COPSAR-13

Шиён влетела обратно в свою реальность в лучших традициях жанра, как бы она сама это назвала, если бы ещё могла думать. Её мозг сейчас соображал процентов на десять от тех десяти процентов, на которые он, по легенде, соображал в принципе. Шиён лежала практически без сознания и уже не могла отличить, что ей снилось, а что происходило на самом деле. Она действительно была всё ещё очень пьяна и очень устала. — Но она же пиздец дохлая! — Ты так долго и упорно выебывалась своей охуенной физической подготовкой, что у тебя сейчас, по сути, просто нет выбора, Юхён-и, — приторно-сладко протянула Минджи, нарочно издеваясь над ней. — Какая же ты всё-таки сука, — ворчала Юхён. Веки Шиён слипались, но она всё равно видела то, как Юхён смотрела на Минджи. Взгляд Юхён невольно падал на валяющуюся на земле Шиён, как будто она прикидывала вес, но не делала этого открыто. — Блять, я не понесу это. Серьёзно. Я не сделаю этого. — Но ты же самый качок среди нас всех! Куда же мы без тебя? — Как же ты меня бесишь, ты бы знала. — Вообще-то, по факту, — неожиданно заговорила Юбин, прерывая их ругань. — Минджи права. Ты довыпендривалась, Юхён, — добавила она, разводя руки в стороны, и начала уходить. Минджи улыбнулась, пока глядела на возмущенную Юхён: — Знаешь, мне почти жаль тебя, — сказала она. — Почти. — Пошла нахуй. Юхён ещё секунду глядела на то, как Минджи фыркнула, развернулась и ушла вслед за Юбин, и только после этого опустила голову и бросила свой недовольный взор на Шиён. — Пиздец, — вздохнула она, наклоняясь и закидывая неподвижное тело себе на спину. — Просто пиздец.       

---

Шиён проснулась просто с адской головной болью. Было такое чувство, как будто к её черепу привязали огромный балласт с кучей камней, и ей было больно двинуть даже шеей. В грудной клетке зародилось мерзкое, противное чувство, и она в последний момент поняла — её вот-вот стошнит. Она попыталась перевернуться, чтобы избежать неминуемой катастрофы — но почувствовала такую боль — словно огромный металлический штырь проткнул ей голову насквозь — что не смогла двинуться. — Твою ма-ать… — протянула она, пока хваталась за голову. Шиён хотела просто свернуться в комочек и никогда в жизни больше не двигаться. У неё было такое ощущение, как будто во рту кто-то умер. Или это она умерла. Сейчас практически невозможно было понять. — Доброе утро!!! — донеслось сбоку. Её мозг просто умер в ту же секунду. — Как спалось?! Шиён поморщилась, но ей не обязательно было открывать глаза, чтобы понять: Юхён стояла над ней и орала ей прямо в ухо. — Мои соболезнования!!! — добила она её финальным аккордом. Шиён бы застонала от боли и злости, но любой звук, даже собственное тяжёлое дыхание, резал ей уши. — Блять, Юхён, отъебись от неё, — услышала она в отдалении недовольный голос Минджи. — Я ещё даже не доебалась, — прорычала Юхён последнее Шиён прямо в лицо, а затем развернулась и ушла, судя по шагам. Шиён услышала приближение Минджи и то, как она села подле неё. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Минджи. — Жутко хочу в туалет, — прохрипела Шиён. — Но не уверена, что смогу подняться. Минджи нервно фыркнула в ответ. — У тебя что, похмелье? — Кажется, да. Минджи тихо засмеялась. — Как удивительно, однако, то, — начала она ехидничать. — Что лекарства так тебя не торкают, а от каких-то допотопных психосимуляторов размазало. Шиён едва заставила себя придумать этому объяснение. — Там не психосимуляторы. — А что? — По-моему, они пьют спирт. Минджи вскинула брови в удивлении. — Спирт? — переспросила она. — Серьёзно? — Да… — Ну, тогда это, в общем-то, всё объясняет. Шиён было относительно всё равно, но она уточнила: — А мне не объясняет. Я вообще не думала, что на меня что-то подействует, когда пила… — Вижу результат спиртового бездействия, — фыркнула Минджи. — Ну знаешь, лекарства лекарствами, а спирт — он всегда спирт. — И то верно. Шиён всё ещё лежала с закрытыми глазами и думала только о том, что конкретно сейчас — она была бы не против, если бы он не подействовал. — Который час? — едва выдавила Шиён из себя хриплым голосом. — В душе не ебу, — проворчала Минджи. — Что за вопрос вообще? — Я просто хочу знать, темно сейчас или нет. — Ты имела в виду, насколько сильно сейчас темно, — Шиён кивнула в ответ, надеясь, что Минджи видела её. — Сейчас вечер, Шиён. Наверное. Только после этих слов она едва приподняла веки, чтобы заметить прямо перед своим носом торчащий ворот какой-то куртки. Она видела и рельефную подошву ботинок Минджи неподалёку, но поднимать взгляд не хотела. Она вообще сейчас ничего не хотела. Кроме как сдохнуть. — Гд… Где мы… — выдавила она из себя вымученное. Минджи устало вздохнула: — Почти на окраине Бойсе. Измученное сознание Шиён новой волной боли известило её о том, что что-то явно не так. — В смысле?.. — прохрипела она вымученно. — В прямом, — ответила Минджи. — Тебя не было два дня. «В смысле», — пронеслось в голове ошарашенное. Шиён попыталась приподняться, но тело казалось ей слишком тяжелым, поэтому она со стоном положила голову обратно. — Шиён, это надо как-то заканчивать, — вздохнула Минджи. — Это абсолютно ненормально. Я не знаю, как это работает. Но это не укладывается в голове. По законам Мейта твоя душа может просто отказаться жить, ты понимаешь? Шиён не была уверена, что понимала. Шиён было глубоко и искренне плевать на всякие там законы Мейта и прочее. Она слушала Минджи вполуха, пытаясь справиться с головной болью и тошнотой от похмелья. Она не хотела Минджи даже отвечать. Единственное, что она хотела сейчас — это пить. — Ладно. Потом поговорим. Минджи наклонилась к ней, суя под нос какой-то странный зелёный порошок на маленькой пластинке. — Вдохни это. Шиён сделала, как ей сказано, не задумываясь. Нос слегка обожгли миллионы маленьких крупиц. — Кстати, — сказала Минджи тут же. — Что за срань на тебе надета? Шиён то ли закашлялась, то ли засмеялась — непонятно. — Это не моё. — Да я уж вижу, — фыркнула Минджи. — Ты хочешь все шмотки из её гардероба спиздить? — Ну почти, — усмехнулась она, чувствуя, как сознание её становилось всё более и более ясным. Шиён предприняла первую попытку сесть. — Футболка не её. — А чья? — Да вот этой пришибленной. Она указала на Юхён, которая, видимо от скуки, взяла какой-то кусок арматуры и била им сохранившиеся стены зданий, наматывая круги. Минджи хмыкнула с лёгкой долей истерики в голосе: — Как бы я хотела, чтобы ты забрала её с собой один раз и оставила там к чертям, — проворчала она, пока наблюдала за тем, как Юхён окончательно отбила кусок бетона от стены. — Пусть у неё произойдет разрыв пространственно-временного континуума в мозгу. Заебала меня. У Шиён хватило сил улыбнуться: — Не, не прокатит, — сказала она. Минджи подняла брови в недоумении. — У меня даже экзоскелет не переносится, — объяснила она. — Я вообще не понимаю, почему не оказываюсь там в чём мать родила. — Вот это было бы зрелище, — с воодушевлением протянула Минджи. — Я заплатила бы, чтобы увидеть это. Шиён закатила глаза: — Боже, блять, — фыркнула она. — Перебьёшься. — Напомнить тебе тот случай с очистителями или стоит пощадить твою разбитую головушку? — Пощадить, — нарочито жалостливо простонала Шиён, вскидывая руки. — Где Юбин? — Ошивается где-то тут, — пожала плечами Минджи. — Знаешь, вот меня пиздец бесит Юхён, но она тащила тебя почти через всё виллэ, и я сейчас даже не ебу, как к ней относиться после этого. — Неужели, — протянула Шиён. — А я-то думала, что оказалась здесь по волшебству. Минджи ничего не ответила, и Шиён вдруг поняла, что весь их последний диалог — лишь вымученная попытка сбавить растущее напряжение. Стоило такой мысли мелькнуть в её голове, как вздохи и полуулыбки подруги перестали казаться такими лёгкими, а в остервенении размалывающая стену на кусочки Юхён вообще перестала выглядеть хоть мало-мальски комично. Шиён уже стало легче физически, но чем быстрее и эффективнее действовало лекарство, тем сильнее болело у неё что-то внутри. Они действительно были на окраине виллэ. Шиён разглядывала местность, и ей достаточно было заметить всего парочку характерных для уэйсайда зданий, чтобы понять это. В отдаленной черте любого крупного виллэ всегда было много низких, квадратных построек станций, обеспечивающих город электричеством и прочими благами цивилизации. Сейчас же всё это выглядело как бесконечный лабиринт разрушенных кубов. — Я видела лошадей, Минджи, — разрушила Шиён тишину, пока разглядывала едва светлый горизонт. — Что? — не поняла Минджи. — Лошади, — повторила Шиён, оборачиваясь на неё. — Я видела лошадей. Минджи в удивлении вылупилась на неё, очевидно, не веря своим ушам. — Настоящих типа? — протянула она, и лицо её вытянулось. — Я пересралась до смерти, — вырвался из Шиён истеричный смешок. — Они реально жуткие. Когда настоящие. Когда ты видишь их перед собой. Когда взгляд у них… — Осознанный? — продолжила за неё Минджи. — Да. Кажется, я поняла тебя. Шиён искренне надеялась, что Минджи правда её поняла. — Надень его, — протянула Минджи передатчик. — Только не включай белый режим, если не хочешь, чтобы все слышали твои мыслишки. — Я была бы не против, если бы ты слышала, — ответила Шиён и забрала у неё из рук маленький круглый предмет, прикладывая его к своему виску. Она почувствовала легкий укол на коже, когда устройство закрепилось на голове. — Избавь меня от этого, — закатила глаза Минджи. — Я не горю желанием слышать твои соулмейтские душевные порывы двадцать четыре часа в сутки. Но в любом случае… Я привязала наши передатчики к одному каналу связи, поэтому, если ты захочешь, можешь переключить на индивидуалку, — всё же добавила она и слегка улыбнулась. — Интересно, будет ли он работать, когда я снова перемещусь… — вслух размышляла Шиён, пока вертела маленькое колёсико передатчика. Связь слегка фонила, но в какой-то момент раздалось шуршание, которое она вполне успешно определила, как чьё-то сбитое дыхание. — Кто здесь? — Я, — едва слышно прошептала она в ответ. — А, Шиён, это ты, — раздалось в мозгу. — Слышу, тебя уже ввели в курс дел. — Кто там? — спросила Минджи. — Юбин, — ответила Шиён. — Где ты? — Да прямо за тобой. Шиён обернулась и заметила, как укутанная в куртки Юбин вышла из-за угла разрушенного здания. — Погодка сегодня не ахти, — сказала она вслух, когда приблизилась к ним. — Как тебе не холодно? Юбин посмотрела на Шиён, которая сидела чуть ли не прямо на асфальте в одной только футболке и узких джинсах, что дала ей Бора. — Бодрит, — ответила Шиён и почувствовала, как руки покрываются мурашками от холода. — А меня что-то знобит, — поделилась Юбин. Она подошла к Минджи и протянула ей в руки планшет для записей. — Всё, что я смогла понять. Минджи нахмурилась, пока смотрела в едва светлый экран гаджета, что-то высчитывая в своей голове. — Херовенько, — заключила она, пока отдавала предмет обратно Юбин. — Что делать будем? — Без понятия, — вздохнула та, присаживаясь рядом с Шиён на куртки. — Единственный вариант — это двигать в сторону Сиэтла, никак иначе. Нам запаса продуктов не хватит на более долгий переход. Я даже не уверена, что хватит на этот… — И зачем я попросила тебя пересчитать всё, — простонала Минджи едва слышно. — Раньше как-то жили и норм было, а сейчас одна сплошная безнадёга. — Не думаю, что это только из-за нас, — пробубнила Юбин себе под нос. — Хотя, конечно же, мне жутко неудобно сейчас. — Да не, — поспорила Минджи на удивление Шиён. — Я к тому, что раньше я не особо-то запаривалась рассчитывать запасы и всё такое. А сейчас ты сидишь тут как мега-мозг и постоянно вычисляешь вероятность всякого дерьма. И меня не очень-то радует эта статистика. — Да уж, — вздохнула Юбин. — Ну так что делать-то будем? Шиён пыталась въехать в происходящее, но это удавалось ей с трудом. Она почему-то продолжала наблюдать за тем, как Юхён ходила вокруг да