Падшие Ангелы. Кровавые Крылья.

Пересекаться с кем-то до тренировки Кара желанием не горела, поэтому быстро преодолела расстояние от своей комнаты до тренировочной, не издав ни звука. Тренировка Ника должна была вот-вот закончиться, мешать ему не хотелось, так что она просто ждала за дверью, пока Даррен освободится. По ее подсчетам прошло еще около пятнадцати минут, прежде чем Ник вышел из зала красный и уставший. — Ну как? — поинтересовалась девушка. Он тяжело вздохнул и заглянул назад в комнату, где его только что, судя по виду, пытал Уэйн. — Он монстр, в разы хуже Адриана. Ну или лучше, тут уж как посмотреть, — Ник усмехнулся. — Надеюсь, все было нормально. — Уверенна, так и было. Аллен поджал губы и кивнул. — Удачи тебе, — он потрепал ее по плечу, и Кара уже почти вошла в зал, когда Ник шепотом добавил. — И Кара, будь осторожна. — Как всегда, — девушка изобразила подобие своей привычной самодовольной усмешки, наверное, больше для того, чтобы в первую очередь успокоить себя. Дверь с тяжелым стуком закрылась, и Кара сделала шаг вперед. Солнце заливало зал, черные маты блестели, а возле скамьи пил воду Даррен. Девушка подошла к той же лавке и сняла кофту, заметив, что волосы Уэйна переливались золотом под таким освещением, а лазурные глаза казались яркими камнями. Ничего общего с бесцветными глазами Адриана или почти черными глазами Кайуса. — Не думал, что ты будешь так рано, — начал он. — Не люблю опаздывать, — ответила Кара, и мужчина усмехнулся, сжимая губы в тонкую линию и поднимая уголки губ. — Готова или нужна разминка? — Падшие не будут ждать, пока я сделаю двадцать кругов по залу и разогрею мышцы. Я готова. Что-то промелькнуло в его глазах, что-то похожее на… восхищение? Или удивление? Кара понять не могла, но ей не особо и хотелось. Просто нужно было поскорее закончить с этим и не упасть лицом в ихор. Мужчина кивнул и указал рукой на пространство на настиле, пропуская Кару вперед, почти как джентльмен. С одной лишь помаркой в том, что джентльмен не стал бы драться с ней. Девушка приняла стойку. Она смотрела, как Даррен вторит ее движениям. — Разве тебе не нужно передохнуть после прошлого спарринга? — спросила Кара и мысленно ударила себя рукой по лбу. Как вообще можно спрашивать подобное у начальника? Даррен ее шутку оценил и издал смешок, который больше походил на фырканье. — Спасибо, что поинтересовалась, со мной все в порядке, — он качнулся несколько раз из стороны в сторону и добавил, — поэтому, если ты не против, можем начинать. Кара кивнула. Даррен сделал первый выпад, и она отскочила; затем он мелкими прыжками обошел ее сбоку, будто пытаясь найти слабые места, осматривая так, как если бы она товаром в магазине. Девушка следила за каждым его действием, анализировала каждый шаг и малейшее движение мышц. Мужчина наносил удары, сменяя руки с такой скоростью, что Кара едва успевала уклоняться. Она все еще не сделала ни одного выпада в его сторону, просто не успевала. Месяц назад она сравнила Адриана со зверем, но сейчас прав был Ник. Даррен и в самом деле казался просто монстром. Он обходил ее, пытался сбить Кару с толку обманными киками. Заставлял сомневаться в каждом своем действии. Даррен сделал еще один выпад, заводя кулак слева от ее головы. На секунду ее оглушило. Кара так сильно привыкла к псевдо-нападкам, что оказалась не готова к реальной опасности. А затем до нее дошло. Он делал все тоже самое, что и она. Обманывал в бою, играл на нервах и неуверенности. Даже если Даррен не пытался нанести ей физических увечий, он испытывал ее на смекалку. Проверял то, как быстро она сможет ориентироваться и искать обходные пути. Поэтому Кара расслабилась. Привела мысли в порядок, отходя от места боя всего на шаг, чтобы сделать вздох и вспомнить, как она сражается. Противник может быть сильнее, крупнее, выше или быстрее тебя, но у тебя всегда должно быть преимущество. И если его нет — найди. Меняй правила игры, если не вписываешься в ее стандарты. Кара снова вступила в схватку, занесла обманный удар, пригнулась от встречного и ударила по ногам. Даррен рухнул на мат, но не позволил себе остановиться и вскочил на ноги. В глазах плескалось искренне удивление и неподдельное восхищение. Прежде, чем Кара смогла оседлать его, будто занося над его сердцем клинок, он ударил ее в бок. Девушка попятилась и с надрывом выдохнула. Казалось, в легких не осталось воздуха и сейчас у нее просто не будет сил восстановить дыхание. Каре потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Она обходила Даррена стороной. На его лице виднелась самодовольная ухмылка, которую ей так не терпелось стереть. Когда он сделал шаг к ней, он подпрыгнула так высоко, как позволяли способности Хранительницы и сделала сальто, приземляясь позади него. Руки Даррена схватили пустоту. Он озирался по сторонам, не ожидая того, что только что произошло. У Кары была всегда секунда, поэтому она сделала подсечку и снова несла его с ног. Нападение со спины. Подло. Низко. Но это снова сработало. Даррен снова приземлился на спину, но успел схватить ее за обе ноги, заставляя Кару упасть рядом. Он навис над нею, обжигая лицо своим дыханием. От него пахло морозом и кожей. Даррен пригвоздил ее руки по обе стороны от нее. Девушка подняла ноги, подставы от которых он явно не ожидал, обхватила его за талию и перевернулась, как только его руки немного ослабили хватку. Теперь сам Даррен Уэйн оказался под