Опасная зона

      Сидя в пикапе Лин нехотя рассказал новому знакомому про свои последние приключения, обрывая фразы натужными всхлипами. Все же старую машину подкидывало и трясло, что он был согласен пешком бежать, а не ехать. От Цзиньи исходило тепло. Так удобно было вдвоем сидеть на носилках. Лин пытался по началу сесть прямо, отстраниться от поддержки, но получив серьёзный взгляд в свою сторону и заковыристый хмык от Цзиньи с намеком, что Лин-стесняшка, угомонился, оперся плечом на грудь парня и уложил назад голову. Голова Лина от тряски покачивалась, иногда касаясь щекой щеки практиканта. Цзиньи тихонько посмеивался над выражениями Лина, узнал для себя пару новых слов, не все из них были цензурными и просто наслаждался соседством сверстника. Вот точно, как чувствовал. Интересное сегодня случилось! Оказалось дядюшка Лянь подобрал чужие мешки на месте их стоянки и положил на место рядом с водительским. За мешками запрыгнул доберман, не огрызаясь на посторонних. «Умный пес» — Сука, — поправил Цзинь Лин, когда Цзинъи высказал свою мысль вслух, увидев над перегородкой хэкающую морду собаки. — Это Принцесса. — Ха-ха! — Не смейся… ой… я не шучу! Ее действительно так зовут. Принцесса свистела носом, оглядываясь, словно разыскивая еще одного человека. — …и вот, дядя усадил меня к себе, а его друзья сели на спарк. Мой спарк! ****! Лин схватился за голову подрываясь с места. Цзинъи слушал внимательно. Из торопливой речи взахлеб понял не мало, но еще больше нафантазировал. В Шудуне оказывается есть подпольные злодеи! Дядя Лина и два брата, как «Шерлок Холмс» и «Ватсон» пошли по следам злодея Мориарти! А тот, заметив погоню подорвал башню, чтоб замести следы. Лин, как старший «помощник Лом» присматривал за собакой Баскервилей. Последнюю фразу Лина он не понял, с сочувствием погладив по спине парня, но уточнять, кто такой «спарк» не стал. Может быть это конь? Он их на картинке видел. На них раньше ездили шерифы в Америке. Конечно потерять такого было жаль. Лянь тормознул у входа в приемную отца, высадил ребят и сумки с собакой, сославшись на какую то необходимость умчался дальше. Цзинъи помог Лину затащить вещи в помещение. Странное дело, но отца на месте не оказалось. — Располагайся, — щедро предложил он, разводя руками. — Мг, — отозвался печально Лин, — я только один круг на нем сделал… Цзинъи убеждался все больше, что речь о коне. — Не грусти. Вот уляжется тревога и сбежим поищем твоего Спарка. Лин скептично хмыкнул, стал осматриваться, прошелся вдоль полок с банками из каких то настоек, заглянул за ширму. — Руки мой, — посоветовал Цзинъи. Лин их вымыл и даже лицо. Водичка тут была теплее и чище. — Ты что работаешь тут? — Ага. С отцом. Но он куда то делся. Сейчас… садись. Пока Лин мылся, Цзинъи разыскал в шкафчике мазь от синяков. Усадив «пациента» заставил раздеться, начал смазывать все, что нашел на груди и спине Лина. Тот шипел и дергался больше от холодной мази, чем от боли. Места, осторожно обмазанные новым другом, слегка щипало. Все таки Цзинъи был весьма осторожен, чувствовалась практика. Легкими касаниями его пальцы порхали по коже. Вертясь вокруг паренька на табуретке тот приговаривал. — Потерпи, вот тут немного осталось и тут. Под конец Инъи потянулся к скуле Лина, потерев пальцами совсем незначительный след пощечины, посматривая Лину в глаза. Лин вдруг покраснел, отвел взгляд, стараясь не шевелиться. — Ну все, теперь ты красавчик, — улыбнулся Цзинъи и быстро чмокнул сухими губами другую щечку Лина. Лин опешил, приоткрыл рот, не зная, что сказать и тут снаружи раздалась канонада взрывов, избавившая ребят от неловкой ситуации. Оба с напуганными лицами притихли, глядя в сторону окон. — Одевайся! Цзинъи бросил Лину его одежду, метнулся в одну сторону, в другую, словно что то забыл