около, периодически била и пинала булыжники у себя под ногами. И зачем-то вспомнила прошедший вечер. Почему ты стала такой? — почти мелькнуло у неё в голове, но она отмахнулась. Шиён не была уверена, что хотела знать ответ на этот вопрос. — Почему я не слышу Юхён? — спросила она. — Она его вырубила, я думаю, — сказала Минджи. — Я тоже так сделала. Отключи, пока мы поблизости. Они, конечно, заряжены почти полностью, но не думаю, что мы сможем зарядить их снова, пока не дойдем до Сиэтла. Шиён сделала, как ей сказано, и лёгкий фоновый шум прекратил путать её мысли. — Сиэтл, значит, — констатировала она, пока приподнималась и доставала куртку из-под себя и Юбин, накидывая на плечи. — Последний свободный виллэ на Континенте. — Ну, я бы не стала утверждать, — усмехнулась Юбин. — Когда я ещё была в Управлении, оставался Детройт. — Ой, блять, ты со своим Управлением, — закатила глаза Минджи. — До Детройта тысячи миль. — Да это всё понятно… Шиён смотрела на то, как спокойно они переговаривались друг с другом, и укол ревности резал ей душу. У неё впервые появилось чувство, что она очень много упустила, пока пропадала в мире Боры. Но Шиён не позволила неутешительным мыслям захватить ей голову. — А Юхён? — спросила она, силясь хоть как-то поучаствовать в обсуждении. — Что она думает? — Да как обычно, — устало ответила Минджи. — Ей не нравится эта затея. Ей вообще нихуя не нравится, давайте будем честны. — Если бы она притащила нам оттуда что-нибудь пожрать, от неё была бы хоть какая-то польза, — раздалось сбоку озлобленное. Минджи тут же подняла голову, и её угрюмый взгляд буквально просверлил Юхён насквозь. — Ты сейчас прошлась по охуенно тонкому льду, дорогуша. Юхён стояла чуть поодаль и смотрела на Шиён из-под своих отросших волос. Шиён видела, как дрожали её руки, когда она зачем-то… достала длинный складной нож. Шиён глянула на это и невольно напряглась. — Надо было бросить тебя в той луже грязи у Форт-Коллинса. — Ты охуела? — подорвалась с места Минджи, тоже замечая оружие у неё в руках. — Только попробуй, блять. Давай, дай мне повод прибить тебя. — Да если бы я хотела, чтобы она сдохла!.. — вдруг завопила Юхён. Шиён невольно вздрогнула. — Напомнить тебе, кто откачал их и нашёл безопасное место, когда ты застряла у грёбанного генератора? Кто не бросил Шиён, когда на нас напали стервятники? Она, сука, стояла за моей спиной, когда всё началось! — Убери нож. — Блять, почему я обязана заниматься всем этим дерьмом?! — вскрикнула Юхён и почему-то… Посмотрела на Юбин. Шиён видела, как бегали зрачки её глаз между Юбин и Минджи. — Чем, по-твоему, ты занимаешься? Копаешься в трупах?! Язвишь, блять? Действуешь мне на нервы? — рявкнула Минджи. — Почему она, блять, продолжает пропадать туда?! — продолжала взбешенная Юхён, и голос её ломался от злости. — Почему никто из нас не может пойти с ней? Это охуеть как несправедливо, и каждая из вас знает об этом! Шиён, удрученная свежими воспоминаниями о том, что она испытала, мгновенно закипела после этих слов: — Ну извини, блять, что я чуть не сдохла ради такой возможности, — зашипела на неё Шиён, не удосужившись даже подняться с места. — Если ты забыла, меня затянуло в ебанную чёрную дыру, долбанная ты психопатка. Юбин молчала и — судя по всему — как обычно намеренно игнорировала стычку, выжидая, пока не дойдёт до крайности. Шиён чувствовала, что готова к этому. Она была практически уверена в том, что в один прекрасный момент Юхён взорвётся. Юхён чертовски злилась и бесилась, стараясь не показывать этого внешне, но её агрессия всё равно проявлялась, как бы сильно она ни пыталась её спрятать — будь то косые озлобленные взгляды или прямые, резкие, колкие и обидные слова. — В чем, блять, вообще твоя проблема? — задала общий вопрос Минджи. — Для неё наше существование сейчас — это просто какой-то тупой кошмарный сон, — прорычала Юхён, тыкая в Шиён кончиком лезвия. — Ей вообще насрать на то, что здесь происходит, что совершенно не удивительно, ведь она всё время там. Когда я говорю «всё время», я именно это, блять, и имею в виду. Шиён обреченно вздохнула. Она вдруг почувствовала себя такой слабой, что мир завалился в сторону всего на мгновение. По спине пробежал мерзкий холодок. У неё не осталось никаких сил спорить с ней. Спорить с кем-либо. — Если ты так хочешь, то я могу попробовать взять тебя с собой, — начала Шиён усталым тоном. — Хотя даже мой грёбанный экзоскелет не трансформируется со мной, так что я вообще, блять, не уверена, что это возможно. Но если эта попытка утихомирит твое непомерно раздутое эго и оставит меня в покое, — добавила она, приподнимаясь. — Что ж, я готова попробовать. Только заткнись уже наконец. Юхён пялилась на неё какое-то время, но потом отвела взгляд в сторону и убрала кинжал, который держала в руках, себе в рюкзак. — Я просто не хочу сдохнуть, — пробурчала Юхён себе под нос спустя пару минут, когда нагнулась над вещами и начала копаться в сумках. — Ты постоянно витаешь в облаках. Мы здесь единственные, кто может отбиться хоть от кого-то, и если ты думаешь, что я одна смогу обо всём позаботиться, у меня для тебя пиздец плохие новости. Минджи вспыхнула. — Единственные? Ты, блять, издеваешься надо мной?! — Я про экзоскелет, прекрати так вопить. — Я думаю, что причина твоего грёбанного позерства вообще не в этом, но кто спрашивал моего мнения, не так ли! — Минджи, — предупредила Шиён. — Успокойся. — Нет уж, я предлагаю прояснить этот момент раз и навсегда. Шиён почувствовала, как у неё вновь начинала раскалываться голова. — Сейчас не лучшее время. — А когда будет лучшее время? — возмутилась Минджи, показательно вскидывая руки в воздух. — Ты себя слышишь сейчас вообще? «Лучшее время». Да у нас, блять, никогда больше не будет «лучшего времени». Шиён чувствовала себя настолько вымотанной постоянными перемещениями и передвижениями, что даже не нашла внутри сил дать словесный отпор. Минджи развернулась и ушла в гущу зданий, оставляя безмолвную Шиён дальше торчать в лагере. Шиён была измотана. Она приходила к этому выводу всё чаще и чаще в последнее время, когда сил не хватало даже на то, чтобы приготовить себе постель — не то чтобы на что-то ещё. Она чувствовала себя эмоционально выжатой, потому что играть на два фронта — испытывать стресс и там, и там — было просто ужасно, и она удивлялась, как у неё до сих пор оставались силы хоть на что-то. Её физическая форма была в относительном порядке (спасибо Юхён и её идее со складом, но она никогда не скажет об этом вслух, конечно же), однако эмоционально просто… Она чувствовала себя на грани вечного обморока, зовущегося смертью. — Я не думаю, что это хорошая идея — оставаться в открытом поле, когда мы выйдем из виллэ, — неожиданно заговорила Юбин, невольно привлекая к себе внимание Шиён. Минджи до сих пор не вернулась, и Шиён оглянулась, наблюдая за тем, как та бродила вокруг да около и поднимала пыль своими ботинками. — Какие-то варианты? — Мы могли бы уйти максимально далеко, и там… Найти что-нибудь. Чёрт, я на самом деле не знаю. Я реально пытаюсь найти лучший вариант для нас всех, но похоже Минджи действительно права — «лучшего» больше никогда не будет. — Местность ровная. Там мы, по крайней мере, не попадем в дыру, — проговорила Шиён, чтобы сказать хоть что-то, и услышала самодовольный смешок Юхён откуда-то сбоку. — Мне кажется, второй раз подобной хуйни моё сознание уже не выдержит. — Сознание? — переспросила Юбин, но не выглядела удивленной — скорее, заинтересованной. — Ну… да? — ответила Шиён. — У меня даже думать сил не осталось. — Я-то думаю, почему это ты такая, ну, никакая. Мне даже не пришлось разнимать вас на этот раз. — Это точно, — Шиён слегка усмехнулась, но улыбка тут же погасла. — Такое чувство, как будто из меня всю душу высосали, вот что я вам скажу. Так что прелестного в этом мало, — добавила она, обращаясь непосредственно к Юхён. Но Юхён не отреагировала на её слова, продолжая молча собирать свои вещи. — Я думаю, нам просто нужно идти через горы. И там станет полегче. — Не в плане физической нагрузки точно, — уточнила Шиён, поглядывая на свою перебинтованную ногу. — Ну, есть свои издержки. Но там хотя бы не будет федератов и вероятность дыр намного меньше. — Да, зато там будет просто дохуя народу, желающего прикончить вас за любую шмотку, — неожиданно заговорила Юхён, не поднимая взгляда. — Нам надо было держаться моря. — В море слишком опасно, — воспротивилась Юбин. — Субтропики и до катастрофы были какой-то непредсказуемой хренью, но сейчас там вообще жесть. Шиён усмехнулась своему наблюдению за тем, как увеличилось число грубых слов в речи Юбин. Она стала ругаться намного больше с того момента, как они встретились. — Надо как-то заменить Минджи, — предложила Юбин, когда спустя несколько минут спор с Юхён не продолжился. Шиён глянула на неё с неожиданным удивлением. — Заменить? — Она практически не спит, — дополнила она. — Поди попробуй, — фыркнула Шиён, но её сердце от этой новости противно заболело. — Она ни за что не согласится. — Я знаю, я просто подумала, может, ты с ней поговоришь? — Я с ней уже достаточно долго для того, чтобы знать, что это абсолютно бесполезно. Она только ещё больше нервничает, если предлагаешь свою помощь. Это что-то из серии паранойи о том, что раз предлагают замену, то ты хуево справляешься, или что-то в этом роде, короче, — пояснила Шиён. Юбин обреченно вздохнула: — У меня даже была как-то идея усыпить её насильно. Вколоть там что-нибудь, чтобы она отрубилась. У Шиён желудок моментально скрутился в трубочку. Она вроде понимала, что Юбин сказала это больше в шутку и без какого-либо умысла; но мысль о том, что Юбин — или Юхён — могут вот так запросто что-нибудь сделать с Минджи, сводила Шиён с ума. Она постаралась не подавать виду. — Зато когда она проснётся… Шиён не договорила, и Юбин уже нервно засмеялась: — Да. Поэтому я до сих пор ничего не сделала. — И то верно. Шиён оглянулась. Вокруг уже не так мрачно, как было, когда они только пришли в Бойсе. Дальше, за огромными кубами станций, она практически могла разглядеть чистое и серое на много-много миль вперёд поле, и там не было ничего, за что мог бы зацепиться взгляд. Облака, словно пазлы, ближе к горизонту становились все мельче и светлее. «Солнце садится», — подумала Шиён, вспоминая о том, в какой именно момент она вернулась в свой мир. Ей хотелось верить в то, что время у них синхронное — и что сейчас Бора собиралась на работу в ночную смену или что-то вроде того. Шиён нравилось думать, что у них есть хоть что-то общее, когда они не вместе. Минджи вернулась к ним спустя какое-то время, когда сама Шиён уже успела едва ли не отрубиться от усталости. Она молча, с тяжелым вздохом бухнулась около Шиён, закрывая лицо руками. — Итак, — заговорила Юбин, перебивая нависшую тишину. — Вокруг ничего нет, кроме заброшенных станций. И укрыться там — такое себе. Ну, мне не очень-то понравилась обстановка, пока я ходила туда-сюда. Я предлагаю уходить из виллэ окончательно и ночевать в поле уже. — Опять спать на сырой земле, — взвыла Минджи. — Я как многодетная мать уже, ебаный в рот. Исстоналась с вами совсем. Юбин фыркнула, посмеиваясь. Смех её был грубоватым и больше походил на кашель. Шиён тоже позволила себе лёгкую улыбку. — Ну так, двигаем? — Двигаем. Они собрали вещи и направились на северо-запад по направлению к Сиэтлу. Бесконечные обшарпанные трубы станций наводили на Шиён невероятных размеров тоску. А ещё ей было действительно холодно, потому что её термокостюм и вообще все её вещи остались в квартире Боры. Минджи дала ей ещё одну куртку, но это мало как помогало — никак не защищенные ни от повреждений, ни от холода ноги сводило судорогой при каждом шаге. Но холод хотя бы отрезвлял её, и боль во всём теле не казалась такой критичной. На неё словно свалились все беды жизни в один момент. Она не могла