ней. Кара сидела на его бедрах, правой рукой направляя несуществующий клинок в ее руке прямо в его сердце, а левой сжимая его горло. Раздался смешок, и Кара почувствовала, как вибрацией он прокатился по телу Даррена. — Полагаю, мы могли бы счесть это за ничью? — Возможно, — выдохнула она. — Если бы я умела проигрывать. — Никогда не учись этому. Улыбка сошла с его лица, и он пристально посмотрел на нее. — Я серьезно, Кара. Если ты будешь готова проиграть, тебе никогда не стать первой. — Как же ты с такой философией справишься с сегодняшним поражением? — с маскировочной издевкой спросила она. — Я и не проиграл, — Даррен стрельнул глазами и только сейчас Кара ощутила прикосновение его ладони на своей спине. С обратной стороны сердца. Даррен тоже играл нечестно. Он тоже не стеснялся нападать со спины. Они могли бы убить друг друга одновременно. — Великолепный ход. — Я и сам великолепен. Девушка поднялась на ноги и посмотрела на Даррена. Он казался невозмутимым. Его кожа покрылась испариной, лицо слегка покраснело, в глазах играли чертята. Он взял в руки полотенце и вытер лицо, а затем посмотрел на нее. Не осматривал ее теперь с ног до головы, будто оценивая. Даррен смотрел на нее, как на равную. — Будь у тебя больше опыта, ты могла бы вступить в основной отряд. В Синклит. Воздух застрял у нее в горле, и Каре пришлось насильно делать вздох. Место в Синклите. Это означало почет, высшая ступень возможных амбиций для любого Хранителя. Но это так же означало, что ей придется покинуть всех тех немногих, кого она успела встретить и посчитать своей семьей. К тому же, отряд Синклита вступал в бой только в крайних случаях и чаще всего его члены занимались реформами и принятием законов. — Не думаю, что готова променять то, что у меня есть, на редкую возможность взять в руки клинок. — Неужели патрулирование города — это все, что ты можешь себе предложить, Кара? — Нью-Йорк кишит падшими и демонами. Здесь много работы, — она пожала плечами. — Но этого недостаточно. Не для тебя. Я чувствую это. — Мне достаточно уничтожения падших. Ложь. Конечно, ей хотелось бы быть кем-то большим, чем просто рядовым солдатом. Быть больше, чем Хранительницей, которая однажды не вернется с патруля. Без запоминающегося имени, со скудной историей жизни. Но ей хотелось, чтобы ее помнили. — Если вы разберетесь с Морганом, у тебя может быть возможность оставить все это. Даже если сейчас ты готова отвергнуть мое предложение, я хочу, чтобы в итоге ты подумала о нем. Больше практики, пара вступительных испытаний и у тебя будет шанс. Кара просто кивнула. В горле стал комок. Разобраться с Морганом означало, что они должны уничтожить его. Кара знала, что это правильно и абсолютно неизбежно, но было внутри что-то, что отвергало эту мысль, гнало куда подальше, в самый темный угол ее души. В тот угол, где она хранила все свои секреты. Пороки. Слабости. Встречи с Каем. — Пойдем, твои друзья наверняка ждут подробностей того, как прошла наша невероятно насыщенная схватка. Надеюсь, ты выставишь меня во всей красе, — Даррен подмигнул ей. — Не хотелось бы упасть лицом в грязь. — Ты не проиграл. У нас ничья. — Признала все-таки? — Ты не оставил мне выбора. Даррен покачал головой и двинулся к выходу. — Даррен? — окликнула Кара. Мужчина обернулся и вскинул брови. — Если не секрет, почему ты так относишься к Адриану? Ты был добр со всеми, но не с ним. От былого веселья не осталось и следа. — Потому что он делает недостаточно. — Тогда почему вы оставляете его на посту? — Пирс знаком с этим городом лучше, чем кто-либо. Он опытный боец и хороший стратег. Но этого недостаточно. Хранителей мало, наши люди погибают каждый день, и мы не можем заменить его. Поэтому я хочу, чтобы ты вступила в отряд Синклита. Ты отличный боец, Кара, и там ты была бы в большей безопасности. Потерять твои способности было бы расточительством. Когда Даррен упомянул о ее способностях, Кару пронзил страх. Но он не мог знать, а ее, очевидно, съедала паранойя. — Почему Синклит не вмешивается в это дело? Почему вы избегаете Моргана? — Мы не избегаем его. Если мы начнем действия, это будет означать только одно — обычные Хранители не справляются. Подобные слухи распространяются быстро, и нет гарантии, что после этого падшие не обретут еще большую свободу. Они знают, что Синклит не может устранить каждого. Облавы будут всюду. Мы рискуем потерять всех. — В таком случае, я действительно должна остаться здесь. Кара гордо вздернула подбородок. Под ложечкой неприятно засосало. Она могла прекратить это все столько раз, но не сделала этого. Собственная слабость мешала ей мыслить здраво, поступать правильно. Один удар клинком и тело Кая рассыплется в прах. Его не станет, а она сможет жить дальше и принимать решения, которые не будут зависеть от его существования. А потом вспомнила его губы на своих, ее слезы, которые смешивались с поцелуем, собственное отчаяние и его тонкие пальцы в ее влажных волосах. Вспомнила его твердую грудь, к которой она прижималась под звездами и тяжело уловимый запах кардамона. Его противные сигареты. И то, что только он не смотрел на нее так, будто она бракованная игрушка. — Это твое право. Но у тебя есть выбор, Кара. И ты можешь выбрать другую жизнь, когда все это закончится. Не может. Не имеет права. А затем Даррен покинул зал. Кара вскинула голову к потолку, несколько раз с надрывом выдохнув. Казалось, что она задыхается. Как она может