Чего боятся дети?

      Вечерело. Постепенно в маленьком городке Блэк Дюнс начали зажигаться уличные фонари, один за другим. Воздух наполнялся вечерними ароматами свежести, цветов, чьих-то духов. И так немногочисленных прохожих заметно поубавилось, а в окнах маленьких домиков и небольших пятиэтажек стали поочерёдно загораться лампы. Лишь иногда случайно встречались одинокие парочки, романтично прогуливающиеся по тротуару.       Дин тоже был на улице этим чудным вечером. Он наслаждался тихим великолепием, вдыхал полной грудью воздух и ждал, прислонившись к капоту Импалы. Ждал встречи с прекрасной девушкой. С Лидией Линдерман Джонс.       Винчестер никак не мог понять, чем так зацепила его эта девушка? Своей фигурой? Безусловно. Она была великолепна. Однако было ещё что-то в ней такое… Но что? Её светлая улыбка? Вероятно. Озорные чертенята в зрачках? Вполне возможно. Дину всегда больше нравились игруньи и хитрули, чем тихони. А может быть Винчестеру запали в душу мягкость и нежность, смешанные со строгостью, с которыми она обращалась к своей малышке, пока та лезла к роботу, спрятанному за звёздной занавеской? Пожалуй, да, и это тоже. Ведь Лиза Брейден также общалась со своим сыном Беном, когда он шкодил.       Вспомнив Лизу, сердце Дина ёкнуло и ухнуло куда-то вниз, после чего вернулось в прежнее состояние. Лиза-Лиза… Не смотря на то, что расстались они не самым лучшим образом, Дин никак не мог не думать о ней. Ему не удавалось прогнать мысли о девушке прочь, даже если он действительно этого хотел. В основном в памяти всплывали лучшие эпизоды этой части его жизни. Как он впервые увидел Бена и научил давать отпор хулиганам, как тепло его встретила Лиза, что несказанно удивило Винчестера. Не прогнала, не стала ругаться, не оттолкнула или просто не захлопнула дверь перед носом. Она просто обняла его.       Дин прикрыл глаза. Это произошло всего года два назад, может даже меньше, однако на деле казалось, что прошло гораздо больше времени. И он скучал по нему. Да… Ему чертовски этого не хватало, особенно в некоторые не очень хорошие моменты.       Задумавшись, Винчестер старший даже не сразу заметил какое-то движение прямо перед ним. Он распахнул глаза, готовый ринуться в атаку, но столкнулся со знакомыми женскими карими глазами напротив.       – Привет, Дин, – улыбнулась Линда, подавив смешок. – Чуть не уснул, пока меня ждал?       – Линда, – рассмеялся Дин. – Нечестно так людей добрых пугать.       – Ой, а я тебя напугала? – Девушка состроила невинное личико, опустив глазки. – Прости меня, пожалуйста. Я не думала, что твои нервы могут не выдержать.       – Это ты так завуалированно назвала меня трусишкой? – улыбка расплылась ещё шире.       – Ну-у-у, в общем да, – фальшиво задумчиво протянула Линда, не пытаясь скрыть хитрую ухмылку.       Дин уставился на неё не мигающим взглядом зелёных глаз. Было очень трудно сдержаться от улыбки. Уголки губ так и норовили поползти вверх. Линда не осталась в долгу и тоже широко распахнула свои прекрасные карие глазки. Игра в гляделки продолжалась всего несколько секунд, после чего улицу разорвал громкий смех.       – Ха-ха! Ладно, – через некоторое время проговорил Дин, стараясь успокоиться. – Садитесь, мадам, карета ждёт Вас.       Винчестер, как настоящий кавалер, распахнул дверь машины с пассажирской стороны, где обычно сидел Сэм.       – О, это так мило с Вашей стороны. – Линда, всё ещё весело улыбаясь, скользнула на сидение. Дин привычно пристроился за рулём и завёл свою «Детку». Импала покатила по догам ночного города.

