НОН КАНОООООООН Расколотые небеса - Никто из ниоткуда

В первую очередь нужно место, куда можно вернуться. Где можно переночевать, где можно зализать раны. Место укромное и защищённое, где можно будет лежать без памяти с декаду и ничто тебя не потревожит, успевай только подъедать собственные запасы. Перевалочный пункт. Убежище. Или дом. Мой дом, оставленный где-то далеко отсюда, на эту роль разумеется не годился, как и то пристанище, что я нашёл на дереве этой ночью. Утром меня приятно порадовало, что я проснулся целым, невредимым, всё ещё свободным и даже непотревоженным. Истинное счастье так просыпаться, хотя бы день через день. Щебечут в кронах птицы, солнце светит, прогревая всё своими лучами и напитывая жизнью. Утренняя влага ещё не разошлась и по листьям так и скатываются капельки влаги. Рана на груди почти заросла и засохла, перестав болеть и оставив после себя небольшой порез на коже. Плоть наша хорошо стягивается вместе во время отдыха. Всё утро я провёл в поисках завтрака (кои нашёлся под корнями дерева, в виде кладки змеиных яиц, больших и сытных.), хорошего плана действий и достойного оружия, которое могло бы помочь моему замыслу. Наш народ использует в качестве оружия все длинно древковые колющие образцы, вроде копий и пилумов, заканчивая рубящими, как топоры. Кто-то использует длинные древковые оружия с двумя лезвиями на разных концах. Такое странное оружие зовётся глефой и им пользуются только дворцовые Хранители. Говорят, оно вполне может совладать с целой толпой неприятелей и воин умеющий с ним обращаться, очень опасен. Обыкновенно оружие так же используется своё, на своего противника. Топорами рубятся во время дуэлей и иных боёв между собой, когда племена что-то не делят друг с другом. Толстую кожу и твёрдую плоть куда легче раскалывать как дерево, чем колоть или резать. Пилумы и копья, они для охоты на животных или на врагов спокойствия, вроде тех же дриад, чья кожа и плоть мягкая и легко прокалывается. Довольно большой почёт в нашей культуре отдаётся нашему естественному оружию. Многие споры решаются именно рогами, растущими у каждого лешего и нашими руками с такими плотными коровыми наростами, что те образуют собой когти, способные рубить даже дерево или стачивать камень. Есть целое племя из шести леших, имя которым Хастебар - они охраняют северную предгорную границу. Лешие Хастебара одеваются в плотные шкуры, но руки остаются непокрытыми. Это суровые воины, использующие ничего кроме своих зубов и когтей. Они считаются самым диким из лешинских застав, но они же и самые превосходные бойцы, способные справится своим относительно малым числом с северными монстрами, сходящими с вечно белых гор. Поговаривают, пока при первом обряде инициации, им нужно прожить месяц в горах и принести под конец своего обряда, ещё тёплое медвежье сердце. Оружие им использовать нельзя, только руки, только зубы. Так или иначе, даже вооружённый каким-нибудь острейшим топором, я не смогу достать ключ. Эта мысль пришла довольно поздно, но ярко, как молния с небес. Там много дриад и многие из них рискуют меня обездвижить. Так же, меня беспокоят кентавры с их плевательными трубками и этим неприятным охотничьим соединением камней и верёвки, вроде болы, которыми они меня обезвредили в прошлый раз. Всё это подталкивало меня действовать скрытно, но как можно действовать скрытно, если ты такая внушительная туша, под три метра роста? Я даже тихо ходить не могу, а скрыться с чьих-то глаз при моих размера задача почти неподъёмная. Я даже не знаю где именно хранят ключ и мне придётся действовать в слепую. Нет, это никак мне не поможет. Все эти мысли приводили только к тому, что стоит опустить руки и возвращаться, пока не потерял снова свою свободу, а может и жизнь. Но тут в голове появилась ещё одна идея - я не могу вытащить его силой, потому что они вместе сильней. Я не могу вытащить его скрытно, потому что мне трудно скрываться от этих лесных народов. Но была одна вещь, которую можно было взять в расчёт. Имя этой вещи "стремительность". Если я ворвусь в лагерь и сразу взяв ключ, отправлюсь обратно, никто и среагировать не успеет. С маленькими группами кентавров и дриад справится не сложно. Если кентавра повалить, навряд ли он встанет самостоятельно