НОН КАНОООООООН Расколотые небеса - Никто из ниоткуда

Дверь была для меня очень низкой - я смог внутрь только вползти и то, с моими рогами, это стало проблемой. Змеиная леди - бледная кожей, с болотно-синей чешуей и светящимися глазами, ещё несколько секунд назад в ужасе пытающаяся закрыть перед нами дверь, теперь, скрепя зубами (если бы они у неё конечно были), прошла внутрь и хлопнула пару раз в ладоши, от чего огоньки под потолком выползли из трудно доступных мест, осветив помещение, которое внутри оказалось не таким уж и маленьким. Деускретор мог спокойно ходить внутри и над его головой ещё оставалось пространство. Я же мог передвигаться только на четвереньках или на корточках, но на них было совсем неудобно. Внутри из белого пола рос невысокий стол, рядом с которым из пола росли пеньки. Только они были из материала похожие на кости, накрытые тёмной тканью. Если я хотя бы с трудом мог ползать в гостинной, то лезть дальше было совсем невозможно - дыры в стенах, ведущих то наверх, то вниз, в другие комнаты были слишком малы для меня. Но мне было мерзко от мысли, что я прямо сейчас залез во внутренности какого-то существа - уж больно тут всё походило на внутренности, кости и некие аберрационные отростки. Где-то в дальней части комнаты смердило органической жижей, похожей на желудочную слизь и я мог разглядеть выступающую из стены трубу из костей, которая была стянута чёрной слизистой кожей. Под ней лежали, сваленные в кучу, разного рода твёрдые предметы - топоры, шлема, какие-то тряпки и другие предметы разного материала, все вымазанные в полу-прозрачной коричнево-зелёной мерзкой жиже. Обыкновенно проход в эту часть занавешивался, судя по намотанной на тонкую кость у потолка, длинную связанную ткань - примерно такую я видел у тех немногих дриад, что встречались мне за жизнь. Особенно за это говорила вышивка в виде лоз и цветов. Ткань выглядела потасканной и местами ветхой, но достаточно целой, чтобы зашторить ей проход. Так же я видел некоторые полочки, растущие из стен, на которых были разложены всякие предметы: сосуды, банки, горшки, какие-то странные диковинки. Местами на полках лежали разные походные вещи, чистые и ухоженные, готовые к использованию. Отсюда я мог с лёгкостью увидеть кухонный угл местного производства - очаг в стене и разные металлические приборы, поставленные у стенки - настоящая оружейная состояла из короткого меча, тонкого копья и даже глефы Ветхого Леса, подпирающей потолок. Откуда здесь все эти вещи? Прямо сейчас с клокочущим звуком разверзлась та странная клоака, открывшись и наполнив комнату смрадом, выплюнула красную заплатку, которую я отдал Деусу и которую он видимо снова потерял. Вся в мерзкой жиже, она вылетела оттуда клочком смятой ткани и приклеилась к стенке. Ведьма взяла глиняный, крепко закупоренный сосуд и движением руки открыла его. Оттуда потянулся жёто-белый дымок с какими-то маленькими частичками. Широко открыв рот и обнажив клыки, она прислонилась к сосуду, сделав глубокий и шумный вдох. Её и без того узкие зрачки сузились до тоненьких полосочек. Она выдохнула, бездумно смотря вперёд, а после, повернув эти чёрточки на Деускретора и выдохнула, скаля змеиные клыки. Её челюсть открывалась очень широко, от чего кожа у её рта становилась тонкой и почти белой. - Защ-щ-щем ты явилс-с-ся? - прошипела она, двигая шеей, словно войдя в некий нестабильный транс. Её взгляд одной точкой зафиксировался на старике. - Я с-с-сделала многое, щ-щтобы тебя з-с-сдесь не было... Но ты нащ-щ-щёл меня... И я тебя не зс-с-саметила... Как ты это с-с-сделал, раб с-с-своих желаний?... - она снова приложилась к сосуду, сделав глубокий вдох. - И всё же, видно даже продать тело недостаточно, чтобы спасти душу милая. Но не волнуйся, твоя змеиная жопка пока остаётся при тебе, если конечно, она вообще сейчас твоя. - тот ей задорно подмигнул, но Алашшира видно этого не оценила, потому только зашипела. Я устроился поудобнее, но всё равно ударился головой о потолок. Огоньки, тускло освещающие это место, разбежались по углам, испугавшись глухого звука. Стены затаили дыхание, а потом грузно выдохнули. - ...