забыть состояние лёгкости, которое испытывала на вечеринке Юхён, и сейчас подобный контраст вгонял её в депрессию. Шиён в очередной раз поймала себя на мысли, что, Боже, как бы сильно она хотела остаться там навсегда и никогда больше не возвращаться сюда. Она чувствовала себя предателем, пока думала об этом, потому что более, чем просто отчетливо понимала — Минджи всё равно останется здесь. Шиён буквально разрывалась между необходимостью поддерживать подругу несмотря ни на что и желанием навсегда покинуть это ужасное место и остаться с Борой в мире грёз. Если бы она могла забрать Минджи с собой. Если бы она могла взять её за руку накануне очередного перемещения и показать весь этот мир. Привести её к Боре домой и сказать: «Бора, это Минджи — моя лучшая подруга». Бора бы улыбнулась им, пригласила пройти внутрь и предложила Минджи сходить в душ. А Шиён бы смеялась, глядя на то, с каким ужасом в глазах та зашла бы в ванную и скрючилась в комочек, ожидая катастрофы. Шиён бы помогла ей помыться и привести себя в порядок, как это однажды для неё уже сделала Бора, и всё было бы хорошо, потому что Шиён уже знала и разбиралась во многих вещах сама. Она показала бы Минджи байк Боры, и та, будучи абсолютной фанаткой всего, что касается техники, была бы в полнейшем восторге. Возможно, они даже попали бы к Хорайзону, и Шиён сгибалась бы пополам от смеха при взгляде на то, в каком тихом страхе растянулось лицо Минджи и как сильно выпучились её глаза. Она бы смеялась от этих маленьких визгов восторга и ужаса, когда Минджи пыталась бы прикоснуться к лошади и отпрыгивала каждый раз, стоило её пальцам приблизиться к телу животного. Шиён показала бы ей этот мир и осталась бы там навсегда — будучи абсолютно уверенной, что все составляющие её жизни, необходимые для абсолютного, безграничного счастья будут в одном месте. Боже, если бы Шиён могла… Если бы. Постепенно разрушенная атмосфера Бойсе сменилась оглушающей пустотой пустыни вокруг. Они разом остановились за мгновение до того, как ступили бы с обшарпанного асфальта на сухой песок. Впереди открылась бескрайняя пустошь, которой не было видно ни начала, ни конца — горизонт практически сливался с небом над головой. Шиён подняла взгляд вверх и обернулась. Увидела позади себя разрушенный виллэ, который на фоне чёрных облаков, поглощающих небо, выглядел действительно обречённо. — Да поможет нам Бог, — вздохнула Минджи, подтягивая рюкзак за своими плечами. — Бога нет, — выплюнула Юхён. — Будто я не в курсе, — закатила глаза Минджи. — А я вот верю, — философски заключила Юбин. — Ну, может не в Бога, а во что-то подобное. Было бы совсем тупо, если бы этого не было. — Бог смотрит на нас с небес прямо сейчас, — пробубнила себе под нос Юхён. — Ты можешь увидеть его, если посмотришь наверх. Шиён даже не подняла голову, потому что знала, что она имела в виду. Единственное, что напоминало ей сейчас о тщетности, бренности и абсолютной бесполезности их существования, находилось прямо над их головами, и имя этому — катастрофа. Они сделали шаг навстречу неизвестности.       

---

Через несколько часов мир окончательно померк под гнётом ночи. Шиён, всё ещё чувствующая себя отвратительно, ждала сна как никто другой — часть неё действительно надеялась на то, что она вновь переместится обратно и проснётся рядом с Борой на маленькой кровати нормальной Юхён. Они разбили лагерь прямо посреди пустыни, но на этот раз подготовились намного лучше — Юхён разместила проекторы вокруг их импровизированного убежища, чтобы голограммой сбить с толку нежелательных гостей. И этой ночью… Этой ночью Шиён думала о звёздах. Но сон не снизошёл до неё. Она просто лежала на вещах, укутанная сверху курткой, и пялилась в чуть светлый горизонт, словно ждала, когда взойдёт солнце. Шиён почему-то думала о Боре. Она вспоминала события прошедшей ночи, и тепло разливалось внизу её живота несмотря на то, как сильно было холодно вокруг. Но её беспокоило не это; даже не то, что Бора, возможно, уже проснулась и не обнаружила её рядом. Она думала о другой Боре. Стоило этой мысли обрести форму, как она тут же ударила её прямо по сердцу, и Шиён едва не зашипела от боли. Лёгкие скрутило накопившееся за эти месяцы страдание. Она захотела сбросить с себя это ощущение, но у неё не получилось. Потому что — Мысль о ней всегда причиняла ей только боль, даже в те годы, когда они жили вместе и всё было относительно хорошо; но тогда эта боль смешивалась с безграничным наслаждением и счастьем, оставляя после себя лишь лёгкий привкус. Сейчас же Шиён вкушала её в полном объёме, и чем больше она думала об этом, тем хуже ей становилось. Она искренне ненавидела себя за то, что позволила этим мыслям пролезть в голову. Потому что теперь — Шиён чувствовала себя предателем сразу по двум фронтам. Перед глазами стояло лицо Боры, и улыбка её, чистая и искренняя, постепенно меняла свою форму и превращалась в подобие ухмылки… Волосы теряли свой песчаный оттенок и становились бордовыми. Шиён хотелось протянуть руку и провести по её щеке своей сухой ладонью. Боль была адской. Она не могла заставить себя перестать об этом думать и вспоминала их последние счастливые деньки перед катастрофой: как Бора ждала её после работы и как Шиён по обыкновению почувствовала себя неуютно, когда зашла в их совместную квартиру, ранее принадлежащую одной только Боре. Её грязные ботинки испачкали чистый серый пол, и она буквально чувствовала, насколько сильно от неё пахнет Ареной. Бора тогда встретила её в коридоре и довольно, словно шэтон, улыбнулась и поцеловала, затаскивая вглубь помещения. Шиён действительно хотела бы всё это вернуть. Она думала об этом уже не первый раз, но сейчас подобные вещи доставляли ей куда больше страданий, чем прежде, потому что она чувствовала себя буквально застрявшей меж двух миров, и единственный выход — отказаться от одного из них. Ей пришлось бы забыть всё, что было здесь, если она хотела вкусить хоть какой-то остаток счастья в другой реальности. Но она была ненадежна. Шиён понятия не имела, что будет завтра, выживет ли она и как вообще всё это может обернуться. Отказ от надежды казался объективным вариантом, но она не хотела сдаваться. По правде говоря, у неё было такое чувство, как будто она сдалась уже давно. Шиён чуть подняла голову и посмотрела на спящую в куче сумок Минджи. Её лицо украсил какой-то беспокойный сон, и часть бинтов отмоталась и пачкалась в песке. Шиён положила ладонь на передатчик и включила его, прокручивая. Слёзы горечи душили её, и она не чувствовала себя правильно, надеясь на то, что Минджи поможет ей, но не могла удержаться. Она услышала лёгкое шипение в голове, как её сознание внезапно разорвал чей-то чужой голос: — Как голова? — Что, — подумала Шиён, не сразу понимая, что происходит. Минджи напротив неё абсолютно точно спала, и то, как слегка посапывала Юбин, говорило только об одном. Не спала Юхён. — Башка, говорю, болит? — повторила Юхён, и Шиён слегка приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на неё. Юхён лежала чуть в отдалении перпендикулярно ей самой, подложив руки под голову и привычно прижав свой рюкзак к животу. — Просто… Не спится. — Ждёшь, — почему-то сказала Юхён. Вокруг было очень темно, но даже так Шиён могла заметить, как волосы Юхён закрывали её лицо, делая взгляд неясным и мутным. — Жду? — Ну да, — снова разнеслось в голове упрямое. — Ждёшь, когда свалишь отсюда. Шиён на секунду подумала о том, что Юхён несла какую-то чушь, и до неё не сразу дошло, что мысли слышно. — Я знаю, что я права. Шиён вздохнула: — Ты что вообще забыла здесь? Я вроде настроила канал на индивидуалку. Юхён фыркнула ей прямо в голову: — Ты реально думаешь, что я не перепрограммировала передатчики? Я же, блять, буквально отдала их вам. — И хули ты тогда сейчас не даёшь мне спать? Могла бы и дальше подслушивать. — П-ф, — зашумела Юхён ей в висок. — Вы, ребята, такие скучные. К тому же, слушать про твоего дохлого соулмейта — полный отстой, Шиён. — Ты охуела? — вырвалось из неё, и она всё-таки села, щурясь и пытаясь разглядеть лицо Юхён в темноте. — Напомнить тебе, что твой соулмейт тоже мёртв? — Не кипятись. Я нихуя не слышала. Но ты только что подтвердила мои догадки. — Пиздец, — простонала Шиён, откидываясь обратно. — Иногда я думаю, какого хуя мы продолжаем терпеть тебя. И какого хуя ты сама всё ещё не отклеилась. — Надо же мне как-то развлекаться, — видимо, ухмыльнулась Юхён. — Ты буквально только что назвала нас скучными. — Ну, а я о чём говорю. Они замолкли. У Шиён внезапно появилось чувство, что она вот-вот отключится. Пришла к выводу, что это бессмысленная болтовня Юхён так действует на неё. Шиён лежала какое-то время, стараясь не думать ни о чем конкретном, чтобы не спалиться перед ней, и в один прекрасный момент осознала, что — пока Юхён не обращается к ней напрямую — Шиён не слышит никаких её мыслей. Но это невозможно, потому что если Юхён слышала её, то оно должно работать и в обратную сторону. Неужели Юхён вообще ни о чём не думала? Сейчас, посреди ночи, пока Шиён лежала на промозглой земле, слегка подрагивая от холода, эта мысль показалась ей действительно пугающей. Но Юхён никак не отреагировала на это, и Шиён даже не видела, открыты ли её глаза. Спустя какое-то время, когда Шиён уже практически провалилась в сон, её сознание вновь пробудилось от навязчивого шепота Юхён где-то под коркой её мозга. — Кстати, про мёртвых соулмейтов, — как-то слишком спокойно начала Юхён для человека, который чуть с ума не сошел, когда первый раз услышал имя Гахён. — Че с Минджи? Какая у неё трагическая предыстория? Шиён почувствовала, как какое-то вялое, но вполне осознанное раздражение зародилось у неё в груди. — Тебе какое дело вообще? — Просто интересно. — Юхён, отъебись. Я не стану тебе ничего рассказывать. — А как же наши сестринские узы? — Какие ещё сестринские узы? Что ты несёшь, Боже? Ты можешь просто оставить меня в покое? Я и так почти не сплю, блять. Но эта её неожиданная тирада всё равно не остановила упрямую Юхён. — Ну мы же типа друзья. — Я тебе не подруга и даже не приятельница. — Ну хотя бы команда. — О Господи… — Скажи мне, — продолжала бурчать Юхён в её голове, словно назойливый пискун, которых Шиён любила давить в детстве, когда начинался сезон цветения в океане и эти твари вылазили буквально из всех щелей. — Я знаю про Юбин, про тебя знают все, про меня знаешь ты, а про Минджи не знает никто. — А что про Юбин? — Я скажу тебе, если ты скажешь мне. — О Боже… — Ну давай. Я начну. Юбин сделала канселэйт. Уставшее сознание Шиён едва позволило ей удивиться. — Серьёзно? — Абсолютно. — Нахуя? — Че-то вроде «ради науки» или типа того, — буркнула Юхён. — Пиздец, — выругалась Шиён себе под нос, хотя, по сути, она даже не открывала рта. — Никогда не понимала людей, которые добровольно делают это. — Ну, в наших реалиях это кажется не таким уж хуевым вариантом. — Всё равно — стрёмно. За всю жизнь у меня так и не получилось представить, что значит жить без связи с кем-либо. — А что, был повод? Голос Юхён звучал всё более и более ехидно по мере того, как она ненавязчиво вытаскивала из Шиён подробности. Шиён поняла это только сейчас, но она настолько сильно устала, что уже не хотела сопротивляться. — Если я скажу, ты дашь мне поспать? — Зависит от того, что именно ты скажешь, — Шиён буквально видела, как мерзко, самодовольно она усмехнулась. — Ты такая мразь, Юхён. Честное слово. — Рада стараться. Ну так че там с Минджи? Шиён вздохнула и начала пялиться на тёмный горизонт, чтобы не выдать собственные мысли и лишь по ощущениям отследить, стоит ли это озвучивать. Но что-то внутри неё довольно быстро сдалось, и она не понимала, совершала сейчас ошибку или же нет. — Она убеждена, что у неё вообще нет соулмейта. — Чушь, — фыркнула Юхён. — Это ведь невозможно? Шиён отвела взгляд: — Кто знает.       

