Заповедь

      Случилось как-то нескольким монахам за одним столом сойтись. В самый разгар обильного застолья понадобилось одному из братьев распустить шнур на поясе. Только ни за что ему не хотелось, чтобы другие эго заметили. Тогда решил он пуститься на хитрость: — Довелось мне, братья, с монастырской кружкой ходить. Иду я по полю, гляжу — змея нежится на солнышке. И какая змея! Длиннющая (тут он начал полегоньку распускать свой шнур), ну прямо что мой пояс (и растянул его от конца до конца). Закончил хитрец свой рассказ — подпоясал себе живот посвободнее и снова принялся за еду. Остальным и невдомек, как ловко он их обвел.¹       Стелла бежала по коридорам дворца и вспоминала сказку, которую давным-давно рассказывал ей отец перед сном.       Девушка заподозрила неладное ещё за пятым протяжным зевком Блум, но внезапный приход Ская, а затем Диаспоры отвлек её. Сказка пришлась к месту как никогда прежде.       В безрассудность Ская Стелла ещё могла поверить, но неожиданное доброжелательство со стороны Диаспро? Эти двое что-то точно замышляют. Но какая теперь разница, когда Валтора и Блум уже короновали? Зачем им это? Быть может, они разузнали о планах Валтора и пытаются им противостоять? Бред. Взойдя на трон, Скай объявил Домино врагом Эраклиона. В их же интересах, чтобы Домино пало, и Эраклион забрал планету к себе во власть.       Стелла вдруг остановилась и замерла на месте.       Неужели эти двое хотят избавиться от королевы? Но если у них получится, Валтора будет не так просто убрать. Гораздо эффективнее бы был план Скаю втереться в доверие Блум и стать тайными любовниками, — вероятно, это и было первым планом. А запасным — усыпить бдительность королевы в прямом смысле слова настолько долго, насколько это возможно.       Согласно общим законам Волшебного Измерения, король покидает свой пост в трех случаях — по собственному желанию, в случае смерти и в случае нарушения законов Волшебного Измерения, например, убийства другого волшебного существа. Почему и как Валтор избежал наказания остается загадкой, то есть Скаю и Диаспро придется серьезно постараться для того, чтобы её разгадать.       Стелле в голову пришла мысль обратиться за помощью к Валтору. Он вряд ли откажет, зная мотивы Эраклионцев. Осталось только его найти.       Где-то открылась дверь, и коридор заполнился стуком каблуков и шарканием подошв. Сначала послышались голоса мужские, потом женские. Первые гости пребывали на ужин. До Стеллы дошло, что она до сих пор стоит на месте, и девушка кинулась к первой попавшейся двери.       Втолкнувшись в темную комнату, она затаила дыхание. Когда глаза привыкли к полумраку и шаги с голосами снаружи затихли, Стелла облегченно выдохнула и огляделась по сторонам.       Фею окружали каменные стены, с висящими на них маленькими факелами. Девушка воззвала к магии, и, озарив комнату ярким солнечным светом, осмотрела внимательнее. Мебели не было, по углам слоилась сырость и плесень, никаких окон не было. В комнате стоял запах протухших яиц и Стелла зажала нос рукой.       Она уже собиралась выйти, когда послышала мужской кашель сзади. Стелла обернулась и застыла испуганным зайцем — перед ней стоял Валтор. — Солнечный бог! Дракон! Ты напугал меня... — переводила дыхание фея, приходя в себя.       Валтор смирил солнечную фею неодобрительным взглядом и вопросительно выгнул бровь. — Нужна твоя помощь, — бойко, не обращая внимание на усмешку мага, сказала Стелла. — Чем могу быть полезен? — язвительным тоном спросил он.       Стелла ещё раз обвела комнату быстрым взглядом, и, схватив Валтора под локоть, вывела из комнаты. Маг особо не сопротивлялся, следуя за Стеллой.       Когда они дошли до королевских покоев, Стелла втолкнула демона внутрь, заскочила за ним следом и закрыла дверь на замок. — Слушай меня внимательно, демон, и не смей перебивать!