И чтощ-ще тебе надо? - Немножко лесного буйства. Ты вот гасишься радостью, а мне что, нельзя? - Лесного буйства, это ещё что? - спросил я, посмотрев на него. - Мы сюда пришли за галлюциногенами? Серьёзно? Старик засмеялся и показал на меня пальцем. - Ну ты посмотри на него! Посмотри-посмотри! За галлюциногенами!... - Ес-с-сли я отдам тебе эту с-с-старую кос-с-сть, ты уйдёш-ш-шь? - Пос-с-с-с-с-с-с-смотрим. - передразнил Деускретор вполне похоже, сложив руки. - Яс-с-с-сно... - прошипела она и замолчала. Всё повисло в неловком молчании. Старик заложил руки себе за голову и поднял бровь, словно его самого обескуражило "ясно", что прервалось молчанием. Змея глубоко дышала, смотря на него, словно что-то хотела чтобы тот сказал или сделал. Конечно, она наверное была бы счастлива, если Деус просто выдворился из её дома, но тут даже мне было понятно, что навряд ли он так поступит. С другой стороны, данный нестабильный индивид, мог выкинуть что угодно. Может быть и уйти просто так, услышав отказ. - Будем молчать так дальше или ты наконец её принесёшь? - Кого?... - спросила змея, всё ещё смотря на его не отрываясь, либо же, глядела и вовсе сквозь - Маску же! - всплеснул руками Деус, широко улыбаясь. - ...Она потерялас-с-с-сь... - произнесла она почти чисто, но без всякой эмоциональной окраски. Любая речь этой разумной была похожа либо на загнанное животное, либо на камень. Тем более, по её тонким-тонким зрачкам и неоднократному прикладыванию к сосуду с какими-то парами, легко было понять что она сейчас неадекватна. - Что мы вообще тут делаем? Что за маска? Зачем она? - не вынес я этого фарса и спросил, взывая к тому, чтобы поскорее убраться с этих болот. Мне здесь не нравилось. Особенно осознание того, что мы находимся на живой земле и она может нас съесть. Или хотя бы попытаться. Но Деускретор меня совсем не слушал, спокойно продолжив: - И где же она потерялась? - ...В лес-с-су... Ищ-щи иди... - Солнышко, если я уйду искать её в лес, то ты пойдёшь с нами, знаешь же это? Думаешь моя деревяшка тут просто так находится?... Но я вижу что тут происходит~ - Деус встал из-за стола и подошёл к ней. Змея, колеблясь, хотела остаться на месте, но когда тот сделал ещё шаг, дёрнулась от него, ударившись головой о стенку и вжалась вниз, пытаясь держать его подальше от себя. - Я говорил тебе, что как далеко бы ты не забилась, я всё равно найду тебя. Думаешь твоя палочка выручалочка может остановить моё сухенькое тельце? Давай я покажу, что бывает с такими нехорошими девочками как ты... Он чуть раскинул руки, зажимая её в угл, словно хотел положить ладони ей на череп. В считанные секунды змея пришла в истеричное бешенство, зашипев и прижав к себе посох, даже не пытаясь сопротивляться, но пытаясь зажаться в угл. Стены беспокойно вздохнули, словно их сердце что-то сдавило. - Не трош-ш-ш-шь меня! - громко прошипела она с трудом. Она агонически извивалась, словно её бросили на горячие камни. - ХА-А-А-АШШШ! ХА-А-А-АШШШ! Её страх пробрал и меня насквозь, но я не впал в панику. - Прекрати! - рыкнул я и дотянувшись до него рукой, оттащил назад, схватив того за плечо. Сквозь меня прошла неприятная холодящая дрожь. В голове зазвучали голоса: какие-то странные смешки, переходящие в неистовый гогот. Они хотели заставить меня сжаться, но вместо этого я сжал зубы и отдёрнул его назад, прижав к стене. Даже если этот старик может сводить с ума и он вовсе не такой, каким мне показывался - это ничто не меняет. Нельзя заявляться к кому-то