и разыскивал. Так и оказалось. Сумка отца, тяжелый объемный саквояж с самым необходимым отсутствовал! Отец мог уйти с ним только в одно место. Самое надежное в Шудуне. В бомбоубежище. Удостоверившись в своей догадке «дедуктивным методом» Цзинъи схватил одевшегося Лина за руку и потянул на выход. — Бежим! Принцесса, до сих пор мирно валяющаяся на полу, подскакивала вокруг ребят и гавкала на окна. Лин уперся в пол, сопротивляясь энергии парня, но у него это плохо получалось. — Куда?! Меня дядя будет искать! — Туда, где он тебя точно найдет. живым! — задыхаясь от усилий на бегу с балластом в виде Лина, произнес Цзинъи и вытащил парня на улицу. Новые взрывы были совсем не похожи на первый. Дымные столбы со всех сторон окружали город, поднимаясь в воздух и делая сумрачным солнечный день. Люди, те, редкие, которых первый взрыв не напугал, метались от дома к дому, бежали по улице с тачками и узлами в руках. Все в одну сторону. А главное: не было слышно сирены! Что то пошло не так. Случилось на столько масштабное, что фантазия Цзинъи спасовала. — Это. это что это? — растерялся Лин, вертя башкой во все стороны. — Это мы устраиваем по четвергам, — буднично отозвался Цзинъи потянув Лина к бомбоубежищу, — парад в честь зомби, скоро почетные гости пожалуют. Шевели ногами! Они бежали на восток вдоль главной площади к большому зданию администрации. С обратной стороны был вход на подземную стоянку, в худшие времена становившуюся местным убежищем. Там уже где собиралась толпа обеспокоенных людей. — Что ты творите! Пропустите нас! Это произвол! Простые жители Шудуна в основном старики и женщины: небогатые бакалейщики, мастеровые, фермеры. Толкая впереди себя тачки и полезный скарб, пытались прорваться сквозь строй чистеньких ухоженных солдат гарнизона. Не всех отправили защищать пролом. Осталась элита, знающая себе цену. За долгое время узаконенного беззакония, больше не было срочной службы. Ни призыва военнообязанных по возрасту. Военные, бывшие и новоявленные, пристроившиеся к удобной кормушке, образовали свою касту, используя силу оружия якобы в законных целях, не забывая о себе любимых. С другой стороны, эти люди действительно рисковали, сопровождая караваны, охраняя город и наводя хоть какой то порядок среди пришлого сброда. — Отойдите! Не шуметь! Сейчас подойдет командующий, он всех пропустит. Места хватит. — успокаивал людей какой то офицер напротив цепочки стоящих плечом к плечу солдат. Те перекрыли собственными телами ворота убежища, сцепившись локтями с друг другом, а за ними вторым рядом обороны стояли вооруженные, поднявшие карабины на плечо и направляющие их в спины сослуживцев и простых людей. — Когда он придет! Пропустите нас! Уроды! — Да! Вы ждете, когда появятся мертвецы и сожрут нас! Навались! Все вместе! Тут женщины! Дети! Пустите детей! Из толпы доносились крики. Задние ряды напирали на передних. Впереди перед солдатами оказались самые крепкие мужики. Буквально в метре от оцепления, лицом к лицу с такими же людьми одетыми в военную форму. Те, что держали строй, не пропуская людей, считали, что выполняют свой долг, следуя приказам. А другие, что имеют право пользоваться укрытием, как жители города, исправно приносящие дань в комендатуру. Цзинъи притормозил бег, изучая людей. Отца тут быть не могло. Судя по постоянно пополняющейся новыми беженцами толпе, она образовалась тут недавно, после повторных взрывов. — Сюда, за мной. — коротко бросил он за спину и вид у него был натурально встревоженным и сосредоточенным. Они побежали вокруг здания. Мимо пустующей кабинки дежурного вошли в мэрию с парадного входа. Все выглядело опустевшим. Какие то бумаги, пустые коробки и мешки валялись прямо посреди коридора и на лестницах. Двери в кабинеты распахнуты. Шкафы и сейфы открыты. Выглядело, словно на администрацию мародеры напали и навели тут приличный шмон. «А быстро они» — Цзинъи догадался, что такое нельзя было натворить сразу после вторых взрывов. Чтоб забрать все ценное и полностью опустошить все здание нужно было время примерно с момента когда его отец отправил на скорой. Отец тоже знал, что будет эта стихийная эвакуация! А ему не сказал! Как же так?! — Что здесь произошло? — тихо спросил Лин. За ним, цокая по треснувшему полу когтями бежала Принцесса. — Все ушли.