и уж точно это не будет скоро. А дриада? Дриады мягкие, ударь такой по голове, она и упадёт. Дредлинги. Вот о них не подумал. Они прочнее даже кентавров и маневрённости у них явно побольше. Но ноги у них всего две и они покороче моих будут. Поговаривают, что дредлинги наши прямые потомки. Об этом даже думать противно, но сказывают, что раньше, во времена когда ещё меня не было, существовал некий "культ древообращения", когда леших было больше и весь северный лес принадлежал нам. Когда Дети Леса, были под нашим контролем, карги были загнанны глубоко в южные болота, Сердца изгнаны или порабощены, как впрочем и все остальные, более малочисленные расы... Но в общем, ещё до того, как наш контроль ослаб, у некоторых дриад начали появляться потомки, при чём мужского пола. С крепкими телами и одновременно с этим, лишь местами мягкой кожей. Насколько это вымысел, понять мне пока не дано, но "древообращенец" в нашем стане, считается ругательством, применяемым к слишком мягкохарактерному отступнику от общепринятых правил. Он используется для того, чтоб пристыдить и напомнить, кто мы такие и за что испытываем гордость. Личности настоящих древообращенцев никогда не упоминались, потому иногда мне кажется, что появление дредлингов к нам, лешим, совсем не относится. Да и подумать странно, как это у нас, древесных защитников, могут быть какие-то там связи с этими мелкими дриадами? Хотя... У кого их только не было, начиная от фавнов и эльфов, заканчивая, наверняка теми же кентаврами. Отбросив в сторону додуманные пошлости, которые совсем сейчас были не к месту, я вернулся к рассуждению о дредлингах. С одним или с двумя, наверное, я справлюсь. Но что если их будет больше? Или, что если, им кто-то будет помогать? План очень нестабилен, ненадёжен, имеет большие риски, строится на словах, не знающих ситуации. Я не мог оценить лагерь, не знаю с какой стороны лучше подойти, а моя разведка может всегда обернуться сокрушительным провалом - пленением или смертью. Метания мои продолжались всё утро. Нельзя просто решится и сделать, когда головой понимаешь, что если допустишь ошибку, всё станет только хуже. Но ведь и уйти просто так нельзя - не так меня воспитывали, чтоб я перед опасностью отступал и отказывался от своего. Я потёрся деревянным рогом о ствол дерева, смотря на небо и стряхнул чуть древесной корки с лиственного воротника. Солнце этим днём закрывали не только кроны, но и тучи и всё моё нутро подсказывало: кажется скоро будет дождь. Птицы сегодня щебетали в разы усерднее чем обычно, предвещая наверняка друг-друга о приближающемся часе спокойствия. Всё-таки с нападением придётся повременить, а то я нарушу ещё один лесной закон, который не следовало бы нарушать. В часы дождя не охотятся, в том числе и за своими врагами, если конечно, они сами не собираются тебя выследить. Поднявшись с земли, я уже собирался направляться к лагерю, но что-то меня подстегнуло передумать об этом решении и вспомнить, что при всём своём самочувствии, совсем недавно я был их пленником. Что мне об этом напомнило? По земле кто-то бил копытами. Я прислушался к этому чувству и понял, что меня преследуют, направляясь в мою сторону и преследователь даже не один. Их примерно шесть и они прочёсывают местность, держась друг от друга на некотором расстоянии, Я стал пятиться назад, а после, полноценно повернулся чтоб уйти. Скорее всего они сначала найдут мои следы - они довольно характерные и глубокие - а потом попытаются убить меня. Эти шестеро, только часть, кажется я улавливаю и другие вибрации, но разобрать сложно. - Да где он!? Он как сквозь землю провалился! - раздался голос из глубин чащи, отражаясь от стволов деревьев и достигая меня. - Если он там, я бы почувствовала! Стойте! - женский голос и её слова выдавали дриаду. Настоящая ищейка и она науськана на мой поиск. Я вдруг столкнулся с чем-то, что не смог увидеть. Что-то схватило меня за руку и сразу громко сказало знакомым голосом на языке леших: - Идём-идём, тыковка, ад следует за нами! Ничего не спрашивай, беги или сгоришь! Сгоришь. Меня передёрнуло, я последовал за невидимым силуэтом довольно быстрым шагом. Запах гари. Я боюсь запаха гари как и всякий леший, ибо огонь обжигает мою кожу, заставляет плоть чернеть и слазить