«"ዙ℮Ӝựßӹ℮ "»

Мыслей не было, я просто шла, сама не зная куда. Неважно куда, хотелось просто двигаться, просто ни о чем не думать.

Первое, что я почувствовала, — это ужасный голод. После того, как я утолила этот голод, поняла, что больше я не человек, стала чем-то другим. А еще в голове зародилось понимание того, что я попала в другой мир. Как только осознала это, решила пойти домой. Да-да, к мамочке, которая, я уверена, от «радости», что её дочь пропала на черт знает какое время и наконец вернулась, сразу оттаскает меня за короткие волосы, которые она всегда обстригала до мини-каре, говоря, что длинные волосы — это женская красота и разврат. Но моей мамы не было дома, да и вообще все было странно вокруг, я не встретила даже тех ребят, что принесли меня в жертву своим желаниям. И тогда я поняла: чтобы поставить все на свои места, мне сначала нужно разобраться в новой себе и в этом новеньком мире, а также узнать, вернусь ли я домой?! Ассимиляция прошла гладко, если так можно сказать, свою новую природу я приняла быстро: хотелось есть — и я ела, несмотря ни на что; лишь по прошествии времени я стала задумываться о таких вещах, как мораль, этика и прочая ерунда, которой руководствуются люди. Я приходила в форму, моя философия о том, что люди — те еще животные, была истинной, и что лучше есть людей, чем животных (по крайней мере животные ничего плохого не делают: они не насилуют, не убивают, не крадут и не лгут), животные намного лучше людей! Да, я стала более принципиальной, современной: ела только тех, кто этого заслуживает, ну, а когда не удавалось — приходилось следовать своей природе и есть того, кто был поблизости. Моя зомби-жизнь началась с того, что сначала я захомячила мужика, который остановился мне помочь. Ну, да, видок у меня был прескверный: вся в крови, виднелись дыры от ножа, которым меня тыкали те придурки, а ещё я была вся мокрой и в грязи, ведь когда, как я думала, я умерла, они или закопали меня, или утопили — точно я сказать не могу! Мой взгляд заволокла пелена голода, но она быстро прошла, стоило мне только на автомате вгрызться в кадык того мужчины. О, это было чертовски вкусно, и я получила приятный бонус: раны затянулись на животе! Покопавшись в его вещах, я узнала, что он живет неподалеку, думаю, что он ехал домой, ещё он был в разводе и жил один в том еще захолустье, надо сказать, но интернет у него был. Конечно, водить я не умела, но, на удивление, быстро научилась и потихоньку добралась до дома этого мужика. То, как я называюсь, узнала с помощью интернета: я гуглила, что, когда люди едят других людей — это каннибализм, потом наткнулась на ужастики и так называемых «зомби», потом — на другие фильмы и сериалы, вот благодаря им я и поняла, что, видимо, я стала зомби! Как выяснилось, мой обед звали Кевин Томсон, и он был педофилом — я нашла в его доме флешку, на которой было то, на что смотреть несильно хотелось. Удачно все-таки вышло, что я лишила мир одного из мерзких типов. Облазив его дом, я нашла все то, что могло мне понадобиться, а еще, на удивление, я знала все пароли и даже от карточки! Исходя из этого, я нашла плюс зомби: когда я съедала своих жертв, во мне усваивались их знания, хотя мозг я и не ела. Все это — ложь и стереотипы, которые были построены на том, что зомби едят мозги, а еще укусив или поцарапав, могут превратить в подобных себе. Полная чушь — я проверяла! Действительно, истина только в том, что я ем мясо, а еще я могу не есть примерно полгода, но это мучительно. Еще из того, что совпало с сериалами, так это то, что жара мне враг: начинаю пахнуть скверно и гнию, если голодаю. Было особенно мерзко, когда из меня вылезли черви и вокруг летали мухи! Ну, да, я ставила эксперименты, мне нужно было узнать о себе все. Когда я была сыта, мои нервные окончания работали, но не так ярко, как прежде, а когда просыпалось чувство голода, то вообще отсутствовали, и, чтобы что-то чувствовать, нужно было есть каждый день. Я стала делать запасы: приходилось фасовать человеческие тела в морозильник. Трёх человек хватало плюс-минус месяца на два. Ела я по три раза в день и все ощущала. Дальше я углубилась в изучение себя: у меня было сильное обоняние, так я нашла дом моего первого обеда. Что же насчёт регенерации тканей, то все интереснее: ради эксперимента я отрубила себе руку кухонным топориком, ощущения были странные — легкое покалывание, крови не было совсем. Потом, приставив обратно руку, я прикрепила ее к телу степлером и поела. И она срослась, хватило даже маленького кусочка плоти! Потом я путешествовала, когда заканчивались деньги, я просто выбирала дом и убивала их хозяев. Меня ничего не останавливало, ведь я же монстр, у меня отсутствует сострадание, я ела детей и их родителей, меня не трогали их слезы и мольбы, на первых порах я приняла свою сущность. Дальше я боролась с собой, выставляя стены из принципов, но к этому я пришла не сразу. Если углубиться в эту часть моей души, можно увидеть, что я тогда нырнула в эту тьму с головой, но мне не забыть никогда тех поступков, ведь эта тьма отныне навсегда со мной, как подруга, как кровь в моих венах!