- пожал плечами Цзинъи, скрывая на сколько он огорчен недоверием отца. Они свернули с центрального холла в сторону, добежали до конца корридора, а там начиналась лестничная площадка, уходящая вверх и вниз, в подвал здания. Оттуда доносился шум, стоящий у ворот подземной стоянки и новые голоса, более спокойные. Они с Лином и собакой сбежали вниз по ступеням. — Куда! Стоять! На них накричал солдат у приоткрытых дверей, направив на парней автомат. Оружие мелко подрагивало в его руках. Чуть старше, чем Цзинъи юноша в чистенькой форме дрожал от страха. Цзинъи задвинул Лина за спину, выставив перед собой ладонь. — Спокойно. Я ищу доктора. Он мой отец. Ты же Сянь Ли? Помнишь, ты приходил к нам в больницу? Я тебя помню. Не бойся, мы с миром. — тихо приговаривая, Цзинъи шаг за шагом подходил ближе. Но когда его рука легла на автомат, парень дернулся. — Я сказал нельзя! — крикнул он, вырывая из руки Цзинъи оружие. Тот с облегчением заметил, что автомат без обоймы. — Цзинъи! — раздался голос отца из-за дверей. Они распахнулись и его отец сам выбежал на площадку, обнимая сына. Высокий, совсем седой, но по моложавому выглядевший мужчина, тискал Цзинъи, словно они не расставались на час, а на годы. — Ты цел! Я волновался. — Все в порядке, отец. Я ж не маленький, помнишь? — Прости, что… не предупредил. Я… запамятовал. Это был один из редких случаев когда Цзинъи старший врал. Он не любил врать, как образованный человек, и учил сына, что правда всегда лучше. Конечно, отец согласился, что от выдумки и фантазии тоже есть польза, но в меру и по обстоятельствам. А сейчас он неуверенно подбирал слова, не зная, как донести до сына нелицеприятные обстоятельства с предусмотрительной эвакуацией руководящих лиц города. Его позвали в приказном порядке, в большой секретности, как единственного врача. — Ты привел друга? — Это Цзинь Лин. У него дядя герой! Капитан и дерется сейчас у разлома! — торжественно объявил Цзинъи. Отец дал ему свое имя и со временем все стали старшего называть просто Доктором, а малыша по имени. Они вместе, провожаемые Доктором вошли в подземную часть здания. Тут оказались все люди из администрации и высшие чины военных. Сидели, стояли, нервно переговаривались, что то носили в машины, складывали. В общем какая то деловитая суета. Цзинъи удивился, что командующий здесь, а офицер на входе в убежище убеждал людей, что его тут нет. — Очень хорошо. Молодой человек, вы позволите мне переговорить с моим сыном? — Доктор вежливо обратился к Лину, а потом не ожидая ответа, увел Цзинъи в сторону. Цзинъи успокаивающе подмигнул Лину, потянулся за отцом. К нему вернулось бодрое расположение духа. Все будет хорошо. Отец рядом и обо всем позаботится. — Сынок, — обратился к нему тихо отец, взяв обоими руками за плечи, поворачивая к себе и наклоняясь к самому лицу Инъи. — Я хочу, чтоб ты уехал с кем-нибудь из Шудуна — Как? Нет, отец! — Не перебивай, дослушай меня до конца. Нужно чтоб ты уехал без меня, — голос Доктора в конце дрогнул. Он замолчал, оглядываясь, как Цзинъи показалось, с опаской. Ну почему? Зачем? Эти вопросы сразу же появились на лице Цзинъи, а в глазах проступили непрошенные слезы. Он никогда не оставался один. Не представлял себе, какого это быть без отца. Ведь ему же ничего не могло угрожать? Его все любили и