COPSAR-13

— Шиён, какого хера! Ты где была?! Голос Минджи ворвался в её шокированное сознание. Шиён даже не успела понять, как вновь оказалась по колено в грязи посреди какой-то совсем уж жидкой глины. В её руках до сих пор оставалась одежда, и она глупо пялилась на белую футболку Боры, и белая ткань резала ей глаза, потому что жутко контрастировала с чёрной землей вокруг. Спину обдало холодом. — Шиён, что… Стой, что это на те… — Нашлась всё-таки. — Я же говорила, что она опять свистнула куда-то. — Шиён, ты?.. — Голая?! Шиён в отупении пялилась на свои руки, сжимающие стопку с вещами. Её свежие штаны уже успели испачкаться, и она расстроилась, вновь осознавая этот факт. Голову одна за другой посещала пугающая мысль о том, что её самые худшие подозрения вот-вот обретут реальный облик, но она стояла, ничего не понимая, лишь чувствуя где-то внутри поднимающийся истерический холодок. Минджи подошла к ней, водя руками по воздуху, будто не зная, что сказать. — Шиён, что случилось?.. — Я всё ещё не могу понять, че она раздетая-то? — продолжала ляпать невпопад Юхён. Шиён даже не обратила внимание на то, в какой момент та успела начать разговаривать. Коленки дрожали, но она стояла плотно, влитая в землю, как непробиваемая стена. И мысли в голове будто тоже — ударялись о какую-то стену. Она слышала, чувствовала, как они бьются о череп где-то внутри, но не понимала, что от неё хотят, что от неё хочет — она сама, не понимала — ничего… Только то… Что в её руках… Теперь… Снова… — Что-то не так, — констатировала Юбин. Шиён почувствовала на себе её взгляд. А затем сорвалась с места и пошла напролом, сама не зная куда. — Шиён, ты куда? Да бля… Минджи тут же устремилась за ней, но не силилась догнать. Шиён шла, вышагивала, плотно, стойко, трясущимися ногами, и жидкая глина хлюпала под подошвой при каждом шаге, но она не обращала внимания, только — смотрела, вперёд, вокруг, ничего не видя, ничего не слыша. И вдруг — застыла. — Что такое? Шиён? — донесся сзади обеспокоенный голос Минджи. Шиён резко, ломанно развернулась. Посмотрела ей в глаза — Минджи стояла прямо напротив, рядом, судорожно бегая глазами по её лицу. Шиён смотрела на неё и будто не видела. И мысли… Мысли бились, копошились где-то внутри, и она чувствовала, как они вот-вот вырвутся из неё, словно тошнота. — Шиён? Что-то… случилось? «Случилось», — хотелось сказать ей. Я оказалась права. И вдруг — стена лопнула, и все внутренности, всю кожу, кости, кровь, заполонили слова, слова, слова, бесконечные, истерические, суматошные, они — вывалились на неё в мгновение ока — и Шиён пала под их потоком. — Блять, Минджи… — Что? — обеспокоенно спросила та. — Что случилось? Юбин и Юхён непонимающе переглянулись в темноте. Шиён нервно окинула их взглядом и вернулась к Минджи. — П-помнишь… — начала она, но голос показался ей чужим. Она прокашлялась. — Я рассказывала тебе про сны? Последние? Про… Бору. — Да, я помню, — ответила Минджи. Голос её был беспокойным. — Я помню. Что… случилось? Шиён, чёрт возьми, скажи уже. — А случилось то, что походу нихуя это не сны. И стоило ей озвучить это вслух, как на неё обрушилось всё — адская боль, удушливое волнение и тяжкое смятение. Она рухнула на колени под этим гнётом. — Я уже была здесь… — Что происходит? — спросили Юбин и Юхён едва не хором. Шиён остановилась. Она смотрела на их недоумевающие лица и ей было адски смешно. Она чувствовала, что смех этот какой-то неправильный, истерический, неподходящий ситуации. Улыбнулась она тоже как-то бешено, и когда попыталась ответить, голос её сорвался: — Я уже была здесь. В восьмидесятые годы двадцатого сентэнниала. — Стоп, что. Из Шиён вырвался первый нервный смешок. — С чего ты взяла? — не унималась Минджи, скептически вскидывая бровь. — Ты мне не веришь? — Ты вообще не выглядишь адекватной, пока стоишь полуголая посреди пустоши с истеричным выражением лица. Шиён пожала плечами. Она понимала, что вела себя как-то слишком спокойно для такой ситуации, но знала, что это только внешне. Внутри у неё всё уже несколько раз умерло и возродилось заново. — Я только что оттуда. — Чего? — Я только что оттуда. Меня только что перекинуло обратно. Я провела там целый день. С Борой. В воздухе повисла гробовая тишина. Шиён чувствовала себя главным героем какого-то комического — не смешного — представления. Смотреть на застывшие в насмешке и ужасе лица было выше её сил. Юбин нервно кашлянула, тем самым срывая у их нервов все тормоза: — Ну, что я могу сказать, — с иронией сказала она. — Пиздец?       

---

— Давай с самого начала. Ты была… — В двадцатом сентэнниале. — С Борой? — С Борой. — И эта штука на тебе?.. — Её футболка. — Окей… Юбин стояла, скрестив руки на груди, посреди всего происходящего хаоса с абсолютно каменным выражением лица. Минджи сидела на каком-то обугленном пне, схватившись за голову, и повторяла свои вопросы как будто бы не Шиён, а земле под ногами. — А вся вот эта хрень? — Минджи взяла в руку баночку. — Это что? — Это бинты и… вроде как антисептик. — Как это вообще возможно? Шиён сидела, сжавшись, на голой земле, и совершенно не знала, что сказать. Весь вид Минджи так и вопил о том, что это невозможно. И Шиён начала чувствовать себя так, будто ей действительно — просто кажется. Но не кажется. Сейчас — сидя посреди вымершей пустыни где-то посреди Айдахо в футболке, которую ей дала Бора — она знала это как никто другой. — Это началось после… ловушки, — неловко промямлила Шиён. — Меня, кажется… затянуло туда? — И ты ничего не сказала? — вставила Юбин. — Ты могла умереть. Перемещения во времени крайне опасны и непредсказуемы, это каждому понятно, по-моему. — Я не уверена, что я во времени перемещаюсь. Хотя до недавнего времени я вообще не была уверена, что куда-то перемещаюсь… — Мой мозг сейчас взорвётся. Чёрные дыры, федераты, перемещения во времени, гребанный апокалипсис. Что дальше? Мы все превратимся в зомби? — истерила Минджи сбоку. — Я думала, что хуже быть не может, но судьба ведь всегда такая сука… — Без паники, — успокоила её Юбин и обернулась. — Шиён, почему ты думаешь, что это не хронос? — Потому что я встретила там кое-кого, — прошептала она. Взгляд её зацепился за угрюмую Юхён. Юхён смотрела на неё тоже. — Кого? — уточнила Юбин. Шиён чувствовала, как к горлу подступал ком, который она была практически не в состоянии сглотнуть. Шиён знала, что Юбин не отстанет от неё на этот раз, но ей так не хотелось говорить ничего вслух, ведь она знала, чувствовала, что стоит ей произнести это — как оно тут же станет реальностью. Она глянула на Минджи, ища её в глазах поддержку, но Минджи ничего не понимала в равной степени, что и все остальные. И побледнела до неузнаваемости буквально за считанные минуты. Шиён снова посмотрела на Юхён и: — Её. Шиён прямо почувствовала, как все взгляды тут же перекинулись на Юхён, которая стояла чуть поодаль, насупившись и скрестив руки на груди. Её голова