Возможно, для вас я чудовище, но наш мир такой — или ты или тебя! Все просто: нужно уметь быть безжалостной, если бы я научилась этому раньше, может быть, я бы не умерла!

Нет, вы не подумайте, я ни о чем не жалею, на меня даже накатили своего рода видения, чем бы все обернулось, если бы в ту ночь меня не принесли в жертву: меня бы утопила в ванне родная мать! Да, она до сих пор меня купала, она бы начала спокойно говорить, что я плохая дочь и что она знает правду, что в тот вечер я грешила, и мои слова о том, что это не так, она бы не слушала, поскольку она бальная на всю голову фанатичка, а после начала бы молиться за мою душу, держа меня с головой под водой. Я без понятия, откуда это знаю! Но еще я знаю, что мне нужно найти тех ребят, которые принесли меня в жертву и сожрать их. Нет, это не месть, это что-то другое… Думаю, это связано с контрактом. Но что будет со мной после? Стану ли я обратно человеком? И почему меня перенесло в другой мир, черт возьми?!

Так много вопросов, и так мало ответов…

Я провела много времени в мире, где зомби — это вымысел, как и оборотни и другие сверхъестественные существа, превращающиеся в полнолуние в волков, как единороги, сказочно прекрасные создания, гномы с мешочком золота в укромном месте, русалки, девушки с прекрасными лицами и хвостом вместо ног, вампиры, которые рассыпаются на свету и прикольно горят (всё же сериал «Баффи» меня затянул). Это было веселое время, и прошло уже лет 50, а я все так же не постарела ни на день. Видимо, зомби не взрослеют. Сначала я просто бродила, потом приходилось где-то оседать, со временем даже подчиняться системе. Когда ты подросток без документов, сложно приспособиться, в общем-то детдома сменялись один за одним, и я подчищала, когда обнаруживала педофилов и прочих ребят с садистскими наклонностями. Конечно, поначалу у меня слабо получалось быть Робином Гудом и убивать тех, кто этого заслуживал. Я бывало сжирала тех, кто зло шутил, ну, типа кидался камнями или бумажками, а тела закапывала и сверху сажала разные растения, а после определенные виды кустарника, потом забила и закапывала по частям. И всё же приходилось иногда переезжать в другое место, ведь я зомби и не устаю, мне не нужно то, что необходимо живым, у меня даже сердце не бьётся! Моя жизнь прекрасна, если вовремя есть. Я свободна, хотя и есть обременительные вещи, такие как социум, в котором ты должна играть свою роль, и это отстой! Поэтому я часто пропадала с радара у людей из баз данных, например, стоило сожрать умника, что неплох как хакер, и все: взломать базу и сделать себе поддельные документы, что, считайте, лучше оригинала, не составило труда! А до этого я просто пряталась в дебрях, в лесах и даже в северных широтах. Там было неплохо, особенно из-за голода: там я даже пришла к тому, что просто отключилась, уже думала, что это смерть от голода, ведь там время идёт непонятно: может, прошел год или меньше или больше, я не знала. После того, как боль ушла, я просто была на грани эйфории, отключилась и включилась, видимо, на автомате. Я тогда съела экспедиторов, которые что-то забыли на севере. Когда кому-то больно, кому-то другому всегда заебись! В моем меню были и медведи, и другие большие животные, но мои инстинкты был сильнее: нужна была человечина, а не мясо животных! Да, я их люблю больше, чем людей, северные мишки просто прелестны, мы соблюдали дистанцию, я просто смотрела на них, а они на меня, так мы провели много времени бок о бок, и, можно сказать, они ко мне привыкли, пока я наблюдала смену их поколений. После такого долгого периода, так называемого затворничества, которое было проще прожить на холодных берегах, лежать на льдинке и чувствовать родственную связь с айсбергом, я думала, что извлекла максимум из познания себя, но были опасения, ведь кто знает, что будет, когда я вернусь? Да и отчего я была уверена, что вернусь? Даже не знаю, может, я экстрасенс, ха! Я была невероятным оптимистом временами, думаю, я была своеобразной, но никто не мог дать мне точную характеристику, поскольку вся эта дружба с людьми казалась мне глупым и смешным занятием. Ну, кто будет дружить с куском курицы или листом салата? Только психи! Люди — это еда, и я не вижу в них ничего примечательного. Думаю, я все же талантлива в притворстве, я быстро становилась душой компании, если мне этого хотелось, но после нескольких раз, когда я сама себе продемонстрировала, что могу, больше не видела в этом смысла. Я вполне довольна собой, я не способна на переговоры, я зла и коварна, убиваю разными способами, изобретательно, но любимых целые нет. Кто-то называет меня маньяком, извергом. Кто-то — серийным убийцей, исчадием ада или бешеным животным, ну, а кто-то считает бредовой фикцией.