уважали. Власти так вообще на особом счету держали, задабривали. — Ты может быть меня не поймешь и осудишь. — Отец, я никогда!!!.. — Тссс… тише. Тот дядя. Родственник мальчика, как считаешь, человек хороший? Цзинъи кусая губы задумался, вспоминая харизматичную фигуру мужчины на байке. По рассказам Лина, можно было только гордиться таким человеком. Он уверенно кивнул. — Вот и отлично! Отец слегка потряс сына за плечи. — Все образуется сынок. Ты знаешь, хорошему человеку всегда найдется в жизни место. Помни, чему я тебя учил. Отец горячо стиснул Цзинъи в объятьях. А тот всхлипнул, глотая слезы, утыкаясь отцу в плечо. Он конечно хотел перемен, чего-то нового, интересного, но не такой же ценой. — Я постараюсь, папа… Я помню. Но почему ты…?.. разве нельзя. Лин тихонько следил за их разговором догадываясь без подсказок, что происходит. Они прощаются. В условиях этого мира должно быть навсегда. Он ощутил, что у него тоже глаза на мокром месте и отвернулся, растирая лицо. Больно, когда покидают самые близкие. Где же Чен? Он обещал найти его и вернуться. Вдруг эти взрывы могли его убить? Нет. Нет. Он не будет об этом думать! — Цзинъи, — голос отца звучал теперь глухо, — я не могу сейчас все объяснить и пойти с тобой не смогу. Думаю, есть другой город. Просто. просто я… не уверен на счет убежища, сынок… — запинаясь, сдерживая сухие рыдания, произносил отец ему на ухо. Последние слова отца заглушил рев машин, подъезжающих снаружи. Каменные стены щедро разносили эхо моторов. Суеты стало больше. Доктора окликнули, он ответил, что скоро подойдет. — Держи, тут все необходимое я собрал. Лекарства подписаны. Это спирт. Это тесты и там всякое по мелочи. Он достал из неприметного угла целый походный рюкзак, накрытый сверху скатанным одеялом. На боку пристегнут алюминиевый котелок с кружкой, все карманы топорщились, забитые под завязку. Видимо заранее отбирал специально. Мужчина помог сыну одеть этот груз на плечи, подтянуть лямки, в деловом тоне скрывая чувства. Долгие проводы — лишние слезы. — Идите. Найдите дядю Цзинь Лина. Все скоро закончится. Он подтолкнул сына к Лину, уходя к настойчиво его зовущим военным.  — Куда теперь? — спросил Лин, стараясь не обращать внимания на покрасневшие глаза Цзинъи. Они вышли на улицу и Цзинъи сел прямо на ступени парадного входа, согнув колени и обняв их руками. — Не знаю, — со вздохом отозвался Цзинъи, наверно в первые в жизни растерявшись. За углом шумела обеспокоенная толпа, гудели грузовики, в воздухе пахло страхом. С этой стороны здания, словно все вымерло. Лин присел рядом, понурившись. Принцесса поскуливала, жалась к его плечу. Он приобнял собаку, а другой рукой Цзинъи. — Все хорошо будет. Так говорят, — безрадостно констатировал он. *** Цзян Чен и братья Лань под рев моторов ворвались в центральную часть Шудуна, словно за ними демоны гнались. Что было не далеко от действительности. Новые взрывы в стене отвлекли мертвецов и слегка дезориентировали. Они этим воспользовались, удирая. «Не удирая, а используя тактическое отступление» — схохмил бы Сичень, если б его кто спросил. У самой администрации они увидели толпы народа и успевшие доехать грузовики. Что, собственно происходило, понятно не было. Люди метались между машинами. Кого то раненным тянули куда то. Были заметны мелкие потасовки и споры между простыми людьми и военными. Чен слегка сбледнул с лица. Как найти Лина в такой канители? Он заметил старый пикап на обочине, в котором оставил Лина. Подрулил туда. Все двери в машине нараспашку и никого… — Лин? Цзян оставил мотоцикл. Побежал к машине, оглядываясь. Сердце колотилось, как бешеное, а в голове вертелось: «Лишь бы с ним все хорошо было.» От отчаянья он так хлопнул дверцей кабины, что ту перекосило. Но предаваться рефлексии времени не было. Чен метнулся