---

Когда Шиён проснулась — Она осознала, что не может даже смотреть на Юбин. Теперь каждое её плавное, отточенное и умиротворенное движение казалось грузным, тяжёлым, и Шиён едва заставляла себя разговаривать с ней. Всё в ней теперь — когда Шиён узнала, что Юбин лишена чувств, без которых сама Шиён не могла представить себе жизнь — казалось искусственным. Она лишний раз проверила, отключен ли передатчик, и попыталась поймать взглядом Юхён, чтобы подтвердить их ночной разговор. Но Юхён не обращала на неё никакого внимания. Она рылась в своих вещах, что-то переделывала и проверяла, и когда их взгляды встретились, Шиён не увидела ни отголоска того, что произошло. Юхён смотрела на неё взглядом нахальным и раздраженным, словно ничего и не было. Шиён передёрнуло. Пустыня простиралась перед её глазами бесконечным песчаным пластом, абсолютно серым и лишенным каких-либо красок жизни. Она чувствовала, какой здесь задушенный, дряблый воздух, какой сухой ветер и как неприятно он покалывал кончики её пальцев, когда поднимал с земли рой песчинок. Шиён зябла без термокостюма, и ей смертельно хотелось укутаться во что-нибудь тёплое, а ещё желательнее — приткнуться к кому-нибудь тёплому. Её сердце прострелила острая, колкая мысль о том, что Бора всё ещё где-то там, и Шиён уже не понимала, о ком именно думала, когда Минджи вырвала её из мрачных мыслей и протянула еду. Её голова была всё ещё перемотана бинтами, но взгляд был ясным, хоть и уставшим, и Шиён заметила, какие красные у неё глаза. Минджи выглядела действительно подавленной происходящим — её осунувшееся, сонное лицо практически сливалось с серым горизонтом, и она вымученно улыбнулась, отдавая в руки Шиён контейнер. Шиён неосознанно вспомнила свои ночные мысли и едва сдержала порыв прижать Минджи к себе и сказать, что всё будет хорошо. — Сколько времени у нас уйдёт на переход? — решила Шиён задать общий вопрос, чтобы хоть как-то отвлечься. — Зависит от того, насколько спокойно мы пройдём мимо Портленда, — ответила Юбин, пережевывая что-то, что теперь в их мире называлось «еда». — Одна из самых худших идей в моей жизни — это тащиться всего в сотне миль от главного центра грёбанных федератов в условиях сраной Гражданской войны, — подала голос Минджи. — Ты сама согласилась идти в Сиэтл, — пожала плечами Юбин, подхватывая подобием ложки новую порцию. — Я знаю, — закатила глаза Минджи. — Я просто пытаюсь понять, в какой момент в траектории нашего движения вообще образовался населенный пункт. Я старалась избегать этого по мере возможности. — А куда вы, собственно, шли? — вскинула брови Юбин. — Кстати. Шиён покосилась на Минджи, и они переглядывались несколько мгновений,. Юбин лениво переводила свой взгляд между ними. — На север. — …На Аляску. — Минджи?.. — Что, — вылупилась Минджи на Шиён. — Сейчас-то какая разница. — Я не знаю, я думала, что, — Шиён запнулась, не зная, как продолжить. У неё с языка едва не сорвалось: «Я думала, что мы пойдём одни», но она почему-то решила промолчать. — А чего там, на Аляске? — Хотели свалить как можно дальше от людей. — И споткнулись о нас, — усмехнулась Юбин. — Иронично. Шиён не выдержала. — Я предлагаю обговорить это. — Что именно? — Нас. Шиён отложила еду в сторону, не в силах смотреть на вязкую, почти что грязную пищу. — Нас? — переспросила удивленная Юбин, и Шиён заметила лёгкое, едва уловимое беспокойство в её взгляде. — Что мы будем делать, когда дойдём до Сиэтла. — Ты пытаешься сказать, что… — Она пытается сказать, чтобы мы отъебались от них, — внезапно заговорила Юхён где-то у Шиён за спиной. Она сидела на холодном песке в позе лотоса и перебирала снаряжение. Шиён поморщилась. — Не совсем это. — Ты именно это и имеешь в виду. — И всё же, — заметила Шиён. — Я не такая грубая, как ты. Юхён пожала плечами. — Сочувствую. Серое небо становилось всё мрачнее с каждой секундой, и Шиён буквально чувствовала, как оно давило на неё. Тучи сгущались, образуя над их головами огромный темно-серый пласт. — Скоро начнётся гроза, — озвучила Минджи вслух, и Шиён поджала губы, кивая в знак согласия. — Лан, давайте пойдём дальше. В любом случае, тусуемся мы вместе или нет, путь до Сиэтла нам заказан. Сейчас как-то бессмысленно и опасно разделяться. — Совершенно согласна с тобой, — подтвердила Юбин, поднимаясь со своего места. Шиён чувствовала облегчение от того, что Юбин продолжала сидеть, пока они разговаривали, потому что — стоило ей выпрямиться — как у Шиён скрутило низ живота от беспокойства. Юбин была намного, намного выше Шиён — и Шиён не была уверена, что смогла бы продолжать спорить с ней, сохраняя спокойствие, если бы Юбин вот так возвышалась над ней. Внезапно сознание словно переклинило. Она замерла посреди лагеря, в тихом ужасе и удивлении глядя на то, что она только что увидела. — Оно мерцает, — прошептала Шиён, глядя на свои пальцы. — Воздух. Блять, он мерцает. Юбин перевела на неё взгляд и сделала неоднозначное выражение лица — брови её слегка приподнялись, но потом она тут же нахмурилась обратно. — О чём ты? — Смотри. Шиён проводила своей рукой по воздуху снова и снова, пока вокруг её кружащихся ладоней не образовалось лёгкое свечение. Это выглядело, как искорки тока, которые появляются после того, как начинает электризоваться ткань при трении или вроде такого; но проблема была в том, что сейчас вокруг них не было ничего, кроме пустыни, воздуха и серого неба над головой. — Твою мать, — едва произнесла доселе молчавшая Юхён, подходя ближе к Шиён. — Че это за хрень? — Удивительно, что ты продолжаешь задаваться этим вопросом, учитывая обстоятельства нашей жизни, — вставила Минджи, обратившая внимание на их диалог. — Отъебись, — фыркнула Юхён, даже не оборачиваясь в её сторону, а потом тихонько добавила: — Нет, серьёзно, че это за хуйня? — Магнитное поле, — раздался вечно спокойный и тягучий голос Юбин. — Ну, мне так кажется. — Напомни-ка, чем ты там занималась в Форт-Коллинсе? — с иронией спросила Шиён. Она ещё какое-то время продолжала водить руками по пространству вокруг себя. У неё внутри не было ни капли страха. Тот появился только после того, как ей на секунду показалось, что искры тока изнутри засветили модифицированный скелет её рук. Шиён тут же прекратила свое баловство, едва заметив это. — Ничем особенным, — уклонилась от ответа Юбин. — То, чем я там занималась, не имеет значения по сравнению с причиной, по которой я ушла, не так ли? — Хули вы так спокойны? — едва сказала возмущенная Юхён. — Вас реально не напрягает эта хренотень? — Напрягает, — продолжила Юбин. — Но не так сильно, как хотелось бы. Минджи включилась в разговор: — Так ты объяснишь или нет? — устало сказала она, продолжая собирать вещи. Юбин пожала плечами. — Ну, как сказать… Не знаю, что вы там обо мне надумали, но мною двигал и движет до сих пор только один инстинкт, довольно примитивный, на самом деле… — вдруг замолкла она. — Отчасти мне стыдно в этом признаться, но причиной моего побега было банальное желание спасти свой зад. — Невероятно, — ответила Шиён с сарказмом и посмотрела на Минджи. Минджи хмыкнула и отвернулась, не выглядя более заинтересованной в предмете разговора. — Так вы, может, объясните уже, а? — вставила своё всё ещё встревоженная Юхён, которая до сих пор не отошла от Шиён ни на шаг. Юбин начала со вздохом: — Энергия, которая веками держалась в заточении, наконец вырвалась наружу и готова вот-вот поглотить всех нас. Ну, это моя теория. Юхён ещё какое-то время смотрела на неё с выражением лица, полным решительной задумчивости, и только спустя несколько секунд недовольно и слегка обиженно фыркнула: — Грёбанные абстрактные разговоры. Шиён усмехнулась. Ей доставлял какое-то сомнительное удовольствие сам факт того, что Юхён с чего-то бесилась. Шиён глянула на свои руки. Она провела ладонью по воздуху ещё раз, но мерцание было уже едва уловимым, так что она прекратила своё занятие. — Так что это? Электричество? Энергия жизни? Шиён решила не озвучивать вопрос о том, насколько безопасно им находиться в такой «зоне», потому что ответ на него казался очевидным настолько же, насколько она и вовсе не хотела его слышать. — Я без понятия, — честно ответила Юбин, присаживаясь. — Но его много. Очень много. Шиён до сих пор чувствовала, как слегка покалывало её руки. Она собрала свое барахло и подошла к Минджи, пока та заканчивала со своим. — Сколько у нас осталось еды? — практически прошептала она. — До Сиэтла должно хватить, — также тихо ответила Минджи, пока складывала вещи в сумку. — Не беспокойся, Шиён, мы не умрём с голоду. — Да я не из-за этого беспокоюсь… Она обернулась. Юхён уже подхватила свой увесистый рюкзак и двинулась вперёд. Юбин тоже пошла вслед за ней, но на приличном расстоянии и не сильно-то торопилась. Когда они отошли на более-менее приличное расстояние, Шиён набралась смелости и заговорила: — Я не понимаю, какой ей резон таскаться с нами? — озвучила она свои мысли вслух. — В смысле? — Юхён, — уточнила Шиён, когда Минджи поднялась и выровнялась с ней. Они начали движение. — Почему она всё ещё здесь. Минджи, это реально странно. Минджи поджала губы и поправила повязку на своём лбу. — Сейчас я могу думать только о том, что хочу как можно быстрее добраться до помещения и нормально выспаться, Шиён. Шиён определенно не устраивал такой ответ. Она бросила хмурый, угрюмый взгляд на впереди идущих. Минджи словно считала это и со вздохом продолжила: — Прости, честно. Но пока что ничего не происходит, и я спокойна. Нам нет смысла не доверять им в той же степени, что и делать это. Откровенно говоря, мое отношение к Юхён изменилось после всех событий в Бойсе. — Моё тоже, — согласилась Шиён. — Но я всё равно не доверяю ей. — Кто-то сказал, что доверяю я? — вскинула брови Минджи. — Но она стала намного спокойнее. Я имею в виду, она продолжает огрызаться, но хотя бы не грозится свернуть мне шею. — Подожди ещё, — поспорила с ней Шиён, продолжая гнуть свою линию. — Всё не так гладко, как кажется. Стоит протозолу закончиться, как она тут же слетит с катушек. Я уверена. Я просто хочу быть готовой к этому. И убедиться в том, что готова ты. — Я? — Минджи, — чуть более настойчиво сказала Шиён, поворачивая к ней голову. — Меня может не оказаться рядом. — Оу… Они замолкли. Шиён смотрела на то, как вяло шла впереди них Юбин, и на контрасте с бодрой Юхён на фоне это вновь навело её на определенные мысли. Как эти двое вообще — могли оказаться вместе? Шиён не поняла этого раньше, не понимала и сейчас. — Шиён, я не беспомощная девчонка, не нужно меня спасать. — Я знаю, — закатила глаза она. — Но Юхён