Нечто неизменное

Голова резко закружилась, из глаз посыпались искры, так что Гермиона была вынуждена облокотиться о ближайшую тумбу. Она не могла вспомнить, как вообще подорвалась с кровати, но причина ее пробуждения стала очевидна через несколько секунд. Крики миссис Уизли раздавались несколькими этажами выше, где ночевали близнецы. – Чемоданы еще не собраны, в комнате такой беспорядок, будто здесь промчался табун кентавров! Поднимайтесь немедленно, иначе, Мерлином клянусь, в этот раз вы точно никуда не поедете! Было слышно, как миссис Уизли вышла из комнаты Фреда и Джорджа, яростно хлопнув дверью. Внезапно Гермионе показалось, что негромко взорвалась бомба-вонючка – одно из новых изобретений близнецов. Миссис Уизли шумно выдохнула и снова открыла дверь в комнату Фреда и Джорджа: – Еще хоть один раз я наступлю на какую-то вами созданную гадость, я лично уничтожу все, над чем вы здесь трудитесь, – с подавленной злостью проговорила миссис Уизли, и звучало это, как решила Гермиона, еще страшнее, чем крик. – Чтобы через десять минут вы уже завтракали в столовой. Шаги приблизились. Дверь в комнату Гермионы открылась, и суетившаяся рыжеволосая волшебница ласково сказала: – О, милая, ты уже встала. Спускайся скорее на завтрак, – и миссис Уизли, судя по дальнейшему ворчанию Рона, отправилась будить остальных жильцов поместья. Гермиона села на кровать, позволив себе еще некоторое время потратить на то, чтобы проснуться. Перед ней всплывали воспоминания прошедшего вечера, вызывая умиротворенную улыбку. На лестнице послышались шаги. – Вот скажи мне на милость, Джордж, почему эта женщина так горланит? – полушепотом возмущался Фред. – Потому что до поезда всего четыре часа! – саркастически и так же тихо отвечал близнец. – Знаешь, я просто мечтаю однажды опоздать так, чтобы полететь в школу на долбанной машине, как Рон. – Я думаю точно то же самое… – Эй, вообще-то мне за это здорово досталось! – присоединился к разговору Рон. – Не храбрись, ты отделался кричалкой, – усмехнулся один из близнецов. – Помнишь, Фредди? – Рональд Уизли! Как ты посмел угнать машину?! – начал цитировать Фред. – Я бесконечно рассержена… – продолжил Джордж. – Твоему отцу на работе устроили разнос… – И это полностью твоя вина! – Еще один малейший проступок… – И мы немедленно забираем тебя домой! На лестничной площадке раздался хохот и гундеж Рональда. Хихикнула и Гермиона. Когда-то происшествие с летающим фордом казалось ей опасным и невозможным, она всерьез переживала за своих друзей, но сейчас, предаваясь воспоминаниям, она ощутила тепло в груди. Спустившись и наскоро перекусив бутербродами, Гермиона, Гарри, Рон, Джинни, Фред и Джордж разошлись собирать чемоданы. Школьники, громко топая, бегали по комнатам, отыскивая свои вещи, постоянно сталкивались в проемах и цыкали друг на друга. Совы Гарри и Рона громко ухали, летая по всему дому, а Живоглот никак не хотел залезать в переноску, шипел и бросал мстительные взгляды на свою хозяйку. Миссис Уизли подгоняла каждого, кто попадался ей на глаза, здорово действуя на нервы еще обиженных за утренние крики близнецов. От безмятежности вчерашнего вечера не оставалось и следа, дом заполонили шум и гам утренней суматохи. Только Сириус оставался спокойным и как будто каким-то равнодушным к происходящему. Сонно зевая, он наливал себе кофе из чайника, поддерживаемого заклинанием левитации. Лениво взяв чашку, он сел за стол в столовой и расслабленно закрыл глаза. На нем был шелковый синий халат, волосы крупными кудрями лежали на плечах, весь его вид и поза выдавали его отрешенное и чуть унылое настроение. Зайдя