Семь кошмаров Аллена Уолкера.

Кошмар третий. Мама сделала из меня юною леди, отец – доброго человека, а судьба - мстительную сучку.(с) Толи меня окружают идиоты сдвинувшиеся по почве, затянувшейся войны, или я наконец-то смерился со своей участью и пополнил, ряди психически неуравновешенных людей, скрытых организацией именуемой Черным орденом. Один только учитель чего стоит, добавить еще и вечно угрюмого Канду, неадекватного и помешанного на своих исследованиях Смотрителя, плюс Неа в моей голове, так еще можно порадоваться, что я продержался так долго, претворяясь нормальным человеком. Но сейчас глядя на Линали, я даже боюсь предположить, что такого произошло, что милая, вечно всех поддерживающая девушка превратилась в нечто. - Ли… - начал, было, я, но запнулся. Сразу вспомнились предыдущие две встречи. Что-то сегодня много совпадений и желающих, решившие разделить мой единственный выходной. Или же я чем-то насолил Всевышнему, и он устроил мне личный Апокалипсис. Или это что-то другое, заставляет менять дни со скоростью света. - Какой сегодня день? – решил уточнить я для надежности, надеясь, что ответ на мой вопрос, даст хоть какие-то подсказки. Хотя единственный вопрос, который крутился сейчас в мой голове, был - да какого хрена здесь происходит? - День разврата, - выдала Линали, подходя ко мне близко и выуживая из-за спины кнут. – Поиграем Аллен-кун, - пропела девушка. Щелкнув натянутым кнутом, она провела по кожаной плетке кончиком языка. Неа в моей голове коротко охнул и хлопнулся в обморок. Судя по тонкой струйки крови из его носа, он отошел в мир обетованный и придается там разврату. Я, кажется, протрезвел, или же научился двигаться со скоростью света. Но, то, как я отполз в дальней угол коридора, продолжая сидеть на полу, осталось загадкой. - Аллен – кун, я столько игрушек накупила, - девушка продолжала надвигаться на меня, раскачивая бедрами, похлещи любой представительницы квартала Красных фонарей. – Вот смотри, - и она выудила из-за спины пушистые черные наручники, начиная их покручивать на указательном пальце. – Я доведу тебя до оргазма одним своим голосом. Неа все-таки решил вырваться из мира грез и фантазий. Так как после слов Линали он резко подскочил на ноги, и, вытирая тыльной сторонни ладони выступившую кровь, зарычал. - Давай мелкий педик, уступи мне свое тело во временное пользование, и свали на пару часиков. А я ведь не жадный посмотреть дам. – Взорвался Ной, и его золотистые глаза загорелись безумным пламенем страсти. – Сгинь. Изиде. Умри. - Лина… - я запнулся, наблюдая, как девушка, подошла ко мне впритык, утыкаясь носочком сапога в мое бедро. Кончик кнута скользнул по моей ключице, дальше по шее, задевая подбородок, тем самым вынуждая смотреть непосредственно в ее фиалковые глаза. - Моя госпожа, - выдала Линали тоном, не терпящим возражений, и мне осталось лишь закрыть рот, в то время как Неа свой открыл, и протяжно застонал, падая на колени. – Мм, что я с тобой сделаю, - глаза девушки опасно блеснули, и, схватив меня за шиворот, будто тряпичную куклу, она потянула меня по длинному коридору, в сторону своей комнаты. - Линали? - Протирая коридоры черного ордена своими штанами (любимыми, между прочим), и оставляя за собой протяжный след, дающий мне очередной раз убедиться, что тут хрен кто убирает, я решил попробовать договориться. Но в ответ девушка лишь остановилась, до треска сжимая пальцами воротник моей рубашки, и обернувшись, глянула на меня сверху вниз взглядом опытного маньяка. - Моя госпожа, - исправился я, судорожно сглатывая. И девушка довольно улыбнулась, от чего по моему телу пронеслось стадо бешеных мурашек. – Подумай о своем брате. Он же своими комуринами весь орден разнесет. - Но мы ведь ему не скажем, - после минутного молчания выдала Линали, присаживаясь передо мной на корточки. Тоненькие пальчики пианистки крепко сжали мое плече, и мне в очередной раз захотелось убежать. После такого взгляда, даже Неа, кажется, мою идею одобрил и притих. – Мы ведь тихо поиграем, правда? Ну, а если будешь кричать… Что ж будет, если это случиться, не захотелось узнавать ни мне, ни Неа. На все что осталось у меня сил, так это кивнуть, как согласие на молчание и обещание не делать глупостей. - Кроме того, - продолжила девушка, отпуская меня, - все, что надо от меня брату, так это кофе. Кофе, кофе, кофе, кофе. Всегда только и слышу: Линали принеси, пожалуйста, кофе?; может кофейку Линали?; твой кофе самый лучше, не заваришь ли ты нам; кофе быстро. И так каждый день, по двадцать раз. Я что золушка, что обязана всем готовить этот мерзкий напиток. Да если бы вы знали, как я его ненавижу, от одного запаха меня выворачивает наизнанку. Если еще раз, хоть кто-нибудь, хоть намеком, попросит меня сделать этот…. – а дальше Линали понесло. Щеки покрыл еще более