хотя бы задумываться над подобным предложением, когда не может найти в себе силы уничтожить опасного преступника? Когда собственная слабость накатывает снова и снова. Ей бы ненавидеть его, но все, что она испытывает — только отвращение к своему неумению мыслить здраво. Кара вышла из зала, прошла по коридорам, приняла душ, сменила спортивную форму на повседневную одежду и вновь была готова выйти к людям. В столовой было тихо, в большой гостиной тоже, поэтому она прошла дальше, в библиотеку. Девушка толкнула массивные двери и вошла в освещенную дневным светом, который из-за витражей окрашивался всеми цветами радуги и украшал пол, святую святых. Над стулом, где обычно сидел на собраниях Адриан, возвышался Даррен. Все остальные ребята сидели за столом. — Ты вовремя, — заметил ее Уэйн. — Хотя, на самом деле, мы ждали тебя, поэтому любое время подходило бы. Адриан сжал губы и скрипнул зубами. Кара прошла к свободному месту между Стейс и Тави. — Хочу заметить, что оба Хранителя показали себя более, чем хорошо. На самом деле, даже отлично. Особенно Кара. Пирс напрягся. И это заставило Кару поднять в себе волну раздражения. Он считал ее заслуги результатом кровосмешения и совершенно не верил тому, что Кара уделала его честно. Может так и было, Кара не могла быть уверенна наверняка, но ей хотелось поддержки, а не недоверия. — И каков итог? — спросила Стейс. Даррен посмотрел на Кару, в его глазах играли смешинки. — Ничья. — Ничья? — удивилась Майклсон. — Физическая сила важна, но еще важнее мозги. Находчивость. Хитрость. Мы с Карой смогли прийти к единому решению проблемы одновременно — обмануть противника. Считайте, что полчаса назад мы просто убили друг друга. Ник посмотрел на Кару из-за плеча Стейс с восхищением и одобрением. Он понимал это, как понимала и она. Не важно, какая кровь течет в ее венах, эту схватку она выдержала без ее вмешательства. — В любом случае, я здесь не только для того, чтобы похвалить хранителей Аллена и МакКонарс. Проблема с Морганом накалена до предела, мирян убивают, отряды падших растут, новые гнезда появляются каждый день, а он все еще на свободе. — Даррен с укором посмотрел на Адриана. — Поэтому Синклит похлопотал над тем, чтобы вы получили больше информации, раз его не получается поймать своими силами. Мы встретимся с Дамианом Мэлтоном. Вампиром-сторонником. Больше двух веков назад он обратил Моргана и был его наставником долгое время. Он знает его слабости лучше, чем кто-либо. — Как он согласился на это? — задала вопрос Кара. — Разве создатели не должны быть привязаны к своим детям? — Как вообще можно предать своего ребенка? — зло бросил Тави. Яд вампира перетекал из одного в другого, когда происходило обращение. Это было похоже на кровные узы, но гораздо сильнее. Тебе не обязательно любить свою семью просто из-за того, что в тебе ДНК твоих родственников, но чувство, что испытывали между собой вампиры было больше, чем кровная привязанность. Это было чем-то вроде обета, который невольно приносят обе стороны. Они чувствуют друг друга на физическом и эмоциональном уровне, а когда кто-то из них погибает, они теряют часть себя. Поэтому было странно то, что Мэлтон согласился помочь им. Он подписал договор о предательстве почти своего сына. Вампиры, в большинстве своем, были жестокими убийцами, но они ценили свою новообретенную семью, проносили ее сквозь века и почитали эту связь, как святыню. И кем бы ни был Кай Морган, она боялась, что, когда он узнает о предательстве своего отца, он будет раздавлен еще больше. Дамиан Мэлтон ступил на сторону Синклита, стал сторонником и оставил Кая на другой стороне, во тьме, а теперь готов был приложить руку к его убийству. Пусть это и было на благо, Каре тяжело было понять его. Возможно, это было лишь потому, что она сама предавала свои убеждения и тех, кто ей дорог, ради него. Возможно она просто искала себе оправдания. — Мэлтон обеспокоен положением дел, он чувствует, что Морган поступает неправильно. В любом случае, у нас есть шанс узнать его слабые места и нанести удар туда, где он не будет его ожидать. Слова Даррена продолжали снова и снова бить по ненавистному уязвленному месту. Даже если это было правильно — поступить так. Даже если это был единственный выход. — Когда и где у нас назначена встреча? — спросил Тави. — Он не может прийти сюда, барьер не пропустит его. — Мэлтон пригласил нас в одно из своих заведений, пока он в городе и может провести эту аудиенцию. Нас будут ждать там завтра около девяти. Даррен обвел взглядом, а затем посмотрел на Адриана. — Мне нужны те, кто знаком с делом Моргана лучше остальных. Мы не можем взять всех. Семь человек против одного вампира может показаться слишком враждебным, а мы не в той ситуации, чтобы рисковать подобным расположением. Командир Пирс, есть идеи? Адриан посмотрел на Кару пристальнее, чем следовало. На секунду ей стало страшно, что он снова попытается оставить ее в стороне. Он не может, не имеет права. Она лучше всех их вместе взятых знает Моргана. И пусть никто из них об этом не догадывался, но ей было не по себе от того, что, если ее не возьмут на встречу, у нее не будет ни одного аргумента против, потому что в это же время она оставалась той, кто упустила Кая дважды при всех. — Лиди отследила его доступную биографию, думаю, это может помочь. Стейс встречалась с ним дважды. Ник тоже участвовал в патруле, когда мы вышли на него второй раз. — Адриан