Меняющая реальность

      Впервые за долгое время Ланали проснулась со счастливой улыбкой на лице. Да, она в логове врага, опасность подстерегает на каждом шагу, и ей бы продумывать каждое своё действие дважды перед совершением. Но Лали ничего с собой поделать не могла и продолжала мечтательно улыбаться, смотря в потолок. Прошлая ночь с любимым стоила всех потраченных нервов. Теперь он всё знает и хотя бы с одним человеком Ланали может быть сама собой, не надевая маску.       Её тело ещё помнило прикосновения и поцелуи Макса, губы слегка припухли от долгих поцелуев. Лали сладко потянулась и тут же пискнула от боли. Травмированная нога напомнила о себе. Сейчас бы воспользоваться своей силой исцеления и дело с концом, однако нельзя было так рисковать. Вдруг вчера кто-то следил за её с Максом тренировкой. И если это так, явись она ко всем не прихрамывая, это вызовет лишние подозрения. Поэтому придётся немного пострадать и потерпеть боль.       Избегая резких движений, Ланали поднялась и начала собираться. Когда она была уже готова выйти из комнаты, в дверь постучали. Лали нахмурилась. Она никого не ждала ранним утром. Макс бы точно не пришёл за ней, он ещё в своём уме. И вероятно сегодня до ночи будет избегать её общества. С Аманой тоже никакой договорённости не было. Так кого же к ней принесло? Немного с опаской она пошла открывать, если будет мешкать, это точно покажется странным. Лали распахнула дверь именно в тот момент, когда стоявший за ней хотел постучать во второй раз. Парень, в котором Лали узнала Шейна, от неожиданности дёрнулся, так и замерев с занесенным кулаком.       — Я не ждала гостей, — вздёрнув бровь, нарушила тишину Ланали.       — Меня Синтестер прислал. Ты вроде как пострадала вчера на тренировке? А я лечить умею, — наконец опустив руку, ответил он.       Предположение подтвердилось. За ними вчера следили. Лали поджала губы. Шанс, что Синтестер интересуется каждым шагом Максимуса, возрастал. А что если её любимый ошибся, и Уорберг знает и про то, что он был у неё прошлой ночью. Макс в итоге ушёл, но всё же пробыл в её комнате достаточно долго. И как им это объяснить в случае чего? Они же не рассматривали варианты правдоподобной лжи. Её мысленные терзания прервал вопрос Шейна:       — Так что, помощь нужна?       — Да. Повредила ногу, — коротко ответила Лали.       — Тогда позволь пройти в комнату и сядь. Мне в коридоре неудобно будет тебя лечить.       Ланали пропустила Шейна внутрь. Села на кровать. Юноша развернул кресло и сел напротив.       — Ну, давай ногу, — явно чувствуя себя некомфортно, сказал он.       От того самоуверенного в себе шутника, что пытался напугать её в первый день, не осталось и следа. Сейчас Шейн выглядел смущённым и даже робким. Вот что значит первое впечатление обманчиво. И такой Шейн был даже милым, и Лали поняла, о чём говорила Амана. Она протянула ему больную ногу. Он аккуратно положил её себе на колени и накрыл руками. Чтобы сосредоточиться, Шейн прикрыл глаза, и спустя пару секунд из-под ладоней появилось белое мерцание.       Лали почувствовала, как боль начала уходить. Это радовало. В случае чего хоть сможет драться в полную силу и убежать, если придётся. Ну хотя бы попробовать это сделать, шанс на успешное спасение в случае, если её в чём-то заподозрили, был ничтожно мал. Шейн закончил лечение, и Лали сразу убрала ногу, чтобы больше не доставлять ему дискомфорт. Он без промедления поднялся с кресла и направился на выход.       — Там Амана завтрак приготовила, ты пойдёшь есть?       — Пойду, — направившись за ним следом, ответила Ланали. — Спасибо, что вылечил. Расскажу об этом Амане.       Шейн смутился, щёки залило румянцем при одном упоминании волшебницы. Он неловко взъерошил волосы, пряча свой взгляд, и, стараясь казаться не взволнованным, ответил:       — Это не обязательно.       