физически сильнее. — У меня есть оружие. — У неё есть экзоскелет и навыки ведения боя. Она стервятник, Минджи. Бывших стервятников не бывает. Не будь наивной. Повисло молчание. Шиён посмотрела на Минджи, постаравшись вложить в свой взгляд всё-всё, что сидело у неё внутри. Мысли лихорадочно крутились в голове. Юхён стервятник. Бывших — не бывает. Шиён понимала это, но не знала, понимала ли это Минджи. — Ладно. Я услышала тебя, — кивнула Минджи в конце концов. — Я буду начеку. Шиён сухо кивнула. Она снова посмотрела на Юхён — та шла, привычно опустив голову вниз, будто больше слушала, чем смотрела по сторонам. Словно ступала по давно заученной тропе. Шиён передёрнуло. Она вновь обернулась на Минджи. — Помнишь, я рассказывала тебе про наш разговор с Юбин в центре? — Да. — Если Гахён действительно её соулмейт, то… — Шиён замялась. Под сердцем что-то неприятно, протяжно кольнуло, но она выдавила из себя: — Ты помнишь, что было со мной, когда умерла Бора? Минджи поджала губы: — Да… Да, Шиён, я поняла тебя. — Хорошо. Шиён оглянулась. Сухая и безжизненная поверхность пустыни стелилась перед ней, постепенно утопая в сером мареве горизонта и сливаясь с ним окончательно. Лишь за её спиной лениво тянулась неровная полоса оставленного позади Бойсе, который стал совсем крохотным и больше походил уже на простую груду камней. У Шиён появилось чувство, словно она идёт в тумане, и мозг подсказывал ей, что тучи сгущаются и скоро начнётся гроза. Беспокойство селилось у неё в животе по мере того, как она находила подтверждения этому снова и снова. — А какие они… там, — вдруг вновь заговорила Минджи. Шиён не поняла: — Что? — Какие они, — повторила Минджи, шагая подле неё и опустив вниз голову. — В двадцатом сентэнниале. — Ты спрашиваешь про Бору? — Я спрашиваю про всех. Шиён вздохнула, загрузившись. Она действительно не знала, как можно это описать. — Я согласилась идти в Сиэтл из-за тебя, — перебила Минджи её мысли. — В смысле? Минджи шумно набрала в лёгкие воздуха. — Часть меня надеется на то, что там найдётся кто-нибудь, кто сможет… объяснить это, или избавить тебя… от этого, — как-то чересчур сдавленно начала она. — Такие вещи не происходят просто так. Поверь мне, Шиён. Ты же знаешь, что на всём Континенте тебе не найти эксперта в законах Мейта больше, чем я, но я надеюсь на то, что такой человек всё же существует. Шиён поморщилась. — Минджи, я… Не хочу. — Хочешь ты или нет, я всё равно сделаю это, — грозно посмотрела на неё Минджи. — Ты моя лучшая подруга. У меня не осталось никого, кроме тебя. Нет, не правильно. У меня никогда не было никого, кроме тебя. Но я не уверена, что ты понимаешь это. — Я понимаю. — Нет, — покачала Минджи головой. — Я останусь здесь совсем одна, если с тобой что-то случится. Понимаешь? У меня не останется ничего. — Минджи… — Прости, — отмахнулась она. — Я просто… Очень, очень зла, Шиён. Из-за всего. — Я понимаю. Внезапно поднялся сильный ветер. Клубы песка и пыли формировали небольшие смерчи на протяжении их пути, появляясь то тут, то там; Шиён зажмурила глаза и попыталась прикрыть лицо рукой. Песок, мелкий и колкий, проникал сквозь тонкие джинсы и неприятно щипал кожу. Песчинки набивались в рот и глаза, которые теперь постоянно слезились. Пыль поднялась плотной завесой, и Шиён почувствовала, какие усилия ей приходится прикладывать каждый раз, чтобы сделать новый, тяжёлый шаг. Минджи включила передатчик, и Шиён последовала её примеру, пока не стало слишком поздно. — Вы видите это? — раздался в её голове беспокойный голос Юбин. Минджи ответила: — Конечно, мы видим это, что за вопрос. — Я не вижу Юхён. — Я тебе больше скажу, мы не видим тебя. Шиён почувствовала, как Минджи взяла её за руку и устремилась чуть вперёд, закрывая своим телом. Она ощущала себя беспомощной слабой и беззащитной, пока Минджи держала её руку, идя впереди. Ей казалось, что пыль образовала длинный, сухой коридор — она буквально видела то, как потоки ветра омывали тело Минджи, и как песок, копившийся в складках её одежды, то и дело сдувало прямо на Шиён. — Нам надо остановиться. — Слишком поздно, — услышала она у себя в голове голос Минджи. — Впереди должен быть карьер. — Карьер? — Мы практически около Портленда. Портленд. У Шиён кровь стыла в жилах от одного только упоминания этого места. Она понимала, что федераты у Форт-Коллинса, с которыми они едва не столкнулись, настоящие дилетанты по сравнению с теми, кто населял эту «обитель зла». — Ураган нам на руку, — продолжала Минджи. — Нас никто не увидит под такой толщей пыли. — Так-то оно так, — согласилась с ней Юбин, и Шиён показалось, что её силуэт всего на долю секунды мелькнул где-то впереди них. — Лишь бы не началась гроза. — Она начнётся, — вырвалось из Шиён. — Хреново. — Бери выше — хуево. Шиён уже едва различала Минджи, которая была буквально в паре десятков сантиметров от неё. Она чувствовала себя плывущей по океану пыли и грязи, и единственные вещи, которые удерживали её сознание в реальности — это ощущение утопающих в песке ног и ладони Минджи, крепко сжимающей её собственную. Становилось всё тяжелее и тяжелее дышать, и она слышала практически все панические мысли, мелькающие в голове у Юбин, в то время как Минджи и Юхён просто… молчали. Но Минджи не думала ни о чём для того, чтобы держать голову ясной, а вот Юхён изначально не вышла на связь, и неизвестно, что с ней и как с ней вообще. — Юбин, — раздался твёрдый голос Минджи у них в головах. — Переключи на вербалику. — Я бы с радостью, — отвечала она, и Шиён улавливала, как в голове Юбин то и дело мелькают пугающие, неутешительные мысли, которые она, очевидно, была не в состоянии подавить. — Вот только я не уверена, что смогу открыть рот. — Тебе и не нужно, — настаивала Минджи. — Но слышать твою панику вообще не помогает. — Я пытаюсь. — Ты не понимаешь, — всё равно продолжила Минджи. — Я слышу, блять, каждую сраную мысль о том, с какой долей вероятности мы сдохнем сейчас. И мне вообще не нравится то, что я слышу. Или переключай передатчик, или постарайся побыть тупой хотя бы раз в жизни. Юбин ничего не ответила, и Шиён не могла понять — она последовала совету Минджи или нет? Ветер становился всё сильнее и сильнее. Шиён попыталась посмотреть наверх, чтобы увидеть тучи, нависающие над их головами, но ничего не было. Буря застилала абсолютно всё вокруг. Спустя пару мгновений она резко и больно врезалась в спину Минджи, невольно выворачивая ей руку и наступая на пятки. Она схватилась за неё руками, и за плечом подруги увидела ещё один силуэт — более крупный и внушительный. Шиён поняла, что это была Юбин, которая остановилась, чтобы быть ближе к ним, и Минджи точно так же врезалась в неё по пути. Песчинки больно секли кожу. — Почему мы стоим? — спросила Шиён, обращаясь к Минджи. — Я пытаюсь понять. — Пытаешься понять что? — Сколько ещё метров у нас осталось, прежде чем мы провалимся в карьер. Шиён увидела, как резко обернулась Юбин, хотя увидела — это громко сказано. Она просто заметила, что силуэт её головы изменился, но Юбин ничего не сказала. Всё-таки переключила передатчик. — Неужели мы бы не заметили его ещё до? — Нет, — ответила Минджи. — Он очень глубокий. Земля просто обрывается у тебя под ногами. — Откуда ты знаешь всё это? — раздался в голове голос Юбин, который был куда спокойнее, чем до этого, и Шиён окончательно запуталась. Она выключила передатчик или что? Как тогда она сумела успокоить свои мысли? — Я уже была здесь. — Боже, — простонала Юбин. — Нет, серьёзно? И ты туда же? — Не в этом смысле, — фыркнула Минджи у них в головах. Шиён посильнее вжалась в её спину, пряча своё испещренное крупицами песка лицо где-то у неё за плечом. — Я была здесь в HALA. Ты думаешь, откуда я знаю местность? — Не знаю, — пробурчала Юбин. — Может, ты географ или типа того. — Географы ещё существуют? — не удержалась Шиён от комментария. — Ну, может, какой-то новый вид географа. — Тихо, — перебила их Минджи, и Шиён почувствовала, как она напряглась. — Я что-то вижу. Шиён попыталась разглядеть это пугающее что-то, но у неё ничего не получилось — её сощуренные, слезящиеся глаза вообще не хотели фокусироваться ни на чём, кроме темной одежды Минджи. Но спустя минуту она увидела, как к ним из песчаной дымки приближалось что-то, отдаленно напоминающее силуэт человека… Шиён вспомнила про Портленд. Холод забрался ей под кожу и сконцентрировался внизу живота, заставляя ноги подкашиваться и дрожать от волнения. Судорога, периодически сводившая всё её тело, тупой болью мучила её раненую ногу. Она едва сдержалась от того, чтобы не застонать. Шиён сжала зубы. — Это Юхён? — послышался голос Юбин. Шиён снова начала слышать панику, охватившую её голову. Минджи приглушенно ответила: — Я не знаю. Шиён напряглась. Господи, она снова почувствовала тот же страх, что охватил всё её тело в Бойсе… Когда на них напали стервятники. Только сейчас она даже не могла открыть глаза, чтобы попытаться что-то заметить. Она наспех начала придумывать то, как в случае чего будет отбиваться, чтобы выжить. Шиён как никогда в жизни после произошедшего на вечеринке Юхён чувствовала себя ответственной за Бору. Она чувствовала ответственность за их будущее, которое не факт, что возможно, но надежда уже поселилась в ней и заставляла сердце биться в истерике каждый раз, когда в голове мелькала мысль о том, что она может больше не вернуться к ней. В голове раздался озлобленный, резкий голос: — Блять, Шиён. Ты всё сраное время думаешь об этом? — Сука, — выругалась Минджи. — Ты откуда вылезла, твою мать? — Оттуда, — выплюнула Юхён в ответ. — Из ямы, про которую ты, как обычно, даже не удосужилась рассказать. — Хотела сделать вам сюрприз, — раздалось в ответ, и Шиён невольно подметила то, какими язвительными были нотки голоса Минджи. — Далеко до него? — Метров двадцать. Шиён почувствовала, как поднялась рука Минджи и как она слегка похлопала Юбин по плечу, призывая отмереть уже наконец. Они осторожными шагами двинулись дальше. Юхён, судя по всему, шла впереди, и Шиён не видела её, только слышала в голове бесконечные жалобы о том, как ту всё достало. Сама она попыталась приподнять ворот куртки так, чтобы он закрывал её рот, и переключила передатчик на вербальный канал. Она не хотела, чтобы кто-то снова слышал её мысли. Стоило им приблизиться к обрыву и остановиться, как прямо над их головами раздался грохот грома. Все невольно вздрогнули. Шиён еле-еле различила где-то в дымке песка то, как грянула молния. Заваленная песчаным туманом, она выглядела, как мутный светлый луч, возникший буквально из ниоткуда и исчезнувший в