Заповедь

      Алая комната представляла собой малый зал, едва вмещающий в себя два кресла да кофейный столик, с высокими потолками, залитый ярким солнечным светом. Белый потолок, украшенный неброской лепниной, светлые стены, пол из дощечек дуба. На столе стояли две чашки гжель с чаем.       Блум сидела в одном из кресел, в окровавленных остатков от платья. Её волосы спутались и прилипали к лицу. Всё тело, усеянное глубокими порезами и лиловыми синяками, пленкой покрывала засохшая кровь. Нервно поигрывая кончиками пальцев по подлокотнику, она ждала мага, и не думая притрагиваться к чашке. Она предполагала, какие условия демон может ей предъявить для заключения перемирия, например, уничтожение Волшебной Вселенной или её смерть.        Застывшие, навсегда, мины на лицах её народа, мелькали перед глазами яркими красочными картинками со всеми мельчайшими деталями. Руки принцессы дрожали. "Блум, он не придёт. Ты теряешь время, дура!" — твердил один голос в голове, а другой противоречил ему: "Ещё как миленький придёт!".       Девушка настолько погрузилась в свои переживания, что не заметила как дверь отворилась и внутрь зашёл высокий светловолосый мужчина. Одетый с иголочки, с уложенными волосами, без каких либо повреждений, он пристальным взглядом обвел комнату, медленно прошел к креслу, стоящему напротив принцессы, и присел с краю. Его осанка, идеально ровная, размеренное дыхание и холодные глаза — всё в нём вызывало панику у собеседника. Валтор насмешливо изогнул бровь, наблюдая за бегающими глазами феи, пока та возвращалась в реальный мир. — Валтор. — Сжав кулаки, прошипела сквозь зубы Блум. — Блум. — Ледяным тоном ответил демон, неотрывно смотря в глаза девушки.       Блум хотела вжаться в кресло, раствориться в воздухе и больше никогда не видеть врага, но, будучи будущей королевой, не могла позволить себе подобной вольности. — Никчемная принцесса хочет предложить перемирие, я прав? — равнодушно бросил Валтор, но всё также неотрывно смотрел в глаза девушки. Его жесты не выдавали ни малейшего намека на чувства, которые маг мог испытывать. От него прямо-таки веяло холодом за километр. — Прав, — попыталась также равнодушно бросить Блум, но вышло более похоже на мольбу, тогда она добавила: — Вряд ли бы ты пришел, если не нуждался в нём.       На одно короткое мгновение скулы мужчины напряглись, и Блум коротко порадовалась про себя, что успела заметить это движение. Но, собравшись духом, Блум покрепче натянула маску равнодушия, подобно Валтору. — Мои условия тебе не по зубам, принцесса, — на последнем слове маг оскалился, — Ты мала и неопытна.       Демон знал куда бить, и ударил искусно. В ребрах у Блум что-то защемило, она уставилась в пол и вспомнила слова отца: "Ты слишком мала для этого, брось". Гнев сковал грудь, подступил к горлу пятнами, сбил дыхание. — Ах, кажется папочка уже говорил тебе это, — саркастичным тоном продолжил демон. Он явно наслаждался внутренними терзаниями девушками, — Кстати, тебе понравился мой подарок? — теперь маг говорил жёстко и отрешенно.       Блум нервно сглотнула, сделала глубокий вздох, вонзилась взглядом в мужчину и ответила: — Говори свои условия. — Если я скажу, то твоя задача будет непременно их выполнить. Никакого отказа я не потерплю, — с неприкрытой угрозой сказал маг.       Блум уверенно кивнула.              Валтор внимательно посмотрел в её голубые глаза и изогнув губы в мерзкой насмешки, прохрипел: Перемирие возможно лишь в том случае, если я стану королем Домино.       Блум побледнела, её глаза округлились, а ноздри вздрогнули и расширились. Немного помолчав, она ответила: — Ты станешь моим супругом... — прошептала, не веря, фея. — Да, — с извращённым удовольствием ответил Валтор, опасные огоньки промелькнули в его глазах. — Ты будешь мучить меня до самой смерти... — говоря сама с собой шептала Блум, а маг невинно пожал плечами, будто не видел ничего плохого в этом, — И ты, конечно же, хочешь вступить в свои обязанности как можно скорее? — уже более серьезным и собранным тоном обратилась девушка к заклятому врагу. — Думаю, росписи будет достаточно, — обыденным тоном заговорил Валтор, — и, в этот же день состоится коронация. По обоим поводам достаточно устроить небольшой ужин в семейном кругу. Никаких бархата и шелка, шаров и прочей ерундистики. Ужин будет иметь политический смысл и не более.       