***

      Блум резко открыла глаза, оперлась на локоть и с трудом приподнялась в постели. Перед глазами потемнело, в висках стрельнуло болью, и Блум зажмурилась. Кто-то надавил на плечо девушки, заставляя лечь обратно. Она открыла глаза, теперь перед ними плыли размытые пятна, а голова кружилась. Блум хотела что-нибудь сказать, но ни язык, ни голосовые связки ей не поддавались. — Тебе не нужно вставать, милая, всё хорошо, ты в безопасности, — сказал чей-то женский голос.       Желудок у хранительницы закрутило и тошнота подступила к горлу. Она попыталась сказать об этом сиделке, вяло махая руками. Та без лишних слов наклонилась и достала откуда-то ведро.       Когда всё содержимое наконец вышло, Блум обессиленно упала в кровать, не желая ничего, кроме сладкого сна. Но тут стали возвращаться воспоминания. — Где... Где Стелла? — просипела Блум. — Стелла решает ситуацию с ужином, — успокаивающим голосом говорила сиделка.       Блум, расслышав не сразу, возила рукой по кровати. — Кто вы? — едва слышно прошептала она. — Уже маму не узнаешь? — пошутила женщина и засмеялась. В виски ударила новая порция боли и Блум вспомнила этот смех, смех из её детства. Это Ванесса сидела с ней. — Мама... — расслабляясь, прохрипела Блум и погрузилась в глубокий сон.