в столовую за вчера забытым учебником и увидев Сириуса, Гермионе стало так тоскливо, будто она сама остается в этом недружелюбном доме совершенно одна, а не Сириус. Неудивительно, что он так расстроен отъездом гостей и, в особенности, своего крестника. Мужчина ее не заметил, и Гермиона поспешила удалиться, по пути встретив Гарри, направляющегося попрощаться с Сириусом. Друзья обменялись грустными полуулыбками и разошлись по своим делам. Наконец все было упаковано. Гермиона стаскивала по лестнице огромный чемодан и переноску с истошно орущим Живоглотом. Сзади подошел Джордж и весьма по-хозяйски отобрал чемодан у его обладательницы. – Грейнджер, ты решила там нелегально перевезти дракона? – Там учебники на этот год и за некоторые предыдущие. Мы в этом году сдаем СОВ… – и Гермиона замолчала, заметив снисходительную улыбку Джорджа. – Спасибо. Кое-как доехав на маггловском транспорте, компания, состоящая из школьников, мистера и миссис Уизли и нескольких мракоборцев, пересекла барьер между платформами 9 и 10, оказавшись в таком родном мире магии. Вокруг длинного поезда с величественным красным локомотивом, знаменовавшим себя «Хогвартс-экспресс», собрались дети разных возрастов, уже переодетые в школьные мантии и еще носящие маггловские наряды, взрослые, с гордостью и беспокойством глядящие на своих маленьких волшебников. На этой платформе встречались друзья, приятели, сокурсники, прощались дети и родители, летали золотистые искры и зачарованные самолетики, издавали разнообразные звуки совы, кошки, жабы и другие, порою странные для поездки в школу, существа. Взгляд Гермионы упал на маленького белого хорька, сидевшего в клетке какой-то первокурсницы, и она приложила все усилия, чтобы подавить смешок. Рядом с Гермионой по-прежнему шел Джордж, волоча ее чемодан. Ей было приятно получить такую помощь, но какая-то ее часть предпочла бы идущего около нее Фреда. Но себе она в этом, разумеется, не призналась. Миссис Уизли по нескольку раз обнимала Гермиону, Гарри, Рона, близнецов и Джинни. Почти придушив чуть ли не все потомство чистокровной семьи Уизли, полноватая рыжеволосая волшебница отпустила компанию в поезд. Гарри, Рон и Гермиона заняли свободное купе и впервые позволили себе расслабиться за это беспокойное утро. Наконец замелькали пейзажи: зеленые поля, ярко-синие водоемы, громадные горы со слегка заснеженными вершинами. Своей безоблачностью и чистотой небо олицетворяло собой успокоение и надежду. Надежду на то, что они всегда смогут сбежать от любых проблем в этом поезде, который, приятно постукивая по рельсам, унесет их во вселенную безопасности, сказки и волшебства. Унесет их в любимый Хогвартс. Гарри и Рон возбужденно обсуждали какой-то прием, выполненный вратарем английской команды по квиддичу. Поедая шоколадных лягушек, сахарные перья и тыквенные пирожки, они не замечали ничего вокруг. Гермиона улыбнулась. Мальчишки. Мимо купе прошли Фред и Джордж. Старший близнец очаровательно подмигнул Гермионе, чем заставил ее залиться краской и чего, на счастье, не заметил. Он будто вернул ее к размышлениям, отложенным на потом, но приятно терзающим ее последние сутки. На колени Гермионы запрыгнул Живоглот, любовно взглянул в глаза хозяйки, потянулся и, свернувшись клубочком, сладко заснул. Поглаживая мурчащего рыжего кота, волшебница подумала, что рыжие ей нравились всегда. Перед глазами всплыл образ Фреда, которого Гермиона тут же сравнила с ярким, горячим солнцем. Сейчас он казался Гермионе особенно впечатляющим. Близнецы никогда не были глупым, но в последнее время ее удивляли их идеи не столько с точки