в дом и пытать его, по поводу какой-то там старой кости. Вместо того, чтобы вырваться или как-то мне противодействовать, он засмеялся, захлопав в ладоши и радостно-радостно посмотрел на меня. - Я знал, Алекс! Я всегда знал! - Ты похож на монстра. Мы уходим. Ты проведёшь меня по болоту и мы расходимся. Если я увижу тебя ещё раз, убью. Ты меня понял? - Эй, неужели мы не останемся на чай? - очень удивлённо спросил он. - А как же булочки с корицей, или, я не знаю, с болотными лягушками? Я давненько не ел, нам уже пора-бы перекусить. - Утром ели, старик, хватит с тебя. - С меня может и хватит, а как же Мариша, Джимми, Джоуви, Джо, Риетуша, Настюша, многим-многим другим и остальным? А их кто покормит, если не я? - Ага, даже если ты не несёшь бред сейчас, то какое тебе дело до кого-то, кроме себя? - Если я учил тебя быть независимым, это ещё не значит, что я учил тебя быть эгоистом! Есть разумные которым ты помогаешь, но только потому, что сам решил им помогать, а не потому что они тебя обязывают это делать. - Ты пытаешь её, относительно какой-то проклятой кости, а мне не трудишься даже объяснить, стоит ли оно того. Безумный старик, да ты невиновного замучать бы рад, только лишний раз посмеяться! - Невиновного? Это кто? Она!? ХА-ХА-ХА! - он громко засмеялся, показав рукой на болотную ведьму, забившуюся в самый угл и судорожно вдыхающую дым из сосуда, обхватив его двумя ладонями. - Мы здесь все виновны, а из нас всех в своём несчастье виновна именно она! Куда больше стихающих в голове смешков, боли приносил мне его голос и эта странная, нелогичная полемика, где собеседник тебя словно не слышал и любое твоё слово извернул бы в свою сторону. Хотелось начать кричать на него со всей злобой опровергая его слова, говоря что он тебя не слышит, хотя ты и сам уже к этому моменту будешь глух к его словам. Я решил завершить этот спор вещью, которая была для меня доступна. Силой. - Всё старик, пойдём, нам дриаду надо обогнать. - сказал я, взял его рукой и взвалив на плечо, полез из этой дурной норы вон, но тот как-то выкрутился из моей руки так, что снова оказался на прежнем месте. Попытавшись развернуться, я только ударился пару раз головой о стенки. - Мы теряем время. - У нас времени достаточно хоть на двадцать таких остановок! А я тут, между прочим, ради тебя стараюсь, деревяшка неблагодарная! - Мне не нужна никакая старая кость, мне нужно домой. - Для этого нам нужна маска Лесного Буйства! Мне нужно взять её для тебя, чтобы некоторые части леса приняли тебя за своего и не трогали и тогда мы сможем пройти, понимаешь? - Отличный план Деус, а как на счёт тебя? - он хотел меня обдурить если не с болотом, то здесь. Найдёт "маску", сам её для себя возьмёт, а меня те части леса просто сожрут, пережуют и не подавятся... Мой взгляд снова упал на глефу, стоящую у стойки. Наверняка её владельца тоже что-то вот так "пережевало", что только одна глефа и осталась. А ведь она у него откуда-то была. Он наверняка заслужил её, а значит, был намного лучше меня хотя бы в воинском деле. И всё равно эта глефа теперь тут. - А что на счёт меня? У меня найдётся пара тузов в рукаве, чтобы разыграть этот пасьянс! - я не знал что это значит, но звучал он как всегда уверенно. - Маска нужна тебе, потому что ты не такой прошаренный в магии как я и не сможешь себя скрыть. А ещё она нам двоим потребуется ради одного весёлого фокуса о котором расскажу позже. Так что пожалуйста, милый мой, свали на улицу, подожди меня там. Он явно не хотел убираться без этой маски. Но если я следую его пути, то значит, должен помогать преодолевать все препятствия, а не самому становится препятствием. Наверняка за этим показным безумием стояло что-то большее и вероятно, его путь был продуман, учитывая мои нынешние возможности. Интересно, встретиться со мной при