сделал паузу. — И Кара. Она оказывалась с ним лицом к лицу оба раза. Ей удавалось подобраться к нему ближе всех. С груди будто спал тяжкий груз и Кара громко выдохнула. Наверное, громче, чем следовало бы показывать облегчение. — Хранительница МакКонарс? — переспросил Уэйн. — Удивлен, что ты его упустила. Насколько я могу судить, это в не твоем стиле. Да, это не было в ее стиле. Потому что она не упускала его. Потому что он сам отлетел от нее. И это была та правда, о которой Даррен понятия не имел. — Морган силен и умен. Даже слишком, — прочистив горло наконец ответила Кара. Уэйн усмехнулся, будто не веря в эти слова. — Мы не имеем права позволять ему быть умнее нас. Итак, мне нужен командир Пирс и хранительницы Майклсон и МакКонарс. Тави сбоку от Кары шумно выдохнул. — К сожалению, биография Моргана нам не сильно поможет, ее может рассказать и сам Мэлтон, а нам нужны практические сведения. Все свободны, до вечера. Собрание было окончено и все стали разбредаться по своим делам. Кару потряхивало. В животе скручивался отвратительный узел напряжения, он стягивал внутренние органы и ей казалось, что вот-вот и она просто закричит. Перед глазами плыло, она видела коридор под дымкой и понятия не имела, куда ей ступать, чтобы не врезаться ни в кого и не упасть на ровном месте. И она бы наверняка упала, если бы не Стейс. — Даррен уезжает сразу после встречи с Мэлтоном, — девушка взяла Кару под руку и повела по одному известному ей маршруту, — а после этого мы все сможем отпраздновать ваш триумф, как и хотели. Ты рада? — Д-да… конечно, это здорово. — Ты какая-то бледная. Если это из-за встречи с Мэлтоном, то не думаю, что он страшнее Моргана. Девушка пару раз щелкнула пальцами перед глазами Кары. — Ты в порядке? Тебя показать Лиди? Мы хотели сегодня выбраться за нарядами для клуба, но, если ты неважно себя чувствуешь, давай перенесем на завтра. Кара взяла себя в руки, несколько раз глубоко вздохнула и посмотрела на Стейс уже не остекленевшими глазами. — Нет, все правда хорошо. Просто воздуха стало слишком мало, после тренировки еще не отошла. Стейс прищурила глаза. — Ты уверена? — Более чем. Зови Лиди, поедем по магазинам. — Я так и знал, что вы нас не возьмете, — прямо над ухом прощебетал Тави. — Эх, чувствую определенный запах сексизма. Не хотите видеть нас в своем обществе, дамы. А я ведь надеялся, что мы с вами друзья. Он выдохнул с притворной обидой и нахмурил лоб. — Если ты желаешь несколько часов провести в обществе дам, которые меняют одно платье на другое и обсуждают любовные интересы, то место на заднем сидении свободно. — Ну, Лиди бы обсуждала девушек, у Кары тоже есть секретики, а еще я горю желанием послушать сплетни про Ника, — подмигнул он проходящему мимо Аллену. — Сладкий, если ты хотел узнать все подробности обо мне, мог просто спросить, — шутливо ответил Ник. — Тогда мне придется остаться, — усмехнулся Озборн. Они залились хохотом, а Кара едва сдерживала улыбку. К ней вернулась способность ясно мыслить и видеть мир не через призму мутного стекла. — Только постарайтесь узнавать грязные секретики друг про друга так, чтобы после нашего возвращения мой бойфренд не стал твоим, Озборн. — Не могу обещать, дорогая, мое обаяние неизмеримо, ты же знаешь. — Боже, просто идите уже куда шли, — девушка махнула рукой и закатила глаза. — Вот поэтому у меня больше шансов на твоего парня. Я очарователен. Стейс покачала головой и закусила нижнюю губу, сдерживая улыбку, когда парни покинули их. — Не думала, что Тави интересуют парни, — тихо сказала Кара. — Мне кажется, его в принципе никто не интересует, кроме него самого. За все то время, что мы знакомы, я не замечала, чтобы у него было с кем-то что-то серьезное. Может быть, какие-то короткие интрижки, но никого, кто смог бы сделать его меньшим придурком, — девушка фыркнула. — Тави прячет свое сердце от кого бы то ни было, прячется за шутками и легким флиртом, но мне кажется, что он боится. Сама знаешь, у Хранителей не так много возможностей познакомиться с кем-то не из центра, а связываться с мирянами может быть рискованно. Мы не всегда возвращаемся с заданий и живем не долго. Кара понимала его. Наверное, даже больше, чем кто-либо. — В любом случае, пока он жив и продолжает пускать идиотские шутки, меня это не касается. МакКонарс усмехнулась. — Нас, кажется, уже ждет Лиди, — бросила на часы взгляд Стейс и поспешила к выходу, вынуждая Кару семенить следом. Лиди стояла спиной к автомобилю, прислонившись к нему, и выглядела так, будто ждала подруг долгие часы, хотя на деле не переваливало за двадцать минут. — Не припомню момента, когда я разрешала прикасаться к Нэсси, — крикнула Стейс насупив брови. — Нэсси? — переспросила Кара шепотом. — Тачка не принадлежит только тебе, Майклсон, это достояние центра. — Это не значит, что к ней может прикасаться кто-то, кроме меня. Девушки прошли к машине и Кара на пару с Лиди уселись на заднее сидение, когда Стейс с довольным лицом заняла место водителя, ласково погладив руль и похлопав Нэсси по панели. Лиди закатила глаза. — Куда едем? — спросила Кара, когда они выехали за пределы центра. — Есть один магазин, там просто потрясные платья и все в единственном экземпляре, эксклюзив, между прочим, — сказала Стейс. — Это комиссионка, — поправила ее Лиди, — но вещи там и правда классные. — Не простая комиссионка, а эксклюзивная, — снова вставила Стейс. — Тебе понравится. Майклсон припарковала