Down

Внезапные перелеты вместе с натянутыми нервами составляют неплохую комбинацию.

— Что значит, ты летишь во Флориду? — голос Дрима, что полон паники, исходит из динамиков. — Джордж, что за хуйня, в чем дело?       Он останавливается на месте, полностью забывая о том, что хотел сделать. — Как ты узнал?       Блондин на другом конце звонка издает тихий хмык. — Алекс никогда не умел держать язык за зубами.       Фаунд приподнимает бровь, тихо смеясь. — Не говори так, он замечательный.       Еще один несерьезный смешок летит от Клэя. Кажется, они отклоняются от темы… — Что… — Джордж подбирает слова. — Что именно он рассказал тебе?       На другом конце слышится небольшой шорох. — Сказал, что через несколько дней ты планируешь лететь во Флориду.       Между ними повисает тяжелая тишина; очевидно, Дрим ждет объяснений, но брюнет не может вымолвить и слова. — Когда ты собирался сказать мне об этом? — продолжает он.       Джордж тяжело вздыхает, глядя ему в лицо, искаженное голограммой. — Я слишком был замотан билетами и сборами, что… — он прикусывает губу. — Что совсем забыл… — Надеюсь, ты понимаешь, что я лечу с тобой, не так ли?       Изо рта британца вырывается вздох, наполненный недоумением. — Ты… Дрим, ты хоть знаешь, зачем я лечу туда? Почему… — Потому что это важно для тебя, — Фаунд всегда чуть завидовал Тэйкену и его умению сохранять холодную голову в стрессовых ситуациях, тогда как он сам едва ли держится на ногах, — и я хочу быть рядом. К тому же, Джордж, это Флорида! Орландо — мой родной город, я знаю его, как свои пять пальцев.       И, как всегда, он заставляет британца потерять дар речи. — Дрим… — тихо говорит Джордж, мягко улыбаясь. Его голос звучит так тихо, что он едва может услышать сам себя. — Значит, мы летим вместе, — тихо усмехается блондин, но смешок выходит очень неуверенно. — Ведь так?       Фаунд поднимается с места, ища глазами ключи от машины. — Мне нужно увидеться с тобой, — говорит он, заставляя Клэя издать удивленный звук. — Прямо сейчас.

***

      И только поэтому сейчас Дрим сидит в гостиной брюнета, внимательно слушая его рассказ, и рассматривает парня рядом с ним; его взгляд прослеживает черты лица, а сам он готов в любой момент пресечь его панику. — … и тогда, скорее всего, он и переехал во Флориду, как только оправился от аварии… — Джордж говорит так быстро, что понять его практически невозможно; руки, сложенные на коленях, трясутся, в глазах стоят слезы, готовые в любой момент пролиться. — Джордж, — блондин пододвигается к нему и кладет ладони на щеки, дабы отвлечь, и это работает; парень кладет свои руки поверх, переводя взгляд на Клэя. — Пожалуйста, остановись и дыши, — тот слушается, а его зрачки чуть расширяются, пока брюнет смотрит на него. — За последние сутки ты делал хоть что-то, кроме того, что думал об этом? Прошу тебя, Джордж, дыши.       Они сидят, забывая о времени; единственное, что их сейчас волнует — чужие прикосновения к своей коже. — Спасибо, — почти шепотом говорит Фаунд, едва шевеля губами; однако улыбка, которая появляется на его лице после, стоит всего.       Дрим ловит себя на том, что улыбается в ответ, и оставляет мягкий поцелуй на его лбу, касаясь его буквально на секунду. — Пожалуйста.       Чуть стиснув хватку, Джордж пропускает свои пальцы сквозь чужие, тихо вздыхая. — Ты хотел увидеть фото? — голос все такой же тихий и безумно усталый; блондин не может сдержаться от мысли о том, насколько давно он на ногах. — Да, хотел, — Клэй говорит так же тихо. — Сомневаюсь, что Алекс ошибся, но…       Фаунд кивает, вставая с дивана, и тащит его за собой в спальню. Руку Дрима он так и не выпускает.       Рамка забыто валяется на его кровати. — Ты все это время смотрел на нее, не так ли? — он не отвечает.       Блондин осматривает комнату, пытаясь игнорировать холод, стоящий в ней. Окна раскрыты настежь, шторы колыхаются на ветру… До этого момента он никогда не видел комнату Джорджа… такой нежилой.       Вещи разбросаны практически везде; некоторые лежат в раскрытых ящиках комода, некоторые — на остальной мебели, на полу валяется пустая дорожная сумка.       Кровать не заправлена, и, хоть она часто бывает в таком состоянии, непохоже, что в ней кто-то спал.       Здесь так холодно…       Первым входит внутрь владелец дома, утягивая Дрима за собой, и садится на кровать, чувствуя, как простыни скатываются под его бедрами. — Вот… — небольшая улыбка появляется на его лице. — Держи.       Фаунд аккуратно берет ее в руки, передавая парню, и он так же осторожно забирает ее, садясь рядом так, что их бедра соприкасаются друг с другом.       Стекло разбито.       Он всматривается в фотографию; первым он замечает юного Джорджа, дерзко ухмыляющегося в камеру, а его красные щеки видны даже в ночи. С другой стороны — Техно, что тоже выглядит моложе, а на его лице — самая широкая улыбка, которую он видит от него в своей жизни.       Какое-то время Дрим не смотрит на третьего человека, будучи не готовым увидеть его. И все же, проводя взглядом по трещине, он натыкается на ужасно знакомое лицо. — Дэрил… — на выдохе говорит он.       Дыхание брюнета чуть ускоряется, а он сам чуть склоняется вперед, к фото. — Это он?       Не говоря ни слова, он кивает. — Теперь он Дэрил, да? — разбито смеется Джордж. — Ему подходит.       Слезы наконец-то падают из его глаз. — Я просто не понимаю… Почему Техно лгал мне? — блондин крепче сжимает его руку в своей. — Почему он не хочет видеть меня? На самом деле он ушел из-за меня? Почему они оба оставили меня? Я просто… просто не понимаю. — Хочешь увидеться с ним? — Клэй так и смотрит на фото. — Я могу отвезти тебя.       Фаунд вскидывает голову, широко раскрыв глаза. — Можешь?       Блондин встречается с его горящим, решительным взглядом. — Давай посмотрим ближайшие рейсы.