была опущена, и чёрные, грязные волосы практически полностью закрывали лицо. Она молчала; и не смотрела на них. Шиён от этого хладнокровия было не по себе. — Чего?! — подскочила Минджи. — Ты видела Юхён? Там? — протянула Юбин последнюю фразу так, словно Шиён говорит о преисподней. Она сглотнула этот проклятый комок в горле прежде, чем ответить: — Я видела её, и она была не одна, — добавила, поглядывая на Юхён. — Это причина, по которой я решила, что Бора оттуда — тоже мой соулмейт. — Тоже твой соулмейт?! — вскрикнула Минджи. Она почти подскочила со своего места. — В какой момент что-то пошло не так вообще, блять? Шиён захотелось взвыть. Её мозг буквально разрывался от необходимости обрабатывать информацию, которая совсем не желала укладываться в голове. Она практически ничего не понимала и ляпала какие-то выводы совершенно интуитивно, полагаясь только на свои смутные предположения и… надежды? На что вообще, она, чёрт возьми, надеялась? Шиён покоробило от собственных мыслей. — Я нихера не понимаю, — вдруг вырвалось из неё. — Я вообще нихера не понимаю. — Никто не понимает, — ровно сказала Юбин. — Нам нужен кто-то, кто смог бы хотя бы приблизительно объяснить это. — Кто-то? — возмутилась Минджи. — Где ты сейчас найдёшь этого «кого-то»? Я думала, это ты у нас мозг операции, ты же тут больше всех умничаешь, давай, скажи что-нибудь, потому что сейчас самое время! — Ты можешь перестать истерить? — сквозь зубы выжала из себя доселе молчавшая Юхён. — Вы не понимаете всех масштабов пиздеца! — крикнула Минджи в ответ. — Последствия этого дерьма абсолютно непредсказуемы, и по законам Мейта подобная хрень может сломать саму Вселенную к чертям! — Как это вообще может быть связано с законами Мейта? — задала закономерный вопрос Юбин, глядя на Минджи. Шиён от того, каким красным вдруг стало лицо Минджи, было смешно и страшно одновременно. — Бора её соулмейт, — доказывала Минджи чуть ли не с пеной у рта. Она мгновение смотрела на Шиён, прежде чем продолжить: — И она мертва, блять. Глаза Юбин моментально распахнулись: — Это значит?.. — Это значит, что Бора из двадцатого сентэнниала — другая Бора. Она просто, блять, не может быть жива, не после дерьма, которое произошло, потому что после такого точно не выживают. Шиён передёрнуло. Она вдруг вспомнила это, вспомнила всё, и воспоминание пронзило её сознание яркой, колючей вспышкой, и она словно ослепла на мгновение и перестала видеть всё, что её окружает, только — То, что случилось. Она почувствовала себя так, словно её засунули в огромный мешок и откачали оттуда весь кислород. На грудную клетку давило что-то настолько сильно, что она не могла вздохнуть полной грудью, отчего быстро и отрывисто сипела носом. — Гахён тоже мертва, Юбин, — прошептала Юхён. Её сухие дрожащие губы едва двигались. — Грёбанный свет, — ругнулась Юбин, присаживаясь на корточки и зажимая рот рукой. — Мы вляпались в какое-то жуткое дерьмо, и сейчас ебанутый по своей сути поход на псевдо-токсическое кладбище кажется просто сказкой, — пробурчала Минджи. — Нужно успокоиться, — констатировала Юбин. — Мы не додумаемся ни до чего, пока будем так сильно нервничать. — Попробуй успокойся, блять. Шиён вообще разговаривать не может уже похоже. — Я в норме, — подала голос Шиён, пугаясь того, насколько неестественно и искаженно он прозвучал в её ушах. — Просто… не трогайте меня. С этими словами она встала и ушла. Никто не пошёл за ней, и она была рада этому факту, но часть её всё-таки надеялась на это, ведь осознавала где-то глубоко внутри просто катастрофическую потребность выплакаться. Её руки дрожали, пальцы онемели, она шла, шла, всё дальше и дальше, и чувствовала, как из ледяного носа струйками бежит то ли кровь, то ли сопли. Она вообще не могла осознать то, что происходит, словно прямо перед её разумом возвели огромную бетонную стену, которой не было ни конца, ни края; настолько великую, что стена говорила сама за себя — даже не пытайся меня перепрыгнуть. У тебя всё равно не получится, как бы сильно ты ни старалась. Ей хотелось разорвать к чертям футболку Боры, которая болталась сейчас на ней, как огромный белый мешок, лишь бы избавиться от гнетущей реальности всего происходящего. Пока Шиён просто моталась туда-сюда, у неё ещё было хоть какое-то оправдание, объяснение, но вот она — одежда Боры, которую Шиён совсем недавно держала у себя в руках, стоя у неё в квартире. И прямо здесь же, вокруг — всепоглощающая тьма катастрофы, которая свалилась на их мир и снесла всё на своём пути. Эти две реальности, живущие в её крошечном, слабом по сравнению с масштабами Вселенной теле, наконец столкнулись, образуя внутри Шиён самую настоящую чёрную дыру. Шиён чувствовала, как эта чёрная дыра засасывает её в себя снова и снова, то выплёвывая наружу, то поглощая своим беспросветным мраком, который не имеет ни времени, ни пространства. Она сидела так, безэмоционально вылупившись на сливающийся с пустыней чёрный горизонт, целую вечность. Шиён чувствовала себя куском камня — маленькая статуя скорчившейся девочки, давно забытая и покинутая всеми, кроме времени. Минджи подошла к ней практически бесшумно. Ничего не сказав. Лишь остановилась позади неё. И спустя секунду — Шиён почувствовала, как она опустилась и обвила своими руками её шею, уткнувшись холодным носом куда-то в затылок. Шиён чувствовала её тяжелое, сбитое дыхание. И не заметила, в какой момент её собственное лицо стало мокрым от слёз. — Пойдём, Шиён, — прошептала Минджи едва слышно ей на ухо. Её дыхание обжигало ледяную кожу, а умоляющая, почти разбитая интонация в голосе обжигала сердце. Шиён не двинулась с места. Конечности онемели то ли от длительного пребывания в одной позе, то ли от окончательного и бесповоротного бессилия. Минджи шумно выдохнула. — Давай обработаем твою рану. Шиён ничего не ответила. Лишь позволила Минджи сунуть себе в руки бинты и тот бутыль, что дала Бора. Минджи согнула её ногу в колене и Шиён даже не нашла в себе сил откликнуться на прострелившую всё тело нестерпимую боль. Штанина была разорвана в том месте, куда попала шрапнель, и эту нежданную дыру в ткани закрывали только бинты. Минджи размотала всё, и в какой-то момент им открылся вид на рану. Шиён спешно отвернулась. Она не хотела видеть, что там. Минджи что-то пробурчала себе под нос, что-то вроде — и что это за хрень — но Шиён не расслышала. Какая-то холодная жидкость залилась в рану. Шиён ожидала нового витка боли, но ничего не произошло. Минджи замотала все обратно столь же быстро. — Эй, — раздалось сзади тихое. Минджи дёрнулась, обернувшись. — Эй. — Юхён? — переспросила Минджи непослушным голосом. — Нахера ты шепчешь? — Нам надо съебываться. — Подожди. — Нет, ты не поняла, — сказала Юхён более утвердительно. — Нам, блять, надо немедленно валить нахуй. — Что случилось? Шиён почти испугалась возникшего чувства страха, зародившегося где-то в подкорке её мозга. — Федераты.       