с костей. А сами кости, заставляет гореть, тлеть и трескаться не хуже сухого ясеня. И они знают об этом. Средь деревьев я увидел отблески зелёного магического пламени, а стон земли предвещал надвигающуюся угрозу. - Там леший, они заодно! - Тогда обольём его огнём! Вперёд парни, сводите кольцо! Загоним их как коз! Лешего сжечь, остроухого можно живым! Голоса приближались. Моя невидимая проблема, имела только еле различимые очертания, кого-то, больше всего похожего на тощего дредлинга в широкополых одеяниях, которые он подхватил руками, чтоб не спотыкаться. Я бежал за ней, но быстро нагнал. Он тебе нужен, он в такой же ситуации как и ты ему. Вы на одном пути и волки, что вас окружают, ваша общая проблема. Помоги ему и он поможет тебе! Он ведь способен становится невидимым, может и тебя сделает, когда потребуется? Я подхватил эту фигуру и взвалив её на плечи, рванул вперёд что было сил, перескакивая коряги и неровности, подобно лани. - Ух, солнышко, а ну-ка, устрой меня поудобнее! - Обойдёшься. - отрывисто сказал я, почти взлетая на скалу и оставляя на ней отметины своих когтей. Крошка так и посыпалась из под них. Подтягиваясь, я рывком закинул туда своего нового "друга" и взобрался сам, повернувшись на секунду назад. Внизу, стукая копытами, сбежалось трое кентавров на одном из которых, как на лани, восседала дриада. Она взмахнула рукой и корни, выбившись из под камней, схватили мою ногу и стали быстро подниматься, обвивая мои части. - Сейчас будет бах! - с почти безумным хохотом, появилась рядом фигура, приняв очертания в белых, растрёпанных одеяниях. В го руках был маленький зажатый предмет, поблёскивающий на солнце, который он направил вниз. Это не был дредлинг. У него была бледная мягкая кожа, собирающаяся морщинами на лице и длинные волосы, местами уже седые. Его прокажала широкая улыбка, а с его головы сходил пот. - БАХ! - крикнул он и вдруг произошёл оглушающий хлопок от которого я зажмурился. Птицы с испуганными криками вспорхнули с деревьев, почти что густым облаком. Путы, сковывающие меня резко ослабли и начали жухнуть, осыпаясь в прах. Я вырвал из них ногу и услышал, как дриада кричит в агонии, упав вместе с кентавром. На их телах расплывалась кровью рана, как от брошенного и вытащенного копья. Кентавр лежал, лишь немного подёргивая копытом и более не двигаясь, пока дриада зажимала бок. Тело её ездового партнёра упало так, что придавило и возможно сломало ей ещё и ногу. - Сюда, все сюда! - закричал один из кентавров, а другой, швырнул в нас снаряд, не попав в моего странного напарника. Он, раскручиваясь от привязанных камней по сторонам, врезался в дерево, обмотавшись вокруг ствола и сломив ветвь. Кто-то задул в рог и его гул разнёсся по лесу, но не думаю, что это было громче "хлопка", того, кто помог мне выйти из пут. Я вновь схватил его и закинув на плечо, прорвался дальше, маневрируя между стволов ветвей. Я чувствовал, как земля кричит мне "тебя окружают" и как топот копыт доносится с разных сторон, словно сдавливая нас в причудливой подкове, оставляя только один выход и пытаясь закрыть его. Ещё один из них вскинул копьё, объятое зелёным пламенем и то джавелином полетело в меня, но не попало. Врезавшись в землю, оно потухло, не почувствовав под собой цели. - Ты сможешь так ещё раз? "Бах"? - спросил я на бегу, понимая, что не успею просочиться через сомкнувшийся круг и чем дальше, тем больше понимаю как на самом деле тут много кентавров. Абсолютно всё племя, если не больше... Если бы это были лешие, их бы тут было всего от шести до десяти, но здесь, я даже толком чисел таких не видел: их точно больше трёх десятков. - Мы ещё полопаем их головы, дорогая моя деревяшка! Я решил взять это за "да", непоняв что именно он имел ввиду, да мне и некогда было думать о таком. Он может им наносить вред, пускай наносит, я хочу выжить, а те, кто мне в этом помешают, пускай сами падут. Скатившись вниз, один из охотников встал перед нами прямо на дыбы, подняв копьё и грозя ударить меня в глаз. Я закрывшись рукой, ударил того в бок так, что свалил на земь. Кентавр, падая, ударился о дерево, но успел зацепить меня копьём, ударив по шее, но не смог нанести серьёзного вреда, пускай я почувствовал мимолётную горящую боль оцарапанной кожи. Не