побеге, входило в его план, или было чистой импровизацией? В любом случае, ситуация оставалась той же - если бы не старик, я бы потонул в этих болотах. Правда, если бы не старик, я бы в эти болота и не полез. Но я всё ещё навряд ли выберусь без него, потому подожду его маску. Недовольно порычав, мне не оставалось многого, как выползти из кабины и не мешать, но прежде чем я решил это сделать - я сначала прополз к стенду и забрал глефу. - Оно не твоё... - тихо-тихо сказала змея, смотря на меня исподлобья. Я бросил на эту забившуюся в угл "хозяйку" почти презрительный взгляд. - Тем более не твоё. Я отнесу это племени того, чья эта глефа... Мародёрка. Она зашипела, смотря на меня суженными, как палочки, глазами. Старик проводил меня взглядом, широко улыбаясь и сложив ладони между собой, стоял совершенно неподвижно и безмолвно, наблюдая за моими неловкими передвижениями на четвереньках и попытках не обтёсывать потолок рогами. Выбравшись наконец наружу, я как следует прокашлялся. Запах странной прозрачно-коричнево-слизистой органики, словно кого-то вытошнило, почти не выветривался. Ради этого можно было голову под воду сунуть и надеяться, что это поможет, но я не спешил засовывать хоть что-то под эту чёрную пелену. Из хижины послышалось шипение, больше схожее с криком, от которого на шее пробежали небольшие мурашки. Стараясь на них не обращать внимание, я перехватил глефу двумя руками, как топор. Это оружие было довольно лёгким для своих размеров, но я не понимал как им размахивать так, чтобы не порезаться нижним лезвием. Рубить ей одной рукой не представлялось возможным - слишком большая, довольно неудобная. Лезвие было прикреплено к началу копья, а само имело форму одностороннего ножа с загнутым назам, концом, которым при неумелом обращении можно было выколоть себе глаз или пробить череп. В моих руках оружие не хотело "петь" свою кровавую песнь. Если топором я представлял как рубить, чтобы опонент дрожал в страхе и пытался увернуться от каждого удара, совсем забыв об атаке, пока размахивая глефой, я думал лишь о том, как бы себя самого не порезать. Из-за этого замахи выходили неловкими и неуверенными, которые без большого труда можно было отразить даже голыми руками. Конечно это требовало практики. Много практики. Это почётное оружие гвардейцев, а таких юных как я туда не берут - как минимум нужно выслужится перед своим племенем, иметь за плечами пять сотен осознанных лет жизни и быть на хорошем счету у верховного Протектора. Ничего из выше перечисленного я не имел, а потому не расстраивался, что даже понять это оружие как следует не мог. Из хижины доносились крики и хохот, потом обоюдные смешки: поувереннее и более страдальческие, что меня удивило, но возвращаться я не стал. Потом совсем затихли. Я воткнул глефу острым концом в кость земли. Где-то далеко раздался недовольный шум. Огоньки напугались и разбежались от хижины кто куда, мигом устремившись куда-то под потолок. На тёмном болоте стало немножечко светлей, когда эти маленькие комочки синевы стали освещать своим светом всё вокруг находящееся. На дальних стволах открылись синие круги, подобно глазам и я почувствовал на себе укалывающие иглы взглядов с трёх сторон. В воде тоже вспыхнул синий свет, а вместе с ним, ещё одна иголка. Синие отсветы заиграли из под чёрной воды, как на ней. Я сделал шаг назад, выбрав более устойчивое положение и закрыл глаза, чтобы отвести взгляд. Но это глупо! Кто бы это не был, пускай подойдёт сюда - ох я на него посмотрю. Так посмотрю, что он сам испугается! Я не загнанная косуля, боящаяся всего и вся! ...