подчиняясь магическим правилам и подобным скучным подробностям. До сих пор меня ничто не ограничивало в изменении заклинаний, так что думаю это не важно. — У тебя с треском провалилась попытка совместить копию девушки, в которую ты был влюблён и чары массажа, — иронично сказал Люпин. Гарри с интересом посмотрел на него, пока Сириус глотал воздух. — Что он сделал? Люпин рассмеялся, игнорируя убийственные взгляды Сириуса. — Не спрашивай меня зачем, но Сириус хотел сделать человеческую форму Андрии Велин из чар массажа. Видимо он думал, что человеческая форма будет делать ему массаж. — И что случилось? — сдерживая смех, спросил Гарри. — О, он это создал, но массаж был... болезненным. Как Круциатус наложенный на себя. Представь себе такую ситуацию, когда ты с твоё... — Луни! — залаял Сириус, но было поздно. И Гарри и Люпин, к неудовольствию Сириуса, уже хохотали. — Хорошо, Гарри, тебе уже надо идти, — сказал Люпин, вставая. — Почему? Я хотел бы попрактиковаться в этом! — возмутился Гарри. — Нет, не сегодня. Уже поздно, — строго сказал Люпин. Сириус и Люпин ушли, пожелав Гарри спокойной ночи, и он отправился в башню Гриффиндора. Как только он дошёл, его мысли вернулись к Флёр. Он не мог поверить, что она его поцеловала, и задавался вопросом, не сон ли это. Он вошёл в гостиную, пробормотав пароль Полной Даме. Не замечая, что происходит вокруг, он поднялся в комнату и, не потрудившись раздеться, свалился на кровать. Он улыбнулся, наконец, убедив себя, что все это было реальностью, и провалился в сон. Ни один из кошмаров не донимал его. Вместо них он видел серебряноволосую ведьму.***
Флёр была счастлива, больше чем когда-либо. Она не знала, что заставило её это сделать, но была рада, что сделала это. От этого просто свалился камень с плеч, похоронив под собой все сомнения. Она не сомневалась, что Гарри понравилось то, что она сделала. Даже без постоянных комментариев Эми, Каролин и Орели, она видела, что Гарри как-то тянет к ней. Она счастливо улыбнулась, глядя в потолок. Кулон на её ожерелье ярко светился и был тёплым на ощупь. Сжав его в руке, она повернулась на бок и закрыла глаза. Её мысли крутились вокруг него, Гарри.***
Дни до проверки палочек пролетели быстро. К огорчению Гарри, Сириус пока не стал его учить изменять заклинания, сказав, что это будет на следующей неделе и отправил Гарри изучать окклюменцию с Люпином. Эти занятия вновь пробудили головные боли, и Гарри вновь провёл пару ночей на берегу озера, практикуясь. Остальные были удивлены, как Гарри стал общаться с Флёр. Никто не заметил, как ближе они стали всего за одну ночь. Они никому не говорили, но когда они были вместе, то вскоре они уже держались за руки. Гарри иногда чувствовал понимающие улыбки от остальных, показывающие, что те догадались, что что-то изменилось между ними, но никак не могли это подтвердить... впрочем, как и опровергнуть. Они не говорили друг с другом о том, что произошло. Гарри не возражал, он не чувствовал в этом необходимости и наслаждался мелкими изменениями между ним и Флёр. Также он не хотел давить на Флёр, разрушая то, что есть. Кроме того, приближалось время первой задачи, и он не хотел отвлекать её. Он не знал, но такие же мысли были в голове у Флёр. Хотя она уже решила, что после первого задания будет идеальное время, чтобы все переросло в нечто большее. Тем не менее, они проводили друг с другом гораздо больше времени, чем с другими. Они сидели на берегу озера или в библиотеке и говорили обо всем, что придёт в голову. Вскоре Гарри доверил ей больше, чем доверил Рону и Гермионе. Он рассказал о Дурслях, о своём первом курсе и остальном. Она сильно огорчалась от того, что слышала и даже пару раз у неё появлялись слезы, заставляя его чувствовать себя виноватым, что заставил её плакать. Её печаль иногда перерастала в гнев и Гарри поклялся себе не вызывать гнев вейлы. Никогда. От неё исходил сильный жар, и, казалось, что на мгновение на её коже появлялись перья. Она в ответ рассказала о своей жизни в Шармбатоне и до него. Он смеялся, слушая историю, как она познакомилась с Орели, но все остальное в её жизни кроме родителей, друзей и Габриэль заставляло его кипеть от гнева. С девяти лет, когда пробудились её силы вейлы, её жизнь была похожа на жизнь Гарри. Отдельно от других, в одиночку. Гарри узнал — то, что хотели сделать мужчины на Чемпионате Мира, было не в первый раз. На её четвёртом курсе несколько парней загнали её в угол, это был первый, и последний раз, когда она использовала «другую форму», как она называла её, для собственной защиты. На этом моменте Флёр затрясло, и Гарри увидел, как сильно по ней ударило это происшествие. Он притянул её к себе, и она уткнулась ему в грудь, так они просидели пару часов, просто наслаждаясь друг другом. Он решил, что если кто-нибудь ещё тронет девушку, что сейчас в его руках, то они будут страдать долго и мучительно.