---

Они спешно и судорожно собирались, едва успевая распихивать вещи по сумкам и рюкзакам. Минджи носилась по лагерю, сгребая вещи Шиён, пока Юбин складывала рюкзаки и контейнеры в одну кучу, перетаскивая на своей спине то по два, то по три предмета за раз. Юхён стояла посреди всего этого хаоса, уже полностью экипированная и укомплектованная, и пялилась в маленький экран своего планшета. — Это произошло где-то пару часов назад, — огласила она вслух. — Я заметила только сейчас. — Сколько у нас времени? — на выдохе спросила Минджи, мечась из стороны в сторону. — Несколько минут. В лучшем случае — полчаса. — Дерьмо, — прошипела Минджи. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Шиён всё ещё была в прострации. Она совершенно механически повязала у себя на поясе комплектацию, необходимую для долгого перехода, и руки её практически не слушались. — Сука! — заорала Минджи, в гневе кидая рюкзак себе под ноги. — Сука, да сколько можно! — воскликнула она прямо в небо. — Сколько можно это терпеть, блять! — Если мы не будем сохранять хладнокровие, нам конец, — предупредила её Юбин, скидывая с себя последнюю поклажу. Возле её ног образовалась приличная куча вещей. — Ты слышала её, — спорила Минджи. — Мы уже трупы. — Если бы всё было так легко… — загадочно протянула Юхён, всё так же пялясь в планшет. — Возможно, они вообще не по нашу душу идут. Склад разбирался. — Нахрена им тогда дезактивировать твой гребанный локатор? По приколу, что ли? — Я не ебу, — фыркнула Юхён. — Возможно, они просто подорвали склад, и оттого он самоуничтожился. Вариантов может быть дохуя. Но нам всё равно надо съебывать отсюда. — Почему мы тогда не видели взрыва? — спросила Минджи, взяв себя в руки. — Мы должны были увидеть его. Склад слишком огромный, чтобы не заметить последствий. — Они могли уничтожить его через электромагнитный прессинг, — предположила Юбин. — Тогда мы бы не увидели взрыва, даже если бы находились в радиусе пары миль. Ударная волна всё равно вывела бы из строя всю электронику, так что локатор Юхён точно был в зоне поражения. — Или нас вычислили, — не унималась Минджи. — В любом случае, они прутся сюда, и мы не сможем уйти слишком далеко. Вокруг сплошная, блять, пустыня. Даже гребанных пней скоро совсем не будет. — У нас есть шанс, если мы уйдём в виллэ. Здесь совсем недалеко Бойсе. На этих словах что-то внутри Шиён подорвалось и с грохотом кануло вниз. Минджи окатила Юбин скептическим взглядом и шумно, полуагрессивно вздохнула: — В виллэ нас точно засекут. Это слишком очевидное укрытие. На Юбин это практически не подействовало. — Да, если они идут в виллэ или через него, — сказала она. — Насколько я знаю, Бойсе сейчас просто сплошная груда камней и металла. Там никого нет. Ближайший стратегический центр Федерации — Портленд. До него ещё сотни миль. Минджи устало закрыла глаза и с тяжелым вздохом продолжила: — Я всё никак не могу отделаться от мысли, что вы, блять — наша главная ёбанная проблема. Если бы мы не вытащили вас, не было бы никакого склада, никакого спаленного локатора, никакой грёбанной чёрной дыры. Юбин поджала губы, очевидно, не зная, что ответить. Юхён проигнорировала это с ещё бóльшим успехом. Шиён начала было думать — а что, если бы — и правда? Если бы они их не встретили? Они были бы уже достаточно далеко от того места, где случилось… И не было бы — адской боли в ноге, не оставляющей её ни на секунду. И… Шиён крепко зажмурилась. Не было бы вообще ничего. — Что было, то было, — выжала из себя Шиён, тут же привлекая внимание. — Сейчас нам надо смыться отсюда и уцелеть любой ценой. Минджи посмотрела на неё. И Шиён, чтобы опередить все её слова, которые, она видела — так и жаждали вырваться наружу — продолжила: — У меня неожиданно появилось слишком много причин жить, чтобы сдохнуть от рук гребанных федератов, будь они прокляты. Собираем манатки и валим в Бойсе, пока нас не догнали. — Нам не уйти далеко, если у них есть техника, — тихо, уже более спокойно сказала Минджи. — Мы даже не успеем добраться до виллэ. — Меньше слов, больше дела, — отчеканила Шиён в ответ. — Если нас не настигли до сих пор, вероятность преследования просто минимальна. Но, в любом случае, путь от склада до Портленда лежит прямо через наше местоположение. Нам нужно съебывать, пока не стало слишком поздно. После этих её слов все, как по команде, натянули собранные пожитки на свои выгнутые, изможденные спины и плечи. — Когда ты успела прийти в себя? — спросила Минджи, пока затягивала лямки у себя на груди. Шиён окинула её ледяным, бесчувственным взглядом: — А кто сказал, что я пришла?       