Нэсси рядом с небольшим, но весьма симпатичным магазинчиком. Золотая вывеска блестела на солнце и отбрасывала блики. Стены были выполнены из кирпичной кладки, выкрашенной в темно-розовый цвет. Стейс открыла черную глянцевую дверь и пропустила девушек внутрь. В помещении приятно пахло ванилью и сливками, гондолы пестрели блестящими платьями, брючными костюмами, блузками и юбками. На полках были украшения, обувь, сумки и ремни. На ресепшене стояла милая девушка, ее темные волосы были уложены в косу на голове, она улыбнулась вошедшим девушкам и поприветствовала их. Все казалось таким сказочным и нереальным, будто перед Карой открылась одна из страниц детского журнала про Барби, который она рассматривала в прошлый раз в торговом центре. Яркое, розовое, блестящее. Стейс сразу же двинулась к отделу с короткими платьями, тряхнула короткими темными, как горький шоколад, волосами, и начала перебирать наряды один за другим. Лиди покачала головой и с улыбкой приступила к тому же самому, но в другом отделе — кажется, это были комбинезоны. Кара чувствовала себя странно. Ей не нужна была новая одежда, она твердо решила идти в том самом изумрудном платье. — Не передумала? — спросила ее Стейс. — Здесь большой выбор и ты могла бы подыскать себе что-нибудь. Наверное, так было бы проще. Надеть что-то другое, не вспоминать о той ночи, но она не могла. Если уж добивать себя, так по полной. К тому же, то платье ей нравилось и шло ей больше, чем любая другая шмотка в гардеробе. — Вам стоит подбирать одежду с учетом того, что в ней вы будете на аудиенции с Мэлтоном, — сказала Лиди. — У нас не будет много времени на переодевания. Я посмотрела место, в котором у вас назначена встреча. Там нет особого дресс-кода, но вкусы Мэлтона могут быть специфичными, судя по фотографиям с его «деловыми» партнершами. Вы должны быть привлекательными, но не вульгарными. Быть презентабельными и деловыми, но не слишком, чтобы это не было похоже на официальную встречу. Выглядеть кокетливо, но не так, будто пытаетесь затащить его в постель. — Потому что мы не собираемся этого делать. Это просто задание, — Кара шумно выдохнула и зыркнула на Лиди. Ей пришлось тоже начать перебирать вещи просто за компанию. — Знаю, но Мэлтон согласился на эту встречу, предавая своего ребенка. Вам нужно выглядеть идеально. — Меня больше волнует, как и зачем ты это пронюхала, — бросила Стейс. — Потому что это важное задание. Если Мэлтон не будет в настроении рассказать вам о тайнах Кайуса, мы в жизни ничего не узнаем. В хрониках не осталось информации, а никаких данных о нем больше нет. Он не публичное лицо, как Дамиан, у него нет известного имени среди мирских, его будто не существует. Мы не только бойцы и Хранительницы. Мы еще и шпионы. Лиди выглядела максимально серьезной. — Даррену стоило взять тебя на это задание, — ответила ей Кара. — Нет. К сожалению, он был прав. Я не представляю никакой пользы в этом деле, но вы сталкивались с ним и сможете понять, о чем говорит Мэлтон, потому что видели его. — Это было всего дважды, и я упустила его, — с горечью сказала Кара. — Я тоже бесполезная. И это было почти правдой. — В таком случае, мы можем отправить Даррена вместе с Пирсом и все будем в шоколаде. — Хочешь, чтобы они убили друг друга? — усмехнулась МакКонарс и вытащила платье, что затерялось среди всех остальных. — Это твое платье! Стейс оценивающим взглядом пробежалась по струящемуся красному атласу и воскликнула: — Это мое платье! Она выхватила его из рук Кары и побежала в примерочную. — Думаешь у нас получится, — тихо и неуверенно, так несвойственно ей, спросила Кара, — поймать Моргана? Лиди задумчиво посмотрела ей в глаза. Она будто не верила, что та самодовольная девушка, что месяц назад ступила на порог центра и надрала зад каждому Хранителю, сейчас сомневалась в собственных силах. С МакКонарс что-то происходило, она видела это. Видела в рассеянном взгляде, порой неточных движениях, слишком резких вздохах и выдохах, холодной отстраненности или наоборот в слишком показном участии. Кара будто бежала от самой себя, и Лиди могла смутно догадываться, что с ней происходит. — Мне кажется, у нас достаточно сил, чтобы поступить правильно, — так же тихо ответила она. С ней всегда было так. Она говорила будто знала все твои тайны, могла пролезть под кожу и узнать о тех кошмарах, что прячутся в самом дальнем углу пыльного старого шкафа. И она понимала, что Кара боялась вовсе не гнева и мнимой надуманной ревности Адриана, не того, что пикси, что скрываются в траве могут донести на нее. Кара боялась, что в один момент Лиди просто все поймет. И, зная девушку, вряд ли станет ее осуждать. Скорее всего, Лиди просто натянуто улыбнется, подожмет губы и погладит по голове, приговаривая, что все будет хорошо, что все совершают ошибки. Но МакКонарс хотелось, чтобы все было иначе. Чтобы ее отругали, сказали, что она полная идиотка и нет ей прощения. Конечно, Лиди ничего не знала, а Кара просто съедала саму себя. Шторка примерочной отъехала в сторону, кольца для крепления звякнули и в проеме появилась Стейс. Красное атласное платье доходило ей до середины бёдер, открывая вид на стройные ноги, а тонкие бретели подчеркивали ключицы, открывая знак Хранителя; волосы едва касались плеч. Майклсон была права — красный был ее цветом. Она была прекрасна. — Выглядишь потрясающе, — выдохнула Кара. — Она права. Стейс покрутилась вокруг себя и платье