***

      Кто же знал, что теперь вся ситуация зависела от Стеллы... Когда она рассказала обо всех своих подозрениях магу и доказательством указала на бессознательное тело Блум, тот лишь кивнул, сделав лицо, будто всё само собой разумеющееся и он знал об этом. Стелла уже хотела крикнуть на него, когда он, предсказав её действия, щёлкнул пальцами и в руках возник маленький котелок с серым булькающими содержимым. Девушка принюхалась и узнала этот запах — то был запах из комнаты с каменными стенами, запах протухших яиц. — Если ты собираешься защищать королеву, тебе действительно стоит пройти обучение в школе специалистов, — едким голосом заявил маг и пошел к кровати.       Стелла хотела его обматерить, кинуться с пощечиной или даже кулаками, но воздержалась. Она смиренно последовала за демоном и с особой чуткостью наблюдала за ним — тот усадил принцессу. — Надеюсь, вливать лекарства в школе фей учили. — Сказал Валтор, ставя котелок на комод. — Она придёт в себя через несколько часов, но будет слишком слаба. Заранее нужно подготовить ведро и графин с водой. — Он развернулся и направился к выходу. — Хорошо, я за ней пригляжу, — кинула Стелла ему вслед.       Но маг обернулся к ней с видом того человека, который выстроил план на миллион и собирается поделиться лишь его частью.       Оказалось, что у Валтора имелось в запасе несколько сотен заклинаний на морок. Морок — это измененное состояние сознания, подсознания, а в худших случаях и всей сущности. В зависимости от оморочки человек под ее воздействием может видеть, чувствовать, ощущать - или все сразу - не то, что происходит на самом деле. Морок дает возможность почувствовать дождь без дождя, увидеть старуху - молодой и прекрасной, а старика - в образе огромного страшного зверя.       В Школе Волшебниц учили только временному мороку, не изменяющего сознание другого. В облачной башне учили только тому мороку, который изменял сознание существа на некоторое время. Но морок, который изменял и заменял воспоминания и мысли навсегда, был древний, доступный для изучения далеко не каждому и хранился в секретных хранилищах.        Чем сильнее маг - тем больше влияние. Если требуется напустить морок только в определенном месте, на одного человека с небольшим количеством изменений требуется минимум сил. Соответственно, для оморачивания большой группы людей на длительное время либо с максимальным воздействием требуется намного больше сил.       Валтор собирался наложить морок на всех гостей и обсуживающим персонаж, мол, Стелла — это Блум. Но даже с его силами такое удастся с трудом, поэтому он потребовал у Стеллы часть её сил на неопредленное время. Блондинка согласилась и на часть сил, и на роль Блум на вечер. А куда ей было деваться?       Теперь она сидела, лживо улыбаясь, в окружении Оритела и Марион, совета, а также послов Линфеи, Зенита, Мелодии и Ромулея. — Посолов от Солярии и Андроса сегодня не будет? — спросил смуглый мужчина, с кучерявыми черными волосами и большими кариями глазами, одетый в фиолетовые свободные брюки и тунику со светло-желтыми вставками, посол от Ромулея — Абубакар. Он часто моргал, не притрагивался к еде и был скуп на слова.       Стелла закашляла, и, сидящая рядом Марион, слегка похлопала её по спине. Стелла благодарно улыбнулась и отхлебнула вина. — К сожалению, но мы получили отказы, — сожалеющим голосом ответил Хаген.       Абубакар быстро и коротко кивнул и в упор посмотрел на короля, ожидая новостей. Валтор сделал вид, что ничего не заметил, продолжая медленно есть. Тогда, посол Мелодии, — Муза, кашлянула, пытаясь обратить внимание короля уже на себя, но он и ухом не повел. Орител сжимал кулаки под столом, мечтая набить морду магу. Марион сидела в своём мире, уставившись на пространство перед собой.       И тут, взбешенный Рейк подскочил, ударил кулаком по столу так, что подскочила посуда, и гаркнул: — Говорите, демон, говорите уже!       Абубакар уставился на него в недоумении, Орител посмотрел с глубочайшей признательностью, а посол Линфеи, — Гелия смирил изучающим взглядом советника.       Валтор не спеша отложил приборы. Подняв голову, он усмехнулся и прожевав остатки еды, сказал: — Господин Рейк, прибыли ещё не все.       Хаген нахмурился и посчитал количество существ за столом. — Но... кого ещё мы ждем? — покраснев от смущения, дрожащим голосом спросил Рейк.       В этот момент дверь открылась и внутрь зашли король и королева Эраклиона.       Абубакар, недоумевая, заморгал глазами, Орител и Стелла вспыхнули ненавистью, а Муза, Гелия и посол Зенита, — Текна, исказили лица в гримасе отвращения. — Что здесь происходит? — крикнул Рейк, поворачиваясь к королю.       Валтор встал, подошёл к королю и королеве, поклонился в издевательской форме и сказал, указывая на стол: — Прошу, присаживайтесь.       Скай смотрел на него со злобой в глазах, поджимая губы и ходя желваками по скулам, но замечая Блум (Стеллу на деле) смягчался. Диаспро же, замечая Блум, испускала театральный вздох. Стелла смеялась про себя, наблюдая за этой парочкой.       Весь дальнейший вечер Диаспро не выпускала кубка с вином из рук и пристально следила за послом Ромулея, а тот, в свою очередь, моргал так сильно, что у бедняги задергались оба глаза под конец. — Что здесь за черт происходит? — прошипел Рейк и уставился гневным взглядом на демона.       Хаген попытался усмирить Рейка жестами, но это ещё больше взбесило советника и он был готов испепелить всех присутствующих одним взглядом. Лил вздыхал какое-то время, а затем уставился в точку безжизненным взглядом. — Действительно. Хотелось бы знать, дорогой король, что здесь происходит? — вежливо спросил Гелия. Муза как-то странно посмотрела на него, а потом отвернулась вовсе. Текна сидела камнем.       Когда все наконец уселись и успокоились, Валтор начал: — Во-первых, совет распускается, — делая паузы, сказал он. Улыбка извращенного удовольствия красила его губы.       Рейк вскочил из-за стола с горящими щеками и уже было начал орать, когда Хаген схватил его за шкирку и усадил обратно, сказав дослушать до конца. На лице Лила проскочила мимолетная мечтательная улыбка и он впервые за вечер обратил внимание на гостей. Послы растерянно бегали глазами по залу. — Во-вторых, Домино и Эраклион заключили перемирие, — качая головой, сказал Валтор, и встретился глазами со Скаем, тот застыл статуей, но ничего не сказал. Захмелевшая Диаспро громко захохотала, и на неё с ужасом в глазах посмотрел Абубакар. Стелла не добро прищурилась, заметив этот взгляд.       Брови Оритела опускались с каждым мгновением все больше, когда казалось что ниже уже некуда. Он не понимал как это Валтору, дитю ведьм-прародительниц, удалось договориться о перемирие с тем самым Эраклионом, с которым Орител не мог никак договориться вот уже пять лет. — И в третьих, — Валтор отпил из кубка, — Андрос настроен крайне враждебно против Домино и ищет сторонников в лице всех тех послов, которые удостоились явиться сегодня сюда.       Диаспро напряглась и подавилась вином, Стелла невозмутимо похлопала её по спине. Скай резко перевел взгляд на столовые приборы, будто там происходили вещи поинтереснее. Абубкар нервно сглотнул.       Валтор легко взмахнул руками в воздухе, и голова Абубакара взорвалась, словно воздушный шар с водой внутри, покрывая кровью и внутренностями гостей. Орител и Марион застыли статуями от неожиданности. Диаспро и Лил визгливо закричали. Скай раскрыл рот от удивления, и, не найдя чего сказать, закрыл. Рейк и Хаген настороженно переглянулись, как и Гелия с Текной и Музой. А у Стеллы в голове проскочило: "Да он чертов психопат!". — Совет не распускается, но теряет свою власть, — задумчиво сказал Валтор, глядя на своё творение.       Все подняли на него удивленные глаза. — Выпьем же за короля и королеву Домино! — поднимая кубок, торжественно провозгласил Валтор.