лихорадочный румянец, пальцы впились в кнут, выкручивая его со всей силы, и предавая бедному предмету до сегодняшнего дня невиданные формы. Слушая ее причитания, запал Неа все больше угасал. А после очередного нецензурного выражения в сторону владельцев кофейных плантаций, Ной решил забить на все, и, махнув на это дело рукой, пошел придаваться самозабвению. Я же, опираясь подбородком на ладонь, вслушивался в очередное обвинение девушки, мысленно запоминая самые яркие выражения. Авось пригодиться, когда в очередной раз буду сориться с Кандой. Кстати о нем. Где эту волосатую скотину носит. Меня тут, между прочим, похищают, спаивают, пытаются изнасиловать, а ему все нипочем. Убью, если найду. - Линали, может тебе лучше поиграть с Лави, - прервал я девушку, потирая двумя пальцами переносицу. Господи, как же я устал. Теперь, идея с морем кажется такой заманчивой. – Я уверен у него больше опыта в этой сфере. Кроме того, вы вроде как встречаетесь. Да и я не свободен. Поверь, Муген в заднице, это не только звучит неприятно, но и жутко больно. А прочувствовать это во всей красе мне ой как не хочется, так что я пас… Я запнулся на полуслове, натыкаясь на распахнутые глаза экзорцистки, в которых засобирались слезы. Уголки ее губ дрогнули, и она опустила голову, пряча свое лицо за челкой. - Эта…скотина, - прохрипела Ли, упираясь ладонями в пол, - Он…Он…ДРЫХНЕТ!!!!! Теперь Линали уже ничего не сдерживало. Девушка рыдала во весь голос, размазывая непрошеные слезы, по щекам, и завывая на весь черный Орден. Если ее не остановить, то сейчас соберутся зеваки, желающие посмотреть, что в очередной раз натворил Аллен Уолкер. И вот тогда, мне уж точно не поздоровиться. - Линали, милая успокойся, - я схватил ее за плечи, встряхнув пару раз в надежде привести в чувства, но по ходу возвращаться в нормальное состояние девушка не спешила. - УУУУУУУУУУУУУУУУУ, - завыла Линали, так что у меня заложило уши. – Я …к нему…вот…в …этом,…а …он……ДРЫХНЕТ!!!! - Ну что ты, он ведь тоже человек, кроме того совмещает две должности, как экзорцист и книгочей, устает. - Нет…- Линали замотала головой, громко всхлипывая и впиваясь до боли пальцами в мои плечи, - он меня не хочет…. - Конечно, хочет, - кажется, у меня уже дергается глаз. - Нет, не хочет. – Настаивала девушка, с такой силой сжимая свои пальцы, что у меня аж выступили слезы. – Он приходит с задания и сразу заваливается спать. Обещает, что пересмотрит пару рукописей и пойдет со мной на свидание, но я опять застаю его заснувшим над очередной книжкой. Он спит везде, где только можно, при любой свободной минутке. А в последнее время часто его нахожу заснувшим ночью в туалете. -- Хм, Линали, а зачем ты посещаешь мужские туалеты? - Аллен это не важно. Главное то, что он меня совсем не любит... т– и девушка снова зарыдала. - Как я тебя понимаю, - я сам не заметил, как начал подвывать Линали. - Самое нежное, что я слышала в свою сторону это «Страйк». – От моего же и доброго слова не дождешься. - Если мы сидим с ним в кино, а рядом садится молоденькая девушка – он весь фильм только на нее и пялиться. - Аналогично, только он смотрит влюбленными глазами на свой Муген. - А у меня разбрасывает носки и не вешает одежду. - А мой заставляет соблюдать порядок, а я ведь мужик, мне тоже иногда хочется хаоса. - Он со мной почти не разговаривает. - Да мой орет так, что все окружающие его слышат. - Ни одного подарка от него за все время не получила. - А мой, а мой, представляешь, ночью рулит на кухню и ест конфеты и шоколад. А потом возвращается в постель, а утром искренне возмущается, кто съел конфеты и обертки от них на столе оставил. - Эмм Аллен, - Линали замолчала, с улыбкой рассматривая мое охваченное гневом лицо. – Ты ничего не путаешь, может, это ты ночью тыришь конфеты, а потом по-всему ордену ищешь воришку сладостей. - Может и я, - я взъерошил на затылке волосы, улыбаясь в ответ. - Ну, ладно, - Линали достала зеркальце, вытирая платочком красные глаза. – Иногда так приятно поговорить с кем-то, поделиться проблемами. Спасибо, что выслушал. - Ага, - я поднялся на ноги, протягивая руку девушке, наконец-то вернувшуюся в свой прежний облик. – Ты заходи ко мне, поболтаем. Мне иногда так одиноко. - Обязательно, - Линали улыбнулась еще шире, и, принимая мою помощь, поднялась на ноги. - Слушая Линали, может по кофейку с конфетами, - судя по опасному огоньку в глазах, я сморозил что-то лишнее. И только спустя мгновение, почувствовав лично на себе всю силу удара чистой силы Линали, я понял, что ветер в моей голове попутным не бывает. Спасительная темнота приняла меня в свои объятия. А напоследок мне подумалось, что кому–то Боженька даёт при рождении рученьки золотые... Кому–то головушку светлую... А кому–то жопоньку с приключениями. Надеюсь, мои приключения скоро подойдут к концу.