Да здравствует король!

Яркое тёплое солнце приятно окутало своими лучами земли близ легендарной загородной резиденции владык Дорна. Растворенные в воздухе яркие ароматы спелых цитрусовых фруктов создавали чувство присутствия настоящего лета. Гости, со всех уголков Дорна, уже во всю съезжались в местный дворец из бледно-розового мрамора, который стоял на берегу моря, с выходом на песчаный пляж. Вот уже несколько дней в Водных Садах царила волшебная предпраздничная атмосфера, заряжающая обитателей и гостей этого места хорошим настроением. Всё заботы по организации грядущего торжества, Марон Мартелл взял лично на себя. Ведь сие мероприятие не просто свадьба, это особый приём для потенциальных союзников и врагов. Дорниец продумал каждую мелочь, каждую деталь, каждую заковырку. Все должно было пройти безупречно. За последние несколько недель, Мартелл совсем разучился расслабляться. Даже здесь, в Водных Садах месте, где властителям Дорна положено отдыхать, он приказал организовать себе рабочее место. Вечером, накануне свадьбы, пока все думали о грядущем празднике, Марон вызвал к себе главного советника, чтобы обсудить нынешнее положение дел. Аарон не помнил, когда в последний раз он чувствовал себя настолько некомфортно в присутствие своего принца. Мужчина догадывался о чем, точнее о ком пойдёт речь, однако всей душой надеялся на то, что предчувствие его обманывает. – Вас можно поздравить, лорд Аарон, – с нескрываемой издевкой спросил парень. – получить в невестки дочь безродного лиходея — весомый повод для радости. Кворгил молча проглатывал все нападки воспитанника. Это было волне обычным делом. Марон чтил и уважал своего наставника. Но стоило только Эдгару хоть как-то разозлить принца, весь гнев выливался на его отца. Несмотря на то, что Аарон давно разорвал все связи с сыном. К счастью, Айронвуд вел себя благоразумно и нарочно не провоцировал сюзерена, поэтому такие потоки колких фразочек были редким явлением в жизни Кворгила. – Вы уже видели своего сына? Порадовались вместе с ним? – не унимался Мартелл, хмуря густые чёрные брови в одну линию. – Они с супругой уже в Водных Садах. Правда почему-то приехали раздельно. – К счастью, все мои сегодняшние усилия были не напрасны и мы с ним не пересеклись, – беспристрастно ответил Аарон, пытаясь подавить внутреннюю тревогу. – а вот девушку видел издалека, она прибыла чуть раньше, ничего особенного. Диких нравов я в ней не заметил. – Это пока. Лорд Черноводный любит подкидывать неожиданные сюрпризы. А вообще, очень жаль, что вы с лордом Эдгаром так и не встретились. Мне было бы интересно послушать Ваше мнение о нем, после десятилетней разлуки. Аарон искренне не понимал, что принц хотел от него услышать. Он перестал узнавать в Айронвуде своего ребёнка ещё в тот роковой день, много лет назад. Теперь это совершенно чужой, незнакомый ему человек. – Вы желаете, чтобы я с ним побеседовал. – холодно отчеканил Кворгил, проговаривая фразу не как вопрос, а как замечание. – Нам всем это нужно. Десять лет он провел в опале и не высовывался. Приехал сразу, как только его позвали и, судя по всему, настроен на мир, – принц больше не ехидничал и не язвил, теперь он говорил серьёзно. – у нас два пути: или раздавить голову змее сейчас, или подождать, когда он принесёт пользу, и только потом отправить в седьмое пекло. Внутри Аарона все сжалось от нарастающей паники. Он мало чего опасался в этой жизни, особенно после смерти Арианны, но понимание того, что ему уже завтра придётся разговаривать с сыном, вводила мужчину в ступор. Его пугал вовсе не Эдгар, а перспектива убедиться в том, что слова, которые были сказаны мальчишкой, десять лет назад, чистая правда. «Ты меня таким сделал» — каждая буква, каждый звук этой фразы жутким эхом звенели в голове мужчины с того самого чёрного дня. У дорнийца было достаточно времени, чтобы все обдумать, но мысль о том, что в случившемся есть доля и его вины никак не укладывалась в голове. Нет. Он не мог быть даже косвенной причиной того, что стало с Арианной. – Я все понял, – буркнул Кворгил себе под нос. – ко мне больше нет вопросов? Я могу идти? – Разумеется. Вас никто не задерживает. Как только дверь за советником захлопнулась, Марон откинулся на спинку стула и устало прикрыл глаза, никогда в жизни, он не чувствовал себя таким измотанным. Какое-то странное, неуловимое шестое чувство подсказывало, что нынешние проблемы — это только начало. Думать о плохом совершенно не хотелось, но дурные мысли всегда приходят без приглашения. Можно ли быть хорошим правителем, но при этом оставаться счастливым человеком? Мартелл задавался этим вопросом все чаще и чаще, особенно теперь, когда Нателла ежедневно мелькала у него перед глазами. Выкинуть её из головы было невозможно. С каждой минутой своего пребывания подле принца, женщина все глубже и глубже проникала в его душу. Договорной брак уже не казался слишком удачной сделкой, а собственная супруга начинала раздражать Марона. Он боялся, боялся оступиться и в один «прекрасный» момент потерять все. Было бы слишком глупо, в один миг развеять по ветру то, к чему шёл годами. Разум кричал о том, что родственницу необходимо отослать, но сердце не хотело подчиняться здравому смыслу, сердце тянулось к Нателле.