***

— Ты зачем его убил? Там столько информации можно было вытрясти! — заговорила Стелла, как только они остались с Валтором одни в столовой.       Гости разбежались при первой же возможности, а вот Орител ещё долго приперался сначала с Валтором, который его намеренно игнорировал, потом с Марион, которая была скупа на слова. По итогу Орител ещё больше разозлися и убежал, а Марион, ещё больше побледневшая и болезненно похудевшая за последнюю неделю, тяжело побрела за ним.       Бывшая королева совсем захудала. С каждым разом ей всё тяжелее давалось и говорить, и ходить. Вещи на Марион висели теперь мешком, так быстро она худела, что королевские швеи ничего не успевали переделывать.       Демон устало поднял на Стеллу глаза и тяжело вздохнул. — Тебе стоит серьёзно задуматься насчет прохождения общего курса в школе специалистов. — Слушай, мне тебе аттестат принести чтобы ты на мои предметы глянул или что? Если ты думаешь, что я буду тебя бояться только потому что ты перебил кучу народу, то черт тебе! — ответила Стелла, грозя кулаком.       Демон не ответил. — Про совет я ещё поняла, но что за ситуация с Андросом? — не унималась Стелла, — Ты им как следует насолил в прошлом, но становиться врагами с Домино... отчаянный шаг. На такое решился только Эраклион и глянь на них теперь — тепло посещает планету изредка.       Валтор оскалился. — Соедини кусочки пазла, иначе я действительно скоро начну думать, что стереотипы про глупых блондинок — правда, — прошипел он и растворился в воздухе.

