Что тебе снилось?

Джон наблюдает, как лохматое чудо встает и шагает через палату. Видимо, Стефу кажется, что идет он быстро и ровно, а на деле его пошатывает, шаги медленные, неверные. Не улыбается, но в глазах такая знакомая хитринка и блеск, что Джон почти верит — к Ламбьелю вернулась память. Это не так. И Стефану нельзя подойти ближе. — Стоять, — произносит Джон. Ламбьель замирает. И даже вроде пытается встать «смирно», но рефлекс ослаблен, как ослаблен физически организм Стефана. — Почему же ты тогда ослушался? — шепчет сквозь зубы Джон. И ничего бы этого не было. Не было изможденного залеченного Стефа, не было поисков, не было путешествия в портал раз в восемь дней, спешки, ограничения времени и бесконечной битвы над вопросом, как перенести отсюда двоих. Входит медсестра. К сожалению, внушение с подчинением воли использовать здесь нельзя - только внушение. И нарушить короткий момент посещения может любой, что уже бывало не раз. Медсестра несет шприц. Каждый раз Джон убирает препарат или уменьшает дозировку, но делать резко нельзя — вызовет вопросы. Много времени на той стороне он штудирует информацию о местной медицине — вдруг помогут именно здешние знания. Но берут сомнения: от такого лечения Стефан может заболеть еще больше. Забрать бы его поскорей… — Меня зовут Стефан! — «знакомится» с медсестрой Стеф, отказавшись от планов добраться до Джона. Та радуется обретенному имени, а Джон успевает внести новые изменения в медицинскую карту. Датчик на руке оповещает о необходимости скорого возвращения. Джон бросает последний взгляд, разворачивается и выходит. Он знает, что карие глаза сейчас смотрят ему в затылок. Чувствует. Он чувствовал этот взгляд с самой первой встречи, когда Страж границы Стефан Ламбьель (порядковый 020485) поступил под его командование в Крайний гарнизон Последнего рубежа. Без этих глаз он уже не сможет. Датчик безжалостно пульсирует на запястье. Воспоминания яростно бьются в висках.