мгновение ока. — Как мы спустимся? — задала очевидный вопрос Юбин. — Просто прыгай. — Серьёзно? — Серьёзно. Внезапно ветер стал сильнее, и Шиён начала чувствовать, как он мощно ударяет ей в спину, едва ли не отталкивая вперёд. — Других вариантов нет, да? — Гроза вот-вот начнется, блять, — пробурчала Минджи. — У нас нет выбора. — Спуск пологий, — подала голос Юхён. — Я уже проверила. — Интересно, как. — Вот закончится буря, и я тебе продемонстрирую в подробностях. — Не хочу знать. — А зря. Хорошая горка. И яма глубокая. Одно удовольствие. Почему-то мне кажется, что ты такое очень любишь, Минджи-я. — Блять, как ты меня назвала? — Минджи-я. — Я тебе сейчас это «Минджи-я» знаешь куда засуну… — М-м, звучит заманчиво, но я вынуждена отказаться. Не мой профиль. — Сука, ты охуела? Нахуй пошла. — Слушайте, у нас нет на это времени. — Говорю же, не мой профиль. — Алло! Шиён еле докричалась до них, едва перебивая своим охрипшим голосом гул ветра вокруг. Песок попал ей в рот, и она готова была плеваться от этого мерзкого, противного чувства. Не успела она начать объяснять ситуацию, как Вселенная сделала это за неё — прямо перед ними вновь мелькнула молния. Гром начал раздирать барабанные перепонки в ушах. Шиён казалось, что это происходило буквально за их спинами. Она обернулась, чтобы убедиться в этом. Всё тело сковал ледяной страх. Прямо за их спинами была практически чернота. Песок плотной завесой перекрыл горизонт, и он был тёмного, практически чёрного цвета. Шиён видела, как эта огромная, мрачная стена приближается к ним с каждой секундой всё ближе и ближе. — Что это за… — едва успел промелькнуть в их головах шокированный голос Юбин, как песчаная стена преобразовалась в огромный чёрный смерч. Сознание Шиён буквально завопило от ужаса. — Прыгаем! — истерично прокричала Минджи вслух. Шиён заметила то, как Юхён схватила Юбин и упала вместе с ней в пустоту. — За мои плечи, Шиён, живо! Шиён дрожащими руками сделала, как она сказала. Минджи развернулась, обхватив её за талию, и сделала шаг вперед, прыгая вниз. В последнюю секунду перед падением Шиён заметила то, как чёрная стена песка промелькнула прямо над их головами.       

---

Шиён даже не успела понять, как оказалась внизу, со всех сторон зажатая телом Минджи. Земля под ней была на удивление твёрдая, а потому всю её спину, там, где не прикрывал рюкзак, сводило ужасной болью от удара. Песок был везде — у неё в глазах, которые она была не в состоянии открыть, во рту, в ушах, под одеждой, Шиён сказалось, что она, чёрт возьми, уже состоит из песка. Она попыталась пошевелиться только после того, как Минджи со стоном отлипла от неё и перевалилась на землю. — Я нихуя не вижу, — вслух простонала Шиён, всё же ощущая то, что стало чуть-чуть тише, и что песок перестал так больно резать ей кожу. — Я тоже, — ответила Минджи. — Подожди, я… — Достань воду, — перебила она её. — Блять, я хочу промыть глаза… — Где мы вообще, — раздался почему-то аномально высокий голос Юбин в голове. — Это вади, — ответила Минджи, забирая у Шиён бутылку с водой и заливая её себе в глаза. — Высохшее русло реки. — А это, я так понимаю… Ох, чёрт. Шиён подняла взгляд — вокруг было мрачно так, словно они заточены в какой-то коричневой бутылке с чёрной пробкой. Но вдалеке, буквально в ста метрах от них, Шиён увидела какое-то крупное, мощное бетонное здание, вершина которого уходила прямо наверх и скрывалась за тёмной полосой бури. Юхён поднялась и прошла чуть дальше, глядя на сооружение. Шиён заметила, что весь её рюкзак был перемят, и одна лямка вот-вот грозилась оторваться окончательно. — М-м-м… ГЭС, — пробубнила Юхён сама себе. — Поднимайтесь быстрее, — скомандовала Минджи. — Буря только начинается. Вот-вот ливанёт. Они в спешке встали со своих мест. Шиён обернулась, чтобы посмотреть на тот пологий спуск, с которого они свалились только что. Было настолько высоко, что она не видела конца этой огромной песчаной стены. Шиён удивилась тому, что не сломала ничего. Её нога адски болела. Она была уверена в том, что это не к добру. Они помчались навстречу ГЭС так быстро, как только могли. Гром становился всё сильнее и сильнее, и Шиён почувствовала у себя на голове первые капли дождя. — Мы в низине. — Блять, Юбин, я же просила. — Я не могу перестать думать об этом! — Просто беги, твою мать. У Шиён было чувство, как будто что-то страшное образуется над их головами, скручиваясь и выдавливая из себя неутешительные раскаты приближающейся грозы. Капель стало больше. Она уже видела то, как темнеет твердая почва у неё под ногами. — Как мы вообще попадём внутрь? — Через водосток. Стоило им приблизиться к зданию, как ветер загудел с новой силой. Уже сейчас, будучи от строения буквально в нескольких метрах, Шиён смогла из-под завесы пыли разглядеть гигантский бетонный корпус, который уходил далеко ввысь и преобразовывался в массивный шар — это выглядело так, словно огромную турбину лайнера поместили вдоль плотины и проделали внутри дыру; она даже заметила остатки путей сообщения, по которым раньше, вероятно, на ГЭС доставляли оборудование. Заканчивалось это великолепие инженерной мысли целым комплексом зданий прямо поверх шара, но Шиён не видела их конца — было слишком темно и пыльно. Хлынул ливень. Чёрные капли, похожие на сгустки нефти, заполонили всё пространство. Шиён чувствовала, как грязный, вязкий дождь оседает у неё на голове, и как капли скатываются вниз по коже, заливаясь в глаза. И услышала голос Минджи. — Нашла. Юбин, ты зайдёшь последней. — В смысле? — не поняла та. — Я не хочу, чтобы здание обвалилось на нас от одного твоего присутствия. — Не понимаю… — Мне кажется, духи воды всё ещё злы на тебя за тот случай, когда ты чуть не сломала нам трубку. Шиён не удержалась от позорного смешка. Юхён тоже слегка улыбнулась. Одна только Юбин стояла около входа с мрачным выражением лица: — Не время для шуток. Минджи закатила глаза, проходя внутрь. Они последовали за ней в какой-то тоннель прямо под зданием. Внутри было жутко темно ещё и из-за того, что чёрная буря застилала вход. Они достали фонари и прошли вглубь. — Не нравится мне это, — прокомментировала Юбин, озираясь по сторонам. — Хочешь задохнуться от недостатка кислорода? Ну вперёд, пожалуйста, оставайся снаружи. Шиён отшатнулась влево. Рука упёрлась в холодную стену. Они всё шли и шли, и тоннель тянулся перед ними настолько далеко, что свет от фонарей не доходил до его конца. Шаркали подошвы о бетонный пол, всюду усеянный песком. Шиён отключила передатчик, как и все остальные, ибо сейчас казалось, что каждая невольно оброненная мысль разнеслась бы гулким эхом в чёрной глубине тоннеля. Юбин не находила себе места. Её длинный, вытянутый силуэт даже в широком пространстве коридора казался чересчур огромным, не вписывающимся в окружающую обстановку. Зато компактная, но сильная фигура Юхён была, словно влитая. — Как думаете, далеко ещё? — не унималась Юбин. — Пока мы не упрёмся в подъём, придётся топать в неизвестность, — ответила Минджи. Шиён чувствовала себя так, словно всё вокруг давило на неё. В груди зародилось необъяснимое беспокойство, ибо в голове невольно появлялись неутешительные мысли о том, что старое, практически древнее здание ГЭС может не выдержать напора бури и обвалиться прямо на их головы. Её передёрнуло. Зябкий, буквально липкий воздух забирался под кожу, заставляя её покрываться мурашками. Шиён чувствовала себя так, словно от её тела остался только торс — он, массивный от плотных курток, вообще никак не гармонировал с тонкими, не защищенными ногами в узких джинсах, которые достались ей от Боры. Она впервые настолько сильно пожалела о том, что оставила там свой термокостюм, и сейчас мысль, что на ней частичка Боры, вообще никак не грела её. — Было бы круто, на самом деле, если бы это русло в конечном итоге привело нас прямо к Сиэтлу, — размышляла вслух Юбин. — Ты буквально только что стонала о том, что мы в низине, — пробурчала Минджи в ответ. — Да, но что-то перспектива утонуть в песке меня тоже не особо привлекает. Нам бы добраться до Сиэтла как можно скорее, пока не стало слишком поздно. «Слишком поздно что», — пронеслось в голове у Шиён. Она невольно вспомнила свой разговор с Минджи незадолго до того, как ураган свалился на них. И, словно впервые, задалась леденящим душу вопросом — А зачем здесь Юбин? — Поздно может стать хоть в эту блядскую секунду, — буркнула Юхён, громко шагая справа от Шиён и ведя попутно пальцем по пыльной стене. — Раньше тут не было настолько хуево. Оно вот-вот развалится нахуй. Шиён похолодела. И в голове мелькнула одна только мысль: В смысле — раньше? Они с Минджи синхронно посмотрели друг на друга. Шиён не успела ещё ничего понять, как у неё в желудке уже скопилась тянущая пустота и ледяной вакуум. Минджи глянула на неё всего мгновение, но так, что Шиён успела понять всё и не понять ничего одновременно. «В смысле — раньше?» — повторилась в голове ужасающая мысль. Шиён снова глянула на Юхён. И Юхён… Была чертовым стервятником. Со всеми её щитками на плечах, фигурой полукиборга, острым, безжалостным взглядом, абсолютным — невероятно наглым — не случайным хамством, со всеми её проекторами, садистскими замашками, бесчеловечностью, какой-то сверхъестественной способностью догадываться обо всех слабых точках и бить прямо в них. Бить точно, как выстрел. Шиён передёрнуло. Она посмотрела на Минджи. Минджи опустила ладони к бёдрам. У Минджи на бёдрах были бластеры. У Минджи… Шиён затрясло. У Минджи были бластеры, потому что Минджи играла в HALA. Минджи играла в HALA и потому — знала местность. Минджи знала местность, потому что играла. Минджи сказала об этом буквально несколько минут назад. И сейчас — совершенно необъективно, будто бы вскользь, будто бы обычное недовольство всем и вся — то же самое сказала Юхён. Раньше тут не было настолько хуево. Шиён не поняла, как это пришло к ней в голову. Но вся ГЭС над головой словно обвалилась на неё в то же мгновение. — Юбин, — твердо, но тихо произнесла она. — Да? — Ты ничего не хочешь мне сказать? — Например?.. Шиён прокашлялась в кулак, прежде чем продолжить. Ей на секунду показалось, что с потолка обвалилась пыль. Она боялась ляпнуть свое глупое предположение. Шиён боялась оказаться права. — Вспоминая твою недавнюю истерику… — неуверенно начала она, не зная, как подобрать слова. — Ты не выглядишь как человек, который смог бы спокойно выжить где-то за пределами виллэ. Юбин заметно напряглась: — К чему ты клонишь? — К тому, — всё-таки продолжила Шиён. Она почувствовала внезапное волнение, охватившее всё её тело. — Что