Но вообще, косуля способна выживать только благодаря своему страху и быстрым ногам. Они живут достаточно не оттого, что бодаются с волками, а потому, что убегают от них. Но я и не косуля, нет у меня быстрых ног! Зато у меня крепкая воля и сильные руки. Страж я леса или кто?! С этими мыслями я уверенно открыл глаза, крепко обхватив рукоять глефы, словно позади была граница и сейчас я буду её оборонять. Нет, я не собирался бежать на эти глаза - наоборот, к ним нельзя было делать и шага, а я это крепко себе в голову вложил - я собирался показать, что чтобы эта странная тварь мне не выплюнула, я дам ему затруднений в моём поглощении. Тусклый свет озарил кроны деревьев. Я увидел тонкие бессуставные кости, раскинувшиеся подобно ветвям, между которыми была натянута тонкая тёмно-тёмно синеватая кожа, которую освещал уходящий солнечный свет. Эта кожа накладывалась в несколько слоёв. В ней угадывались тёмные тонкие кровяные сосуды или нечто на них похожее. Я был внутри одного огромного организма. Но где у этого организма рот? Почему я оказался внутри, но только сейчас это заметил? Я смог найти этому только одно объяснение - данное существо не должно укладываться в рамки моего опыта. Оно, это что-то новое и необъяснимое. И если я буду пытаться соотносить его с тем, что я ранее видел - непременно ошибусь, запутаюсь, и буду этим существом убит, обманутый собственными иллюзиями. Существа не склоняют чужую волю, когда им смотрят в глаза. Но эти - исключение. Я должен принять это исключение, адоптироваться к нему и победить в этой схватке. Победа не всегда идёт от поражения опонента. Мне не обязательно сейчас убивать это создание - тем более, что навряд ли смогу справится с ним сейчас - победой будет, если я уйду невредимым и на своих правилах. Потому я закрыл глаза, прислушиваясь к своим чувствам и не теряя стойки. Глаза лживы и верить им нельзя. Можно верить своим знаниям и навыкам, но только не глазам и ушам. Их всякое может обмануть. Я снова прочувствовал стволовые линии. Земля, обыкновенно рыхлая, изъеденная корнями, чувствовалась не так глубоко как здешняя земляная кость. Плотная и однородная, она был лишь местами полой внутри. Местами обтянутая плотью, она уходила вниз так далеко, что казалось, являлась совсем бездонной пропастью. Оно дышало. Делало вдох... Вы-ыдох... Сделало вновь вдох... Вы-ы... Задержало дыхание... Вы-ыдох. Не стало делать вдоха. Его сердце где-то внизу быстро стучит, но он задерживает дыхание. Как тот, кто напуган, но не до такой степени, чтобы разучится бороться со страхом. Сама наша поступь пугает его, а он не отвечает на удары, боясь, что будут бить сильней. Прямо сейчас, где-то за моей спиной, мучают его защитника, а он от страха ничем не хочет пошевелить... Может быть, без защитника, и не может? Будь у меня ветвь огнедрева, я прямо сейчас мог бы спалить тут всё. Без своей опеки, он не может нам противостоять. Думаешь... Я зажал руками голову. В голову ударил голос, похожий на стук в аргонии умирающего сердца. Глубокий, прилив крови в венах. Стук живого организма. Множества организмов. И они все мои в голове. Зря... Я ударил ногой по камню, пытаясь прекратить влияние голоса, приносящего мне боль. Каждое слово стучит так, словно это самое сердце, прямо у меня в голове, полное духа страха. Который заставляет колени подгибаться, а руки трястись. Слабый... Я ударил ещё и ещё. Это слово звучало раз за разом, но было произнесено лишь один раз. Я почувствовал как что-то потекло у меня под черепом и полилось на зубы. Я почувствовал вкус крови, сводящий с ума. Леший... Я пытался выстоять. Оно пытается сломать меня. Я не дамся. НЕ ДАМСЯ! Оторвав от черепа руки, я издал боевой рёв. Он раздался эхом по всему болоту. Я сделал вдох, подняв руки над головой. Резко отпустил их вместе со вторым криком. Жалость... Слабость... Бахвальство... И глазом моргнуть не смог, как оказался внизу, лежачим в бессилии. Вместе со вспышкой сознания, я поднялся на руки и ударил землю кулаком. Ещё раз. Ещё раз. Ещё раз. Ты слаб... Твой