Но Лали знала: обязательно. Амана ему точно была симпатична. И Шейн хотел бы, чтобы в её глазах он был хорошим парнем. До столовой они дошли молча. Лали ожидала, что там будут все завербованные Синтестером смешанные маги, но вопреки ожиданиям, кроме Аманы никого не было.       — Доброе утро, — поздоровалась она.       — Доброе, — отозвалась Ланали и Шейн.       — Остальные уже позавтракали, но я вам оставила по порции омлета с вялеными томатами и сыром, — ставя на стол две тарелки, с улыбкой сказала Амана.       Шейн и Лали сели за стол и принялись за еду. Шейн то и дело поглядывал на Аману, что мыла посуду. Лали держалась из последних сил, чтобы не начать улыбаться. За этим было очень мило наблюдать. А учитывая, что она знала, как сама волшебница отзывалась о Шейне, было понятно, что симпатия у пары взаимная. Однако, судя по их поведению, они дальше общения заходить боялись. Лали доела первой и понесла тарелку в раковину, бросив между делом:       — Я вчера ногу повредила на тренировке с Максимусом. А Шейн вылечил меня.       Сзади послышалось кашель. Шейн явно повернулся. Видимо совсем не ожидал, что Лали скажет об этом именно сейчас. Амана посмотрела на него с сияющими глазами.       — Ты такой молодец, что помог Майре.       Шейн смутился, но было видно, насколько ему приятна её похвала. Ланали ретировалась с кухни, оставив их одних. У неё было немного времени до очередной тренировки с Максом, которая теперь без сомнения пройдёт под наблюдением и нужно было предупредить об этом Макса. Она связалась с ним по безмолвной речи. И к моменту встречи в тренировочном зале Макс был в курсе всех обстоятельств.       Он вновь надел маску безразличия, как и Лали. Хотя ей очень хотелось улыбнуться ему, обнять, прижаться к широкой груди. Но было нельзя. В этот раз всё прошло без травм. Лали всё также играла роль новичка, но уже позволила себе пару неловких атак в ответ. Вымотанные долгим спаррингом они разошлись, зная, что встретятся ночью. Но увидеться вновь им довелось куда раньше запланированного. В дверь комнаты Лали снова постучали, и на пороге был смешанный маг, имени которого она не запомнила. Она вздёрнула бровь, поинтересовавшись:       — Что-то случилось?       — Тебя просил зайти к себе Синтестер.       Сердце камнем ухнуло вниз. Ланали еле сдержалась, чтобы не задрожать от накатившей паники. Зачем она ему понадобилась? Мозг стал анализировать все совершенные действия и искать где она могла допустить ошибку. Ноги отказывались сделать, хоть шаг. Но не пойти она не могла. Поэтому лишь кивнула и направилась по коридорам вслед за юношей. Каждый шаг отдавался бешеным пульсом в висках. А инстинкт самосохранения твердил бежать прочь.       Комната Синтестера находилась на третьем этаже, и кроме неё там ничего не было. Видимо он предпочитал уединение. Когда после стука в дверь послышался властный голос с приглашением войти, юноша открыл дверь и попрощался с Ланали. Волнение накатило новой волной. Она будет там одна. Сжав руки в кулак так, что ногти до боли впились в ладони, Ланали переступила порог. И всё её тело похолодело от ужаса, когда она увидела в комнате Синтестера Макса.       «Он узнал. Точно узнал. Нам конец!» — кричали мысли у неё в голове.       — Майра, добрый вечер.       — Добрый вечер, Уорберг, — стараясь, чтобы голос не дрожал, ответила она.       — Я думаю уже пора вас познакомить как полагается, — сказал Синтестер, указав на Макса.       — Максимус тренирует меня по вашему указанию. Я уже знаю, что он ваш сын.       — Ну это и не секрет. Об этом все знают, и скрывать данный факт я не пытался. Но знаешь ли ты, Майра, что для Макса ты не просто ещё один маг в команде?       Если до этого Ланали боялась, то всё это было цветочками. После этих слов Синтестера тело стало тяжёлым, как камень, а сердце в груди зашлось раненой птицей. Зато её шок выглядел, как искреннее удивление. Макс тоже был ошарашен и еле выдавил из себя:       — О чём ты говоришь?       Видимо в его голове крутились схожие мысли, что и у Ланали, потому что было видно, как напряглось его тело. А ведь у них почти получилось сбежать. Каких-то пары часов не хватило. Неужели это конец?       — Майра твоя кузина, Максимус, — меж тем ответил Синтестер.       — Что? — в унисон ахнули Макс и Лали.       Эта новость дарила и облегчение и полнейший шок. Они не рассекречены, но как это кузина? Уорберг басисто рассмеялся. И сейчас впервые за всё время был похож на обычного мужчину средних лет, которому весело, нежели на могущественного волшебника. Но когда он отсмеялся и заговорил, ощущение лёгкости пропало. В его глазах вспыхнул дикий огонь.       — Майра, я обещал тебе, что дам ответы, кто ты и для чего была создана. Так вот, ты не простая волшебница, и дело тут не только в смешанной крови. Ты моя племянница. А твой отец мой брат, который сидит во главе Совета. Во главе тех, кто изгнал твою мать. Впрочем, как и мать моего сына. А ты всё упрямишься, не разделяя моих взглядов, — перевёл взгляд Уорберг на Макса. — А они заставили их забыть вас и скончаться в мире людей слабыми и потерянным. Аспер никак этому не помешал, хотя клялся Гвиневре в любви. А меня лично заставили предать их забвению. За то, что они не разделяли взглядов Совета, а мои наоборот поддерживали. Поэтому в решающий момент они приняли мою сторону, за что и поплатились. И вот я нашёл тебя и сына. Открыл вам глаза на происходящее. Ты будешь моим козырем в рукаве, Майра. Брат будет шокирован этой правдой. И это сыграет нам на руку в решающей битве.       После того, как Синтестер закончил свой монолог, повисла долгая пауза. Макс явно пребывал в шоке, уставившись на отца. А у Ланали в голове был ворох мыслей. Она умудрилась поменяться местами с кузиной Макса, тем самым лишив Синтестера по его же словам козыря в рукаве. Теперь ей с Максом точно нужно бежать без промедления. Зная всю это вскрывшуюся правду, теперь удача на их стороне. И в решающем противостоянии есть все шансы на победу. Для Синтестера наверняка станет ударом их побег, когда он поймёт по следу энергии, как они выбрались. Его обуяют эмоции, и в этом состоянии он может поспешить и пойти на риски, и тем самым допустить ошибки и проиграть. Пауза затянулась, и Синтестер определённо ждал реакции на свои слова. Ланали быстро проанализировала, как бы повела себя Майра, узнай так преподнесённую информацию. Ведь Уорберг перевернул всё в свою пользу.       — Я хочу увидеть его страдания! — гневно процедила сквозь зубы Ланали.       И это была именно та реакция, которой ждал Синтестер. Он встал со своего кресла, зловещая улыбка озарила лицо. Он явно ликовал. Верил в своё превосходство. И сейчас был похож на безумца, готового совершить свою месть.       — И ты это получишь, дорогая. Аспер будет уничтожен. А у тебя будет семья и власть, которой ты достойна.       Уорберг подошёл к Максу, похлопал по плечу, выводя того из оцепенения.       — Проводи кузину и возвращайся, у меня есть для тебя поручение.       Максимус лишь кивнул, так и не проронив ни слова. Когда они с Лали вышли из комнаты Синтестера и отошли на безопасное расстояние, Макс огляделся, убедившись, что они одни, и тихо сказал лишь одно слово:       — Сегодня.       Ланали всё поняла, ведь хотела сказать ему то же самое. Медлить больше недопустимо. Выбираться из логова Синтестера необходимо немедленно. Поэтому она дважды моргнула, давая понять, что поняла, о чём речь. Оказавшись у себя в комнате, Лали заперла дверь на ключ и сразу связалась с отцом. Не давая ему вставить хоть реплику, выпалила поток полученной информации. Отец долго молчал. Лали даже немного забеспокоилась, но именно в этот момент он отозвался в её сознании:       «Вам нужно выбираться оттуда».       «Знаю. Мы уйдём сегодня».       «Дочка, будь осторожна!»       «Буду. У меня нет права на ошибку. Сейчас самый подходящий момент».       «Как только окажетесь за пределами убежища Синтестера, сообщи мне. Мы вытащим вас порталом!»       «Договорились, папа. До скорой встречи!»       «До скорой встречи, родная», — отозвался отец, и связь прервалась.       