***

Эдгар Айронвуд сидел согнувшись на небольшом диване в покоях, которые выделили для его семьи и медленно потирал виски указательными и средними пальцами. Рядом, с раздосадованным видом стояли его жена и тётка Инис. Они долго и виновато молчали, будто бы тщательно анализируя ситуацию, дабы правильно подобрать слова, в то время как сам Эдгар нисколько не стеснялся в выражениях. – Септон был прав! Я грешник! Грешник и место мне в Седьмом Пекле. Иначе чем я заслужил этот кошмар на яву? – его голос дрожал, срываясь на нервные смешки. – Ладно тетушка, но Виола, какого черта ты здесь потеряла? Что вообще, мать вашу происходит? Дорниец задыхался от гнева, который переполнял его изнутри и чудом сдерживаться, чтобы не вскочить и не опрокинуть под ноги маленький стол с фруктами и вином, который почему- то сейчас его жутко раздражал. – Я убью их всех, убью как только вернусь! Гвардейцев, кучеров, служанок! Всех! – он шипел сквозь зубы словно змея, крепко сжимая руки в кулаках. – Мне кажется в моем замке подзабыли, кого стоит бояться! Ну ничего, я напомню! Женщины все также хранили молчание, будто бы каждое слово может обернуться против них. Инис с откровенным ужасом смотрела на полыхающего от ярости племянника, в то время как Виола, судя по всему, не до конца понимала серьёзность ситуации. Она все-таки решилась и присела на край дивана рядом с супругом. Эдгар походил на настоящий вулкан, даже одно неверное движение могло спровоцировать настоящую катастрофу, но девушка не боялась. – У нас не осталось выбора. Противник должен думать, что мы открыты для него. А ты, из-за своих глупых опасений мог все испортить. Поэтому нам с леди Инис пришлось соврать, что мы едем в Дар Богов. Айронвуд пылал изнутри. Эта, казалось бы, безобидная ложь буквально переворачивала его мир с ног на голову. Алирион сказала, что везет молодую леди к себе в гости, а сама появилась с ней в Водных Садах. Раньше он мог доверить тетушке абсолютно все, даже собственную жизнь, а теперь и её верность казалась сомнительной. Так нагло лгать в лицо, да ещё и подбивать на это Виолу. Нет. Такого молодой лорд не забудет никогда. Ещё досаднее было от того, что она просчитала его, прочла как открытую книгу. Женщина знала, что племянник избегает супругу и лишний раз не станет её навещать, на этом и сыграла, иначе бы их давно нагнали и отправили по домам. – Это не твоя обязанность, думать о том, как я буду справляться со своими врагами! – выплюнул, не поворачиваясь лицом к жене. – Твоя обязанность — родить мне здорового сына! Всё! Больше от тебя ничего не требуется. – Не смей указывать мне! – визгнула девушка, толкая своего мужчину в бок. – Да, я твоя жена. Но не собственность. И я беспокоюсь о нашем ребёнке не меньше тебя, можешь в этом не сомневаться... Она хотела добавить что-то ещё, но не успела, Айронвуд вскочил с места и вихрем вылетел из помещения, громко хлопая дверью. Леди Инис удалилась следом, она, судя по всему, решила сбежать до возвращения племянника, чтобы в очередной раз не попасть под горячую руку. Ничего другого Виола не ожидала, она изначально понимала, что муж даже не попытается её выслушать и понять. Жить рядом с таким мужчиной было очень тяжело, но Айронвуд не боялась трудностей. Даже после недавнего скандала ей не приходили в голову мысли о том, что её мужем мог быть совершенно другой человек. Благородный, уравновешенный, порядочный спокойный, а самое главное, любящий. Нет. Она не променяла бы его даже на самого идеального мужа в мире. Ни один из них не даст ей тех эмоций, что даёт Эдгар Айронвуд. Но неужели девичье сердце не заслуживает любви? Неужели для леди Виолы никогда не найдётся