***

      На комфорке кипятилась пробирка с серо-буро-малиновой жидкостью и демон с бывшей королевой наблюдали за этим процессом. В темной комнате пахло полевыми цветами. Они находились в заброшенной лаборатории. — Долго же ты ещё тянуть будешь... — пробормотала женщина. Она ходила из стороны в сторону, и под её ногами скрипели доски.       Марион возродила Валтора, с помощью заклинания черной магии — Ресушитатио, несколько недель тому назад и заплатила собственной жизненной силой. Суть заклинания заключалось в нескольких пунктах: во-первых, пока жива я, жив и ты, а во-вторых, моя жизненная сила — твоя. То есть, сколько бы привязанное к тебе существо не колдовало — вся энергия на колдовство уходит из тебя, а не из него. По сути, то существо, которое возраждается Ресушитатио, мертво до тех пор, пока существо, которое его воскресило, живо.       Марион просила вернуть к жизни Дафну, взамен обещая магу жизнь.       Маг выставил свои условия — трон Домино и месть принцессе, зная, что вряд ли у королевы есть какие-то другие варианты, кроме него. Марион настолько отчаялась, что возродила того самого, кто чуть не убил её. Он также понимал, что предложенные королевой условия чистой воды развод — Марион никогда не посадит его просто так на трон и уйдёт из жизни увидев всю семью в сборе.        Валтор видел как ухудшается состояние королевы и понимал, что такими темпами ей осталось жить считанные недели.       Знала это и Марион, торопившая мага. Женщина каждую секунду надоедала мужчине с вопросами о продвижении ритуала. Ей не терпелось поскорее со всем кончить и избавиться от демона. По её плану — стоит Валтору вернуть Дафну и она оборвёт связь между ними. На восстановление здоровья уйдет много месяцев и вернется далеко не всё, но главное то, что вся семья наконец воссоединится.       Процесс затянулся на более длительный срок, чем Марион рассчитывала. Совесть мучила бывшую королеву за то, как она обходится с близкими ей людьми. Сколько боли испытал Орител, не говоря уже о бедняжке Блум! Но Марион всё равно хотела оставить всё в тайне и приподнести возвращение оболочки Дафне, как восьмое чудо света. — Марион, Хуманукорпу требует много времени, — говорил спокойным голосом маг.       Ритуал обретения человеческого тела — Хуманакорпу — один из самых древних и сложных ритуалов в Волшебном Измерении. Он забирает в процессе половину жизненной силы, то есть существо на время стареет, даже если оно бессмертное. Но далеко не каждый сможет вынести ускоренный курс старения на целый час, поэтому подобное практикуют или безрассудные смельчаки, или сильнейшие из сильнейших.       Проводится Хуманакорпу так:       Маг или ведьма читает заклинание, заранее выпив особой настой серо-буро-малинового цвета, а затем входит в транс. По ходу транса маг чувствует всё, что происходит снаружи, и всё, что происходит внутри. Внутри — органы ускоренно стареют, все процессы в теле резко замедляются, и сознание рисует ложные воспоминания перед глазами. А снаружи играют какие-то звуки, особенно важные магу, позволяющие оставаться в сознании.       Бывшая королева смотрела на Валтора с укором. — Я знаю. — Говорила Марион, сцепляя пальцы рук и поджав губы.       Женщина ненавидела ту ситуацию, в которую сама же себя поставила.       Валтор задумчиво посмотрел на бывшую королеву. — Ты мне не доверяешь, — не без иронии сказал он. — Как и ты мне. — Ответила бывшая королева новоиспеченному королю.       Валтор снял пенку с жидкости и взмахнул рукой, очищая комнату от запаха. — Что ж, — подытожил маг, — вскоре всё закончится, не волнуйся.       Он говорил чистейшую правду. В скором времени навсегда из жизни должен уйти или он, или Марион. — Как ты договорился с Эраклионом? — холодно спросила Марион, смотря в пустоту.       Валтор оторвался от пробирки, и на его лице промелькнула тень удивления. — В планах детишек было избавиться от Блум, а затем свергнуть меня. Они были в сговоре с Андросом. — будничным тоном ответил он, — Если бы всё волшебное измерение узнало об этом, правителей Эраклиона бы ждал крах и позор. Они, конечно, могли бы начать с нами войну из-за "ложных обвинений", но с ресурсами у них всё особенно плохо сейчас. — Много народу бежит из-за холода? — спросила Марион. — Поговаривают, что там страшнейшие морозы, огонь едва согревает. — Пожал плечами маг.       Марион вдруг схватилась за голову и крепко зажмурилась. — Ты же знаешь сколько тебе осталось? — вздохнул маг. — Если ты не поторопишься, — прошипела сквозь зубы Марион, опускаясь на корточки.       Валтор неодобрительно зацокал языком и наколдовал для бывшей королевы стул. — Спасибо, — со злобой ответила Марион, усаживаясь. — Мне всё хочется знать, зачем бы возвращать дочери человеческое тело спустя столько лет? — задумчиво спросил он, обращаясь больше к себе. — Она родилась в человеческом теле, — Марион едва сдержалась чтобы не крикнуть, — в человеческом теле и умрет.       Валтор искренне засмеялся. Бывшая королева испуганно вытаращилась на него. — Но ей будет крайне неудобно в нём, знай это, Марион. Возможно, что первое время дочь даже будет тебя проклинать, — уже серьёзно ответил Валтор.       Марион поёжилась. — Я готова ко всему, — уверенно сказала она. — Посмотрим, ваше величество, посмотрим... — грустно произнёс он, снимая пробирку с зельем с комфорки.