***

— Ты взял все необходимое, да? — последние пару часов Сапнап ходит за Джорджем, как потерявшийся щенок, приговаривая: «А что насчет этого? Может, возьмешь вот это?»       Его беспокойство вполне объяснимо — последние пять или больше лет во все поездки британец ездил вместе с ним… Фаунд признает, что и он сам на взводе — но по совершенно другой причине.       Он снова встретится с Бэдом…       Он думал, говорить ли Техно о своих планах, особенно после того, как узнал, что тот все это время пиздел ему в уши обо всей ситуации. И в итоге — нет, он не будет! Почему вообще Блэйд должен знать об этом? К тому же, он просто может предупредить Бэда о том, что Джордж летит, чтобы увидеться и с ним и тогда… И тогда…       А что тогда?       Джордж даже думать об этом не хочет.       Не хочет думать о том, какова будет реакция Бэда, когда он появится у его двери, не хочет думать о его оправданиях, он вообще не хочет думать об этом. — Зубная щетка! — вспоминает Ник, когда они закрывают входную дверь. — Ты же взял ее, верно?       Британец мягко улыбается ему, оборачиваясь и замечая, что Дрим кладет их сумки в свою машину. — Да, Сапнап, в пятый раз: я взял с собой зубную щетку.       Тот обреченно выдыхает, притягивая друга в объятья. — Удачного полета, — шепчет он Джорджу на ухо. — Насколько ты уезжаешь, напомни? На неделю?       Тот кивает, надеясь, что Сап почувствует это. — Если мы решим остаться подольше, или, наоборот, приехать раньше, я расскажу тебе первым.       Они отстраняются друг от друга, и выражение лица Ника напоминает ему мамочку, провожающую своего ребенка на первый день в школе. Фаунд не собирается тратить время на глупые подколки. — Не смотри на меня так; мы уже расставались на неделю, даже больше, — он усмехается, пихая Сапа с небольшим огоньком в глазах.       Тот, однако, не выглядит столь довольным. — Да, но все это время ты оставался дома, в безопасности. Если что-то бы случилось, я мог приехать обратно, и ты был бы здесь. А в этот раз ты отправляешься в гребаное Орландо, и я не смогу рвануть к тебе на всех парах, — сзади в какой-то момент разговора подходит Дрим, кладя руку на плечо британца. — Если тебе будет спокойнее, я могу звонить тебе каждый день, — он берет Ника за руку. — Каждый час, и мы в расчете, — он сжимает ее, а на лице проявляется небольшая улыбка.       На какой-то момент они позволяют себе постоять так, отпустив все свои тревоги и печали, и окунаются в ощущения доверия и надежности. — Ты готов, Дрим? — прерывает этот миг Фаунд, заставив того немного опешить, глядя ему в глаза.       Клэй мягко проводит большим пальцем по его плечу. — А ты? — спрашивает он в ответ, фокусируясь лишь на брюнете. — Настолько, насколько это возможно.