места в душе мужчины, который заполонили собой весь её мир? Иногда, в редкие мгновения потепления, ей кажется, что каменное сердце Эдгара оживает, под её нежными руками, но это оказывается всего лишь приятным наваждением, которое рассеиваться еще быстрее, чем возникает. Неприятные мысли адской паутмной продолжали окутывать разум. Почему все именно так? Они с супругом практически не разговаривали и потому совершенно не могли понять друг друга. Эта недосказанность заставляла девушку многое додумывать самой. Может быть с ней самой что-то не так? Может быть, она банально не способна влюбить в себя мужчину? А может быть сердце её супруга терзала другая женщина? Недавний разговор с леди Инис поселили внутри неё много сомнений и девушка уже сама не понимала, чему стоит доверять, а чему нет. «Бред!» – подумала Виола и неспеша подошла к окну, задумчиво всматриваясь в освещаемые полнолунным светом незнакомые пейзажи. Айронвуд очень любила ночь, она всегда помогала ей успокаивать душу. Это время суток будто бы затягивало в свою тёмному все тревожные мысли, что посещали девушку. На несколько мгновений ей действительно показалось, что все не так уж и паршиво, как она себе надумала, но мелькающий в тёмном саду знакомый силуэт и его компания, заставили леди резко изменить свое мнение.

***

Эдгар неспеша прогуливался по ночному саду, пытаясь выветрить из головы всю гадость, которой он забивал её в последнее время. Планы, что строил молодой лорд, были более, чем грандиозным. Естественно, они требовали колоссальных усилий и невероятной выдержки. Айронвуду было противно от самого себя. От того, что размяк и дал слабину. Ведь он не слишком разозлился на Виолу. Весь свой гнев парень перенёс на тетушку, а за супругу скорее испугался. Никто даже представить не мог, с каким бы облегчением он вырвал бы это чувство из груди, пусть с болью, пусть вместе с сердцем. Это уже неважно. Важно вернуть прежнего Эдгара: сильного, стойкого, несокрушимого. – Какая приятная встреча. Вам тоже не спится, лорд Айронвуд? Нотки знакомого тонкого голоса вызвали у парня лёгкий приступ отвращения, как от приторного абрикосового варенья, которого он объелся в детстве и теперь даже смотреть на него не может. – Приветствую вас, леди Нателла. Не поздновато ли прогуливаетесь? – саркастично пропел Айронвуд, кривя губы в своей привычной едкой ухмылке. – Приличным дамам не пристало бегать под покровом ночи за чужими мужьями. Мартелл улыбнулась одними глазами, понимая, что её планы по сглаживанию углов между ней и Эдгаром скоро потерпят фиаско. – Моя старая няня, которая ходила за мной, когда я жила в Поднебесье, была очень мудра. Она всегда говорила, что в мире есть вещи, которые вечно остаются неизменными. Одна из них — Ваше хамство! – с наигранной учтивостью произнесла женщина и, после небольшой паузы продолжила. – Кстати, о женатых мужчинах. Совсем забыла поздравить Вас с недавним бракосочетанием. Уверена, лорд Эдгар, вы очень счастливы, ведь невеста из такой «интересной» семьи — мечта любого мужчины вашего типа. Хотя, помнится раньше Вам нравились другие женщины, неужели Ваш вкус настолько испортился? В ответ на это парень лишь усмехнулся. Он не понимал, чего именно она добивается? Хочет привлечь внимание? Вывести на эмоции? Показать собственную значимость? Жалкие попытки и бессмысленный фарс. – Какая разница, что было раньше? Все мы делаем ошибки. Помнится, лет пять назад, по молодости, по глупости, я чуть не женился на одной шлюхе. Представляете, – он говорил это, продолжая имитировать искренний смех. – но Боги отвели и послали мне такое сокровище, как леди Виола. Нарадоваться не могу. Лёгкий, непринужденный