---

Испещренное полосами небо над головой выглядело так, будто кто-то взял огромную зубчатую расческу и провёл ею прямо по облакам. У Шиён в лёгких был пожар от беспрестанного движения в сторону заброшенного Бойсе. Они бежали без перерыва уже порядком несколько часов, и Шиён абсолютно не чувствовала ногу. Бинты стянули кожу настолько сильно, что ей первое время казалось, будто ей прямо в бедро вшили кусок металла. Но затем она перестала что-либо чувствовать вовсе. Наспех вколотый протозонил со склада делал свое дело. Но она бежала и знала, что эффект — не вечен, как не бесконечна и кровь в её жалком теле. Шиён не видела, не чувствовала, но знала, что кровь от открывшейся раны залила уже все бинты. Под ногами грязная, жидкая глина давно сменилась высохшей, потрескавшейся почвой. Шиён даже не понимала, рада она этому или нет, потому что хлюпать по жидкой земле, когда ты под завязку набита вещами — такое себе удовольствие, но с отсутствием влаги в почве и воздух стал куда более спёртым. У Шиён кружилась голова от недостатка кислорода, и последние пару часов её сводила с ума одна только мысль — она обязана успеть. Вдалеке уже виднелись многоярусные эппаутэны, заставленные, словно коробки на складе, в беспорядочный ряд прямо по всему периметру виллэ. Здания были настолько огромными и высокими, что они заметили их ещё издалека, но Шиён знала и понимала, что расстояние до виллэ до сих пор было просто чудовищным. Она бежала, глядя на прямоугольники зданий, и чувство мнимого приближения, что вот — Бойсе уже как на ладони — сводило с ума, потому что было иллюзорным. Многие мили отделяли их от спасения, и Шиён хотелось плакать от бессилия. Стопы жгло и саднило, но хуже всего была прожигающая грудную клетку насквозь боль в лёгких. Шиён боялась лишний раз сделать вдох полной грудью, хотя даже не была уверена в том, что это возможно. Её не покидало чувство того, что вместе с сухим воздухом внутрь попала целая куча песка, которая забила каждую клеточку и всячески препятствовала поступлению кислорода. Первой выдохлась Юбин. Минджи, уверенно бегущая впереди всех, вдруг замедлилась, перекинула рюкзак через плечо и начала искать что-то внутри прямо на ходу. Потом она сманеврировала в сторону Шиён и сунула ей в руку маску. — Дай её Юбин, — едва прохрипела Шиён в ответ. Минджи не замедлила с ответом, характерно нахмурившись: — Нет. Шиён с лёгким негодованием в душе взяла прибор и быстро нацепила его себе на лицо. Дышать стало в разы легче, но справляться с муками совести — сложнее. Она оглянулась назад и заметила, что Юбин едва перебирала ногами, хватаясь руками за грудь. Юхён возле неё бежала в том же темпе, но вряд ли от усталости. Позади них не было никаких признаков федератов, но Шиён нутром чуяла, что стоит остановиться, передохнуть хотя бы пару минут — как эти жалкие мгновения передышки могут стоить им жизни. Даже если их не настигнут в дороге, если они не успеют найти укрытие в Бойсе — всё пропало. — Я больше не могу, — наконец призналась Юбин, окончательно остановившись. Её буквально скрутило пополам. — Нам нельзя останавливаться, — скомандовала Минджи откуда-то спереди. Шиён находилась в легкой прострации от того, что мир вокруг не казался ей таким реальным, пока она смотрела на него сквозь синюю призму маски. Её зрение стало настолько хорошим и четким, что она видела буквально каждый волосок на теле Юбин, вставший дыбом от холода и стресса. Она видела и то, как пыль от внезапной остановки оседает на её коричневых штанах. — Я могу понести её, — предложила Юхён. Минджи нервно фыркнула в ответ: — Она больше Шиён раза в полтора. — Я унесу. Минджи лишь развела руками в стороны в качестве ответа. Юхён подошла к Юбин, чуть нагибаясь, чтобы подхватить её и положить к себе на спину. Минджи собрала вещи, которые Юхён скинула с себя, и устремилась дальше в путь — Шиён была готова поспорить, что Минджи уже давно была бы в Бойсе, если бы двигалась туда одна или на крайний случай только с Шиён. Потому что скорость, с которой они сейчас передвигались, явно не была пределом её возможностей, чего нельзя было сказать об остальных. Стоило им продвинуться буквально на пару сотен метров, как Шиён заметила вдалеке небольшой, высотой с человека, бетонный блок, на крыше которого красовалась длиннющая антенна. Бетонный блок… на подходе к виллэ… У Шиён в голове вдруг прорезались смутные, едва уловимые воспоминания. Она не сразу сообразила, что это такое, но — как только до неё дошло — то тут же свернула в сторону строения. Минджи дёрнулась за ней и догнала в мгновение ока. — Ты куда? Бойсе в другой стороне, — выговорила она на ходу. Шиён не была в состоянии бежать и говорить одновременно, поэтому просто понадеялась на то, что Минджи могла догадаться — её желание внезапно свернуть с курса не являлось какой-то спонтанной прихотью. Так и вышло, и когда они уже были около блока, то всяческие вопросы отпали практически моментально. — Это гравипорт? — озвучила подбежавшая спустя пару минут Юхён с Юбин на спине. — Именно, — ответила Шиён, озираясь по сторонам. — Но времени у нас явно чертовски мало. Это порт для мелких и средних судов, и если откалибровать его на минималку, есть вероятность того, что гравитация донесёт нас до Бойсе за считанные минуты с минимумом повреждений. — С минимумом повреждений? — едва вымолвила Юбин, от которой Шиён вообще не ожидала никакой реакции на происходящее. Она едва стояла на ногах. — Ты хочешь сказать, что повреждения всё-таки будут? — Не факт, — воспротивилась Шиён. — Хотя, это блок для транспортников, как ты думаешь, предназначен он для биотрансформации или нет? — С вероятностью в 99,9% — нет. — Да. Но у нас нет выбора, — пожала плечами Шиён. — Это наш единственный шанс добраться до Бойсе в сжатые сроки. Юхён стала выглядеть куда более заинтересованной, стоило ей слегка отдышаться и размять затекшую спину. — Че нужно делать? — поинтересовалась она. Шиён нахмурилась. Она с секунду оглядывала гравипорт, пытаясь наспех сообразить, насколько вообще возможно реализовать то, что она предлагает, как взгляд её зацепился за сумку Юхён, что скинула с себя Минджи — и вдруг вспомнила. — Я могу откалибровать его, — сказала Шиён. — Но мне нужны будут твои проекторы, чтобы сбить с толку распознаватель. Ты сможешь настроить их под какой-нибудь простецкий транспортник по типу JTB-11? Для каждой из нас? Юхён довольно ехидно и слегка жутковато ухмыльнулась. — Разумеется. Им не потребовалось много времени, чтобы завести и заставить работать уже изрядно запылившийся генератор внутри транспортного блока. Как только Шиён закончила калибровку, раздался сильный гул, и земля под ногами слегка задрожала. Но ничего большего не произошло. — Почему его нет? — спросила Юбин. Шиён нахмурилась. — Хер знает… Скорее всего, автоматика не работает. — И