давая себе и секундной передышке, я продирался сквозь ветви, взбирался на пригорки и толстые деревья, чтоб пробежать по широченным ветвям. Лес становился гуще, стволы и отростки шире. Я взобрался по толстой ветви наверх, где уже совсем меня не могли достигнуть любого рода кентавры. Переводя дух, я крикнул вниз: - Валите обратно в степи, здесь не ваша земля! - Некоторые из кентавров, что не устали гнаться за мной, столпились у дерева, попытавшись выстрелить в меня из пращи или трубки, но находясь на волоске от провала, я и не заметил, как высоко взобрался с ношей. Камень ударился рядом. Я сорвал небольшую ветвь и швырнул её вниз, как копьё. Кентавр с белыми боками отскочил назад, уворачиваясь от импровизированного снаряда. Мой новообретённый товарищ, придерживаясь за верхнюю из ветвей, другой рукой щёлкнул свой штукой и рассмеявшись, сделал аж несколько хлопков в воздух, которые раскатистым эхом прошли по округе, наверняка распугав абсолютно всех существ в округе и при этом нешуточно оглушив меня, но я улыбался, смотря на тех, кому не оставалось ничего, кроме как бежать в страхе и ужасе от небесного огня, появляющегося вместе с громом, подобно стихии. - Да, ступайте в бездну, гу-гу-гу! - остроухий старик очень живо загоготал и ударил меня кулаком в бок и чуть оступившись, почти упал, но я схватил его за плечо и мы вместе рассмеялись ещё раз, громче прежнего. Его смех был настолько заразителен, что вскоре у меня заболели лёгкие и застучали виски. Усилием воли я смог его прекратить и дать себе отдышаться. Я ткнул его в плечо в ответ. - Из нас хорошая команда, а? - Целых четыре руки, четыре ноги, по две головы, одна костяная. А я тебе говорил деревяшка, не стоит меня бросать, я тебе ещё пригожусь! У-у-у-х! - Я упёр лапы в колени, сплюнув вязкую слюну, сбившуюся от таких активных действий. Старик сам отдышался, смотря вниз, после чего посмотрел на меня и улыбнулся во все белые зубы. - Можешь звать меня Деускретором, думаю, ближайшие дни нам придётся пробыть вместе. - ...Погоди, это ещё в каком смысле? - слегка не понял я и настроение моё сразу попортилось. От чего мне быть рядом с этим странным существом, ещё и несколько дней? - Видишь ли, мы далеко на юго-западе, почти рядом с Великими Степями. Я отправил нашу милую подругу дриаду с ключом, к одним из ворот. Я же не мог её остановить! Мы должны будем перехватить её по пути. Считай это мой уважительный жест в сторону его величества, хозяина Ветхого Леса, Иво Де Кая. И твой долг помочь мне её выследить, так ведь леший? - Стой. Остановись. Давай по порядку. При чём тут дриада? Как ты "передал" ей ключ? Куда именно она направляется? Почему ты считаешь, что я буду тебе помогать? - Потому что это наша общая задача! Ты не хочешь, чтоб открывались врата, так? Ты не хочешь этого, потому что ваши правила, ставят это на табу. Не открывать врата с вашей стороны, чтоб не пригласить что-то с другой стороны, так? - ...Ну... Так? - Так вот и я же хочу того же! Мы с тобой, деревяшка, друг за друга, как деревья, ага? - он сделал совсем маленькую паузу, положив свою сухую руку к себе на грудь, на заплатанную грязно-белую мантию с кусками зелёной-красной и жёлтой ткани. - Я вот, очень уважаю его высочество-протектора, так как он помогает мне, а ещё больше, я уважаю тех, кто может мне помочь и кому я могу помочь взамен, что скажешь, тыковка? Я внимательно смотрел на это морщинистое вытянутое лицо, растянутое в улыбке. Слепые глаза - белые и без зрачков - смотрели на меня с полным и выраженным пониманием, когда в иных бы случаях, наверняка бы смотрели сквозь. Он не был похож ни на что, что я сам встречал раньше или о чём я слышал. Дриады и дредлинги бывают разными, это правда - у некоторых может быть травянисто-зелёная кожа и они живут очень долго. Он не похож на лешего, хотя и говорит на моём языке. Да, некоторые из нас способны обращаться в животных своего черепа, но данный индивид не походил на оборотня. Единственное, он мог быть "Хозяйкой" - неприкаянным грозовым духом, белокожей и беловолосой, призывающей саму молнию себе в помощь. Но почему он вообще говорит со мной, а не пронзил своей молнией и где его "аура"? И неужели "Хозяйки Леса" бывают мужского пола? Да даже так, почему его одежда такая