покровитель нет... Ты слаб... Глас Хора Нет... Ты слаб... В глазах всё мутно - они сами закатывались за веки. Нельзя было останавливаться. Нужно встать. Я встал на ноги, сжимая кулаки. Размял плечи, перескочил с ноги на ногу. Заревел, пытаясь отогнать морок. Я ударился головой и рогами о что-то твёрдое. Повернулся, ударился лбом, сжимая это руками. Ты... Не... Хор... Ты... Слаб... Ты... Один... Силой воли я вернул глаза в нормально положение. Зрение расфокусировывало. В голове было тяжело. Я снова на земле, снова приподнимаюсь на руках. Ладони мокрые. На белой кости с синим отсветом, тёмные пятна крови. Она льётся из моего носа. Капает из моего черепа. Иногда втекает мне в рот. Вязкая, очень вязкая кровь... Леший и должен быть один... Каждый из нас, это великодрево. Великодрево велико только в отдельности. Оно большое и возвышается над остальными деревьями. Великодрев мало, они не растут друг с другом. Ты... Ещё... Побег... Побег... Побег... Всего лишь побег... Слабенький... Небольшой побег... Мои руки в чём-то мокром. Они вязнут в чёрном мясе, покрытом земноводной кожей. Я сжимаю руки. Вспарываю плоть. Синеватая кровь всплывает через чистую воду. Кровь сразу смывается куда-то в сторону. Тёмно-зелёные капли с моего рта, капают в воду. Я пячусь. Нельзя заходить в воду. Не сейчас. Нельзя сейчас. Вода... Чистая... Можно... Отмыть... Кровь... Нельзя заходить в воду. Сосредоточься. Вода... Обезболит... Иди... Испей... Воды... Вода доходит мне до плеч. Во рту она чувствуется чистой до хрусталя. Я чувствую как она попадая в желудок, растекается внутри и идёт по сосудам. ОСТАНОВИСЬ. Я ползу назад. Перевернулся на спину, плюхнулся в воду. Ползу назад. Что-то хватает меня за ногу. Оно скользкое, но держит крепко, словно меня губами обхватило большое существо. Я чувствую как вода быстро стекает туда, а мою ногу что-то всасывает. Я делаю рывок назад. Выдёргиваю ногу из "губ". Иди... - Я не подчиняюсь тебе!!! - взревел я. Я не подчиняюсь тебе. Я не подчиняюсь тебе. Резал плоть руками. Холодную скользкую плоть, которая не кровоточила. Это очень толстая шкура... Даже нет, не шкура... Оно не кровоточит... Ему не больно... Оскалив зубы, я полз назад к берегу. В свете синих огоньков слегка мерцали лезвия глефы. Вцепляясь в плоть пальцами, я подтягивался к берегу. Мои ноги оказались обхвачены. Иди... Ко мне... Я вырвал руку. Выплюнул воду. Чувствовал во рту какой-то странный привкус, словно съел несвежую лягушку, которую до этого заставили гнить в воде. Сделал рывок. Нужно... Дотянуться до глефы... Я могу использовать её как опору... Чтобы не уйти в воду... Пространство то ссужается, то расширяется. Голова страшно пульсирует. Пульсируют мои зубы. Мои глаза пытаются выйти за пределы оленьего черепа. Пульсирует мой череп с рогами. Я чувствую свои вторые зубы и они тоже пульсируют в агоническом позыве. Иди... Ко мне... Пойду... Но от тебя. Я сделал ещё одно усилие. Нужно просто двигать руками. Не надо думать. Руки глубоко уходили. Они были полны кусочков чёрной плоти. Вода наполнялась ими, как если бы в неё кинули большой кусок размельчённого, на кусочки, угля. Оно засасывало меня, но я вырывался. Засасывало на два метра. Я выбирался на один. Засасывало на три. Я выбирался на два. Засасывало на десять. Я делал рывок и выбирался на семь. Засасывало на три. Я остервенело рвался, выбираясь на шесть. Под когтями плоть соскребалась с костяного нароста. Мне нужно выбраться из воды полностью, чтобы дотянуться до глефы. Вонзить её и перевести дыхание. А потом Деускретор выведет меня из этих болот, как и привёл сюда... Бесполезно... Ты... Моё... Я вцепился когтями и они заскрипели, стирая под собой костяную землю и окрашивая мои руки в белый. Сущности топи не хотела отпускать меня и тянула к себе. Я смог отстоять свой разум - напор