тон Нателлы, с каждым сказанным словом становился, все серьёзнее и серьёзнее. Для неё это был уже не «обмен любезностями», а настоящий поединок, в котором она никак не могла уступить бывшему любовнику. – Ещё бы вы не радовались. Конечно Боги отвели Вас. И от шлюхи, и от наказания. Если бы не леди Виола и её отец, морозили бы Вы сейчас свой зад королевских кровей на Стене, в чёрных подштанниках. – Мне кажется Вы слишком разговорчивы для человека в вашем положении. Не забывайте о том, что любое слово может очень дорого стоить. Здоровья Вам и Вашим близким, леди Нателла. Молодой лорд уже хотел покинуть это место, как вдруг, женщина схватила его за запястье. – Не обманывай себя Эдди! Мы оба все прекрасно знаем, ты слишком сильно любил меня, чтобы убить наше дитя! – соблазнительно мурлыкала она, не теряя надежды заманить парня в свои сети. – Не сможешь. Айронвуд медленно подался на встречу ее лицу, останавливаясь в паре миллиметров от женских уст. На секунду Нателле показалось, что её задумка работает и она снова обретает власть над этим мужчиной. Но то, что случилось после, поставило все на своим места. – Хочешь проверить? – тихо прошептал Айронвуд, обдавая ухо Мартелл горячим дыханием. – Одно твоё слово и пальчик малышки Астории пришлют тебе в ближайшие несколько дней. Мартелл в ужасе отскочила от бывшего любовника, словно ошпаренная. Попытка приручить дьявола, снова вышла из под контроля. – Ты чудовище, Айронвуд! Не понимаю, как земля тебя держит! – Держит и не гнётся! – усмехнулся дорниец, разворачиваясь в сторону замка. – И да, детей мне будет рожать моя законная жена и никто более. Так что избавь меня от свое глупой лжи. Всего наилучшего! Вернувшись в замок, Эдгар пересекал порог опочивальни короткими, тихими шагами. Огня от свечей парень не увидел, потому решил, что Виола наверняка уже спит и видит десятый сон. Несмотря на поздний час, комната не погрязла в кромешной темноте. Мягкий свет от огромного диска луны ненавязчиво пробивался через распахнутые окна и слабо освещал пространство комнаты. К удивлению супруга, девушка вовсе не спала, она неподвижно стояла у окна и безумно смотрела в даль. – О чем ты говорил с этой индюшкой? – едко спросила Айронвуд, продолжая дырявить глазами тёмное небо. Может быть она все-таки услышала шаги, а может быть просто почувствовала его присутствие, этого Эдгар пока ещё не понимал, но одно было ясно точно: она весь вечер проторчала у окна. – Мне кажется, тебе не стоит совать нос в мои дела, – строго отчеканил парень, сокращая расстояние между собой и Виолой. – Я вижу эту женщину третий раз в жизни, что ты хочешь от меня услышать? Он лгал. Лгал в своей привычной, натурально и талантливо. Возможно, супруга ему поверила, если бы не знала правду. Айронвуд и сам не понимал, что именно им двигало им в тот момент, сомнения, стыд, страх, или что-то иное. – Прекрати! – Сквозь зубы прошипела девушка, резко поворачиваясь лицом к мужу. – Я все знаю! Она твоя шлюха! Дорниец устало прикрыл глаза. Только этого ему сейчас не хватало для полного «счастья». – Тётушка, – полушепотом промолвил он, насмешливо приподнимая уголок рта. Айронвуд злорадствовал сам над собой. От нервного напряжения, ему хотелось засмеяться. Каким дураком нужно быть, чтобы допустить весь этот абсурд? – Молодец! Умный мальчик! – Виола уже не шипела, она кричала, срываясь на визг. – Ты вряд ли бы поверил, что я искренне согласилась выполнить просьбу твоей тётки. Она была права, парень сразу заподозрил что-то неладное. Но приступ гнева, который с ним случился, не располагал к глубоким рассуждениям. – Леди Инис сказала мне, что если я поеду сюда, то смогу познакомиться с