туда, где была толкучка похлеще, чем на распродаже в мирное время. Хотя времена давно другие, он не мог отделаться от впечатления, что люди прутся скупать какой-то дефицитный товар. Вот только главным товаром сейчас могла быть лишь жизнь. Люди лезли по головам пытаясь протолкнуться в ворота подземной стоянки. На сколько Чен знал, площадь склада была маловата для такого количества. Ведь жителей тут прибавилось после Фанбина. А территории внутри на 50-100 человек. Остальные станут кровавым месивом или вначале побегают, а потом станут… к последним он относил себя и новых друзей, поэтому торопился. — Лин! Лииин! Паренька вот такого в желтом свитере не видели? Не видели паренька? Он носился среди людей и военных, все больше поддаваясь панике. Люди толкали его в разные стороны и постоянно что-то кричали пытаясь перекричать друг друга. Никто не собирался отвечать на его вопросы или действительно не обратили внимание на Лина. Чен начинал закипать. Он готов был избить хоть кого то, лишь бы добиться ответов. — Стойте! Вы дядя Лина? — кто то окликнул его со спины. Чен резко развернулся, аж позвонки хрустнули. Пара солдат держали навесу тело тяжелораненого офицера, а рядом с перевязочным материалом в руках сидел Доктор. Точно же! Как он забыл. Паренек тот сын доктора! Он был очень благодарен этому человеку. В свое время он отдавал Ванъину хорошее обезболивающее за гроши. — Капитан Ванъин! — удивился тот. — Как мир тесен. — Доктор, где мой племянник? — сдерживая рвущиеся наружу нецензурные выражения, Чен кинулся к солдатам и присел возле мужчины. — Я его видел. Он где то здесь должен быть с моим сыном. Но.- Доктор заторопился, хватая за рукав Чена, быстро окидывая взглядом живописное зрелище, которое представлял собой Чен после бойни, по другому не скажешь. — Вы не ранены? — Это не моя кровь, — буркнул Чен, показывая взглядом, что желает уточнений. — У меня к вам просьба. Заберите моего сына с собой. Цзинъи послушный. Я его обучал. Несмотря на свой возраст, он многое умеет и не доставит хлопот. Чен поджал губы и отшатнулся. На его лице ярко отразилось: «Черт! Нам бы самим как-то выжить, а еще отвечать за кого то.» Седоволосый мужчина с прозрачными как лед, голубыми глазами встал, оставляя страждущего пациента, шагнул к Чену вплотную. Он оказался таким же высоким, как Чен, даже выше, если бы не ссутулился. — Этот старик не просит спасти свою жизнь. Но прошу, за юношу. У вас есть племянник. Вы поймете, как это важно. Чен, при всей своей напускной грубости отказать не смог. Сравнение с Лином было последней каплей. За племянника он отдаст душу, не то что жизнь. — Хорошо, но я не несу за него ответственность. Я не пророк, но многое видел. Положение критическое. — Вы совершенно правы. — категорично кивнул доктор, что то странное мелькнуло в его взгляде, который он сразу отвел, возвращаясь к перевязке. — Спасибо и на этом! Только Чен собирался повторно наехать на Доктора, а где, типа, подопечные? Как вдруг, поверх шума толпы раздался собачий лай. Вот она — польза собаки! И охрана, и слежка, и сигнализация! Цзян Чен стал выбираться из толпы в сторону лая, решив не тратить больше времени на болтовню. Через пару секунд на него прыгнула принцесса, чуть не сбив с ног, пытаясь облобызать и жалуясь, что ее бросили. — Фу, фу, Принцесса. Где ж Лин? Чен почти выбрался из гущи людей и увидел бегущего изза угла здания Лина. — Дядя! Я здесь! Лин раскраснелся, запыхался и размахивал над головой руками, привлекая внимание. *** Когда Чен побежал в поисках Лина Сичень не собирался сидеть сложа руки. Он проводил фигуру обеспокоенного спутника долгим взглядом: » Красивый все-таки мужчина. Только хмурится часто», а сам начал распоряжаться. — Ванцзи, надо позаботиться о нашем новом приёмыше. Узнай, может ему что то нужно. А я