ослабился, в глазах теперь не так мутило и их никуда не утаскивало. Но моё тело казалось уже измотанным - мышцы ныли. Руки и ноги закаменели и совсем не хотели подниматься, но усилием воли я всё же отдирал их снова и снова, чтобы проползти или хотя бы не дать себя утащить. Меня тошнило - в животе грузом плескалась эта отвратительная вода. С ней было явно что-то не чисто и дело тут не в том, что там было достаточно моей крови. Я подтянулся ещё раз. До глефы мне не хватало буквально меньше метра. Но у меня не было сил, чтобы протянуть ещё метр - щуп, обвивший мою ногу, хищно тянул меня в воду и уставать он даже не собирался. Я попытался сделать ещё рывок, протянув руку, но щуп резко дёрнул меня на себя, сразу затянув меня по пояс в воду. Я вцепился когтями. Зубами бы готов был вцепиться, если было бы куда. Держал взгляд только на глефе. Она была всего в паре метров. Я мог бы отрубить щуп ей. Или хотя бы попытаться. Сапог наступил на глефу. Я поднял взгляд на Деускретора, который стоял на ней сейчас. - ...Помоги... - проскрипел я. Мои когти вгрызлись в кость. Он же меня не бросит так, верно? Он мне поможет. Но он стоял. Меня чуть соскребло назад, а он не двинулся. Знал, сука, что так будет... Засранец... Ублюдок... Чёртов старик. Сучие болота! Я знал что сюда нельзя было приходить! Знал что не надо было ему доверяться! Я же знал что он ведёт меня в болота! Щуп медленно, но верно начинал стачивать мои когти о кости собственного организма. Хоть оступись, спичка ты грёбаная. Поскользнись. Пускай глефа соскользнёт ко мне. Прошу! Я прошу не так много! Всего одна проклятая случайность! Пожалуйста! Старик посмотрел на меня, улыбаясь. Смотрел мне прямо в глаза и я жгучей иглой чувствовал его взгляд и смотрел в ответ, в эти два слепых глаза... Как я могу чувствовать его глаза, если они слепые?!... Ничего... В подземье я тебя найду... И выколю тебе эти глаза так, что они сквозь затылок у тебя вылезут... - Сам справишься? Нужна, так сказать, хм... Нога помощи? - издевательски спросил он. Я оскалился и зарычал, обтираясь рогом о пол. - У меня есть целых две, знаешь? Правда, одна тебе будет, видно нужнее... Думаешь наверное тебе это поможет... - он чуть притопнул пяткой по лезвию и засмеявшись, переступил на древко и толкнул её ко мне. Глефа поскользила по кости прямо ко мне... Но тут она стала соскальзывать в сторону. Резким движением пасти я вцепился в лезвие зубами. Отцепил одну руку, чтобы схватиться за глефу. Но одной рукой я не мог удержаться и, неспособный удержаться, я отцепился, схватив глефу двумя руками и сразу повернулся на спину. Весь череп захлестнула вода - я был утянут обратно в зону плоти. Подтянув ноги под себя, я сделал усилие и силой резанул по щупам. Ударил лезвием прямо по ноге, да с такой силой, что отрезал не только то, что меня держало, но ещё и поранил собственную ногу. Жгучая боль пронзила мне голень насквозь, сразу распалив моё сердце и заставив его работать быстрее. Но этого не было достаточно. Вода стала проваливаться подо мной, а меня самого куда-то всасывать - я попытался вонзить глефу как опору куда-нибудь, но вместо этого она стала болтаться в какой-то массе, не способная удержать меня, так как та была слишком мягкой. Вода заливала мне череп и глаза. Мешала вдохнуть. Чьи-то впились в мою грудь и спину, перемалывая веточки, но потом вдруг всё перевернулось несколько раз - я почувствовал холод ветра и свободу от оков. В ушах засвистело, у глазах зарябило, а всё нутро похолодело и замерло. Я не смог понять что произошло, пока не ударился об землю, почувствовав тупую обжигающую боль во всём теле. Но я был наконец вне воды - на твёрдой почве и ничто меня не пыталось куда-то тянуть. Отплевывая воду, я перевернулся и меня вывернуло остатками сегодняшнего завтрака и чёрной мягкой плотью существа, попавшей вместе с водой, которой я наглотался против воды. Вылив эту воду из под черепа и проморгавшись, я стал ощущать свои конечности и то, как неприятно жжётся нога. В попытке освободиться, я саданул себе лезвием по ноге, потому она теперь болела. Но я был жив. Надо мной наклонился старик и постучал костяшкой пальцев по черепу, видно смотреть, не отдал ли я небу душу. - ...