грязная? То, что он не фавн и не кентавр, не эльф и даже не карга - хотя я никогда не видел карг сам - я был уверен. Быть может в лесу есть ещё разумные? Почему он говорит, что уважает Иво Де Кая? Да, силу надо уважать и у нас её достаточно, но тогда выходит, он пресмыкается передо мной. Пытается меня убедить, что он на моей стороне - просто наврать, чтоб достичь желаемого. Нет-нет-нет, это абсолютный бред. Посмотри в эти глаза! Это просто безобидный старик, он даже сам не понимает до коцна что делает. Но ведь он может быть тебе полезным - он знает куда пойдёт дриада - ключ уже не в целом лагере разумных, а лишь у одной зеленоволосой дурочки, которую ты поймал однажды и поймаешь ещё раз. Ты можешь сломить ему позвоночник одним ударом лапы. В любую секунду! Я поморщился, поводив головой из стороны в сторону. Пускай считает, что ведёт игру столько, сколько потребуется - а на самом деле, я сам буду её контролировать. Он приведёт меня к дриаде, а я уже заберу у неё ключ. - ...Полагаю... Нам будет целесообразнее держаться вместе, раз ты говоришь, мы за одно. Впрочем, из нас вышла хорошая команда. - Вот именно! С твоими способностями и моими знаниями, мы можем не просто ключ достать, мы можем горы перевернуть! - Горы, это конечно, очень вряд ли. - усомнился я такой самоуверенности этого странного существа. Перевернуть горы по силам только Всематери Природе. - Это такое фигуральное выражение, никто горы переворачивать не собирается, но дел мы можем сотворить не менее значимых. - Хорошо... И как мы найдём дриаду? - Всё очень просто. Мы не будем её искать! - он с большим удовольствием сказал это, уперев одну из рук себе в бок мантии и подняв указательный палец первой вверх и закрыв глаза. - ...То есть? У неё же ключ. - Ключ только от определённых врат. Нам нужно добраться до них быстрее неё и там мы её перехватим. Это мясо, само по себе, нам и не нужно - хочешь, убей любого оленя - и профита будет больше, чем от этой пустышки. - Хорошо, какие именно врата открывает этот ключ? - О, это самое главное. Ключ подходит к вратам 9.1.5, а они, как тебе может быть известно, находятся на вашей южной территории. Кажется это "врата под сводом", нет? - Так или иначе, я знаю как провести тебя коротенькой дорожкой. - Деускретор улыбнулся во все беловатые зубы. - Но нам всё равно придётся идти около дней, хотя бы трёх. - Трёх? Ветхий лес, по... Кхм... Короткому пути, в трёх днях от сюда? Может ты хотел сказать, в трёх часах? - Не-а, мы рядом с Великими Степями. - Деускретор улыбнулся вновь и развёл руками. - Не смотри на меня так, уверен, ты хотя бы немножко подозревал об этом. Ты здесь далеко уже не первый день. Но не беспокойся, никаких полётов к звёздам, прошло не больше недельки. Или в чём тут у вас измеряется, в декадах? Ладно, деревяшка, не будем терять времени. Если тебе нужна моя помощь - а поверь, тебе понадобится умелый маг, дипломат и сказочник с огнестрелом - то следуй за мной. Если хочешь поблуждать тут и быть схваченным кем-нибудь ещё раз, то конечно, располагайся, проводи последние дни в качестве отшельника и сложи свои косточки чьими-нибудь дровами. Почему нет? Как бы не провокационными не казались его слова, с ними надо было согласиться. Я не знаю этих мест и мне не известно даже в какую сторону идти. Все аргументы были за то, чтоб послушать и полностью довериться этому индивиду, который может завести в дебри, просто потерявшись... Но а что? Ну потеряется, он же явно не здешний. Потеряется и умрёт, станет чьим-то обедом. А так, может чему новому получится у него научится - что-то новое услышать. Он выглядит ну очень не обычно, наверняка слышал много всего, не менее интересного. Как например живёт его народ или может, как живут народы с которыми он общался! - Ладно... Показывай дорогу, раз уж её знаешь. - Знал ведь деревяшенька, что ты мне понравишься! - с радостью сказал этот старец, хлопнув в ладоши и чуть было не сплясав коленцами и повернувшись, посмотрел вниз с дерева. Прежде чем куда-то идти, нам стоило спуститься...