последовало за ней, создавая впечатление, будто девушка объята языками пламени. — Не чересчур? Я имею ввиду, для клуба самое то, но Мэлтон вряд ли оценит подобное. — Нет, все как надо. Оно подходит под заведение и тебе идет, — убеждала Стейс Лиди. — Точно не вульгарно? — Можешь быть уверенна, — заверила ее Кара. — Оно изумительно. К тому же, если ты спрячешь под юбку клинок или кол, тебе будет удобно его достать. Майклсон хмыкнула. — Весьма прагматично. Лиди, ты что-то выбрала? Уинман довольно улыбнулась и кивнула. — Да, — в ее руках сверкнуло что-то черное. — Это мой размер и мне слишком лень его примерять, так что я все. — Это совершенно нечестно! Вы видели мое платье, а я ваши нет! — Стейс насупила брови и это выглядело так, будто она действительно обиделась. — Кара, скажи ей, что мы должны на нее посмотреть. — Не думаю, что имею право. Мой прикид вы тоже не видели, но, если тебе станет легче, могу предложить помочь мне с выбором обуви, туфель у меня нет. Стейс всеми силами пыталась сохранить озлобленное выражение лица, но вряд ли существовало что-то сильнее, чем желание заставить Кару купить что-то. — Так уж быть, я помогу тебе, но ты должна будешь мне услугу. Кара рассмеялась: — Что угодно! — А вот такими словами я бы на твоем месте не разбрасывалась, Майклсон и правда может попросить что угодно и не надейся, что это будет что-то приличное. Стейс сверкнула глазами в сторону Лиди и показала язык. — Может быть я такая, потому что вы все меня демонизируете. — Нам и не приходится. Майклсон хмыкнула и, тряхнув волосами, направилась к стеллажам с обувью. — Какого цвета твое платье? — с видом знатока спросила она. Кара в общих чертах описала цвет, длину, фасон и материал, чтобы подруга смогла подобрать ей что-то. Ее мало интересовала обувь, она просто надеялась не упасть из-за каблуков, только и всего, так что у Стейс был огромный простор для фантазии. В конце концов та просто отнесла обувь на кассу вместе с платьями, чтобы оплатить покупки и отправиться домой. Кара надеялась еще потренироваться перед сном. В патруль ее сегодня не поставили и ей нужно было заглушить мысли в голове. — Тебе не хватило Даррена? — вскинула брови Лиди. — Это не была тренировка, просто показательное махание кулаками. Мне нужно больше тренироваться, чтобы… «Чтобы убить Моргана», — хотелось продолжить ей, но в горле встал ком, и она не могла выдавить из себя ни слова. Стейс посмотрела на них через зеркало заднего вида и поджала губы. — Кара, ты должна быть осторожна. Никому не станет лучше, если ты перегоришь или будешь истощенна. Даже у тебя есть предел. Она знала это. Знала, что наворачивание кругов по залу и сбитые в кровь костяшки не помогут ей найти в себе силы вонзить кол ему в грудь. Грудь, к которой прижималась она. Грудь, к которой он прижимал того мальчика. Грудь, что впитывала в себя тепло ее бессознательного тела. От одной мысли, что однажды ей придется сделать это, Кара чувствовала себя Дамианом Мэлтоном, который предает Кая. С одной лишь разницей в том, что Кара и Кай были разными, они принадлежали разным мирам, он был убийцей и они никогда друг другу не доверяли. Как бы то ни было, в свою комнату она завалилась далеко за полночь, обессиленная и полуживая. Мышцы горели, пальцы были стерты из-за постоянных попыток вонзить кол в импровизированное тело.

***

Весь следующий день был отвратительным, но еще хуже было то, что ей приходилось настраивать себя на встречу с Мэлтоном. Держать все под контролем, не выдавать волнения, быть Хранительницей. Она завила кончики волос, медные локоны разметались по спине, короткие пряди приходилось то и дело прятать за ухо. Веки были ярко выделены коричневыми тенями, которые выгодно подчеркивали ее шоколадные глаза. Кара с дрожью в руках вытащила изумрудный бархатный свёрток из недр шкафа и шумно выдохнула. Платье было прекраснее, чем она помнила. Материал приятно скользил по телу. Девушка могла поклясться, что оно впитало нотку запаха ягодных сигарет за то недолгое время, что Кай прижимал ее к себе, зарывшись руками в волосы и пробуя вкус ее губ. На секунду она пожалела, что выбрала его. Это было чем-то неправильным. Таким иррациональным. Таким жестоким. Босоножки сверкали под светом настольной лампы, переливаясь серебром. На удивление, они пока что казались очень удобными. Под платье к бедру Кара прицепила свой клинок. Его даже не было заметно. Конечно, вряд ли Морган специально выбирал фасон, который позволит ей прятать оружие, но это показалось приятным открытием. Девушка шумно выдохнула и спустилась по лестнице, она, на удивление, опаздывала. Кажется, Ник закашлялся, когда увидел ее, Стейс и Лиди широко улыбнулись. Тави довольно присвистнул. Щеки Кары покраснели, и она едва подавила в себе желание опустить голову. Да, она была красива и глупо отрицать, что ей не нравилось такое внимание. — Понятия не имею, где ты его откопала, но оно удивительно и тебе идет. На Лиди был короткий блестящий черный комбинезон на тонких бретелях, который в клубных прожекторах будет отливать десятками оттенков. Ей не нужно было подгонять себя в рамки для встречи с Дамианом, и она могла расслабиться. Ее светлые длинные волосы были собраны в высокий хвост, пара прядей выбилась и украсили овал лица. Парни были все, как на подбор — черные джинсы и темные рубашки. Даррен прокашлялся и оторвал взгляд от метки на ключице Кары, он перевел на нее глаза и поднял уголок