***

      Это было волшебно. По-другому Линда никак не могла описать сегодняшний вечер. Обычно она проводила это время с дочерью, занимаясь домашними делами и одним глазком приглядывая за ней. О свиданиях даже не задумывалась. Ох, как же давно она на них не ходила! Лет пять уже как, с момента рождения Оливии, а может и больше. Как-то не до свиданок было.       Однажды, пять или шесть лет назад, когда ей было всего восемнадцать, один парень обманул её, клянясь в любви и желании завести с ней семью. В то время Линда была простой наивной девчонкой, мечтающей о большом счастье. Сладкие речи вскружили голову, и она попалась на крючок.       Когда оба узнали, что она беременна, "прекрасный принц" по-быстрому слинял куда подальше, и Линда осталась совершенно одна. Однако девушка не сломалась, как многие в её положении. С большим трудом, но устроилась на работу стажёром продавцом-консультантом в супер-маркете, временно живя у хорошей знакомой – мисс Роуз. Та, в своё время, приходилась школьным учителем Линды.       Девушке несказанно повезло, что её тогда ещё молодая учительница, с которой у неё всегда были хорошие отношения, оказалась в этом же городе. Ведь, когда Линда окончила школу, ей по некоторым причинам пришлось переехать сюда, в Блэк Дюнс. В этот же город переехала и мисс Роуз. Узнав о бедственном положении своей бывшей лучшей ученицы, она без каких-либо сомнений пустила её к себе.       Девушка была искренне благодарна, но сидеть на шее – не в её стиле. Ведь совсем скоро должен появиться ребёнок, и тогда доброй мисс Роуз пришлось бы кормить уже два рта. А это было бы уже не красиво со стороны Линды.       Большими и воистину титаническими стараниями Линда смогла поднакопить денег и стала снимать у Роуз комнату. Так, по крайней мере, было более честно. Однако Линда всё равно чувствовала неловкость. Не желая быть обузой на шее учительницы, никогда не имевшей семьи и потому не привыкшей к детскому крику и пелёнкам, она стала ещё больше впахивать на работе, чтобы снять уже отдельную хотя-бы небольшую квартирку. Но когда Роуз узнала о причине беспокойства Линды, она принялась убеждать её перестать думать об этом. Напротив, она будет очень рада, если в её «холостяцком» доме зазвучит детский голосок.       У Роуз никогда не было детей и не могло быть, однако ей очень этого хотелось. И поскольку к Линде она давно испытывала материнские чувства (даже больше, чем родная мать девочки), то просто не могла себе позволить бросить на произвол судьбы будущую молодую маму с новорождённым малышом.       Роуз стала для Линды настоящей семьёй, которой у девушки никогда не было. Они обе делали друг друга по-настоящему счастливыми. А потом, через несколько месяцев, к ним присоединился ещё один новый член семьи – Оливия Линдерман. Девочка родилась здоровой и крепкой. Как только Линда увидела дочь, сразу поняла – им с малышкой жить долго и счастливо. И уж теперь это "долго и счастливо" не будет пустым звуком, как это было в случае с её родным отцом. Уж она-то постарается на пару с Роуз, ставшей новорождённой названной бабушкой.       Так и было! Вот уже целых пять счастливых лет Оливия жила, если не в сказке, то в чистоте и достатке и была огромной радостью и поддержкой для своих матери и бабушки.       Всё это Дин постепенно узнавал в разговорах с Линдой. За то, что девушка не стеснялась своего прошлого и открыто говорила о нём, честно и не зажато отвечая на вопросы, она всё больше и больше начинала ему нравиться. При этом слушать её было отнюдь не скучно. У Винчестера сложилось впечатление о Линдерман, как о милой, доброй, немного саркастичной и очень умной девушке. Хотя сама она умной себя не считала, приводя аргумент в виде биологического труса-папаши дочери.       – Да, ты повелась на храбрые бравады этого мерзавца, – ответил ей на это Дин, отставляя кофе в сторону. – Но посмотри, к чему это всё привело. Теперь ты счастлива. Или я не прав?       Они сидели в уютном маленьком кафе. Играла плавная музыка на небольшой громкости, в помещении, кроме них и сотрудников, больше никого не было. Тихая спокойная атмосфера придавала этому вечеру большей романтичности и делала его чуть ли не идеальным.       