зрения юмора, сколько с позиции реализации своих задумок с помощью волшебства. Они использовали довольно сложные заклинания, а некоторые и изобретали сами! Фред определенно сообразителен и талантлив, чем не заканчивается список его положительных черт. Он храбрый, открытый, энергичный. Да, энергичный! Гермиона задумалась над тем, что ее привлекает эта жизненная сила, это неумение сидеть на одном месте, этот самый огонек в его глазах. Как будто движимый какой-то яркой стихией, Фред никогда не лез за словом в карман, заряжал своим энтузиазмом окружающих. Да, и, разумеется, у него потрясающее чувство юмора! А главное, вчерашний разговор… Ей показалось, что он оставил неизгладимый, все меняющий отпечаток на их взаимоотношения. Фред был таким откровенным. Гермионе хотелось поговорить еще, ответить взаимной искренностью… Она посчитала, что теперь все изменится. Изменится к лучшему. После такого диалога она претендовала на какое-то особенное отношение, хоть и боялась произнести эти слова даже в своей голове. Внезапно ей даже подумалось, что он достойный. Достойный, чтобы… – Гермиона, ты в порядке? – Гарри внимательно заглядывал в глаза девушки. – О, конечно, – смутилась Гермиона и, заметив в руках Гарри газету, спросила, – ну что там? – «Пророк» снова выставляет меня идиотом, – фыркнул Гарри. – Я просто хочу, чтоб ты помнил, как много людей тебе поверили и трудятся для того, чтобы оказать должное сопротивление Волан-де-Морту, когда это будет необходимо. А еще мы с Роном всегда на твоей стороне, верно? – обратилась она к рыжему другу. – Угу, – настолько серьезно, насколько смог, ответил Рон, дожевывая тыквенный пирожок.

***

Еще в поезде Гермиона, вытолкав друзей из купе, переоделась в школьную форму. В этом году она решила явиться на пир по случаю начала учебного года с нестандартной прической. Полчаса она возилась с копной пышных и непослушных волос, поливая их снадобьем «Простоблеск». Уложив шевелюру небрежным, но миловидным пучком на затылке и оставив несколько завивающихся прядей у лица, девушка отметила, что Флимонт Поттер* был даровитым зельеваром, чего, к сожалению, не унаследовал его внук. После распределения и праздничного застолья Гермиона, Гарри и Рон отправились в гриффиндорскую гостиную. Стоило им пройти портретный проем, как до них донеслись восторженные восклицания и наперебой голосящие Фред и Джордж: – С сегодняшнего дня мы начинаем тестировать Блевательные батончики… – Кровопролитные конфеты… – Обморочные орешки… – И другие Забастовочные завтраки! – Каждый, попробовавший наше изобретение… – И оставшийся при этом в живых! – Получит десять сиклей за помощь в усовершенствовании товара! Младшекурсники обступили близнецов со всех сторон, расспрашивая о назначениях и функциях этих сомнительных сладостей. Опешив от идей Фреда и Джорджа, Гермиона возмущенно накинулась на близнецов: – Я не позволю вам тестировать свои вредилки на детях! – Вредилки… Звучит замечательно, не находишь? – обратился один близнец к другому. – О да! – весело ответил другой. – Вы не понимаете! Это серьезно! Кто понесет за них ответственность, если что-то пойдет не так? – Мы подучили несколько контрзаклятий, способных вернуть твоих дорогих первокурсничков в прежний вид, – широко улыбнувшись сказал Фред, но, заметив, что Гермиона после этих слов спокойнее не стала, крикнул ей через всю гостиную: – Не омрачай свой внешний вид гневом в глазах, ведь сегодня ты выглядишь особенно прелестной! Гермиона недовольно закатила глаза и поспешила в свою комнату. А в голове все раздавались слова: «Сегодня ты выглядишь особенно прелестной!».