Тату под ребром

Алая кровь стекает по губам и подбородку, капая на одежду. Радует, что расхаживающих учеников в школьном коридоре было крайне мало, и удивленных пар глаз, соответственно, тоже. Нужно лишь быстрее добежать до комнаты. Рюджин громко тарабанит по двери, заставляя звук разлетаться эхом по пустому коридору. —Да кто там?! — негодует Хёнджин, но резко меняется в лице, стоит ему заметить кровавую дорожку на лице сестры. —Боже..! Брюнет быстро хватает Рюджин за руку, заставляя её перейти порог комнаты. —Посмотри на меня, — он нервно берет в ладони её лицо. —Рюджин, посмотри на на меня! Стеклянные глаза наконец встречаются с его, а в них столько... боли. —Я в порядке, — совсем тихо шепчет девушка и выдохнув, прикрывает глаза, давая тело расслабиться. Она слышит облечённый выдох и ощущает тёплое тело, обнимающее её. Она всё ещё дрожит. То ли от недавнего холода, то ли от того, что эмоции, пожирающие её изнутри, вырываются на руку. Соленые капли оставляют за собой длинную дорожку на щеках и смешиваются с кровью. Рюджин поджимает губы, чувствуя на языке вкус железа и утыкается в плечо Хёнджина, сильно зажмурив глаза. —Я так больше не могу, Джинни, — голос дрожит, поэтому после своих слов девушка чувствует, как её сильнее прижимают к себе. —Пожалуйста, не говори такое, — кажется, он сам пустит сейчас слезу, слушая эти слова от собственной сестры. —Мы со всем справимся, слышишь? Они не пустые. Парень буквально чувствует, как они произнесены. Хочется только найти выход, помочь, разорваться на куски, лишь бы у Рюджин всё было хорошо. Хван знает, что она чувствует, хотя она и не должна. —Как я могу спокойно ходить по земле, зная, что я виновата? Это всё должно было произойти со мной, но не с ними! —Малышка, пожалуйста... Больно, когда кто-то очень близкий произносит такие страшные слова. Дело не в том, что это родной тебе человек, а в понимании того, что этому человеку не дали выбор. Его просто не спросили, а он теперь корит себя. Ни за что. Обычно это связано только с людьми, но не с Рюджин. Совсем другое, странное и необъяснимое ничем. Даже наукой. То, что дано было с малых лет, а может и с рождения, но никто не мог дать этому даже названия. А маленькой девочке оставалось только самой познавать себя. —Я хочу к родителям, — всхлипывает Шин, немного отстраняясь и вытирая рукой влагу с лица. —Хочу увидеть их. —Ладно, — судорожно кивает Хёнджин, замечая, что сестра немного пришла в себя. —Я поговорю с папой и всё узнаю. —Хорошо, —Рюджин наконец поднимает взгляд и отвечает ему кивком. —Пойдём умоемся, ладно?