***

      Джордж отлично помнит свою первую гонку.       Он почти вышел из подросткового возраста, и стоял вместе с Техно в стороне, нервничая и волнуясь, как и все новички, думая, стоит ли оно того. — Знаешь, возможно, я лучше просто продолжу чинить тачки… — сказал он, глядя на участников заезда. Их миссия была достаточно проста: легкий маршрут, состоящий из куска дороги, цель которого — пересечь черту.       Идея встать на гоночный трек принадлежала Сапнапу, и, хоть и Фаунд продолжал добавлять моды в тачки, желание использовать их самому никогда не появлялось. Джордж обожал водить, и все еще обожает, но предпочитает просто ездить одному, глубокой ночью на гоночной трассе, чтобы никто не смог увидеть его.       Иногда, безумно редко, он уговаривал Ника на парный заезд; ничего официального, просто обычный проезд по прямой, и это был весь его опыт как гонщика. Однако, хоть и с недостатком опыта, он всегда побеждал его.       Блэйд всегда говорил ему, что это — его призвание: «Ты буквально рожден для заезда!», однако Джорджу никогда не хватало смелости записаться на официальную гонку.       Но когда пьяный в доски Бэд убеждал его поучаствовать, он просто не смог отказать ему… Решение было принято быстро, не задумываясь; хоть он и мог отказать своему другу. Фаунд рад, что не сделал этого.       Сделав тяжелый вздох, Техно продолжил печатать в часах. — Ты не должен идти туда, если не хочешь. В курсе, парень? — и все же Блэйд никогда не умел приободрить кого-то; прямо как сейчас.       Они так и стояли в тишине, пока очередь Джорджа становилась все короче и короче с каждой минутой. Хоть заезд был и простой, и он знал, где поднажать, а где притормозить, чтобы легко выиграть оппонентов, нервничать он не переставал.       Все это слишком официально… Словно потом это станет обязательством, от которого невозможно избавиться. — Джордж! — за их спинами послышался веселый голос. — Вот ты где! Тебя ждут в водительской зоне, ты идешь?       Он обернулся назад с небольшой улыбкой, раскачиваясь взад-вперед на носках, пытаясь подобрать слова. Бросив взгляд на Техно, он понял, что тот что-то увлеченно печатал по голо-клавиатуре и внимания не обратил. — Бэд, — Фаунд вздохнул, чуть оборачиваясь на трассу. — Я не уверен, смогу ли…       Улыбка старшего парня тут же потухла, а глаза наполнились тревогой. — Что ты имеешь в виду? — он тут же взял британца за руки в качестве поддержки. — Джордж, если кто и создан для гонки, так это ты.       Парень так и стоял около металлической перегородки, пытаясь игнорировать рев двигателей. — Джордж, пожалуйста… Всего один заезд, и, если ты не захочешь, тебе не нужно будет выезжать еще раз. Я знаю, как ты хочешь попробовать, — Бэд мягко потянул его за собой, замечая намек на улыбку, что появился на его лице.       Конечно, он хотел этого… — Пойдем, — прошептал старший, завлекая Фаунда. — Хотя бы пошли в водительскую зону? Может, ты передумаешь. Ты слишком много думаешь об этом.       И все же он последовал за Бэдом.       Зона водителей всегда отличалась от других, а для гонщика, который только в первый раз собирается встать на заезд, еще и чувствуется более волнительно. Джордж был здесь лишь однажды, когда они с Сапнапом пробрались сюда, но обнаружили себя чертовски глупо и чертовски быстро.       В воздухе висели запахи бензина и горящих покрышек, и, хоть и не самые приятные, но и знакомыми для него они так же не были. Он практически чувствовал любопытные взгляды механиков на себе, и от этого было еще более некомфортно. — Так Джордж все-таки участвует? — прошептал один из них.       Было тяжело сделать вид, что это его не затронуло.       Он стал смотреть, как следующие машины опускали на дорогу, а их водители выскользнули откуда-то из толпы и забрались внутрь, будучи безумно уверенными в себе и, очевидно, опытными; они ухмылялись на остальных гонщиков, стоящих в зоне и ждущих своей очереди.       После быстрой проверки они подъехали к стартовой линии, а лифт стал двигаться назад, дабы забрать следующую партию.       И так же опустит машину Джорджа… — Неплохая конструкция, правда? — сказал Бэд, вытаскивая из раздумий; очевидно, что он пытался отвлечь его от накручивания самого себя. — Интересный ход, чтобы доставлять машины на трассу.       Британец пожал плечами. — Ну да, круто, — ответил он, не особо интересуясь тем, что ему говорил старший.       Все больше и больше гонщиков срывались со старта вперед, и все больше Фаунд понимал, что его волнение превращалось в желание посоревноваться с ними. Смотря на то, как машины неслись вперед, он анализировал каждое их движение.       Если думать об этом сейчас, тогда это было несколько глупо — просчитывать действия на такой простой гонке, но это было тем, с чего он начал, и почему-то это серьезно отпечаталось в воспоминаниях Джорджа. — Посмотри-ка, а ты уже втянулся, — Хэйло потрепал его по плечу с гордой улыбкой. — Твой заезд следующий; все-таки поедешь, да?       Что-то темное мелькнуло в глазах Фаунда. — О да, — сказал он, возможно, даже слишком уверенно для новичка. — И планирую победить.       Как только он произнес это, его машину опустили к треку, его радость и гордость. Поправив очки на голове, Джордж уверенно ухмыльнулся Бэду и поспешил забраться в нее.       Интерьер его старенькой Nissan Maxima 2009 года заставил его улыбнуться. Это была его первая тачка, и даже сейчас он любит ее всем сердцем.       Фаунд взглянул вперед, и финишная полоса показалась ему тут же, маня к себе.       Он сделает это.       Организатор дал сигнал к началу, и обе машины — Джорджа и его противника — подъехали к стартовой линии. Брюнет даже не посмотрел на соперника, ему это не было интересно.       Для него были только он и трасса.       Голограмма начала отсчитывать секунды до начала, и, чем больше секунд проходило, тем больше Фаунд был уверен в том, что ему необходимо победить; он сцепил руки на руле, чуть хмуря брови, и безумно ухмыльнулся.       Может, он все же и рожден для этого.       Три… Два… Один…       Джордж резко вдавил педаль газа, срываясь с места. Все, что он слышал — рев его собственного двигателя, все, что чувствовал — запах собственных паленых покрышек и вкус победы на языке.       Гонка закончилась так же быстро, как и началась; он пересек финишную черту, даже не замечая восторженных криков его друзей и гудка, подтверждающего его победу.