***

Мой новый товарищ вызывал проблемы только в одном - он очень шумный и говорливый. Во всём остальном, это была лёгкая тростинка с которой в дороге было не так скучно и переносить его через места, где он сам не перейдёт. Конечно скука это далеко даже не двадцатая проблема. Обычно когда ты ступаешь в лесу с какой-то целью, десяток проблем сразу выступит тебе увеселением, что уж лучше предпочти скуку. Начиная с того, что мы зашли в дебри, где никто из разумных не живёт. Ни кентавры, ни дети леса, а если здесь и есть беспокойные духи, то показывать себя они пока не спешили. Такие места всегда напрягают - сразу начинаешь чувствовать, как иголочки взглядов щекочут загривок, а их на деле и не существует. Зато ты всегда их ждёшь. Но Деускретору - этому блаженному эльфу - всё было не по чём. Он шёл, чуть ли не приплясывая и постоянно говорил, при этом, рассказывая абсолютно не о чём. Перескакивая с темы на тему так, что иногда я пытался недвусмысленно намекнуть замолчать. Не зная усталости, боли и без всякого дискомфорта идя там, где даже мне приходилось немного попыхтеть. - ...В конце-концов... - продолжал он, поднимаясь на руках по кореньям. - Разумных очень и очень много видов. Даже принадлежа одной расе существ, они всё равно разительно друг от друга отличаются. Я специализируюсь на разумных всю свою долгую эльфийскую жизнь и не представляешь сколько интересного я разузнал! Я поднял Деуса, взяв его под руки, потому что со своими тоненькими сплетениями лозы вместо мышц взобраться он не мог. - Ты всё ходишь вокруг и около, никогда не переходя к теме. У тебя не слова, а какой-то, лесной шум. Что ты знаешь о дриадах? - Наша подруга не из их числа. Настоящие дриады, это ожившие лозы и деревья, а не эта людская пародия. Ха! Ваши подружки с их дружками, ближе к людям, чем к истинным дриадам. - Не понимаю. Что такое люди? - Те же дриадочки, лесные дети, какими вы их знаете. Только без магии, без растений, без коры на коже, лес не чувствуют, уши округлые. Живут около сотни лет, не более того. Я пытался припомнить кого-то такого, но в голову приходил только образ дриады, которую остригли и лишили не просто сил, но и всех особенностей, что помогают им выжить - буд-то бы в назидание. - ...Наверное, по этому они и вымерли, так? - Ты хотел сказать, "потому это верховенствующая раса больше чем в четырёх мирах из тринадцати" и везде их намешано как грязи! В ничейных землях, куда не выстрели, попадёшь скорее всего в человека. - Что? Их... Так много? - не понял я. - Намного больше чем вас, зажатых в угл деревяшек! Намного! - он показал сначала пространство между своим указательным и большим. - Вас вот столечко... - а потом раскинул руки и с широкой улыбкой показал на всё пространство, которое мог обхватить. - А их вот столько! Они же плодятся, по миллиону в час, а вас по одному на миллион часов! Меня обхватило самое явное непонимание из возможных. Мало того, что я смутно представлял что такое "миллион" и как много это может быть, но ещё больше меня поражало как такие существа могут так расплодиться. Неужели у них совсем нет природных охотников? Тех, кто способен есть таких слабых существ? - Наверняка у людей есть какой-то другой козырь, кроме того, что они постоянно размножаются. Наверняка в чём-то они сильны. Наверное у них есть крепкие мышцы, может, свои какие-нибудь способности, может... - Сюжетная броня! - с полным довольствием сказал он, вскинув палец. - Сюжетная броня, чёрт её дери! - Это какой-то металл? - Ага, самый прочный из материалов которые можно найти. Сюжетная броня отражает и стрелы и копья, и взгляды неприятные, умыслы дурные и убивает всех твоих недругов, божественным промыслом... - Я чего-то не улавливаю... Эльф рассмеялся, почти задыхаясь в своём смехе. - Таймо, Десерит и Грозный Фолрун очень симпатизируют людям, потому что сами имеют их облики! Я же говорю, сюжетная броня! Боги оберегают этот вид, потому что изначально, создали их по образу и подобию своему!... Ну, а ещё это хаотичный, непредсказуемый и самый разносторонний вид, больше всех подвергающихся изменению и адаптации. Оттого их так много. От людей пошли дархоны, смешав свою кровь с жаром безжалостной пустыни и адской кровью, от людей произошли авемы, освятив кровь свою связью с верхними планами. Рассекатели воздушных простор Арбента, драконойды... Однажды они были людьми. Понимаешь о чём я? Они были созданы в многих мирах и много где оберегались, как истинные сыны божьи... Не то что