Мои поступки не ради славы — я просто ненавижу большинство людей.

Мой путь всегда долог, я могу бесконечно идти пешком и плыть, добраться куда угодно. Протертые красные кеды, которые изначально были белыми, штаны и толстовка тоже красные или черные, так проще — кровь меньше видна на красном и черном фоне. Один рюкзак, в котором только самое необходимое, но он зачастую пуст — мало что нужно зомби, кроме человечины. Остатки людей я могу закопать и руками. Я сильная, но думаю, не настолько, чтобы кинуть машину: я пыталась, но не получилось, или, может, не хотела стараться её поднять? Я быстра (опять эти стереотипы! о том, что зомби медленные, забудьте о них), хотя когда я сытая, то не особо и прыткая, но когда голодна, то могу догнать гепарда. Как-то раз я даже проверяла — просто устроила обнимашки с киской, не волнуйтесь, я люблю братьев наших меньших, хоть вначале и относилась к ним равнодушно. Да, они тоже съедобны, но это как закуска вместо полноценного обеда, под обедом я имею в виду человека. У каждого приема пищи свое название. Завтрак — это когда съедаю только часть тела, а другую оставляю на потом. Обед — это полностью съеденный до костей человек. И мой самый любимый вид приема пищи ужин — самый сытный, от которого я больше всего впадаю в эйфорию, это когда съедаю больше одного человека.

Я зомби, и я прожорливая!

Когда я оказалась здесь, в мире без чудищ, словно в клетке для одной персоны, стало грустно и даже скучно. Хотя сначала было даже забавно, что я тут одна, но позже стало одиноко! Ну, представьте, ни одного такого же чудища, с которым можно было бы поболтать о своем, о чудовищном эх!.. Одна лишь еда, я даже почувствовала себя Робинзоном Крузо, что сошел с ума и стал придумывать себе друзей из неодушевленных предметов. Конечно, потом он нашел Пятницу, но все же, скажем так, я все чаще поглядывала на манекены… Думаю, за долгое пребывание тут в одиночку, у меня всё же поехала кукуха, я стала говорить вслух сама с собой да и чудить иногда… Ну, ладно, всегда, я так себя развлекала! А ведь мне всего 16 уже давно.

Все же неосознанно я предалась всем семи смертным грехам!