Винчестер хитро подмигнул ей, ожидая, что ответит Линда на его высказывание. Та, мило улыбнувшись, не заставила себя долго ждать:       – Да, всё верно. Ты, безусловно, прав.       – Вот видишь? – Дин отхлебнул из стаканчика напиток (кофе, кстати, оказался неплох). – У тебя появилась семья, которая тебя любит и ценит. А это самое главное.       Они ненадолго замолчали, глядя друг другу в глаза. Линду безумно привлекала эта изумрудная зелена, искрящаяся добротой и чем-то другим, более необыкновенным. Но также она видела там и некую внутреннюю боль, которой отчаянно хотелось вырваться наружу, но её насильно сдерживали. Линда неплохо разбиралась в психологии, поэтому подумала, что, раз уж она рассказала этому молодому человеку о своей жизни, то почему бы не расспросить Дина о его? Может ей удастся ему как-то помочь? Или хотя бы морально поддержать. Так она и сделала:       – А что же ты? – подала Линда голос, нарушив тишину. – Как протекала твоя жизнь? Ещё утром в кафе я заметила, что вы очень дружны с братом. Вы сказали, что проездом через этот городок. Куда направляетесь? Хотелось бы и о тебе узнать что-нибудь.       Девушка в ожидании посмотрела на Винчестера, уперев подбородок на переплетённые кисти рук.       Дин ожидал этого вопроса. Сам он болтать любил, даже очень. Но только не о себе. Обычно, если новые подружки спрашивали о его жизни, он как-то отшучивался или рассказывал только то, что им положено знать, что-то вроде: «Я родился в Канзасе, у нас с братом (иногда он вообще не упоминал Сэма) было не очень хорошее детство, так как мамы не было, а папа часто прикладывался к бутылке». И это, в общем-то, была чистая правда.       Если спрашивали, где он работает, Дин либо плавно переводил разговор на другую тему, либо выдумывал какую-нибудь должность на ходу, естественно не рассказывая о своём настоящем роде деятельности. И в большинстве случаев, ему верили.       Обычно ему ничего не стоило о чём-нибудь соврать чужому человеку, с которым он навсегда распрощается через пару дней, когда закончит с делами, и, скорее всего, никогда больше не увидит. Однако сейчас был другой случай. Пред ним находилась совсем иная девушка, которой совершенно не было желания врать. Более того, Дину наоборот отчаянно хотелось рассказать всё, как есть. Поделиться всем, что было у него на душе. Но он отчётливо понимал, что если расскажет чистую правду, она посчитает его сумасшедшим, вызовет дурку и сбежит. Такой расклад его совсем не устраивал. Поэтому Дин, скрепя сердце и сделав максимально невозмутимый вид, выдал ей стандартное: «Матери нет, отец алкоголик» и что они с братом сейчас оба в отпуске и едут к друзьям. Про работу он ничего не сказал.       Слушая его, от Линды не укрылось то, с каким трудом он всё это рассказывал. Кажется, она наступила на больное. Когда Дин сделал паузу, неожиданно положила свою руку поверх его и ласково проговорила, близко наклонившись к нему:       – Дин. Я вижу, что тебе не очень комфортно всё это говорить. Я искренне хочу, чтобы этот вечер запомнился нам обоим, как один из самых лучших. Поэтому, если ты не хочешь, не говори.       Дин благодарно посмотрел в карие глаза. А через секунду оба даже не заметили, как их губы слились в нежном поцелуе.       Отстранившись друг от друга, Линда встала из-за стола и, всё ещё не выпуская руку Винчестера из своей, целенаправленно повела его к выходу, хитро улыбнувшись. Дин прекрасно понял этот намёк, ухмыльнулся и послушно пошёл за ней.       Когда они уже ехали в Импале к самому дешманскому мотелю, чтобы снять комнатку всего на несколько часов, Дин, остановившись на красный свет, внимательно взглянул на девушку и медленно, немного виновато произнёс:       – Линда. Ты же понимаешь, что это только на один раз? Верно? Завтра мы с Сэмом уедим отсюда и, вероятно, больше никогда не…       – Я понимаю, – не дослушав, перебила Линда, также внимательно и твёрдо посмотрев на него. – Я знаю, что это только на один раз. Всё хорошо.       Она улыбнулась ему, а затем добавила:       – Хотя не могу отрицать, что ты мне нравишься.       Дин легко улыбнулся в ответ.       – Ты мне тоже. Очень.       Зажегся зелёный, и Импала поехала дальше, освещаемая ночными круглыми фонарями, к своей цели.