тут слегка пошарю. Убедившись, что брат его правильно понял, мазнул незаинтересованным взглядом по тощему пареньку и, прихрамывая, скрылся в дверях ближайшего дома. Оказалось это местный травм пункт или как можно назвать опрятное место с намеком на стерильность и кушетками вдоль стены. Через десяток метров его внимание привлекла открытая дверь с табличкой «приёмная». Он вошел. Тишина, если не считать гама на улице. Пахнет травами. А вот и они: сухие, в настойках и порошке. Кое в чем он разбирался по запаху. Нашел обеззараживающее средство и обезболивающее. Снял окровавленные лоскуты с ноги и заново промыл и обработал рану. Все это точными быстрыми движениями. Жизнь охотника не только такому научит, а и есть на ходу управляя харлеем. После, обратно замотав ногу и вздохнув от облегчения, стал осматриваться на предмет прибарахлиться. Словно этого ожидали, прямо у дверей в приемной лежали полные сумки. Охотник удивился. Откуда? Это же багаж Чена. А потом вспомнил, что тот племянника оставлял медикам. Значит они довезли, не выкинули. Отлично! Интересно, что попросить вместо благодарности у хозяина этого скарба? Лань усмехнулся своим мыслям, закинул лямки на плечи и потопал обратно. *** Ванцзи сразу же приступил к исполнению задания брата. Поставил харлей на стопор. Подошел к байку, стараясь четко проговаривать слова, произнес: — Моё имя Лань Ванцзи. Прошу назвать своё. Не советую врать. С мимикой у молодого человека были большие проблемы, а от его попытки внятно говорить, как остальные люди, повеяло таким официозом, что незнакомец втянул голову в плечи, сутулясь еще больше. Но видимо, человек в сложных обстоятельствах вынужден идти наперекор страхам. — Гуанъяо. Можно просто Яо, — пролепетал он не поднимая глаз. — Вам что нибудь нужно? Вы ранены? — продолжал Ланьский допрос Ванцзи. — Нет… нет-нет-нет. я не ранен. Может. поесть немного. — Мгм. — заключил глубокомысленно Лань-младший. Он вернулся к харлеичу, на котором, словно на крупе лошади по бокам висела пара вместительных кофров, где Сичень хранил дорожные сумки и предметы первой необходимости. В зазоре сидения позади, вместо спинки, торчали оба меча братьев. Старшего и младшего. А за ними еще один вещмешок. Вернувшись, Сичень увидел, что Ванцзи спокойно чем то прикармливает льва, заодно обтирая его бока грубой щеткой. Рядом сидел в открытых дверях фургона худой человек и тоже что то хомячил. «Молодец братец, заботливый» — с теплом подумал он, а вслух сказал: — Не рассиживаемся. Как вас звать хоть? *** Цзинь Гуанъяо не понимал, почему совершенно незнакомые люди возятся с ним. Ладно, Ванъин. Он только внешне суровый. Вытянуть из беды человека он всегда готов. По крайней мере так было раньше. А вот в отсутствие Чена его друзья не оставили его без внимания. Он всю дорогу молчал, стараясь сидеть так, чтобы лица не было видно. Потом, когда сумасшедшая гонка закончилась в городе, он собирался исчезнуть по тихому, да не успел. «О Небеса, Цзинь Лин живой!» — Яо переваривал эту мысль какое то время тоже наблюдая за поисками и волнением Чена. Он очень хотел хоть глазком увидеть племянника. Тот наверное вырос в красивого юношу. Не пугала даже перспектива разоблачения его личности. Вдруг к нему обратился молодой человек, судя по всему младший брат первого, говорливого товарища. У Яо душа ушла в пятки, он занервничал, опустил голову. Оказалось, угроза послышалась Яо только в голосе Лань Ванцзи. Его аккуратно сняли с мотоцикла, бережно, словно куклу усадили на пол в машине и вручили сверток со свежими булочками. Яо чуть слюной не подавился! Промычав благодарность полным ртом, стал поедать булочки с завидной скоростью. Умом он понимал, что если так есть, то потом заболит желудок, но удержать себя не мог. В последний раз он так кушал… он не помнит