твоё «банальное желание спасти свой зад» уже не выглядит таким убедительным. Шиён не стала ничего говорить о Юхён. Шиён надеялась, что она умнее, чем она. Краем глаза заметила то, как сама Юхён нервно фыркнула справа от неё. Но когда Шиён обратила внимание на выражение её лица, то не увидела ничего, кроме скрывающих глаза чёрных, сальных волос, и бледных, поджатых губ. — Ты сейчас хочешь это обсудить? — ответила Юбин спустя вечность молчания. — Да. Впереди идущая Минджи обернулась на неё, глядя с осторожностью и с предупреждением. — Слушайте, — устало вздохнула Юбин, но голос её уже не был таким спокойным. — Может, обойдёмся без всего этого? — Зависит от того, что ты скажешь, Юбин. Шиён внезапно почувствовала какой-то прилив ненормальной бодрости и готовности ко всему, охвативший её с ног до головы. Юхён шла довольно спокойно, и со стороны казалось, словно ей вообще нет никакого дела до их разговора. Но Шиён уже успела понять, что всё, что касается этой девушки — не то, чем кажется. Она невольно напряглась, стоило ей только подумать об этом. — Я не хочу никакой рукопашки, — честно заявила Шиён, заметив то, как Минджи плавно, практически незаметно приложила ладонь к своему бедру, на котором было закреплено оружие. Юбин среагировала почти сразу: — Я тоже не хочу. — Поэтому всё, — продолжила Шиён. — Что ты сейчас скажешь… Короче говоря, в твоих интересах сказать нам абсолютно всё, Юбин. Я видела, как Юхён посмотрела на тебя тогда. Я запомнила то, как она спросила, почему обязана делать всё это. Я не идиотка. Стоило ей сказать это, как Юхён сделала небольшой шаг в сторону. Шиён всё ещё не хотела поминать её всуе. Старалась избегать этого мере возможности. Шиён злилась на Минджи и одновременно была благодарна ей за то, что та до сих пор молчала. Шиён до дрожи в коленках боялась, что если она скажет что-то вроде — ты наврала нам о том, что Юхён не играла в HALA — весь мир тут же рухнет, и Юхён сорвётся с цепи, как все гибридные анималы у неё на Арене. — Почему ты спрашиваешь об этом только сейчас? — Потому что совпадения становятся фактами. Юбин шла чуть левее — между ней и Минджи — и Шиён наспех сообразила в своей голове предполагаемый неутешительный сценарий: если завяжется драка, Юбин первым делом набросится на Минджи, в то время как Юхён, уже отошедшая на достаточное расстояние — накинется на неё саму и нанесёт удар с разбегу. Даже если Шиён сумеет вырубить её или хотя бы отбросить в сторону, нет никакой гарантии, что Минджи сможет обойти физическое превосходство Юбин, если та доберётся до неё. Шиён напряглась. Юхён знала её слабое место — нога. Здесь все знали её слабое место. Если вдруг откроется рана, она практически ничего не сможет сделать. Но она постарается. Ради Минджи. Ради Боры. — Мне нужно в Сиэтл. — Это я уже поняла. Зачем? — Это… Проходной пункт. Кхм. Я… Иду в Рокпорт. Минджи на секунду замерла на месте, но потом неуверенно шагнула дальше. Шиён заметила это, и заметили остальные. Сама она не понимала, что это значит, но по реакции Минджи могла сделать небольшие выводы. Выводы были неутешительными. — Что такое Рокпорт? — спросила Шиён. — Это… — Объект Федерации. В это — Именно в это мгновение Минджи остановилась окончательно. Она обернулась и неприятно посветила фонарем в лицо Юхён. Зрение Шиён опешило от света, но — как только привыкло — она заметила, что Минджи держала у себя во второй руке бластер. Активированный бластер. — Бывший объект Федерации… — робко уточнила Юбин. — Какая, нахуй, разница? — процедила Минджи. — Подождите, дайте я объясню… — попыталась успокоить её Юбин, подняв руки в миролюбивом жесте. — Объясняй, — резко сказала Минджи и перевела взгляд обратно на Юхён, которую держала на мушке. — А ты, сука, только попробуй дёрнуться. Такую дырку в затылке пробью, что никакой экзоскелет не перекроет. Шиён обернулась на Юхён всего на мгновение. Заметила то, как яркий, белый свет фонаря освещал её острые скулы, и то, как бешено Юхён улыбалась. Шиён не видела ничего, кроме её ухмылки, и того, как она периодически с какой-то безумной жадностью облизывала пересохшие и покрытые пылью губы. Ладони она так и не подняла. — Что, Минджи-я, руки чешутся? — ехидно произнесла Юхён, нахально улыбнувшись. — Ещё раз назовёшь меня так, и я нахрен пристрелю тебя без всяких разговоров. — Ты всё обещаешь и обещаешь, а я всё жду и жду… — Юхён, — раздался сбоку взволнованный голос Юбин. — Прекрати. Юхён заткнулась, но не перестала жутко улыбаться. — Окей. Ладно. Ладно, хорошо. Я расскажу, — начала Юбин. Шиён обернулась на неё. Она вообще практически не напрягалась, потому что Юхён была обезврежена, или, во всяком случае, наверное обезврежена, а с Юбин, какой бы крупной и сильной внешне она ни была, Шиён знала, что спокойно справится. Но мысль о том, что они всё это время реально провели в окружении… их, вгоняла Шиён в ужас. Она чувствовала себя самым глупым человеком во Вселенной. — Когда я была в Форт-Коллинсе… — шепотом начала Юбин. — До меня дошёл слух, что какая-то база вблизи Сиэтла была захвачена сепаратистами, но практически весь учёный корпус, работающий там, добровольно перешёл на их сторону и продолжил свои исследования. И я решила сбежать из Управления, чтобы… внести свой вклад. — Как банально, — не удержалась Минджи от комментария. Она продолжала сверлить взглядом дыру прямо у Юхён во лбу. — Я сейчас расплачусь. — Это не смешно, — буркнула Юбин. — Я слишком долго смотрела на то, как умирают мои близкие один за другим. Вы все насмотрелись на подобное. Мы все это видели. — Ага, — фыркнула Минджи. — Можно подумать, Федерация не пытается что-то сделать с ебанной чёрной дырой, которая поглощает нашу планету и мои нервные клетки. — Ты удивишься, — Юбин горько усмехнулась и закатила глаза. — Им всё равно. Они слишком заняты тем, чтобы выслеживать и истреблять сепаратистов, чтобы уделять катастрофе достаточное количество времени и средств. Внутри Шиён что-то оторвалось и с грохотом бухнулось вниз. Она не хотела себе в этом признаваться, но в её сердце всё ещё теплилась надежда на то, что люди что-то сделают со всем этим — и сейчас она буквально наблюдала в прямом эфире то, как эта жалкая надежда умирала прямо у неё на глазах. Зрачки Минджи бегали от Юхён к Юбин с молниеносной скоростью, словно она пыталась уследить за обеими одновременно. — Где гарантии, что ты не врёшь? Какие вообще, блять, гарантии того, что Рокпорт действительно больше не принадлежит Федерации? — Практически никаких, — на выдохе ответила Юбин. — Но мой информатор в Сиэтле утверждает обратное. Мне нужно дойти до него в целости и сохранности. — Для этого тебе нужно это отродье дьявола? — буркнула Минджи, тыча дулом бластера в Юхён. Юхён только ехидно фыркнула в ответ. — И для этого тоже. — На кой чёрт тогда вам вообще сдались мы? — задала закономерный вопрос Шиён, не позволяя себе поверить в услышанное до конца. — Сам факт того, что ты изначально была связана с федератами, а теперь ещё и заявляешь нам, что идёшь к их военной базе… Ебаный в рот, Юбин. Не выглядит достаточно убедительно. — Минджи знает местность, — ответила она. — Я имею в виду, после того, как вы спасли нас, я чувствовала себя обязанной вам первое время, но потом… Потом, честно говоря, я извлекла парочку уроков из этой ситуации. И тут Шиён прорвало. — Юхён тоже знает местность. — В смысле? — Ты наебала меня, Юбин! — рявкнула Шиён, не сдержавшись. — Юхён играла в HALA. И ты своими оправданиями только что подтвердила собственную ложь. Мгновение висела оглушительная тишина. Юбин стояла бледная, как смерть. А Юхён… Шиён и правда не хотела знать. — В-вы… — начала Юбин ломающимся голосом. — Нужны нам. Мне. Юхён хорошо ориентируется только в виллэ. А ты, Минджи, судя по всему, хорошо знаешь всю территорию Континента. Шиён где-то в глубине души посчитала это довольно хорошим доводом, но беспокойство и гнев внутри всё равно остались. Она буквально всем своим существом чувствовала, что Юбин что-то не договаривает, ловко обходя факты, которые не хочет озвучивать. Что-то намного хуже, чем простой факт того, что Юхён играла в HALA когда-то. — Опять же, — воспротивилась Минджи. — Какая выгода от всего этого ей. — Юхён? — переспросила Юбин. — Мне она вообще сказала, что она просто… развлекается, — добавила Шиён. Юхён фыркнула, и Шиён практически смогла представить себе то, как она закатила глаза: — Ты реально думаешь, что я здесь только забавы ради? — Просвети меня. — Из-за меня, — перебила их Юбин. — Я обещала ей кое-что ценное, когда мы дойдём до Сиэтла. — И что же это, позвольте спросить? — поинтересовалась Минджи, в сомнении приподнимая брови. — Не твоего ума дело, — пробурчала Юхён в ответ, и Шиён услышала то, как в её голосе появились едкие, агрессивные нотки. Минджи не оставила это без внимания, и взгляд её тут же стал более жёстким: — Не тебе указывать мне, что делать и говорить, особенно сейчас, когда я, блять, могу пристрелить тебя в любой момент, стоит мне захотеть. У Шиён было чувство, словно тёмное пространство тоннеля сжалось вокруг них и образовало чёрный шар, изнутри подсвечиваемый лишь светом от фонаря, который держала Минджи. — Давайте мы просто дойдём до Сиэтла, — разрушила повисшую тишину Юбин. — Пожалуйста. — Нам нет никакого резона делать это, — заявила Шиён. — Вы можете сделать это, если хотите спасти планету от апокалипсиса. И тут Минджи нервно фыркнула, не удержавшись. — Боже, Юбин, — разочарованно усмехнулась она. — Вот это было чересчур. — Я знаю человека, который может помочь тебе, Шиён. Шиён тут же почувствовала, как её обдало холодом. Минджи моментально помрачнела и прекратила насмешливо улыбаться. — Помочь мне? — В Сиэтле должен быть кто-то, кто сможет объяснить твою… аномалию. — И ты предлагаешь нам тащиться туда с вами, основываясь на каком-то абстрактном предположении? — справедливо заявила Минджи. — Нет, — Юбин покачала головой. — Я знаю это наверняка. — Как мы вообще должны поверить в это? — У тебя есть координаты. — Какие координаты? О чём ты вообще? — Чип, который Юхён достала из трупа в Бойсе, — сказала Юбин, и Шиён поморщилась от того, насколько натянуто и неправдоподобно это прозвучало. — На нём координаты человека, который курирует стервятников. Точнее, группу стервятников. Ты знаешь её, Минджи. Минджи тут же вспыхнула, будто оскорбленная тем, что её имя было произнесено в таком контексте: — Каким, блять, образом я могу знать её? — Она одна из создателей клана в HALA. — Конкретно. Юбин замолкла и посмотрела на Юхён всего мгновение, прежде чем ответить: — Того, чей знак — пафицик. Шиён