ты, деревяшка. Всематушке природе тяжело углядеть за всеми расами, когда она любит их одинаково. - Если люди такие великие, отчего же я не видел ни одного? - Спасибо дриадам, ты бы видел их, если бы они однажды не истребили их всех, наслав на них страшную болезнь... Но это уже со-о-овсем другая история! - Деус перепрыгнул через корень в своём длинном одеянии, простучав подошвами своих сапог по коре. - Хорошо. Выходит, раз ты эльф и так много знаешь о других мирах... Из своего мира ты был изгнан, так? Именно "изгнан". Такой вывод я сделал, смотря на то, в каком состоянии была его одежда - старая, полная разных разноцветных заплаток. Видно было, что родной ткани в этом одеянии почти не осталось - уж не знаю на что рассчитывал тот, кто делает одежду не из прочных шкур, а из тканей, что рвутся стоит провести по ним пальцем. Если бы он отправился в путешествие сам, наверняка бы приоделся в нечто более новое и прочное... И вещей бы наверняка с собой взял, как в поход. А так ощущение, что его выволокли из собственного дома - каким бы он не был - и гнали до самого края, пока не выгнали в другой мир. - Изгнан! - Он засмеялся, остановившись и схватившись за живот. - Ха-ха-ха! Иногда, ты звучишь как сущий безумец, мне это нравится! Нет, меня никто, пхв-ха-ха, не изгонял! - Прекрати, я просто предположил... - Нет, меня не выгоняли. Я, видишь ли, иногда помогаю своим друзьям из других миров и порой путешествую, чтоб изучать других разумных и знать о них ещё больше. - он прекратил смеяться, но никогда не переставал улыбаться. - Между нами говоря, если я всё верно знаю об лешенских обычаях, у тебя шансов отправится после своего тесеевского путешествия в изгнания, намного больше моих. - Это ещё почему? - Ну а как? Тебя поймали кентавры, когда ты нарушил их границу, так? - А ты это ещё откуда знаешь? - Не уходи от вопроса, молодая деревяшка. - усмехнулся он и стал говорить вдруг медленно и разъяснительно, да так, что не просто его лицо весь его голос улыбался. - Кентавры очень любят рассказывать как и где и при каких обстоятельствах поймали свою добычу. Ещё чаще, они немного приукрашают свои заслуги, это надо понимать, когда их слушаешь. Но впрочем, если ты осознал это однажды, ты всегда будешь подмечать нечто подобное. - И сразу ты стал загадками говорить... - я отвёл взгляд от него и сосредоточился на дальнейшем пути. Здесь не было чёткой дороги - абсолютно любой корень, позволяющий по себе пройти, всё равно мог вести в тупик или быть слишком непрочным, чтоб выдержать мой вес. Деускретор лёгкой походочкой, раскинув руки в стороны, прошёл по корешку и перешёл на сравнительно небольшое земляное плато, держащееся только из-за корней, что плотно прошили его насквозь. Где-то проход для меня становился совсем узеньким и приходилось применять чудеса балансировки. Только я подумал о том, что мой вес и способности этого коря неравноценны, как тот подо мной хрустнул. Я поднял голову на Деускретора, словно он мог что-то сделать и не успев даже ничего сказать или подумать, почувствовал как опора уходит из под ног. Кусочки земли посыпалась вниз, а скрип превратился в треск. Я дёрнулся вперёд, но это только ускорило процесс. Корень согнулся под моим весом - я схватился за тот, кто рос рядом, но он, гладкий и немного влажный от росы, скользкий и совсем не хватался. Мои когти заскрежетали, пытаясь схватиться, но только оставляли глубокие царапины, пока моё тело - некогда служившей мне надеждой и опорой, от своей крепости и силы - предательски тянуло вниз. Инстинкт сказал мне обратиться потоком листьев, чтоб спасти собственную жизнь и незамедлительно сработал, когда - мои руки вдруг осыпались, а тело стало лёгким-лёгким. Весь мир сузился в маленькую точку - единственную существующую в данный момент, к которой меня тянуло невероятно крепкой - единственной, что имеет вес - связью, подобной плотной верёвке из сплетений лозы. После чего, я оказался наверху, но ситуация успела уже измениться в мановении ока: Небольшой островок из земли и камня в который узлом вцепились корни и на котором мы оказались, ошибочно показался нам крепкой опорой, пока на самом деле, там не было ничего, что выдержало бы мой вес. Эльф, теряя равновесие на сгибающемся корне, поскользнулся и упав