Блум внимательно слушала его, время от времени кивая головой, якобы согласна. Но внутри какими только словами она не успела его обозвать. — Где гарантии, что ты не нарушишь свое обещание? — спросила она.       Валтор смирил девушку долгим испытывающим взглядом. — Времени тебе, принцесса, до первых лучей солнца. Если к тому времени ничего не будет устаканено, то начнётся война. — Валтор медленно поднялся и ещё раз обвел комнату пристальным взглядом, — Твоей подружке стоит отправиться в школу специалистов, их там, кажется, ещё с первого курса обучают искусно прятаться, — Демон с издевкой поклонился и на прощение ограничился взглядом, полным ненависти.       Стелла тот час же вылетела из занавески, но маг уже растворился в пространстве. — Да как он смеет! — завопила она, — Какая, к черту, школа специалистов? Я одна из лучших выпускниц Алфеи! Раз уж на то пошло, то ему стоит отправиться в школу манер. Перебил кучу народу и сидит ещё важничает. Урод! Ах, так он ещё и на Ская намекнул... Да я бы его.... — Он прав, — отрешенно ответила хранительница, — Если ты собираешься мне помогать, то тебе требуется подготовка куда получше. — Ну уж извините. У нас преподавались зельелогия с магфизикой, но никак не искусство быть тенью, — затараторила Стелла, — Единственное, что нам из подобного болтали, так это то, что важно уметь слушать и подкрадываться, а как — не учили. — Я поняла, Стелла, заткнись! — шикнула принцесса Домино и посмотрела в окно, — До рассвета считанные часы, нужно придумать какой-то план.       Блондинка шумно выдохнула, подошла к креслу напротив Блум и села. — Зачем ты вообще согласилась? — вновь запротестовала она, не выдержав и пары минут в тишине. — А у меня был другой выбор? Ну, скажи-ка, мудрец. — Завелась Блум. — Эй, не надо срывать свой гнев на меня. Да, может, я задала вопрос не подумав, но это не значит, что я буду терпеть такое отношение к себе, — надула губы блондинка, скрестила руки на груди.       Блум закрыла глаза, помотала головой. Затем открыла и уставилась на подругу умоляющим взглядом. — Прости. Прости, Стелла. Просто... у нас так мало времени. Мне... кажется... что я снова... не смогу. — Хранительница устало потерла переносицу. — Для начала, куда пропал Орител и Марион? — вопросительно изогнула бровь подруга. — Они с матерью испарились, и я думаю, что это дело рук Валтора, не иначе, — Блум перевела дыхание, — Пыталась выйти на связь с Дафной через заклинание, но она мне не отвечает. Все как будто испарились! — Ладно, а что с Хагеном? — Стелла прочистила горло, — Он тоже что ли сквозь землю провалился? — Я собираюсь сейчас же пойти созвать королевский совет, — ответила Блум.        Стелла нахмурилась, поиграла пальцами по локотку подлокотника, затем встала, прошлась не спеша по комнате. — Я звонила девочкам, они должны были уже прилететь. — нерешительно сказала блондинка, — Может, вместе нам удастся что-то придумать...       В дверь постучали. Стелла крикнула "Войдите". Тогда же дверь отворилась, и внутрь зашла запыхавшаяся Флора. Вместо объятий последовал долгий и серьезный разговор, во время которого феи обменивались только понятными им взглядами и жестами, появившимися еще со времён клуба Винкс. Когда же репортаж с места событий кончился, никто не смел нарушать воцарившуюся тишину. Но пару артистичных вздохов Стеллы спустя, тишину всё-таки нарушила Флора: — Блум, в качестве принцессы ты имеешь не так много прав, а коронацию во время войны никто не будет проводить, — мягко начала она, упираясь взглядом в пол. — Но, может, родители Блум просто в укрытии, мы же не знаем. — Вставила Стелла и нахмурилась, — Впереди ещё собрание совета!       "Тогда что мы здесь делаем?" — промелькнула мысль в голове Блум. — Тебе стоит принять тот факт, что Валтор станет королем. — Флора проигнорировала фразу Стеллы, — Только со временем, когда между вами, возможно, появится доверие, и бдительность демона заснёт, ты сможешь избавиться от него. Других вариантов действий я не вижу. — А если он убьет её? — накинулась принцесса Солярии, — Пока она спать будет, например, или прогонит с планеты за выдуманную измену. — Блум убила его. Всё, чего он хочет — это месть. Возможно, конечно, что он отомстит каким-нибудь изгнанием и подберется к волшебным реликвиям Домино. Но Блум не просто убила его, она задела больную точку. Он не ограничится одним убийством или изгнанием. — Да и это Валтор. Его способы всегда тоньше и острее, нежели, чем у тех же Трикс. — побормотала, вторя подруге, Блум, — Он будет мучить меня каждую секунду одним своим присутствием. Я буду на иголках всё время нашего правления. — Он учинит войну... Разрушит Домино, нападет на другие планеты... Ты ему, Блум, на блюдечке приподнесешь все секретные архивы Волшебного Измерения, — повысила голос Стелла, сцепила пальцы рук. — Война принесет беды куда хуже. — Промурлыкала под нос Флора, — Брак в обмен на перемирие — небольшая жертва. Валтор редко нарушал свои обещания.       Стелла резко повернулась к ней. — Я не верю ни единому его слову! Он даже никаких гарантий не смог дать. Да он что так, что так — он перебьет весь мир! — сердито закричала она, — Он в любом случае поработит нас. — Стелла, ты не слушаешь меня... В первом варианты есть шанс избавиться от Валтора, во-втором — нет, — подскочила с места Флора. — Избавиться... Спустя время лишь! А есть ли у нас это время вообще? Кто сказал, что после коронации он будет покладистым хотя бы на первое время? Возьмет да забьет до смерти всех на месте, — зарычала Стелла. — Довольно! — крикнула хранительница, подскакивая, — Я ещё не говорила с советом.       Флора аккуратно потерла пальцем веко и ответила: — Совет скажет то же самое, что и я. — Пускай так, но без согласия короля я не могу начать подготовку. Но короля нет, поэтому мне нужно согласие совета. — Объяснила Блум тем тоном, которым взрослые объясняют ребенку устройство мира.       Воцарилась напряженная тишина. Все трое сидели, глубоко погруженные в свои мысли. Никто не шолохался со своих мест, стали восковыми фигурами. На какое-то мгновение время застыло.       Стелла искоса посмотрела на принцессу Домино и буркнула сдавленным голосом: — Блум, а что насчёт супружеского долга?       Тело сковало льдом страха так, что сердце почти остановилось. — Мне придется с ним спать, — простонала Блум и закрыла лицо руками от нахлынувшего стыда. Флора подошла к ней и отвела руки Блум от лица. — Он явно не горит желанием. К тому же, раздельные комнаты среди супружеских пар — весьма распространённая вещь. А наследников может родить и от фаворита. — Тихо проговорила она, смущенно отведя глаза в сторону на последнем предложении.       Флора вновь села. — Что ты несёшь? — вспыхнула Стелла, подскакивая с места, — Брака в принципе не должно быть! Он уничтожит её, уничтожит Домино, уничтожит всё измерение! — ткнула пальцем блондинка в Блум, меря комнату широкими шагами. — Но другого выхода нет, — мягко, но твёрдо ответила Флора. — Но Блум... — запротестовала Стелла, наконец останавливаясь на месте. Она посмотрела на подругу в упор жалобным взглядом.       Но Блум заткнула её жестом и пулей вылетела из алой комнаты. Стремительно шагом девушка направилась в отцовский кабинет. По пути она отдала служанке приказ собрать королевский совет.       Кабинет был просторным, с синими стенами и полом из дощечек дуба. Из мебели стояли рабочий стол, два кресла по бокам от него, да несколько огромных шкафов с резными ножками, битком набитых громоздкими папками.       Сначала в кабинет влетел толстый человек маленького роста с седыми висками — то был Рейк. Он, раскрасневшийся, упёр руки в бока, пытаясь отдышаться, поздоровавшись коротким кивком. Когда-то Рейк был великим воином, но принятое им решение взяло своё, и он стал неповоротливым толстяком советником, который усиленно моргал, никому не доверял и особенно любил затевать конфликты.       Следом за ним ворвался длинный и худой колдун с синими бакенбардами по имени Лил, который когда-то попал на свою должность благодаря выигрышу в картах. Однако с тех пор прошли века и Лил до сих пор входит в королевский совет, за что ему стоит благодарить свой дар бессмертия. Никто из королей никогда не пытался избавиться от него из-за глубочайшего уважения к возрасту, а ещё Лил — тихий, незаметный, легко поддающийся приказам.       