увидела, как мгновенно расшрилились глаза Минджи, как поменялось выражение её лица. Юхён громко фыркнула, и её едкий, ядовитый смех разнесся по всему тоннелю. — Ты шутишь… — практически прошептала Минджи в неверии. — Нет, — помотала головой Юбин. — Координаты у тебя. Ты можешь прямо сейчас достать чип и проверить, не вру ли я. — Ага, и убрать в сторону бластер, — прорычала Минджи в ответ. — Шиён, помоги мне. В левом кармане. Шиён подошла к ней неспешными шагами, краем глаза отслеживая поведение Юбин. Юбин не двигалась с места, но руки опустила. Шиён пошарила по нагрудным карманам Минджи, пока не нашла в одном из них крошечную пластинку. Она нажала на кнопку, которую нащупала сбоку. Индикатор чипа тут же начал мигать красным. — Он зашифрован, — сделала вывод Шиён, глядя сначала на Юбин, а потом на Минджи. — Мы никак не сможем проверить, лжёт ли она. Минджи оскалилась, услышав это, и в свете фонаря её улыбка выглядела действительно жутковато. — Хорошая попытка, Юбин. Шиён заметила то, как обречённо Юбин вздохнула. Она опустила голову вниз, глядя в пол, но не спешила начать драку или хоть как-то сопротивляться, хотя её попытка доказать чистоту своих намерений только что потерпела крах. — Мне нет никакого смысла лгать вам. — Но ты лгала, — добила её Минджи. — Всё это время. — Недоговаривала, — поправила Юбин, обречённо вздыхая. — Сами подумайте, согласились бы вы сопровождать меня в Сиэтл добровольно? — Блять, конечно нет. — Вот именно, — кивнула Юбин головой, глядя почему-то именно на Шиён. — Попробуйте сопоставить все факты ещё раз. Вы увидите, что у меня не было никакого злого умысла. Да и Юхён помогала вам не один раз. И тут Минджи не сдержалась и начала смеяться. Но Шиён не увидела в её глазах ни намека на веселость. — Ага, большинство всех тупых ситуаций были как раз из-за того, что вы попались нам на пути. — Что было, то было, — противилась Юбин до последнего. — Никто не заставлял вас спасать нас в том болоте у фудпарка. Повисла тишина. Шум проливного дождя и грозы снаружи едва доходил до них, но Шиён уже начала подмерзать от влажного, холодного воздуха, который пронизывал тоннель. Минджи устало вздохнула и посмотрела на Юбин так, словно она собиралась сделать ей величайшее одолжение: — Если ты назовёшь мне хоть одну адекватную причину того, почему она всё ещё здесь, я могу передумать. Юбин выдохнула то ли от облегчения, то ли от раздражения. Она только было открыла рот, как Юхён едва дёрнулась на месте, и Минджи тут же среагировала — бластер стал светиться синим ещё больше, чем до этого. Это означало, что заряд вот-вот вырвется наружу. — Без лишних движений. — Не смей говорить им, — процедила Юхён сквозь зубы. — Лучше сказать. — Нет. — Хули ты дёргаешься, твою мать? — не удержалась Минджи. — Ты сейчас вообще не выглядишь как та, кого стоит оставить в живых. — Юбин. — У этой девушки есть проекция Гахён. Её перс в HALA. — Блять… Шиён посмотрела на Минджи и увидела, как на лице подруги отразилось её собственное, Шиён, непонимание. — Что? — переспросила Минджи и нахмурила брови. — Откуда вообще? Типа, блять, как это нахуй связано? — Гахён и та, о ком я говорила, кто может помочь… Они обе создатели Брэйка, — продолжила Юбин, нервно сглатывая, и почему-то покосилась на Юхён. — Их девиз… Минджи презрительно фыркнула: — Ты мне сейчас будешь рассказывать клановую структуру HALA или что, нахуй? — Нет, — прокашлялась Юбин. Она всё ещё смотрела на Юхён. Шиён тоже обернулась на Юхён, но пожалела об этом в то же мгновение. — Как их девиз звучит на эмблеме? — Это викторина? Я же сказала тебе, назови мне… — Скажи девиз. — Ну пиздец, — прорычала Минджи, и Шиён передернуло от её бешеного, раздраженного взгляда. — Гоу хард. — А пишется? Даже Шиён закатила на это глаза. Она всё никак не могла понять, что здесь происходит и почему они продолжают этот бессмысленный диалог. Шиён заметила и то, как в нетерпении топталась на своем месте Юхён, очевидно, доведенная всем этим разговором до пределов своего терпения. — Я думала, ты умеешь читать. — Через «Г» и «Х», — почему-то всё равно повторила Юбин. — Ты издеваешься надо мной? — Какой клан вышел в реал и начал Восстание, Минджи? — Брэйк, — тут же ответила она. — Это все знают. Но сути дела это не меняет. Я всё равно нихуя не понимаю, как это вообще связано. — Постой, — перебила Юбин. У Шиён мозг уже опух от количества новой информации, которую она получила и всё никак не могла уложить в своей голове. — А теперь подумай: Брэйк, их девиз и каким-то магическим образом связанная со всем этим Гахён. — Гоу хард… Гоу хард… GH… — пробубнила Минджи сама себе под нос настолько тихо, что Шиён едва услышала. — Блять!.. По коридору пронесся вскрик. Минджи опустила оружие, хотя Шиён очень сильно сомневалась в правильности этого решения. Руки Юхён дрожали, но сейчас не было понятно, от злости или у неё снова ломка. Шиён слегка потряхивало от паники. — Твою ма-ать… — продолжила тянуть Минджи. Она схватилась за голову. — Ебаный… Ебаный пиздец. Шиён смотрела на то, как расширяются её глаза и как резко меняется взгляд. Сама она не до конца понимала, что это значит, а потому лишь глупо открывала и закрывала рот, не зная, что сказать. — И ты хочешь сказать?.. — неуверенно протянула Минджи, глядя почему-то на Юхён. — Да, — ответила Юбин вместо той. — Её ник — Хён. — Пиздец. — Что всё это значит? — всё-таки не удержалась Шиён от вопроса. Всё, что она поняла, это — Юбин точно наврала им. Юхён точно играла в HALA. И Минджи… Почему-то отреагировала на второй факт острее, чем на первый. — Это значит… — начала Минджи, схватившись за голову и массируя свои виски. — Сука, вся эта ситуация не могла стать ещё более абсурдной. Я не могу в это поверить. Ещё секунда, и я нахуй примкну к фаталистам. — Это случайность, — спешно объяснилась Юбин. — То, что мы нашли чип — случайность. Я планировала осесть в Сиэтле и искать базу клана через свои источники. — Пиздец, — вновь ругнулась Минджи, поднимая свой взгляд. — Сейчас факт того, что я знаю, что это, — она ткнула пальцем в Юхён, — из себя представляет, едва ли заставит меня идти с вами куда-то. — Ты обещала. — Я ничего не обещала. — Ты сказала, что если я назову хоть одну адекватную причину… — Это вообще не адекватная причина! — подскочила Минджи со своего места и ткнула бластером в Юхён. У Шиён появилось чувство, что руки Минджи слишком жутко дрожали, и всё это могло обернуться скверно. — Это, блять, самоубийство! — Помощь в обмен на честность, — всё равно продолжила Юбин, и Шиён удивилась, в какой момент у неё появилась смелость говорить прямо и четко. — Теперь вы знаете все наши карты. Мне больше нечего вам сказать. — Я с ней никуда не пойду. Я не сделаю этого. Нет, блять. Нет. — Помощь. В обмен. На честность, — настаивала Юбин. — Вы не сможете расшифровать чип и найти ответы без меня, а я смогу найти Брэйк и без вас. — Да, только если ты доберёшься до Сиэтла, — пробурчала Минджи в ответ. — Я удивлена, как она ещё не предала тебя. Как же так, Юхён? Или как мне тебя теперь звать? Хён? Ах да, точно, блять, у тебя же есть Гахён… — Вот видишь, — попыталась аргументировать Юбин, почему-то нервно и шумно сглатывая. — Мы нужны друг другу. По-моему, это очевидно. — А что, если я не хочу получать ответы? — ворвалась в их диалог Шиён. Повисла удушливая тишина. Юхён давно уже заткнулась, отошла в сторону и села на холодный бетон под ногами, потупив взгляд и прижавшись к стене спиной. Юбин посмотрела на Шиён практически умоляющим взглядом, а в глазах Минджи плескалось только беспокойство, раздражение и вселенский гнев. — Что, если меня всё устраивает? — Шиён, мы уже обсуждали это, — отрезала Минджи. — Ты можешь умереть. — Да плевать мне, умру я от этого или нет, — продолжила Шиён, и голос её слегка надорвался. В грудной клетке откуда-то появилась боль. Шиён набрала в лёгкие побольше воздуха, и: — Лучше умереть, зная, что я попыталась, чем совсем без всего. Мы всё равно умрём в конечном итоге. Я всё равно умру в конечном итоге. Если не грёбанная чёрная дыра, которая затягивает меня в какую-то параллельную или еще хуй знает какую реальность, то меня может добить ураган, смерч, грёбанные федераты, ещё какое-нибудь дерьмо. Мне не нужны ответы, Минджи. Мне нужна Бора. Её импровизированная тирада осталась без ответа, а потому Шиён слышала лишь то, как гудела гроза, и то, как бешено колотящееся сердце и сбитое дыхание ударяло в уши. Она уже не понимала — буря разыгралась снаружи или у неё в душе. Юхён подняла на неё взгляд, полный ненависти и отчаяния, и Шиён вновь покоробило от ощущения того, что Юхён понимала её лучше всех. Шиён испытывала отвращение от ощущения, что ни Юбин, ни даже Минджи не способны понять её так, как Юхён. Сама мысль о подобном «родстве» граничила с безумием. Но Шиён было плевать. Спустя вечность молчания пустой, холодный коридор тоннеля разорвал низкий, уверенный голос Юбин: — Она может сказать тебе не только плохое, Шиён. Шиён обреченно вздохнула, прежде чем ответить: — И что это значит? — Она может… — начала Юбин, слегка встряхивая головой. — Она может сказать тебе о том, что нужно сделать, если ты хочешь остаться там навсегда. В двадцатом сентэнниале. С Борой. — Нет… — раздался сбоку голос Минджи. — Это невозможно. — Мы не знаем этого наверняка, — продолжила Юбин. Шиён понимала, что Юбин говорила это сейчас только для того, чтобы поселить в её душе надежду. Чтобы Шиён согласилась идти дальше, а если согласится она, то согласится и Минджи. В голове невольно промелькнуло смутное, едва уловимое воспоминание о том, как тогда, в самом начале, когда Шиён только получила свою рану, и все они дружно пытались спастись от ловушек, Юбин обронила что-то о том, что действительно удивительно — то, как Шиён и Минджи до сих пор живы с такой адской, практически ненормальной привязанностью друг к другу. Её слова тут же обрели в голове Шиён другой окрас, и она горько усмехнулась, вспомнив о том, что Юбин буквально недавно сказала им. Я извлекла парочку уроков из этой ситуации. Юбин была действительно чертовски умна, и какая-то часть Шиён, возможно, самая тёмная, самая эгоистичная из всех, которые только были в ней; та, которую она всегда старалась подавлять в себе, та, которую так успешно сдерживала в ней Минджи — буквально вопила о том, что Шиён должна согласиться. Что это действительно её шанс. И кто она такая, чтобы отказываться от него. Она бросила последний, практически холодный взгляд на Минджи, игнорируя внутри сожаление, прежде чем ответить, обращаясь к Юбин: — Я согласна. И это стало началом конца.