***

— Задумался о чем-то? — Дрим садится рядом с ним, подавая бутылку воды; его голос звучит почти механически из-за эха в аэропорту.       Джордж качает головой, тихо благодаря его за воду. — Просто вспоминал кое-что.       Прислонившись плечом к плечу, блондин поворачивается к окну, глядя на очередной взлетающий самолет. — Расскажешь?       Тот чуть подпихивает Клэя, но тактильный контакт сохраняет. — Моя первая гонка, — тихо говорит он, — и что из нее вышло… до сих пор не верю.       Мимо них проходит группа туристов, и, по мнению Джорджа, они слишком громкие; это портит всю атмосферу аэропорта.       Впрочем, мягкий голос Дрима возвращает его в реальность. — Первые заезды всегда заставляют поволноваться, а смесь из тревоги и ожидания чуть ли не выводят из себя. А когда гонка завершается, еще несколько часов отходишь от адреналина, что нахлынул на тебя, — брюнет улыбается, отлично понимая, о чем идет речь. — Ты помнишь свою первую гонку? — спрашивает Джордж, чувствуя, как сердце наполняется щемящей ностальгией, и видит, что блондин чувствует себя так же — все написано на его лице. — Конечно, — Тэйкен поворачивается лицом к нему, чуть приближаясь. — Это был круг по трассе, что, как я понимаю сейчас, было абсолютно нелегальным заездом. Я проиграл, но это лишь подстегнуло меня оттачивать свои навыки; я практиковался, как только мог, чтобы стать лучше.       Он чуть приподнимает уголки губ, но даже так его улыбка выглядит чертовски тепло. — И, если честно, большей частью я делал это, надеясь, что когда-нибудь смогу впечатлить тебя. — Что ж, я впечатлен, — Фаунд поймал себя на мысли о том, что улыбается ему в ответ, чувствуя слезы, стоящие в глазах.       Думать о том, насколько далеко они зашли, сводит с ума; причем не только со дня их первой встречи, а еще и с их далекого, далекого прошлого. — Обещаю, я не заставлю тебя ждать слишком долго, — Джордж выпаливает эти слова, не задумываясь и удивляя даже себя.       Дрим удивленно приподнимает брови, но через пару секунд снова мягко смотрит на него. — Я знаю, Джордж, — шепчет он, нежность как слышится в его голосе, так и читается во взгляде. — Ты уже говорил мне об этом. — Просто хочу, чтобы ты знал, что я действительно имею это в виду.