Хаген присоединился к ним уже на половине речи о случившимся.       Все трое обеспокоенно качали головами, бросали друг на друга вопросительные взгляды, и время от времени вставляли какие-нибудь типичные фразы поддержки. Рейк был взбешен вольностями демона, Лил скучал, а Хаген строил в голове план действий. — Что же теперь хотите? — сразу же в лоб задал вопрос Лил по окончанию рассказа, рассматривая свои ногти. — Приму условия, другого выхода нет, — ответила принцесса, заваливаясь на стул от усталости. Рассказать было куда сложнее, чем пережить.       Хаген хитро посмотрел на неё. Рейк крикнул: — И подвергните Домино опасности? Да как вы...       Хаген перебил его: — Иначе мы перебьём своими руками свой же народ.       Рейк ещё больше покраснел, сжал руку в кулак, стукнул ею по столу и гаркнул: — Мы не будем трусами! Кинем ему вызов, — он прочистил горло, глубоко вздохнул, — Лил, а тебя совсем не интересует будущее твоей планеты?       Лил зевнул, поднял глаза на коллег, затем на принцессу и хищно улыбнулся. — Кого я спрашиваю... — гневно пробормотал Рейк. — Мы выставим себя скорее глупцами, если пойдем по такому пути. — Твёрдым голосом сказал Хаген, — К тому же, принцесса всё уже давно решила. Но, дорогая, кто будет вас коронавать? По правилам, только член королевской семьи может коронавать другого.       Рейк взбодрился с этих фраз и вновь завёл песню о войне, пытаясь затащить Лила на свою сторону, но колдун спал сладким сном. Хаген поджимал губы и качал головой. Кто-то постучал в дверь. — Войдите! — крикнул на автомате Рейк, затянутый в спор всем свои существом. Война всегда была его стихией, его отдушиной. Должность в королевском совете заинтересовала его тщеславновсть и он вскоре покинул войско. Но теперь, спустя года, он очень сожалел о своем поступке. Искал любые способы начать конфликт с какой-нибудь планетой и развязать его в целую войну, но другие советники, в том числе и король, жестко отказывали.       Внутрь вошёл Орител. — Король... — зевнул, проснувшийся от криков Лил.       Хаген подскочил, а Рейк заметил еще не скоро, продолжая спор с самим собой. Принцесса устало подняла глаза и не поверила им. — Я здесь за тем, чтобы коронавать Блум... и... — договорить он не сумел, но держался с достоинством.       Блум понимающе кивнула головой и ободряюще улыбнулась, хотя все внутри сжималось от напряжения. — Вам нужно поговорить с дочерью, — посоветовал Хаген, подталкивая других советников к выходу. Рейк возмущенно пыхтел, мол, почему это ему надо уходить, Лил зевал и вяло плелся.       Когда они наконец удалились, Блум встала и крепко обняла отца. — Это он вас украл? — дрожащим голосом спросила она, — Он мучил вас?       Орител нежно гладил дочь по голове, и глубоко вздохнув, грустно ответил: — Прости... У нас нет другого выхода. — Я знаю, — пытаясь сдерживать слезы, ответила Блум. — Он... — Орител разжал обьяться и со скорбью посмотрела в глаза дочери, — Я был с советом, в этом же кабинете, готовился к судейству, когда вдруг все исчезли. А ещё немного спустя появилась Марион. Она также, как и я не понимала что происходит. Затем перед нами возник экран, на котором вещался туринр. Я видел всё... О, крошка, мне так жаль. — Король с сочувствием посмотрел на дочь. — Что он тебе сказал? — слёзы потекли из глаз принцесы. — Рассказал о своём предложении, о вашем с ним диалоге. Я был по-началу так зол, хотел на месте его задушить... Но Марион, на странность, была слишком спокойна и попросила меня не делать вещей, о которых я в будущем пожалею, — Орител перевел дыхание, сел на стул, — Марион... она как-будто знала чего-то, чего не знаю я. Впервые после возрождения Домино я видел её такой умиротворенной. Знаешь, демон запретит наши встречи, милая... Боюсь, после коронации мы вряд ли ещё когда-нибудь увидимся. О, мне так жаль... Если бы ты знала. — Глаза Оритела увлажнились.       Лёгкие Блум разрывались, грудную клетку сжимало, как в тисках. Ей казалось, сейчас она разрыдается как никогда сильнее, но последние слезы Блум выплакала, когда в последний раз обнялась с Орителом. — Он победил турнир. Всё по правилам, пап.