губы, возвращая себе самодовольное выражение лица, к которому Кара уже почти привыкла. — Нас ждут. МакКонарс и Майклсон кивнули и поспешили к выходу, Стейс поцеловала Ника на прощание и прошептала: — Увидимся в полночь. Они договорились встретиться сразу в клубе. Вещи Даррена уже были собраны и покоились в багажнике машины, которую выделил ему Синклит. В центр он уже не вернется. Инспектор вел машину и постоянно бросал взгляд на заднее сидение, туда, где сидели Кара и Стейс. Адриан недовольно двигал желваками. — Дамиан древний вампир, он гораздо старше Моргана и может казаться пугающим, — начал Уэйн. — И пусть он на нашей стороне, будьте осторожны. Запоминайте каждое слово, но не выдавайте информации больше, чем следует. Мы не знаем, кто с ним работает и какие мотивы у них. Это не должно было быть чем-то сложным. Парни галантно подали им руки, помогая выйти из машины. Ладонь Даррена была теплой и слегка грубой. Пусть он не регулярно выезжал на боевые задания, но он все еще оставался Хранителем, и Кара невольно вспомнила о его предложении. Его синие глаза казались еще темнее в свете фонарей, что подсвечивали дорогу к, кажется, ресторану. Хранители вошли в большой зал. Помещение освещалось большой люстрой с сотнями небольших лампочек, которые отбрасывали тени на стены, будто в них летали светлячки. Кара присмотрелась тщательнее и до нее дошло — это не были светлячки, это были маленькие феи: они бились о стекло и не могли найти себе места. Феи не нуждались в воде и еде, они питались просто от скуки, а еще они не старели и могли отдавать свой свет вечно. По спине пошли мурашки, и Кара поежилась. Всюду были расставлены круглые столы с молочными скатертями, на каждом стоял подсвечник с белыми свечами. Мягкие стулья манили скорее присесть на них, сбросить напряжение в ногах от высоких каблуков и скорее приступить к еде. К ним подошла девушка, глаза ее были затуманены, а широкая улыбка казалось донельзя неестественной. — Здравствуйте! Меня зовут Алексия, у вас забронирован столик? — Я Даррен Уэйн, у нас запланирована аудиенция с Дамианом Мэлтоном. Девушка притихла на секунду, будто рылась в собственных воспоминаниях и данных ей поручениях, а затем словно очнулась ото сна и улыбнулась еще шире. Кара могла поклясться, что скоро у нее заклинит челюсть. — Да, мистер Мэлтон просил провести вас к нему в зал ВИП-гостей. Прошу за мной. Кара нервно сжала руку Стейс, которая выглядела так же обеспокоено, как и она. Они обе поняли, что Мэлтон использовал мирян и некоторых фейри в своих интересах, переступал все возможные рамки. Проблема заключалась в том, что он был сторонником и раз пригласил их сюда, значит от Синклита подобные роскоши не скрывал. Как же Синклит позволял заходить ему так далеко? Неужели они не видели, что происходит прямо у них под носом? Девушка провела их в отдельную комнату с большим круглым столом, она едва освещалась свечами и парой настенными светильниками. МакКонарс обрадовалась, что здесь не было ни одной феи. Через другую дверь в комнату вошел мужчина. На вид ему было около тридцати, его черные, как смоль волосы сливались с такими же глазами. У него были острые скулы и ядовитая ухмылка. Черный костюм оттенял бледность его кожи. — Приятно видеть столь высокопоставленные лица, — поприветствовал он, — благодарю, что уделили мне время. Я Дамиан Мэлтон. Даррен протянул ему руку, чтобы стиснуть ее в рукопожатии. — Даррен Уэйн, Инспектор Совета отделения Америки по внутренним делам Хранителей. А это Хранители Нью-Йорка, Командир отряда Адриан Пирс, его заместитель Стейс Майклсон и наша новая Хранительница Кара МакКонарс. Кара наблюдала за тем, как скользнул взгляд Мэлтона от Адриана, которому вампир пожал руку, к Стейс, чью ладонь он поднес к губам и наконец остановился на самой Каре. От его холодных губ, коснувшихся тыльной стороны её ладони, по спине прошелся рой мурашек. Его черные пустые глаза смотрели вглубь ее самой, пробирали до дрожи, заставляли кости сжиматься. Хищная ухмылка на секунду проступила на его лице. — О да, о мисс МакКонарс я наслышан. В городе нет падшего, который не боялся бы оказаться с ней рядом. Слухи ползут быстро, если позволите, Кара. Даррен нахмурился. Кара почувствовала, как напряглась до предела каждая мыжца. Она видела, как застыли Адриан и Стейс. — Прошу присаживайтесь, — вампир указал рукой на мягкие стулья. — Не хотели бы вас задерживать, мистер Мэлтон, поэтому мы могли бы сразу перейти к делу, — начал Даррен. — Ох, не волнуйтесь, я не тороплюсь, — вампир устремил свои черные глаза на Кару, а она услышала, как скрипнули зубы Пирса. — Кара, вы действительно стали легендой. Слышал о вас разное и, надо признать, многие из рассказов напугали даже меня. — Не стоит верить всему, что говорят, мистер Мэлтон, — отвечала Кара, прикладывая огромные усилия, чтобы звучать спокойно. Пусть Даррен и был с ней мил, Синклиту пока не стоит знать о щите. А еще она понятия не имела, как много знал Дамиан. Наверняка, у него полно ушей по всему городу и за его пределами, а Хранительница с подобными возможностями просто не могла пройти мимо него. — Обладай я хоть половиной того, что мне, возможно, приписывают иные падшие, Морган уже был бы схвачен, — она мило улыбнулась и почувствовала, как желчь из лжи снова потекла по пищеводу. Дамиан прищурил глаза и усмехнулся, подняв левый уголок губ и склонив голову набок. Кара тяжело сглотнула. Он