что делать? — Ничего, — пожала плечами она. — Его можно врубить вручную. Шиён подошла к блоку с задней от излучателя стороны. Она опустила рычаг, и спустя мгновение глаза ослепила вспышка, которая погасла буквально в то же мгновение, оставив за собой лишь легкий шлейф энергетического луча, устремившегося прямо в Бойсе. Шиён почти запищала от радости, когда её крохотный план сработал, но сдержалась. Это был первый раз за долгое время, когда она почувствовала себя реально полезной — всё остальное время из-за раны она не могла избавиться от ощущения, что крайне сильно отягощает своим существованием жизнь остальных и особенно Минджи. Как только всё было готово, Юхён вызвалась пойти первой. — Если что-то пойдёт не так, вы хотя бы поймёте, что именно, а я вряд ли сдохну, — отшутилась она, но у Шиён от подобных рассуждений пошли мурашки по коже. — Короче говоря, если меня не размажет в мясо прямо у вас на глазах от неебического атмосферного и гравитационного давления внутри луча, то всё заебись. — Иди уже, — буркнула Минджи в ответ. Юхён встала прямо напротив блока, на лицевой стороне которого виднелась круглая спиралевидная труба. Шиён посмотрела на неё: Юхён активировала проектор и кивнула ей в знак того, что всё хорошо. Шиён опустила рычаг. Земля вновь задрожала, и зрение поразила вспышка от луча. В мгновение ока Юхён со всех сторон охватило энергией, и стоило Шиён повернуть рычаг обратно, как она испарилась прямо у них на глазах. — Сработало? — озвучила общие мысли Юбин. — Я надеюсь, что да, — пробубнила Шиён. — Только… Твою ма-ать. Минджи и Юбин нервно переглянулись. — Он работает только вручную. — И что это значит? — спросила Юбин. — Это значит… — Что кому-то придётся либо включать его для себя самого, либо остаться здесь. Повисло тяжелое молчание. Шиён почувствовала, как весь её энтузиазм и желание жить скисли на глазах. Её вдруг охватило такое едкое разочарование, что к горлу подступил ком. Только ей показалось, как хоть что-то может наладиться хотя бы на миг — как всё рухнуло в одночасье. — Значит, надо решить, кто опустит рычаг, — сказала Юбин. — Давайте я, — предложила Минджи. — Я включу ускорители и добегу до вас. Шиён бросила на неё злющий взгляд, будто так и сказала — не смей. — Я успею, — заверила её Минджи с широкой улыбкой. Ей чертовски не нравилась эта идея. Но — к её величайшему ужасу и сожалению — где-то внутри сидела мысль о том, что если кто-то из них и сможет провернуть подобное — то только Минджи. Шиён действительно надеялась, что всё пройдёт как по маслу. Юхён вроде не кривилась от боли, когда её насквозь пронзил гравитационный луч, и это внушало крохотную надежду на успех. Хотя, конечно, не было никакой гарантии того, что по прибытии её не вывернуло наизнанку или чего похуже… но выбора у них особо всё равно не было. Шиён нацепила на себя повязанную поклажу и помогла Юбин подняться с земли. Они встали прямо под луч, глядя на то, как Минджи включает портативные ускорители у себя на ногах. Загрохотал включающийся генератор. У Шиён холодный пот пошёл по спине от мысли о том, что Минджи может не успеть дойти до них. Расстояние не было критическим — какие-то пять метров — но в условиях искаженного гравитационного поля вокруг луча это могло стать настоящей проблемой. Даже для скорости Минджи. Она уже была готова заявить об этом вслух, как Минджи с другого конца блока что-то крикнула им. — Что? — переспросила Шиён, не услышав. Она посмотрела на Юбин и заметила, как та едва побледнела. — Что она сказала? Юбин нервно сглотнула, прежде чем ответить: — Она сказала что-то про бак?.. — Про бак? У Шиён душа ушла в пятки. — Про бак и про… течь. Шиён буквально почувствовала, как её сердце разорвалось от ужаса и тело онемело. Она хотела было двинуться с места, но гравитационный луч, окруживший их со всех сторон, не дал ей выйти из зоны захвата. — Минджи! Минджи! — заорала она, не помня себя. Она попыталась вырваться из захвата, но плотность щита была слишком высока. — Минджи! Внезапно она увидела её лицо буквально в двух метрах от себя, будто через стекло — сплошь искаженное от белых и голубых полос, охватывающих воздух вокруг. — Бак протекает, — дрожащим голосом сказала Минджи. — Включилась аварийка. Даже топливо поставляется только при ручном включении. Я могу… Шиён едва слышала, что она говорила. Гул раздирал барабанные перепонки до такой степени, что она еле понимала собственные мысли. Глаза её в ужасе метались между лицом Минджи и генератором, и с каждой секундой голос Минджи становился всё более и более неразборчивым и искаженным. — Генератор… В Бойсе, — словно лагающий экран говорила Минджи по ту сторону от луча. Её губы двигались в такт произносимым словам, но сами звуки долетали до Шиён лишь жалкими кусками и урывками. — Перезагрузить его… Инерционной энергии… Отправить… Постфактум. Шиён понимала, что кричала её имя, но не слышала никакого намёка на собственный голос. Паника охватила её с ног до головы, и она даже попыталась прорваться сквозь луч, ударив по нему своими руками, но это не помогло. И — когда Минджи внезапно исчезла из поля видимости — Шиён начала задыхаться от душившей её истерики, и единственная мысль, которая пришла ей в голову — сломать блок к чертовой матери. Она бросилась в сторону источника энергии, хотя «бросилась» — это громко сказано; ей едва хватало духа переставлять ногами, потому что сила луча набирала обороты с каждой секундой, и она буквально чувствовала, как мышцы на ногах готовы порваться от перенапряжения. Она представляла, как схватится за металлический диск, формирующий луч, и оторвёт его к чертям, закончив весь этот кошмар. Но её героическому плану не суждено было сбыться. В тот момент, когда до цели оставались считанные сантиметры, Юбин схватила её со спины, не дав приблизиться к блоку. В следующее же мгновение тело Шиён онемело от отсутствия гравитации. У неё перед глазами пронеслась целая галактика — миллионы разноцветных полос заполонили мир вокруг, но единственное, что она увидела — Лицо Минджи по ту сторону реальности. Единственное, что она запомнила. Спустя мгновение их отбросило в Бойсе.       

---