***

      Часы Джорджа показывают половину одиннадцатого вечера, когда они садятся в самолет; его тело буквально умоляет об отдыхе. Ему никогда не нравились перелеты, но Дрим настоял на том, чтобы взять лучшие места, которые можно купить за деньги, надеясь, что полет будет более-менее терпимым.       Они будут в воздухе около шести часов, и Фаунд просто надеется, что за это время сможет хотя бы немного отдохнуть. — Готов увидеть мой дом? — усмехается блондин, залезая в зону, где они проведут весь свой полет.       Джордж чуть улыбается в ответ, немного неловко садясь на свое место. — Наверное.       Клэй убирает их ручную кладь в отсек сверху, и, кажется, ему более комфортно в их нынешней обстановке, чем британцу. — У меня все еще остался дом в Орландо, так что мы останемся там на всю неделю. Вообще, он действительно неплох, но, если хочешь больше личного пространства, я просто сниму тебе номер в отеле или… — Дрим, — перебивает его Фаунд, чуть улыбаясь, когда замечает, что тот напрягся. — Все будет в порядке, не переживай.       Он берет руку Джорджа в свою, чуть сжимая ее. — Прости, — Тэйкен вздыхает. — Я просто немного нервничаю.       Парень чуть гладит его под подбородком, спускаясь рукой к украшениям на шее; сейчас голограмма выключена за ненадобностью. — Да? По тебе не особо видно.       Дрим издает смешок. — Люди выражают свою тревогу по-разному, Джордж.       Брюнет предполагает, что он прав. — Как давно ты говорил с Бэдом… прости, я имел в виду, с Дэрилом?       Парень вздыхает, чуть приподнимая брови, проводя подсчеты в своей голове. — Последний раз, когда мы говорили, был в тот вечер, когда мы поругались, так что… — он делает паузу. — Около года назад, думаю?       Фаунд кивает, рассматривая его. — Наверное, будет странно снова увидеть его, да?       В этот раз кивает уже Дрим, грустно улыбаясь. — Думаю, да, — и звучит он несколько пораженно. — Возможно, он все еще ненавидит меня, или что-то вроде этого…       Джордж грустно смотрит на него. — Он никогда не таил долгих обид.       По крайней мере, он надеется на это…