заметил. Она знала это движение лучше, чем кто-либо в этой комнате. — Может и так, — наконец изрек он. — Что ж вернемся к нашему разговору о моем названном сыне. В его глазах показалась горечь. — Что вы хотите знать? — Какие у него слабые места? — сходу начала Стейс. — Вы имеете в виду в бою? — насупился Дамиан. — Их нет. Кайус был превосходным бойцом ещё тогда, когда я его обратил, особенно, если в руке у него оказывался меч или клинок. Если вы изучали его биографию, то знаете, что его отец был кузнецом-оружейником, — Кайус с детства знаком с оружием. После обращения у него появилось оружие иного рода — клыки, яд, неизмеримая сила. Но что страшнее, врожденная жестокость Кайуса возросла с новой силой. Он неумолимый убийца. В горле у Кары встал ком. Не то чтобы она этого не знала, но часть ее уже не могла смотреть на Кая под таким углом. Как бы она не старалась, она не могла увидеть только жестокого убийцу. — А что насчет возможного места нахождения его клана? — спросил Адриан. — Где он чаще всего оставался? Дамиан перевел взгляд с Пирса на Кару медленно, будто издевался. — Сомневаюсь, что нахождение клана вам поможет. Кайус никогда не любил шумные гнезда. Наверняка у него есть свое жилье, — Мэлтон посмотрел на свои сложенные на столе руки и тяжело вздохнул. — Прошу прощения, мне тяжело говорить об этом. Кайус был моим величайшим творением, моей гордостью. — Тогда почему не забрали его на другую сторону с собой? — выпалила Кара. — Почему позволили остаться падшим? Стейс испуганно повернулась к подруге и предостерегающе покачала головой. — Милая Кара, не все чудовища заслуживают спасения. Проблема Кайуса была в том, что он никогда не хотел быть спасенным. Ему не нужна была доброта и вера в чудо, он свято верит в то, что делает. И, можете быть уверенны, ваше сочувствие ему тоже не нужно, потому что он ни о чем не жалеет. — Я не… — А знаете почему? Потому что я сделал его таким. Я обнажил все его пороки, показал, как прекрасна жажда крови и ее утоление. Кайус Морган никогда не был героем и никогда им не станет. Вы должны знать, Кара, монстры опасны. И Кайус Морган страшнейший из них. Скулы свело, нос защипало. Кара сжимала изумрудный бархат и пыталась взять себя в руки. — Я не боюсь монстров. — Совершенно зря, — в его глазах мелькнул гнев, будто молния пронзила ночное беззвездное небо. — Больше я ничем не могу вам помочь. Искренне сомневаюсь, что вам удастся найти его и, уж тем более, поймать, но желаю удачи. — Постойте, мы же ничего не… — Даррен даже не успел договорить, когда Мэлтон снова перебил его. — Это все, что я мог вам сказать, мистер Уэйн. Кайус опасен и чем дольше он разгуливает на свободе, тем меньше у вас шансов. Он мой сын и на какую бы дорогу он не встал, я не могу предать его. Даже у вампиров есть чувства, что не угасли с биением сердца. А затем вампир просто покинул зал, будто его тут и не было. — И какой во всем этом смысл? — не выдержала Стейс. — Мы ничего не узнали, кроме того, что нам крышка. — Это я виновата, — Кара покачала головой. — Это я его разозлила. — Не вини себя, он бы все равно ничего больше не сказал, — успокоил ее Адриан. — Он прав, Кара. Дамиан отец Кайуса, если у них и есть что-то общее, так это умение нагнетать ситуацию и устраивать представления, — поддержал Пирса Даррен. — Пойдемте, больше нам тут делать нечего. Пока Хранители шли по тропинке, Стейс вызывала такси, чтобы доехать до клуба, Адриан шел рядом с ней, то и дело оглядываясь назад, чтобы посмотреть на Кару и Даррена, идущих сзади. — Я могу вас подвезти, — предложил парень. — Ты мог бы поехать с нами. Когда тебе еще удастся потусоваться не со стариками из Синклита? — Тебе повезло, что эти старики из Синклита тебя не слышат, — усмехнулся он. — Мне на самом деле пора. Кара тяжело вздохнула. — Жаль, что мы ничего не выяснили. — Не стоило делать ставок на Мэлтона. Это была заранее проигранная партия. Вам снова придется искать его, как слепым котятам. Девушка только кивнула. — Кара, — парень развернул ее к себе, — будь осторожна. И я не только о Моргане. Постарайся выжить, поймай его, а когда все закончится, что бы не произошло, обещай, что подумаешь над моим предложением. В синих глазах плескалась забота и неподдельное переживание, светлые волосы отливали бронзой в свете фонарей. — Почему ты уверен, что я смогу поймать его? — шепотом с надрывом спросила Кара. — Ты умнее их всех. Ты понимаешь людей и Морган не исключение. Найди его слабые места и бей туда. Используй любые приемы, даже самые грязные. Я видел твои результаты на выпускных, ты можешь это сделать. Даррен звучал убедительно. Он искренне верил в то, что говорил. Хуже всего было то, что Кара понимала — он прав. Она знала о слабом месте Кая — он доверился ей в той мере, что была для них возможна. Кара закивала головой, поджав губы. Дорогу осветили фары подъехавшего такси. Стейс и Адриан подошли попрощаться. — До свидания, Даррен, — улыбнулась Стейс. — Было приятно познакомиться, Стейс. — Еще увидимся, — кивнул Адриан. — Разумеется. Я буду ждать отчет каждую неделю и хочу получать все, что вы сможете достать на Моргана. Пирс поджал губы и пошел к машине. — Будь осторожна, Кара, — снова повторил он. — Мы не прощаемся, хорошо? — Хорошо, — прошептала она. — Удачи, Даррен. А затем она развернулась и двинулась вперед, оставляя Даррена позади. На плечах тяжелым грузом осело обещание, выполнить которое она вряд ли была в силах.