Лучшее, что есть на моей Земле

      А когда Майкрофт пришёл в себя на следующее утро, всё изменилось. Конечно, первые несколько часов к Майкрофту никого не пускали. Всю информацию Грегори получал от Шерлока, как от близкого родственника. Шерлок был скуп на детали, нервничал в свойственной ему форме — шатался по коридорам или надолго зависал. Грегори узнал, что Майкрофт кричал, когда пришёл в себя. Угрожал персоналу, приказывая сиюминутно допустить его к делам, отказывался от психологической помощи и отталкивал от себя врачей. И так сильно это поведение отличалось от свойственной ему сдержанности.       — Так дайте ему чертовы бумаги, — ответил Грег, дослушав Шерлока.       — Помочь ему себя разрушить?       Грег нахмурился, ждал объяснений.       — Майкрофт бесится, потому что сейчас его мозг отказывается работать привычным образом. Майкрофту буквально больно думать, концентрировать внимание, строить последовательные рассуждения. Представьте покалеченное, израненное тело, которое всё равно заставляют двигаться, вот так сейчас он поступает со своей психикой.       — И он не намерен с этим мириться, — глухо проговорил Грег. — Будет давить, пока не доломает то, что ещё цело.       — Удивительная сообразительность, инспектор. В общем, сейчас нужно оградить его от бесконтрольного потока информации, если хотим, чтобы Майкрофт сохранил рассудок.       — Он отрицает то, что произошло, да? — Грег не раз сталкивался с подобным.       — Он отрицает влияние этого на себя. И не примет помощи специалиста. За все годы службы он ни разу не обращался к мозгоправам, хотя инцидентов было достаточно. Он не верит, что кто-то может понять то, как работает конкретно наш мозг, и уж тем более помочь.       — Когда я смогу его увидеть? — Грег всегда предпочитал действовать.       — Конкретно вам лучше воздержаться от визитов.       — Я думал, учитывая, как Майкрофт себя вёл во время освобождения… Дело во мне, да? Сейчас он в безопасности и не хочет иметь со мной ничего общего, после всего, что я наговорил. Да, ясно, — он выглядел как человек, пораженный потерей.       — Инспектор, что это за поток сознания? Дело не в вас, — Шерлок настойчиво посмотрел на Лестрейда, надеясь, что до него дойдёт с первого раза и не придётся повторять, видит Бог, он устал. — Дело в куче дряни, которую в него влили, и том, как эти сволочи сыграли на представлениях Майкрофта о собственной ценности.       — В смысле? Он знает свою ценность, он первый человек в этой стране (считая Королеву).       — Вот как можно так понимать и не понимать моего брата одновременно? — Шерлок ощущал подкожный зуд от самого факта данного разговора. — Майкрофт всегда считал, что ценен ТОЛЬКО своим политическим влиянием. Только сейчас не упоминайте наши с братом перепалки, иначе я на вас вызверюсь, — Шерлок предостерегающе поднял руку. — Он никогда не был доволен собой и не особо верил в собственную привлекательность для кого-то. И личностную, и физическую. Теперь представьте, чего ему стоило предложить вам встречу и что для него значил ваш отказ.       — Черт! — Грег схватился за голову. Грег ведь не разглядел этого за образом. Он, наоборот, считал себя… Да какая теперь разница. — Я понятия не имел, Шерлок. Ни малейшего, черт возьми, понятия, — он параллельно прокручивал в голове их разговор, осознавая, как всё звучало для Майкрофта.       — Меня убеждать не надо, это стало очевидно, когда вы вломились ко мне.       Грег кивнул, вгрызаясь в губу.       — И на этом они сыграли, да?       — Пытаясь довести его до предела. Я не знаю, было ли им известно о заинтересованности Майкрофта вами и вашем отказе, или это уже его мозг сам додумал, но… Майкрофт ясно дал понять, что не хочет вас видеть.       Грег вдруг закашлялся, воздух опять встал где-то в горле. Такая реакция на потрясения сохранялась у него уже 8 лет. Он хрипел, пытаясь вытолкнуть или втолкнуть воздух, а в голове бил набат. Грег осознал свою причастность к тому, в каком состоянии Майкрофт оказался после плена. А ведь простой разговор по душам в нужное время мог бы дать Майкрофту защиту перед психологическим давлением.       — Или вы сейчас успокоитесь, или я вам врежу.       Грегори инстинктивно отошёл от него. Постепенно он взял себя в руки, сейчас не время лелеять собственную боль.       — Я собираюсь его увидеть, – твёрдо, уверенно.       — Он сейчас нестабилен.       — Я не могу позволить этому образу меня закрепиться в его голове, — твёрдо.       — Хорошо. Но завтра. Дайте ему время на восстановление.       — Хорошо, — в голове внезапно появилась сюрреалистичная картина, как к завтрашнему дню Майкрофт волшебным образом восстановился и стал прежним. Грег понимал, что в реальности понадобится время. Возможно, много времени. А возможно, никакое время не вернёт миру прежнего Майкрофта Холмса. Но Грег готов был быть рядом. Лишь бы только Майкрофт позволил.       Грег, преодолевая волнение, открыл дверь в палату. Майкрофт лежал на кровати, сосредоточенно глядя в потолок. Грег рефлекторно посмотрел туда же. Внутри нарастала тревога, отдавая лёгким покалыванием кожи. Грег не знал, как начать, и уж точно не знал, чего ожидать. А Майкрофт не спешил помочь, он, кажется, вообще не заметил его появления. Грег прикусил губу, качнулся пару раз вперёд и тихо произнёс:       — Майкрофт. Майкрофт дернулся, быстро переводя на него взгляд. И Грег увидел. Увидел момент, когда Майкрофт закрывается. На его лицо будто опустилась завеса равнодушия и холодной уверенности. Маска силы, которую Грег видел много раз.       — Здравствуйте, инспектор. Чем обязан? — недовольно, будто Грег отвлёк его от важных дел.       Что вообще можно ответить на такое?       — Подумал, может вы не откажетесь от компании? — так нелепо.       — Думаю, у вас есть более интересные дела, но спасибо, что зашли, — он снова уставился в потолок, будто Грегори перестал существовать, если он перестал на него смотреть.       — Я привык держать слово. А вам я обещал, что останусь, — проговорив это, он понял, что совершил ошибку. Конечно, Майкрофт сейчас всё перекрутит.       — Я снимаю с вас все обязательства, которые вы на себя взяли, когда я был не в себе. Я в полном порядке и не нуждаюсь в вашем присутствии, — Майкрофт аж взвился. Вспомнились слова Шерлока об эмоциональной нестабильности.       — Я хочу остаться, — слишком откровенно, но Грег по-другому не умел.       Майкрофт перевёл на него растерянный взгляд.       — Наверное, сейчас не лучшее время. Но послушай меня, ладно?       Черты лица Майкрофта немного расслабились.       — Ты ознакомлен с моим досье? — тот хмыкнул. Разумеется ознакомлен. — Значит знаешь, что произошло в моём первом браке. — Грегори было чертовски сложно говорить об этом, но было нужно. — Подобные вещи… сильно влияют на человека. Особенно, если он сам в них виноват.       Майкрофт смотрел на него каким-то новым взглядом.       — Просто, моя реакция на предложение не была связана с тобой, ладно? То есть, она была связана с тобой… Я… Я слишком уважаю тебя, чтобы начать отношения. Блин, звучит как бред, — он потер лицо руками. — Знаешь, каким я тебя вижу? Сильным, талантливым и чертовски умным. И намного более интересным, чем кто-то может представить. А я дурак. Потому что не смог даже такую простую мысль до тебя правильно донести. Наверно, просто не ожидал, что ты предложишь мне встречу, — он перевел дыхание, сердце стучало где-то в горле. Страшно было перегнуть палку, но очень нужно было всё объяснить. — Всё, что я говорил тебе в том месте — правда. Сутки, когда мы тебя искали, были худшими в моей жизни. И я хочу сделать всё, что могу, чтобы помочь тебе сейчас.       — Уходи.       Грег дёрнулся, будто Майкрофт его ударил. Кровь прильнула к щекам.       — Уходи и не возвращайся.       Он смотрел сквозь Грега.       Видимо, у Грега действительно туго с соображением, потому что он сделал шаг вперёд.       — Объясни почему.       Майкрофт покачал головой в каком-то нервном жесте.       — Я ничего не буду тебе объяснять.       — Я тебе противен?       — Нет! — громко, но тут же взял себя в руки. — Ситуация исчерпана, я не держу на тебя обиду и не думаю о тебе плохо. А теперь, оставь меня одного, ради всего святого!       Его спокойный тон расходился с видом. А выглядел он так, будто Грег загнал его в угол.       — Ты просил быть рядом, когда я нёс тебя. И я могу. Я хочу, — ещё один шаг. Грег понимал, что совершает ошибку, но не мог себя остановить.       — Просто уйди, — он начал тяжело дышать. Черт возьми. — Оставь меня, выйди. Уходи! — он поднял на Грега взгляд. Безумный, стеклянный. Грег сделал шаг назад. А Майкрофт нетвёрдо поднялся с кровати, видимо, намереваясь выдворить его лично.       — Забудь о существовании всесильного Майкрофта Холмса, которого ты себе придумал, и оставь меня в покое, — он напирал на него, шипя сквозь зубы, глаза блестели.       — Майкрофт, дыши, — Грег поднял руки в оставляюще-оберегающем движении. – Всё в порядке. Я сделаю, как ты просишь, но сначала успокойся.       Майкрофт замер, смотря на него не мигая, а потом будто рассыпался. Из горла вырвался болезненный хрип. Возможно, такой звук издают раненные животные. Большие, свободолюбивые животные.       Грег подхватил его, прижимая к себе и опускаясь вместе с ним на пол. Майкрофт тяжело дышал, дрожал, как люди от лютого холода не дрожат, а Грег сам себя не чуял от страха. Нужно было с этим что-то делать, а он мог только раскачиваться вместе с ним и обнимать.       — Всё в порядке, — повёл рукой вдоль лопаток. — Больше с тобой ничего не случится, — прижал крепче. — Я сделаю так, как ты хочешь, если тебе от этого будет лучше, — погладил по голове.       Прокручивая этот момент в голове, Грег до сих пор не может сказать, как долго они так сидели. Может, несколько минут, а может, больше часа. Грег держал его в своих руках и слушал, как Майкрофт начинает дышать всё спокойней. Майкрофт постепенно возвращал себе самообладание. И начал потихоньку отстраняться. В этот момент вошла медсестра, и Грег мог поспорить, что тот облегченно выдохнул. Теперь она будет выгонять Грега.       Особо и не пришлось. Грег в последний раз посмотрел на Майкрофта, грустно улыбнулся и вышел.       Ближе к вечеру следующего дня позвонил Шерлок. Сообщил, что Майкрофта выписали и что он дал охране распоряжение не допускать Лестрейда к себе. Грег лишь глухо выдохнул. Он знал, что так будет. Никто не должен видеть слабость Майкрофта Холмса.