***

      Сэм с хитрой снисходительной улыбкой проводил брата до двери, а сам остался в номере. Пусть погуляет. Они целый божий день добирались до Джоди и сильно вымотались. Им тоже требовалась передышка. К тому же, уже вечереет. Так зачем Дину упускать такую возможность поразвлечься с красоткой, тем более что та сама не против? Сам же он, Сэм, как всегда, посидит тут, полазит по интернету, выискивая дело на будущее.       Винчестер младший хотел было взяться за свой ноутбук, но тут внезапно на ум пришла другая идея. А может просто почитать что-нибудь? Какую-нибудь другую, не связанную с их деятельностью литературу? На такие вещи у него вечно не хватало времени из-за работы. Ну что ж поделать? Вот такая она – жизнь охотника.       Отец просто не оставил им выбора, делая сыновей с детства теми, кем они являются сейчас. Для Сэма всегда было огромной радостью, когда всё-таки появлялась эта самая свободная минутка. Время, в которое он мог делать всё, что ему захочется. Чаще оно появлялось, когда отец отправлялся на охоту сам, оставляя сыновей одних в мотелях. Тогда Сэмми брал книжку и читал. Читал, не прерываясь ни на какие мелочи, старался выжать из этой маленькой возможности столько прочитанных страничек, насколько её хватит. «Книжный червь» в шутку называл его Дин, стараясь вырвать братишку из книжного мира и вывести на «выгул», но тот отчаянно сопротивлялся. Тогда старший, махнув на него рукой, шёл гулять сам, а Сэмми оставался в номере, читая, читая и читая. По приходу домой, Дин часто обнаруживал его спящим с зажатой книжкой в руках. Тогда он осторожно вынимал вещь из детских пальцев, клал её на тумбочку и укрывал братца одеялом или пледом. А когда тот был помладше и засыпал вне своей кровати, тихонько брал на руки и переносил на его законное спальное место.       Время шло и на книги его оставалось всё меньше и меньше. От отца только и было слышно, что про охоту, семейный бизнес да демона.       «Вы охотники. Вы должны…» и так далее, так далее, так далее.       Да. Они не обычные люди. Они охотники. А у охотников нет времени на простые людские дела. Винчестеру младшему категорически не нравилось такое положение вещей, но… Его никто не спрашивал. Это его судьба.       Однажды Сэму на какое-то время удалось свернуть с этой кривой тропинки на другую, прямую, именуемую «Нормальная человеческая жизнь». Однако увы, через некоторое время эта дорожка вновь слилась с той же самой. Кривой… Опасной… Охотничьей…       Но если появился шанс пройтись по ТОЙ прямой дорожке хоть чуть-чуть, почему бы не воспользоваться им?       Поэтому Сэм, взяв с собой только телефон да немного денег, наверное, впервые в своей жизни отправился в библиотеку не для того, чтобы выискивать информацию об очередном монстре. Он шёл туда просто отдохнуть, не ломая голову над какой-либо задачей.        Что ж. Похоже этот вечер оба брата Винчестера проведут просто великолепно.