***

Хочется закрыть уши ладонями, чтобы спастись от шума, которые создают ученики в спортзале. Даже собственных мыслей не услышать. Пол немного трясётся от отбиваемых баскетбольных мячей, летящих от одной стены к другой. Голова гудит. Обстановка, от которой может стать больно любому интроверту. Рюджин не исключение. Она раздраженно собирает волосы, думая о том, что желает поскорее покинуть помещение, хоть урок ещё даже не начался, но мысли прерывает грубый толчок в плечо. —Привет, Шин, — нагло улыбается Чон, который появился из ниоткуда со своими дружками. —Пойдём погуляем после уроков? Проходит секунд тридцать после молчания Рюджин, раздраженно смотрящую на человека напротив. Лучший ответ - молчание. А затем девушка поворачивается и собирается уйти, чтобы меньше вредить своей нервной системе, находясь в обществе с Чоном. —Действительно, что это я... Как я мог такое ляпнуть? Разве можно гулять с такой чеконашкой? Самому чокнуться можно, — издевательски произносит он, а реплика сопровождается злорадным смехом его компании. —Твои рисунки - это просто жесть! Нормальный человек такое бы не нарисовал. Парни удостоверяются, что посыл слов дошёл до Шин, и Чон, усмехнувшись, покидает её. —Девчонки! Наверняка хотите увидеть, как я подтягиваюсь? Для вас могу устроить. Девушки, стоящие компаниями восторженно соглашаются, а Чон лезет на самую вершину шведской стенки. —Считайте! И внимательно смотрите на руки! Таких больше ни у кого нет. Слышатся девичьи хихиканья. —Три! Четыре! —Нравится? — успевает довольно спросить он, повисая на руках и снова поднимается, чтобы коснуться подбородком до трубы. —Не нравится, — не отрывая от Чона злобного взгляда произносит Рюджин себе под нос, а через мгновение парень уже оказывается на земле, корчась от боли. Она слишком далеко, чтобы ее могли услышать. И шум в зале стал ещё громче. Вокруг него собирается толпа, не понимая, что случилось и что послужило падению одноклассника. Ведь они и до пяти не досчитали и высота не такая большая. А теперь он катается по полу, кажется, от нестерпимой боли и не может вымолвить ни слова. —Видит Бог, ты сам меня заставил. Слова имеют большое значение и могут сильно подействовать на человека. Рюджин почувствовала боль из-за них. Некоторые люди не думают перед тем, чтобы что-то сказать. Не задумываются, что могут ранить, иногда даже не желая этого. Но такие, как Чон, делают это назло, поэтому получил по заслугам. Губы еле заметно поднимаются, и Шин выдыхает, наконец отводя взгляд от этой картины. Глаза встречаются с парой знакомых карих. Ли стоит, как вкопанный, недалеко от происходящего. Он будто выследил взгляд Рюджин, но он точно ничего не понимает. Его не было с Чоном, что весьма удивительно. Но что-то подсказывает, что он слышал слова друга. Почему не спешит ему помочь? Из всех присутствующих только Феликс и Рюджин стоят в сторонке, никак не действуя. Блондин внимательно всматривается в в её глаза пытаясь получить в них хоть какой-то ответ. Не смотри на меня так, ты всё равно ничего не поймешь. Но если когда-нибудь ты узнаешь правду, будешь чувствовать ко мне только ненависть.

***

Единственный способ забыть, что произошло секунду назад - сильно удариться об что-то головой и заработать амнезию. Будет намного легче, чем жить с этим мимолетным воспоминанием всю оставшуюся жизнь. Рюджин чувствует себя ребёнком. Она что не видела, как целуются люди? Что за (не)стандартная реакция? Да, она застала свою бывшую соседку Данби с Феликсом и прокручивая в голове, как быстро и нелепо это произошло, хочется громко рассмеяться. Секунда- она открывает дверь. Секунда- видит эту парочку. Секунда- осмысление увиденного. И последняя секунда- с хлопком закрытая дверь. Четыре секунды, а столько эмоций. За это время она почувствовала всю похоть и разврат в комнате, так, что чуть плохо стало. Может от того, что это её прошлая комната, или от того, что Ли был в одних брюках, или вообще от общего вида. Неловко. Хорошо, что Шин не согласилась предложению Чона, если это всё заканчивается так. Но, было ожидаемо, честно говоря и Рюджин среди них точно не место. —Чёрт, я же говорю, она странная... Ей будто пять, — выдыхает Данби и убирает волосы с лица, когда дверь захлопывается. —Что она вообще здесь забыла?! Уже переехала, но опять сюда прётся. Феликс всё ещё задумчиво смотрит на дверь. —Это же ты дверь забыла закрыть, а гонишь на неё, — с долей нравоучения произносит Ликс и получает возмущённый взгляд Мун на себе. —Тем более она постучалась. —А я ей разрешала войти?! — негодует она. —И ты что, её защищаешь? —Кажется, пятилетняя здесь точно не Шин... — закатывает глаза Ли, натягивая на себя майку. Данби задыхается воздухом от его слов и невозмутимости. Феликс снова её динамит, и это её расстраивает. —И теперь из-за неё снова уйдёшь? —Не из-за неё. У меня просто не встал, — грустно цокает он, а затем растягивает губы в издевательской ухмылке. Если Ли хотел её вежливо унизить, у него это получилось.