ты... дал мне... помереть... - проскрипел я. Хотел сейчас сделать выпад, чтобы зашибить старика. Хотя бы окунуть его в эту водичку. Но сил было очень немного. - Хм и как, помер? Я нервно усмехнулся. Меня вдруг захлестнуло какое-то тёплое чувство и содрогание в груди. - ...Да нет... - издал я ещё один болезненный смешок и тихо засмеялся. Вот старик, вот... Я не знаю даже, дурёха... - Хм, хотя я вижу, всё-таки пожевали. - он и сам засмеялся. - Ладно, переводи дух. Хочешь, принесу тебе лягушек или чем тут она питается? - Просто... Дай мне перевести мой дух... - Угу, только понапрасну не переводи, он ещё понадобится. Не хочу тыкать палкой осиное гнездо, потому пойдём как только поправишься. Только меня держись, ага? - Ты... Достал что нужно? - выдохнул я, отходя и от смеха и от боли. Я лежал не так далеко от линии воды, но ничто больше не пыталось меня схватить и утащить. Старик, улыбаясь, потряс какими-то обломками старых костей. - Мне казалось... Там маска... Или что-то такое ты говорил... - Планы всегда меняются мой мальчик - теперь это лучше! Это кусочки маски! Не только инструмент, но и классный пазл, если конечно учесть, что две части из шести даже не при мне, а утеряны!... Я конечно не большой молодец в головоломках, но иногда мне нравится над ними, так сказать, поломать голову. Я устало опустил голову, опёршись рогами и переводя дух. Старик устроился в досягаемости руки - просто разлегся, закинув руки за голову. При желании, я мог бы ударить его локтём по животу, но я сильно устал после этой страшной борьбы, что даже на такой манёвр меня просто не хватало. - Гр... Это значит...? - Ничего не значит, кроме нашего счастья. - спокойно ответил он с таким удовольствием, словно ничего не произошло. - Сейчас мы передохнём и пойдём отсюда. Невкусные тут лягушки, а кроме них, жевать только ветки. Знаешь, пиявок можно кормить и в местах поинтереснее! - ...Например?... - Как-то я отобедал у каганата на далёком юге Сильсенсора. У них замечательное, но жестковатое солёное мясо, впрочем, для их места обитания, это естественно. Неестественно зато, какой вкусный ламанш они заворачивают. Знаешь что такое ламанш, деревяшка? Это в тарелку наваливают овощей, травок, мяса, перемалывают это всё и запекают в лепёшке. А ещё они в углях и торфе запекают черепах! М-м-м-м, объедение! Тебе обязательно нужно будет попробовать черепаху! - хе... А я бы сейчас не отказался и от лягушек... - Ничего, лягушки пожирнее найдутся поближе к твоим родным пенатам. Как на счёт чуточку теперь завернуть в племя Горна и как следует там перекусить? Фавны отличны в виноделии. Ты пробовал когда-нибудь вино? О брат, вино дурит головы. Превращает страшненьких девушек в красивых, расширяет внутренние горизонты, но одновременно с этим, развращает разумных до ленивых хряков. - ...Белая чайка справляется с этим... Примерно так же... Только превращает тебя не в свинью, а в дерево... Или в лань, если двигаешься. - О, таинственная "белая чайка"! Вы делаете её из тёртого тростника, сока белого древа Рага-тоо и...? - А меня что ты спрашиваешь? Я никогда белую чайку не готовил. - Эх, а я думал, что как патриот, ты знаешь из чего она делается! Из воды и фавор-травы. - ...Знаю только, что из фавора вообще много чего делается. Любят шаманы эту траву... Ладно, как выбираться отсюда будем? - А тут ничего сложного, пойдём-ка, покажу! Знаешь как говорил классик? "Завтракать будем уже в Аноре"!