Пока Макс занят каким-то поручением Синтестера, Ланали решила рискнуть. Она хотела забрать с собой Аману и Шейна. В её душе теплилась надежда, что расскажи она, как на самом деле обстоят дела, они пойдут с ней. Но был и риск, что она ошиблась на их счёт, тогда времени на планирование побега совсем не останется. Взвесив все «за» и «против», Ланали всё же решилась найти ребят. Если не согласятся, обезвредит их, найдёт Макса и сбежит. Но если они скажут «да», это ещё больше усугубит положение Синтестера. А значит игра стоит свеч.       Лали нашла Аману в общем зале. Та как раз разговаривала с Шейном. По-хорошему, Ланали бы поговорить сначала с девушкой, а потом в случае успеха уговорить вдвоём с Шейном. Да и при плохом исходе обезвредить Аману будет проще, чем двоих. Но время стремительно приближалось к закату и была большая вероятность, что Ланали попросту не успеет рассказать всю необходимую информацию дважды. А догадка, что Амана без Шейна не уйдёт, плотно поселилась в её голове. Поэтому Ланали ничего не оставалось, кроме как положиться на своё чутьё и удачу.       — Мы можем поговорить? — без вступлений начала Лали.       — Да, конечно, — немного растерянно ответила волшебница.       — Вы говорите, а я пойду, — подумав, что Майра обращается к Амане, сказал Шейн и уже намеревался отойти от девушек, когда Лали его остановила.       — Я хочу поговорить с вами обоими. Только не здесь, пойдёмте со мной, — уже тише добавила она.       В зале помимо них были ещё и другие смешанные маги, а лишние свидетели в разговоре им не нужны. С двумя справиться Лали сможет, а вот с десятком уже точно нет. Да и вспоминая, как все были воодушевлены недавней речью Синтестера, переманить остальных на свою сторону она не сможет.       Шейн и Амана немного растерянно пожали плечами, но вышли вслед за Ланали. Она привела их в свою комнату, запустила внутрь и заперлась.       — Майра, ты ведёшь себя странно, — сказала Амана, с нотками тревоги в голосе.       — Пообещайте мне, что выслушаете меня до конца, — попросила Ланали, заглянув им в глаза.       — Что случилось?       — Сначала пообещайте. Оба! — Потребовала Лали.       — Обещаю, — первым отозвался Шейн.       — Обещаю, — вторила ему Амана.       Ланали сделала глубокий вдох и заговорила. Она рассказала ребятам всё. Про то, кто она, как оказалась здесь. Про программное сражения с Синтестером. Как видела трупы людей, из которых он выкачал всю жизненную силу. Как рассуждал про них. Про отца и Аспера, что готовят переворот и отмену запрета смешанных. О своей команде. И напоследок, что она с Максом собирается бежать и зовёт их с собой. Они слушали не перебивая, как и обещали. На их лицах менялись эмоции от удивления до ужаса. Но ни Шейн, ни Амана не начали бить тревогу и звать на помощь, чтобы сдать Ланали, а значит она не ошиблась на их счёт. Обрушив на ребят шквал информации, Лали замолчала. Шейн и Амана смотрели на неё широко раскрытыми глазами, стоя без движения. Первым из оцепенения вышел юноша. Он практически рухнул на кровать и тихо проговорил себе под нос:       — Ну и дела…       Это привело в чувства и девушку. Амана обратилась к Ланали:       — Майр… то есть, Ланали, выходит, мы лишь пушечное мясо для Синтестера?       — К сожалению, это так. Но я обещаю, если вы пойдёте со мной, я не дам вас в обиду. Настоящая Майра уже с моим отцом и Аспером, и ей ничего не угрожает.       — Но как ты можешь это обещать? Мы смешанные маги, и закон до сих пор действует. Что, если мы пойдём с тобой, и нас предадут забвению?       — Этому не бывать. Я такая же, как вы. Тоже смешанная. Есть амулеты, способные скрыть принадлежность до тех пор, пока закон не отменят.       — А ты уверена, что его отменят?       — Я верю в это всем сердцем! Мы не опасны. Мы не Синтестер и не хотим причинять людям вред.       Амана села рядом с Шейном, что всё это время держался за голову. Коснулась его руки, призывая посмотреть на себя.       — Что ты думаешь?       — Я в растерянности, — честно признался он, посмотрев на неё.       Амана, видимо решив, что больше скрывать свою симпатию нет смысла, погладила его запястье, заливаясь румянцем. Шейн тоже смутился, но не отстранился. Свободно ладонью он накрыл руку Аманы, тем самым показывая свою симпатию к ней.       — Я не хочу, чтобы ты пострадала. И если нас могут защитить, я готов уйти.       — Это взаимно, — мило улыбнулась она ему, а затем уже серьёзно посмотрела на Лали. — Мы с тобой. Что нужно делать?       Ланали выдохнуть с облегчением. Интуиция её не подвела. Она спасёт ещё двоих и лишит Синтестера преимущества.       — Дожидаемся ночи и выбираемся отсюда. Мы с Максом придём за вами. Будьте вместе до этого момента.       Амана и Шейн, полные решимости, кивнули. На этом они и попрощались. В голову Ланали пришла идея, как ещё больше подорвать авторитет Синтестера. Она села за стол, взяла лист бумаги и ручку и принялась писать послание. В нём она изложила, как на самом деле обстоят дела, вкратце пересказала всё, что рассказала Амане и Шейну. Когда она закончила, произнесла заклинание умножения «Multiplicatio», и на столе оказалось нужное число копий. По одной на каждого смешанного юного мага.       После этого Лали послала Максу сообщение по безмолвной речи, поинтересовавшись, всё ли в порядке. Он сообщил, что Синтестер отправился за двумя последними магами, и в убежище осталось всего двое взрослых магов. И ещё сказал Лали, что придёт к ней после полуночи. Оставались считанные часы до их побега. И обстоятельства складывались на удивление гладко. Это-то и напрягало Ланали. В сердце что-то скребло и не позволяло расслабиться. И этой тревоге было подтверждение, когда Максимус вошёл в её комнату с полными печали глазами.       — Почему ты на меня так смотришь?       — Маленькая, — тяжело вздохнул Макс, подошёл к ней и крепко стиснул в своих объятиях. — Я не смогу сбежать. Но ты уходи.       — Что? Нет! — вырываясь из его хватки, чуть ли не прокричала Ланали.       Макс отпустил её. Задрал рукав рубашки и показал свежую ещё кровоточащую метку, с незнакомыми символами, на коже.       — Это клеймо, как навигатор. Синтестер поставил его сегодня, чтобы всегда знать, где я нахожусь.       Ланали неотрывно смотрела на израненную руку любимого. На глаза навернулись слезы. Сердце разрывалось на части. Она не готова была вот так вот просто сдаться! Только не сейчас, когда они в шаге от того, чтобы сбежать из этого проклятого места. В голове всплыл образ отца, и Ланали ухватилась за него, как за соломинку, что может вытащить её и Макса из этой трясины. Она прикрыла глаза и послала отцу своё сообщение. И хоть безмолвная речь не умела передавать эмоции, в её словах был настоящий крик о помощи. Отец отозвался почти моментально.       «Опиши мне в мельчайших деталях метку Максимуса».       Ланали взяла руку любимого и принялась внимательно всматриваться в каждую деталь, пересказывая всё отцу. Макс понял, что она делает, и не отвлекал, ожидая вердикта. Прошло около десяти минут напряжённой тишины. Ланали стёрла проступивший на лбу от напряжения пот и наконец-то заговорила:       — У меня есть две новости, хорошая и плохая.       Макс уже хотел что-то вставить, но она подняла руку в предупреждающем жесте и продолжала:       — Метку не убрать. Она сама исчезнет, когда смерть настигнет поставившего её. И это плохая новость. Но отец и Аспер знают, как обмануть её, запутать следы. И найти тебя будет практически невозможно. Поэтому мы уходим вместе, — в этот момент Лали посмотрела прямо в глаза возлюбленному. — Я не отпущу тебя, даже не надейся. Мы со всем справимся.       — Моя нежная девочка, — заключая её в объятия, прошептал Макс и поцеловал в макушку.       Ланали обняла его в ответ, уткнувшись носом в грудь, и позволила себе минутную заминку в тишине. После этого она рассказала Максу про послания, что подготовила, и про то, что Амана и Шейн идут с ними. Макс удивился этим новостям, но похвалил Лали за находчивость, умолчав о том, что она рисковала. Ведь всё получилось, и тогда зачем лишние разговоры об этом.       