Шиён очнулась спустя пару секунд. Её тут же охватило чувство, словно тело размазало в лепешку. Грудную клетку сдавило в невозможности дышать, и она запаниковала, нервно срывая с себя куртку и пытаясь хоть как-то открыть доступ к кислороду. Она задыхалась от сдавленности и страха: словно вода наполнила её лёгкие, вскипела и теперь обжигала грудь изнутри. Рядом совершенно без движения лежала Юбин. Шиён попыталась встать, чтобы приблизиться к ней, но ноги не слушались. Она схватилась рукой за собственное горло и едва не поползла в сторону Юбин, как внезапно кто-то схватил её за одежду и оттолкнул назад. Это была Юхён. Она подняла её и оттащила в сторону какой-то стены, усадив. Шиён вцепилась в её руки, как припадочная. — Я сама. Шиён не смогла бы воспротивиться, даже если бы захотела. Она практически не могла дышать и это сводило её с ума, но больше всего её пугала Юбин, которая валялась на чёрном асфальте, не подавая никаких признаков жизни. Юхён кинулась к ней и начала проверять пульс. — Жи… Ж-жива? — едва выдавила из себя Шиён, закашлявшись. Она сверлила спину Юхён взглядом, пока та не обернулась, утвердительно кивая. — Жива. Шиён плющило ни на шутку. Глаза слезились, руки дрожали и были абсолютно ледяными. Юхён оттащила Юбин ближе к Шиён, присев на корточки и что-то ища в своёй сумке. Шиён не могла вздохнуть полной грудью и, по ощущениям, вот-вот должна была начать заходиться диким кашлем. Но ничего не происходило. Она, выпучив глаза, глядела на Юхён, реанимирующую Юбин. Чувствовала она себя крайне странно — потому что где-то в глубине души реально надеялась на то, что с Юбин всё будет в порядке. Но больше всего на свете она переживала за Минджи. Свалившиеся со всех сторон обстоятельства не давали мозгу оперативно и адекватно оценивать информацию. Ей потребовалось несколько минут, чтобы в полной мере осознать то, что конкретно с ними произошло и где они оказались сейчас. Картинка была неутешительной. Навскидку — их отбросило примерно на десяток метров от посадочной площадки, на которую они, по идее, должны были приземлиться. Юбин, судя по виду её одежды и окровавленному лицу — по пути умудрилась собрать всю пыль с асфальта и каждый валяющийся на нём камень. Шиён вдруг внезапно поняла, что великое счастье — тот факт, что в земле не торчало ничего острого. Их обеих бы просто разрезало. По спине пробежал холодок. Шиён судорожно принялась проверять, нет ли у неё где-то ран — и облегченно вздохнула, ничего нового не обнаружив. Это удивляло, ибо при такой силе инерции любая выпуклость на поверхности могла обернуться серьёзными увечьями. Но ничего не было. Шиён обратила внимание на то, как выглядит Юхён — у неё была крупная рана прямо на лбу, и хлеставшая оттуда кровь заливала глаза, так, что она постоянно утирала лицо рукавом куртки. Сама Шиён чувствовала себя на удивление целой, хоть и с тошнотой, головокружением и жуткой болью в груди. До неё запоздало дошло. — Она… — прокряхтела Шиён. Юхён на секунду обернулась. — Она закрыла меня. Когда мы… стартовали… Она закрыла меня. Нас выкинуло в сцепке. Юхён практически не обратила на неё внимания, наспех оттирая кровь с шеи Юбин, чтобы, по-видимому, вколоть протозол. Шиён передернуло от мысли, что Юхён точно так же поступила когда-то и с ней. Но сейчас, глядя на это со стороны, она вдруг поняла — у Юхён просто нет выбора. Это единственное, что она может сделать, и она молча делает это, невзирая на последствия. — Где Минджи? — вдруг спросила Юхён. Она уже держала баллон в руках. У Шиён сердце полоснуло болью, и только-только восстановившееся дыхание сбилось. — Она… осталась там. — Как? Её холодный, обезличенный тон вызывал мурашки по коже. Юхён вколола в шею Юбин зелёную жидкость. — Генератор, — закашлялась Шиён наконец. — Он протекает. Минджи включила его вручную. — Ну пиздец, — единственное эмоциональное, что выдала Юхён. — У нас, блять, большие проблемы. Шиён не совсем понимала, что происходит. Она достала из внутреннего кармана куртки баллон с водой и криво — потому что безбожно дрожали руки — вылила жидкость себе на лицо. — Почему? Юхён закончила с Юбин, поднимаясь на ноги. И выглядела она просто гигантской, пока стояла возле развалившейся у стены Шиён. Её брови были нахмурены. — Стервятники. У Шиён над головой словно прозвенел колокол. Стервятники. — С чего ты взяла?.. Но на мгновение ей удалось отбросить страх. Шиён крепко задумалась и не смогла понять, откуда стервятники в заброшенном Бойсе? Если верить Юбин, весь виллэ сейчас — сплошная груда металла. Зачем этим падшим ютиться здесь? Совсем рядом расположен вполне себе функционирующий Сиэтл, пока ещё не подконтрольный Федерации полностью, что они могли забыть в этой дыре? Шиён поспешила засомневаться. — Что здесь делать стервятникам? — Наконец-то ты начала задавать правильные вопросы, — процедила Юхён. — Я не ебу. Но они здесь есть, и их много, а нас стало только меньше, и то не факт, что прибавится. Шиён скривилась от последних слов. — Минджи точно вернётся. — А с чего ты взяла, что я про неё? — Бля-ять, — простонала Шиён, пока пыталась встать на ноги. Подъём дался ей с большим трудом, но она всё же сделала это, не прибегая к помощи Юхён. Шиён немного прошлась по округе и огляделась. Прямо за ней была огромная бетонная плита, судя по всему, отлетевшая часть эппаутена или чего-то вроде. Посадочная площадка для транспортников находилась прямо в противоположной стороне — метрах в десяти от них. Вокруг были полуразваленные здания, но всяческие признаки жизни просто отсутствовали. Груды разрушенных строений наваливались друг на друга, образуя между собой огромную кучу бетона — с огромными дырами, торчащими перекладинами, металлическими штырями и облупившейся от пожара мебелью. Шиён зашла за плиту и чуть не свалилась. Она замерла у обрыва. Они находились на первом ярусе, но прямо под была огромная, выжженная пропасть — будто результат падения крупного транспортника или… метеорита. Шиён не исключала никакие варианты. Горизонт — если таковой у них ещё был — застилала тьма разрушенных зданий, многоэтажек. Центральная башня была единственным относительно целым строением, которое красовалось огромной, вытянутой спицей прямо посреди всего этого развала. В отдельных районах виллэ до сих пор что-то горело. Картинка была удручающей. Шиён обернулась к Юхён. Та стояла, не двигаясь, и следила за каждым её движением. Юбин не пришла в себя. — С чего ты взяла, что здесь есть стервятники? — заговорила Шиён. — Виллэ выглядит, мягко говоря, разъебанным в хлам. Им нечего здесь делать. Ты опять мутишь воду. И мне это не нравится. Юхён ничего не ответила. Её лицо было практически полностью закрыто чёрными волосами, которые слегка вились у кончиков. Она смотрела ей прямо в глаза — Шиён не видела, но чувствовала этот озлобленный, прожигающий саму человеческую суть взгляд. Юхён подошла ближе, возвышаясь. Руками своими она схватилась за лямки собственного рюкзака, выпрямляясь окончательно. Она подошла к ней настолько близко, что Шиён чувствовала на своём лбу её влажные от пота волосы. Шиён приготовилась к… чему угодно. Руки её непроизвольно сжались в кулаки, и она была достаточно сконцентрирована для того, чтобы в нужный момент нанести Юхён удар такой силы, что он вполне мог бы проломить ей рёбра. Но Юхён не двигалась, лишь жадно, громко дышала, обжигая своим дыханием Шиён всё лицо. — Отвечай, — выцедила из себя Шиён. Губы Юхён дрогнули в лёгкой, истеричной улыбке. — Потому что я одна из них.       