женщиной, некогда любимой моим драгоценным супругом, – её голос начинал дрожать, а глаза заблестели и Эдгар уже предчувствовал зарождающуюся истерику. – кого я увидела перед собой? Последнюю блядь, которую имели все, кто только мог. Брови молодого лорда медленно поползли вверх, уж чего-чего, а ругательств от своей леди-жены он не ожидал, не смотря на её неоднозначное происхождение. Девушка уже не пыталась сдерживать свои эмоции, она ругалась, задыхаясь в собственном рыдании и вытирала слезы с лица тыльной стороной ладони: – Скажи мне, почему? Почему какая-то потасканная шалава заслужила твоей любви, а я нет? Чем она лучше меня? Эдгар сделал ещё один шаг, приближаясь к супруге вплотную и попытался приобнять её, но Виола резко задергалась, стряхивая его руки со своего тела. – Не смей меня трогать! Ты не ответил на вопрос! Айронвуд поднял опущенный взгляд и поймал своими янтарными глазами, ее серо-голубые. Он был готов утонуть в них, раствориться в этом омуте и больше никогда не возвращаться в реальность. Смотреть на её слезы было невыносимо. Но парень пытался сохранять внешнее спокойствие и невозмутимость. Он, как никто другой, знал, что слабость — это ошибка. А ошибки, как правило, слишком дорого стоят людям. – Ничем, малышка Вилу – молвил Эдгар тяжёлыми губами, посылая в пекло то, о чем думал пару мгновений назад. – лучше тебя нет никого. Виола вдруг перестала рыдать, она завороженно смотрела в глаза супругу, не зная, что сказать в ответ. Айронвуд медленно опустил ладонь на влажную щеку и плавно очертил контур лица от виска до подбородка. В ответ на это, девушка неспешно подалась вперёд и жадно влепилась крепким поцелуем в уста мужа, запуская руку в густую медовую шевелюру. Она любила это больше всего — перебирать пальцами его спутанные кудри. А он любил смаковать в долгом поцелуе мятный вкус её губ. Ощущение присутствия этой женщины, ее близости и запаха, сводило дорница с ума. Толстая каменная глыба рассыпалась в мелкую крошку от одного прикосновения леди Виолы. Айронвуд все еще верил, что способен сопротивляться этому, что в любой момент может взять себя в руки и развеять глупое наваждение, но странный наплыв сумасбродных эмоций никуда не отступал. Эдгар аккуратно высвободился из плена девичьих губ и мягко прижал девушку головой к своей груди. Успокоить супругу было сейчас важнее всего на свете, за одну слезинку своей женщины, он уничтожил бы весь этот мир, если бы понадобилось. Только об этом и догадаться никто не мог, даже сама Виола. – Прости меня, – прошептал Айронвуд, невесомо касаясь губами темно-каштановой макушки. – Я больше не сделаю тебе больно. Дорниец произносил эти слова медленно, чувственно, с придыханием, так чтобы у Виолы не осталось ни малейшего сомнения в их искренности. Верил ли он самому себе? Конечно нет. Обманывать собственный разум было бы слишком глупо. Чёрные крылья давно нависли над домом Айронвуд, а враги уже начали искать, куда ударить побольнее. Их с Виолой ждали слишком тяжёлые времена, а тяжёлые времена, как правило, порождают целое море разочарования и боли. Но теперь это казалось совершенно неважным. Значение имела только она. Юная леди, что смогла оживить камень. Её доверие было наивысшей наградой для лорда, который давно забыл, как пользоваться своим сердцем. Имел ли Эдгар право, обещать такие вещи? Безусловно нет, но для него куда важнее было успокоить возлюбленную, подарить ей тепло и чувство защищённости, сделать так, чтобы Виола поверила. И она поверила, поверила как никогда и никому. Рядом с этим человеком ей было не стыдно считать себя слабой, послушной и уязвимой, ведь он всегда будет рядом, её муж, её каменная стена.