***

      Они приземляются в Орландо около пяти утра.       Все утро проходит как в тумане: посадка, паспорта, проверка, багаж и, наконец-то, дорога. Если бы вы спросили Джорджа, что произошло в последние несколько часов, он бы точно не смог бы ответить вам на это.       Около восьми часов они наконец-то устраиваются в своем доме на эту неделю. Он прекрасный, и намного больше, чем дом брюнета в Сан-Франциско, хоть и стоит заброшенным; видно, что в нем (очевидно) никто не живет. — Хочешь поехать прямо сейчас? — спрашивает из другой комнаты Дрим. — Или все же немного отдохнешь?       Фаунд чуть приподнимается с дивана; хоть он и ужасно жесткий, каким-то образом парень смог устроиться на нем с комфортом. — Сейчас, — отвечает он без раздумий. — Можем поехать сейчас, пожалуйста?       Блондин, разумеется, лишь рад угодить ему.       На время пребывания во Флориде они арендовали машину, которая стоила Клэю больше, чем вся остальная поездка — McLaren 570S Spider. Тачка безумно хороша собой, но когда Джордж увидел чек за ее стоимость, валяющийся в бардачке, его ошарашенный вздох был почти комическим; и это был наглядный пример того, насколько все же Дрим богат.       Интерьер внутри до сих пор пахнет новой кожей, сиденья идеальной формы, а приборная панель полностью чиста от любой грязи и пыли.       Тэйкен садится на место водителя, Фаунд — на пассажирское, и они трогаются с места. — Квакити бы подошла подобная машина, — говорит брюнет, отвлекаясь от своих мыслей.       Дрим усмехается. — Из того, кто первый начал звать его так, ты превратился в того, кому стало это нравиться, не так ли? — Это забавно, — отвечает он, пожав плечами. — Вы, я смотрю, мало общаетесь, да?       Развернувшись, они заезжают в другой квартал. Обстановка здесь намного отличается от Сан-Франциско: одинаковые домики, идеально подстриженные газоны, одни и те же почтовые ящики, некоторые участки даже огорожены. Кажется, это более богатый квартал. — Люди сходятся и расходятся, полагаю, — он так и смотрит на дорогу. — Тем более что ты, Карл и Сапнап с радостью приняли его в свою компанию.       Парень тут же делает маленькую заметку в голове написать им чуть позже, а Клэй продолжает свою мысль. — На самом деле, это очень греет душу — видеть, как быстро вы поладили с ним; знаешь, старое переплетается с новым и все такое?       Он прослеживает в его словах параллелизм; кажется, сценарий повторится через несколько минут.       Но Тэйкену он об этом не говорит. — Да, понимаю.       Никто из них не говорит ни слова до конца поездки, а тихий рык мотора даже ненадолго отвлекает Джорджа от его забот. Пальцы блондина мягко стучат по рулю, а нога начинает чуть трястись по мере того, как они приближаются к месту назначения.       Машина медленно останавливается у одного из домов.       Сердце британца падает в пятки. — Что ж, — слова Клэя едва достигают его ушей, — мы на месте… — Думаю, да.       Между ними повисает тишина. — Готовься столько, сколько тебе нужно, — его тон моментально вытаскивает Фаунда из транса; реальность происходящего забирается под кожу, в вены, пропуская через себя.       Вздохнув, он вылезает из машины, не собираясь обдумывать это еще раз. Дрим же следует за ним.       Встав перед калиткой, блондин тянется к панели ввода, готовый ввести знакомые цифры, но Джордж останавливает его. — Подожди, — Тэйкен останавливается, поворачиваясь к нему с немым вопросом. — Могу. Могу я попробовать кое-что?       Он тут же отодвигается, внимательно наблюдая за тем, что делает брюнет; пальцы того порхают над клавиатурой и вводят свой же день рождения.       Калитка открывается. — Он не сменил его… — шепчет Фаунд на грани слышимости.       Дрим вопросительно приподнимает бровь. — Техно, Бэд и я, ну… Мы все ставили на свои дома пароль, которым был мой день рождения… И, кажется, оба из них все еще поддерживают эту традицию.       Он толкает калитку до того, как блондин успевает ответить; крыльцо так и манит его, привлекает к себе… Ничего сегодня не кажется реальным.       Клэй идет рядом с ним, пока они направляются к двери; чувствует, как все внутри него холодеет, а по спине бегут мурашки.       Правда, это почти сразу исчезает с первыми звуками голоса Джорджа. — Можешь нажать на звонок? Пожалуйста… — он прячется за Дримом. Тот берет британца за руку, заводя ее назад; в отличие от Фаунда, у него она теплая, греющая. — Ты уверен? — тихо спрашивает гонщик. — Уверен.       Его палец нажимает на кнопку звонка, и тишина, следующая за этим, разом падает Джорджу на плечи.       Изнутри дома слышатся шаги.       Он не может заставить себя взглянуть из-за чужого (чужого ли?) плеча.       Входная дверь открывается с тихим щелчком, и этот щелчок наверняка засядет в голове британца на оставшуюся жизнь. — Клэй…       Этот голос. — Что ты…       Взгляд мужчины падает с Тэйкена на брюнета, прячущегося за ним.       С его лица спадают все краски. — Джордж?