---

У Шиён всё лицо обливалось грязным потом, пока она судорожно хваталась за одежду, стараясь не уронить Юбин, которую они с Юхён тащили в какое-то заброшенное здание неподалеку. Половину поклажи, которую они умудрились транспортировать, пришлось оставить там же, на площадке — это была крайне опасная, но вынужденная мера. Они могли одновременно и обнаружить себя этим, и остаться без половины припасов — и Шиён даже не знала, что из этого хуже. — Сколько их? — тяжело дыша, спросила Шиён. — Дохуя, — лишь процедила в ответ Юхён, тоже запыхавшись. Юбин в отключке была реально мертвецки тяжёлой. — Я не знаю, клановая ли у них система здесь, надеюсь — нет. Они завалились внутрь, стараясь создавать как можно меньше шума. Здание оказалось заброшенным торговым центром, который уходил своей спиралевидной формой на много ярусов как вниз, так и вверх. Высоченные потолки заставляли Шиён чувствовать себя неуютно. — Клановая хуже? — выстонала Шиён, плюхаясь на пыльный асфальт. Голова кружилась. В её глазах широкое круглое пространство центра периодически заваливалось набок. — Как посмотреть, — Юхён наклонилась, но не стала садиться. — Как, по-твоему, Минджи найдёт нас? — Выследит, — уверенно ответила Шиён, закашлявшись. — Она не так проста, как кажется. — Она че, типа рейнджер? Шиён позволила себе усмехнуться. — Нет. — Тогда как она выследит нас? — Увидишь. Юхён недовольно фыркнула в ответ. Они сговорились оттащить Юбин как можно дальше вглубь центра, но не экспериментировать с подъёмами на другие ярусы. Решено было оставить её в заброшенном магазине с кучей навалившихся друг на друга манекенов и прочих симуляторов, чтобы при случае её было не так легко обнаружить. Затем двинулись обратно — в сторону платформы по длинным коридорам. Выходить из торгового центра было крайне опасно, но столь же опасно было оставлять все вещи на открытом пространстве. Шиён скривилась от мысли о том, как раньше все сходили с ума по этим центрам. Люди проводили здесь сутки напролет, подзаряжаясь допингами и колеся кругами по ярусам до бесконечности, тратя свои бинны, время и силы. Сейчас торговый центр напоминал свалку никому не нужных гаджетов, магазинов с вещами, всевозможных отделов для удовлетворения любой прихоти и потребности. В углу одного из магазинов до сих пор работала заевшая голограмма какой-то тупой рекламы, повествующей о том, как хорошо Шиён будет, если она прямо сейчас купит себе «стимулятор любви» известного смысла. Шиён тошнило от всей этой их «любви» до катастрофы, тошнит и после неё. Юхён шла совершенно ровно и не озираясь. Ей, казалось, было абсолютно всё равно на эту травящую обстановку вокруг. — Как так вышло, что ты прибилась к стервятникам? — начала разговор Шиён. — Обстоятельства вынудили. — И что, ты прям?.. — Шиён не знала, как продолжить. В её голове крутилось столько мыслей. В глубине души она понимала, что её любопытство — необходимость рассчитать все возможные риски. Несмотря на то, что Юхён вела себя… относительно адекватно, в её биографии оставалось не то чтобы просто много пустых страниц — она сама была как один сплошной белый лист с маленькой чёрной точкой в углу, и больше ничего. Шиён тоже не трещала о себе направо и налево, но её никто и не спрашивал, и она была крайне довольна этим фактом. Но на случай чрезвычайной ситуации любого характера она хотела иметь у себя в рукаве больше козырей, чем кто-либо ещё. — Я не торгую людьми, Шиён. Я контрабандист. — Это многое объясняет, — подытожила Шиён. Вот дерьмо. — Неужели? — Для начала — вполне достаточно. — Для начала? — едко усмехнулась Юхён. — Насколько много ты надеешься узнать, а? Шиён не растерялась: — Столько, сколько потребуется. И тут Юхён внезапно засмеялась. Этот смех был вполне искренний, но ядовитый, словно желчь внутри была не просто прикрытием, а её истинной сутью. Шиён передернуло. — Ты слишком мало знаешь о жизни, Шиён. Для твоих-то лет… — А ты, Юхён? — решила пойти она ва-банк. — Ты — много знаешь о жизни? — Столько, сколько требуется. Шиён почувствовала себя загнанной в тупик. У неё не было никакого желания соревноваться с ней в остроумии, но Юхён была тёмной личностью, которую Шиён обещала себе раскусить несмотря ни на что. Тайны, которые она скрывала, могли стоить им жизни, и Шиён ощущала это всем своим существом. Но это не могло длиться вечно. Стоило им затихнуть на мгновение, как Шиён почувствовала, как что-то упало на неё с потолка. Сперва она решила, что это был кокроч, которые в заброшенных эппаутенах росли и размножались словно на дрожжах, но никакого шевеления на своей руке она не увидела. Было слишком темно. Она хотела было одернуть Юхён, чтобы показать находку, но та и без неё застыла на месте. Единственным источником света оставалась заевшая голограмма рекламы где-то чуть позади них и еле пробивающийся тусклый свет около выхода, который был довольно далеко. Шиён сделала последний шаг и почувствовала странный хруст у себя под ногами. Это были… Кости?! — Твою мать… — едва выругалась она, прежде чем Юхён развернулась. — Бежим! Они рванули прямиком к выходу. Бежать по темноте — обратно к Юбин — было самоубийством. Шиён не до конца осознавала, что происходит, но в глубине души понимала — стервятники здесь. Юхён рванула вперед неё с такой бешеной скоростью, что Шиён едва поспевала за ней. Они были почти у выхода, как внезапная боль прострелила бедро. Шиён упала навзничь, собирая своим лицом и руками всю пыль и грязь с поверхности пола. — Юхён! — закричала она, не зная, что делать. Юхён остановилась, громко шаркая потертой подошвой ботинок. Шиён не могла видеть её лица, но на секунду ей показалось, что она почувствовала его… Сомнение. — Не смей, — просипела она полным злобы голосом. Юхён мгновение словно раздумывала, но затем дёрнулась к ней. Постепенно помещение торгового центра заполонил топот, казалось бы, тысячи ног. Но Шиён ничего не видела вокруг себя, лежа на земле. Она чувствовала приближение опасности. Дух перехватило от страха. Юхён подняла её. — Я не чувствую ногу, твою мать… — хрипела она, стоя на второй ноге. — Блять, всё же было нормально! Блять! А ведь она почти забыла о ней. Бедро чувствовалось огромным куском ржавого металла, бесполезно цепляющимся за туловище. Голову прошибло болью до такой степени, что пульсация где-то глубоко в мозгу казалась лишь эхом падающих на асфальт пятен багровой крови. Выход грязный, заваленный мусором, под их ногами — ржавая вода, и где-то вдалеке, за поворотом, был виден неоновый свет от голограммы, который усугублял ситуацию. Было жутко, страшно, и Шиён боялась себе в этом признаться. Она была до смерти напугана. Внезапно стало слишком тихо. Спустя мгновение Шиён услышала скрежет металла где-то в отдалении, словно кто-то неосторожно пнул жестяную консоль или скрипнула крышка мусорного бака. Вокруг было темно — хоть глаз выколи, и это успокаивало ровно в той же степени, в которой и пугало. Ведь если ты не видишь монстра в темноте, значит, и он не видит тебя? Шиён бы очень хотелось, чтобы это было правдой. Тишина давила на уши, на нервные клетки, на остатки самоконтроля внутри неё. Шиён до сих пор не чувствовала ногу и понимала: Если их засекли, она ничего не сможет сделать. — Юхён… — Т-ш, — прошипела та, затыкая её. Они медленно, но верно отошли от центра помещения, ближе к стене. Юхён стояла прямо перед Шиён, закрывая