сначала на спину, соскользнул с корня. Я прыжком вцепился в этот корень и схватил тростинку-проводника рукой за ногу. Конкретно этот оказался крепче своих собратьев, потому я лежал на нём, обхватив руками и ногами, пока позади меня с шумом ломалась вся конструкция. Нельзя было разлёживаться - я стал ползти, используя для этого одни только ноги, а рукой таща слегка дёргающегося союзника, который издавал какие-то непонятные воющие звуки, словно испытывал большой восторг от происходящего. Больной на голову эльф. Я мог бы бросить его прямо тут - мог бы не спасать, а спасать только себя. Но ведь какой я буду тогда сволочью, если так поступлю? каким слабовольным размазнёй, если так просто откажусь от испытания, подобно этому? Нет. Я его тут не брошу. Он может мне многое поведать, например, если ему верить, он знает путь назад - а позволить себе "не верить" я не могу. Кроме него проводником мне никто не выступит, а идти самому, всё равно что принять решение потеряться. А спасать его, всё равно что принять решение вынести себе смертный приговор здесь и сейчас. Но всё же ты его спасаешь. Никто и не узнает если ты его убьёшь... Усилием воли я отстранил в сторону неприятную, противоестественную мысль. Она вдруг пришла в мою голову, против всяких внутренних устоев. Если я не убил его сразу, значит он друг. А если друг, значит его нельзя взять и бросить на смерть... Не смотря на мою браваду, Деускретор всё-таки достаточно тяжёл для того, чтоб держать всё его дёргающееся тело, пытающееся найти равновесие, всего одной рукой. Сделав напряжение, я подтянул его и вывалил это тело вперёд. Деускретор, быстренько вцепившись руками, сам пополз вперёд, а потом встал и побежал, раскинув руки в стороны и балансируя на корне. Всё. Я дал шанс, он справится. Справлюсь ли я? Надо подумать о себе. До устойчивой земли - целого плато, уходящего к одному из больших древ - оставалось совсем немного. Внизу, после грохота, стали слышны высокие, пробуждающиеся писки. Сами демоны земли завизжали, разбуженные от векового сна, чтобы принести смерть нарушителям своих границ. С ними нельзя было сражаться - нельзя было отстаивать право. Ибо мы тут не в праве. Иголочки взглядов уткнулись мне в голову, как костяные наконечники дротиков втыкаются в крупную рыбу из истоков Великой Глади. - Беги деревяшка! Спасай свою жизнь, родненький, спасай как никогда не спасал! - закричал мне Деускретор, уже находясь на другой стороне, спрятавшийся между двух деревцев и машущий мне руками. Дурак, да не смотри на меня! Если я спрячусь от этих глаз, я буду жив. Но как я от них спрячусь, если ты на меня смотришь! Идиот! Если я умру - если меня свалят вниз - если я буду растерзан их зубами, их клювами, их щуплами, их потусторонними гортанями, пока жизнь будет из меня вливаться в землю, как из земли она когда-то вливалась в меня - ты будешь в этом виноват! Но вслух я конечно это не крикнул, быстрым-быстрым шагом, пытаясь держать равновесие, отправляясь по корню. Из самых глубин слышался шелест многих крыльев, справляемый криками, которые начинали заглушать все звуки. Из тьмы взлетали истинно демоны - другие существа не могли так расплодиться, не могли так истошно вопить, не могли так хаотично летать. Острые коготки пытались поцарапать мою кору. Вцеплялись в неё - грызли своими клювами, били по голове, по черепу, крыльями. Хотели не убить меня тут - хотели скинуть вниз и есть. Я чувствовал их голод. Я разделял его с ними. Кровь другую кровь чует. Когда пускают кровь, другая кровь тоже просится наружу. Один из демонов оторвал кусочек от моей коры. Я вцепился зубами в тварь, что опасно приблизилась к моему рту - та затрепыхалась, но мои зубы изливали из неё жизнь. Но жизнь эта была противна - кровь гнила и отдавала падалью, да грибами - горячая кровь снаружи, но внутри холодна, словно смерть давно уже в ней поселилась. Мне было трудно понять, когда и как вышло, что я оказался на земле. Я выплюнул демоническую тварь с перепончатыми кожистыми крыльями на землю, сплюнув гнилую кровь, которой нельзя было напиться. Разглядывать существ времени не было. Отрывая от себя на ходу нападающий, я дал дёру вперёд, пытаясь скрываться в местах, куда бы они не полезли - от их тел становилось уж слишком темно...