Наступила полночь. Макс и Лали доставили послания каждому смешанному, подсунув под дверь. Встретились с Аманой и Шейном в коридоре первого этажа недалеко от кухни. Тихой поступью они подошли к входной двери. Открыли её и увидели защитный барьер, что не позволял выбраться наружу. Ланали вынула из-за пазухи клинок разрушения материи. Металл сверкнул серебром, словно на него попал солнечный свет. Лали сосредоточилась и чётко проговорила активирующее заклинание:       — Et quare hoc prohibuit! — и воткнула лезвие в магический барьер.       Еле заметное мерцание воздуха вспыхнуло алым цветом, по поверхности пошла рябь. Клинок сработал. И Ланали резким движением рванула его вниз, прорезая им проход. Показались очертания знакомой пещеры. Шейн и Амана пошли первыми. Они включили фонарики и направились на поиски выхода. Ланали взяла Макса за руку, крепко сжимая.       — Всё будет хорошо.       Он сжал её ладонь, и они шагнул в темноту пещеры, покидая клетку, в которой были заперты. Стоило им оказаться за закрытой дверью, как руку Макса обожгло острой болью.       — Он знает. Клеймо сработало, — процедил сквозь зубы Максимус.       — Ничего. Нам хватит времени выбраться. Синтестер не бросит вербовку, — подбодрила его Лали.       Они ускорились и уже через пару минут нагнали Шейна и Аману. Ребята стояли в полной растерянности, уставившись на мощные струи водопада.       — Мы не знаем заклинания, которое помогло бы преодолеть эту преграду, — чуть ли не плача, сказала Амана.       — Зато я знаю, — ответила Ланали и уверенно шагнула вперёд. — Revelare occulta!       Она внимательно следила за Синтестером в тот раз и запомнила заклинания. А потом записала его, как выдалась возможность, точно зная, что оно ещё пригодится. Стихия послушно поддалась заклинанию и разделила водопад надвое, давая ребятам спокойно выбраться за его пределы. А дальше они побежали со всех ног. Так быстро как могли. На максимуме своих возможностей, превозмогая сбившееся дыхание и резь в боку. До тех пор, пока не увидели очертания небольшой деревни и табличку с её названием. Без промедления Ланали связалась с отцом и назвала место, где они находятся. Прошло не больше пяти минут перед тем, как открылся портал. Корвин с Аспером наполовину вышли из него, поторапливая ребят.       — Быстрее сюда!       — Папа, это… — начала объяснять Лали.       — Всё потом! Главное убраться отсюда как можно скорее! — прервал её Корвин.       Аспер увёл Аману у Шейна. Ланали и Макс уже подошли к Корвину и готовы были шагнуть в портал, как услышали ледяной как сталь голос Уорберга:       — Ты выбрал неверный путь, сын. Теперь не жди пощады. Я убью всех, кто тебе дорог, и заставлю смотреть на это. А твоё клеймо приведёт меня к тебе намного быстрее, чем ты думаешь. И Корвин тебе не поможет.       Макс оцепенел. Встал, как вкопанный, смотря на Синтестера. Тот даже не пытался как-то его задержать. Он уже для себя всё решил. Теперь для него важно лишь выполнить данное только что обещание и даже умоляй Макс его о прощении и клянись в верности, своего решения он не отменит. Именно это читалось в глазах Уорберга. И сейчас он был готов отпустить Макса, чтобы позже насладиться страхом, что непременно будет расти с каждой минутой в ожидании его появления.       Ланали уже скрылась в мерцающем голубом свете и не могла видеть то, что лицезрели Максимус с отцом. Корвину пришлось рвануть Макса на себя, чтобы затащить в портал. Они рухнули на пол штаба. Вся команда сбежалась на шум. Ребята окружили незваных гостей, уставившись неверящим взглядом на появившихся Макса и Ланали. Никто не решался нарушить наступившую тишину.       Побег удался. Макс и Ланали дома. Но это явно был ещё не конец. И по лицу побледневшего Макса, поднявшегося с пола, все понимали, праздновать победу было рано. Главное сражение ещё впереди, и кто выйдет победителем большой вопрос.