её своей спиной, пока та пыталась наспех оторвать зубами кусок ткани от футболки Боры и перевязать себе ногу. В помещении раздался резкий голос Юхён: — Выходи. Но в ответ — ничего. Шиён слышала лишь задушенный стук собственного сердца, звон нервов у себя в ушах и хлюпающую от перевязывания кровь. — Выходи. Сейчас же. Выходи, кто бы ты ни был. Шиён было страшно. Юхён крикнула снова: — Только гребанные федераты прячутся в темноте, как помойные крысы. Выходи немедленно, блять! Ужас согнул Шиён пополам, заставляя смотреть только в пол. Её бледные, худые ладони охватили такие же слабые бедра, и она чувствовала, как по правой руке струйками побежала чёрная кровь. Она не смогла заставить себя поднять взгляд, когда услышала первые шаги. Каждое столкновение чьей-то стопы с асфальтом вызывало в ней приступ неконтролируемой дрожи. Она чувствовала себя стрелкой, которая дергалась каждый раз, когда наступал её момент. На каждый звук, шорох, чужой вздох — её тело дрожало. Юхён всё ещё стояла около неё, и это — крайне важный факт. Когда шагов стало больше раза в два, Юхён всё ещё была на ногах. — Назовись, — голос из темноты носил столь инородный характер, что казалось, будто он… из металла. Юхён ответила: — Гахён. Глаза Шиён распахнулись в шоке и ужасе. Она положила руку Юхён на плечо, пытаясь привлечь к себе внимание. Но Юхён… Юхён? Юхён лишь с раздражением спихнула её обратно, продолжая бессмысленно пялиться в темноту. — Что ты делаешь здесь, Гахён? — продолжали спрашивать из глубины. Шиён старалась не дышать. — Ничего. — Ложь. — Я нихуя здесь не делаю, — отвечала Юхён, огрызаясь всё больше и больше. Шиён хотелось достать из карманов её куртки протозол и вколоть себе парочку баллонов, но она не решилась двинуться с места. Юхён не справится одна, если завяжется драка. Было очевидно — их чертовски много. — Где твоя подружка? — спросил их снова ехидный, отвратительный голос. Металл звенел в ушах. Юхён колебалась секунду. — Я одна. — Опять ложь! Шиён вжалась в стену. Сейчас только Юхён отделяла её от темноты и неминуемой гибели. У неё кружилась голова то ли от потери крови, то ли от ударившего в кровь ужаса. Она опять вышла из строя в самый неподходящий момент. Она опять ничего не могла сделать. — Ваши вещички у порта, — продолжал пытать их всё тот же голос. — Неужели ты притащила всё одна? — Я принесла всё одна. Шиён никак не могла понять, хорошо ли то, что Юхён скрывала их реальное число — возможно, если бы она сказала, что их пятеро или, на худой конец, трое — ситуация пошла бы в другую сторону. Но было уже слишком поздно что-то менять. — Где же тогда твоя подружка? — Я не ебу, о чём ты. — Может, ты всё-таки была одна, — продолжал кто-то, и интонация в голосе становилась всё более и более жуткой. — Или она сбросила раненую ногу, как ящерица сбрасывает хвост? Юхён резко обернулась на Шиён. И спустя мгновение — Кто-то схватил Юхён за куртку и отбросил в сторону. Шиён услышала лишь удар тела об пол. Сама она прижалась к стене, надеясь остаться незамеченной до подходящего момента — хотя она, чёрт возьми, не знала, какой момент будет подходящим — и услышала из темноты звуки завязавшейся драки. Надо было стащить у Юхён протозол. Дерьмо! Шиён бросилась в темноту, хромая и чуть не падая. В то же мгновение наткнулась на чье-то тело, по ощущениям — сделанное из металла или обвешенное им с ног до головы. Она схватила это что-то за шею. Слегка напрягла руки и вывернула её, слыша хруст костей. Всё-таки человек. Или не человек. Юхён не было ни видно, ни слышно. Словно она испарилась. Шиён еле стояла посреди темноты, не зная, в какую сторону метнуться — пока в неё саму не влетел кто-то крупный и не сбил с ног, падая вслед. На неё вдруг навалилась такая масса, что она едва не поперхнулась собственной слюной от удара — но, стоило ей схватить напавшего за плечи, как она с легкостью перекинула его через голову куда-то назад. Шиён лежала на земле и заходилась диким кашлем. Пока где-то — совсем около себя — не услышала истошный вопль Юхён. — Юхён! — заорала она, едва поднимаясь на ноги. Вся одежда промокла и воняла ржавчиной, а затылок раскалывался от удара. — Юхён! Она услышала новый крик где-то справа от себя. Шиён решила во что бы то ни стало найти Юхён и оттащить её и себя как можно ближе к свету. Она направилась прямиком на звук. По пути в неё врезалось ещё несколько тел, и она безотчетно выворачивала до хруста чьи-то то ли ноги, то ли руки, шею — всё, что попадалось ей под руку, всё, чем её пытались схватить — но когда кто-то особо хитрый заехал ей прямо по кровоточившему бедру - из Шиён вырвался первый истошный вопль. Она нашла Юхён по вскрикам, которые та издавала, нанося кому-то удары снова и снова. Шиён схватилась за её спину, как за спасательный круг. Они тут же рухнули на пол, начиная инстинктивно отползать дальше. Пока кто-то не схватил их за капюшоны курток и не поднял высоко над землей, как маленьких шэтонов. Шиён сдавило все плечи и грудную клетку от натяжения. Ситуацию не облегчало и то, что Юхён где-то слева от неё продолжала брыкаться и отбиваться. Довольно скоро за свои попытки она получила под дых и разразилась кашлем. Шиён подумала, что вот он — её конец. Она умрёт не от ранения, не в грязном болоте, даже не от уничтожения планеты — она умрёт вот так. Подвешенной высоко над землей, позорно проигравшей последний бой в её жизни. Но внезапно она рухнула на пол, а за ней и обессиленная Юхён, словно они обе выпали, как камни из кармана. Шиён не понимала, что происходит. Она наблюдала за тем, как воздух то и дело разрывал круглый синий снаряд, исчезающий в чужих телах, как в чёрной дыре. Помещение заполонили крики. Энергетические шары прилетали со всех сторон, словно их окружили. Шиён решила, что ей ни в коем случае нельзя вставать, пока ведётся обстрел, поэтому поползла к Юхён. Синие разряды рассекали тёмное пространство торгового центра, сея панику среди стервятников, которые были вокруг, и она всё никак не могла понять — хорошо это или плохо. Юхён валялась без сознания, во всяком случае — она ничего не ответила ей, когда Шиён попыталась её растормошить. Если на них напал противостоящий этой банде клан — всё могло обернуться ещё хуже. Шиён не знала, какие у них порядки, и, возможно, они угодили в ещё бóльшие неприятности, чем до этого. Она лежала, обхватив Юхён руками, и дрожала от перенапряжения и паники. Её единственной надеждой на спасение было то, что их могут и не найти среди кучи трупов; почему она думала, что именно трупов, и почему их именно куча — она не знала, но всё же страх забрался слишком глубоко, чтобы его игнорировать. Шиён начала тихонько рыться в карманах куртки Юхён, чтобы найти протозол, вколоть его и в случае чего переступить через саму себя и отбиться во что бы то ни стало. Но совсем скоро крики стихли, оставив после себя лишь шлейф холодного ужаса. Она лежала на полу несколько минут, не в силах шелохнуться и оставив всякие попытки найти баллоны. Её тело пронзила ледяная стрела, когда она услышала совсем рядом чьи-то шаги. Этот кто-то ступал настолько тихо, что сперва Шиён приняла шаги за капли или ещё что-нибудь вроде этого. Но когда она осознала их природу, то душа ушла у неё в пятки. Спустя мгновение блёклый синий свет, который после такой темноты показался ослепительным, озарил её лицо. И она увидела прямо над собой её. Минджи.