***

      Едва первый луч солнца показался, Валтор очутился на лавке с Блум. Он был мрачен и невесёл, в его движениях сквозила нервозность. Холодный ветер гнал тяжелые тёмные тучи, с протяжным гулом разрывая их на части. Первые капли дождя застучали по лавке, на которой сидели двое. Она сидела подперев голову обеими руками, и задумчиво, неподвижно смотрела в точку перед собой. Он сидел положив ногу на ногу, опустив глаза на кончики сложенных на коленях пальцев. — Распишимся через три часа. Коронация состоится сегодня днем. За ней последует небольшой праздничный семейный обед, — говорила Блум, будто о погоде, все ещё задумчиво глядя в точку перед собой. — Никчемная принцесса оказалась вовсе не никчемной? — язвительно уточнил демон.       Блум медленно повернула голову и посмотрела на него — лицо было спокойно, холодно и непроницаемо. Мрачность с которой он явился куда-то испарилась. Его светлые волосы лежали волосок к волоску, идеально уложенные. Тёмно-фиолетовые тени, с едва видным мерцанием, легким слоем покрывали веки. Он пришел к ней точно таким же, каким ушёл несколько часов назад. — Есть несколько деталей, которые мне надо с тобой обсудить до бракосочетания, — всё так же неотрывно смотря на мага, проговорила Блум. — Чем грандиознее дела, тем меньше хочется о них говорить, — он поднял свои серо-голубые глаза к небу. Взгляд его был пристальным и холодным.       Блум отвернулась от него и тоже посмотрела на небо. Из-за разорванных туч выглянуло на миг солнце и скупым, желтым светом озарило мокрую и печальную улицу. Затемь вновь скрылось за тёмными тучами. — Как я могу быть уверенна, что ты сдержишь свое обещание? — повис в воздухе вопрос феи.       Маг тяжело взодхнул, покачал головой и ответил: — Сложи пазл, принцесса, — задумчивым голосом ответил он, вглядываясь в тени под деревьями.       Блум посмотрела туда же, но тени уже растворялись от ярких лучей солнечного света. — Почему ты не выпил чаю в алой комнате? — вдруг спросила она.       Валтор насмешливо поднял бровь и ответил: — Идиоту ясно, что там был яд.       Порывы холодного ветра пронизывали до костей Блум, окутывая душу холодом и безысходностью. Блум поёжилась. — Фея огня не может себя согреть? — усмехнулся маг.       Блум бросила на него недоверчивый взгляд: — Ты так легко со мной болтаешь, хотя днем перебил кучу моего народа и меня чуть не угрохал.       Валтор хитро улыбнулся и слегка наклонил голову в сторону: — Затишье, — тихо сказал он. — Хочешь сказать, что сразу после коронации ты меня посадишь в клетку и будешь испытывать на прочность всякими извращенными пытками?       Он не ответил. Сидел с хранительницей до тех пор, пока тучи не рассеились, а затем растворился.