когда. Тайком, Яо подсматривал за добродетелем. Высокий даже очень и хорошо сложенный парень. Хотя… если судить по себе, то для него буквально все великаны. С его 170 см, даже лев гигантом кажется. Кстати о льве. Тот совсем не замечал Яо или решил, если его кормит хозяин, то появился новый питомец? Может быть нрав у этого южного зверя покладистый. Он больше напоминал Цзиню большого лохматого кота. Урчал, жаловался на что то хозяину, бодая большой головой в бок. Забавное зрелище. У этого Ван-Цзи определенно что то с лицом. Красивый, как свет божий, но невыразительный. Не поймешь, зол он или доволен. Когда из больницы появился его старший брат, Яо не удивился, что тот не с пустыми руками. Обычно, обаятельные люди, самые ловкие выживальщики. Яо такой легкости не хватало. Он с трудом проглотил очередной кусь в сухомятку и произнес. — Яо. — полным ртом у него вышло «Ао» — А я Лань Сичень, — улыбнулся охотник, заметив вопрос на лице человека, добавил: — Да. Тоже Лань, но постарше. Вижу вы уже познакомились. — Сичень покопался в сумках, стал их укладывать и закреплять на байке Чена. — Мгм. — Держите, Ао. — Бл. Кхм, благодарю. Яо подали бутылку воды и он присосался к воде. Настоящей, свежей, прохладной. — Мне. я…меня. Кх-кхх. Он подавился от спешки и попробовал поправить Сиченя в правильном произношении своего имени, но не успел. Опять. — Ха-ха! Осторожнее. Я слышал, вы Яо, но так смешнее. Простите. Когда я волнуюсь несу чепуху. Сичень похлопал беднягу по спине. — О, Цзян Чен! Ты где детей собираешь? Многодетный папаня или Лина в уже клонировали? — Это Цзинъи. Медик. Надо взять. Будем выбираться отсюда как можно скорей! — заторопил Чен. Принцесса коротким лаем приветствовала льва, обнюхала Яо и всех по очереди. Чен подскочил к байку с очень озабоченным видом. За ним гуськом тянулись Лин и еще один подросток повыше в наляпистом камуфляже. На спине нового паренька висел внушительный рюкзак и Сичень понял, что тот тоже поедет с ними. — Мои сумки! Откуда? Я ж их. б*яяя… — Не нужно благодарности, — самодовольно ответил Сичень. Ванцзи быстро свернул обиход Вейжа, стал пристегивать на льва ремешки сбруи. Яо образно слился с днищем машины, пользуясь тем, что за большой кисой его не видно. — Чен, что там? Серьезно? — Спросил Сичень кивая на шум у складов. — Серьезнее некуда. Валить надо сейчас! — Моему байку горючки б долить. — Некогда. Сейчас полыхнет так… — эмоционально вспыхнув возразил Чен. В напряженном выражении лица Чена, хмурых бровях, заострившихся скулах было что то более угрожающее, чем обычно. Он продолжил: — Знаешь, что худшая опасность не зомби… — …а люди! — закончил за него Сичень, а Чен сразу кивнул. — Как мы всех увезем? Пассажиров то прибавилось. Сичень кивнул на мальчишек, жавшихся к друг другу. — Каком к верху! Цзинь Лин! — резко ответил Ванъин, сдергивая байк с тормоза, хватая подходящего к нему Лина и усаживая позади себя. — Возьмешь второго? — с надеждой в голосе спросил он у Сиченя. — Давай его сюда. — Сичень показал на место за своей спиной. Цзинъи безропотно подошел ближе. — О! Для такого стройняшки места хватит. — пошутил охотник, примеряясь, как лучше пристроить набитый рюкзак паренька. — Придется потесниться, конечно, без особых удобств. — Чем меньше удобств, тем меньше потребностей, а чем меньше потребностей, тем счастливее человек. — процитировал Цзиньи, пытаясь поддержать в себе бодрость духа. — Ого! Жуль Верн! — Угу. Дети капитана Гранта. — Я Сичень, это мой брат, Ванцзи. Тот очаровашка Чен. С остальными познакомишься по дороге. Сичень взглянув пристальнее на мальчишку. Выглядит постарше Лина. Уже ломается голос и профиль теряет детскую мягкость. Отлично сложен. Ухоженный. Волосы отросли слишком, но эти мелочи легко исправить. Если дать ему пару лет вырастет зачетным красавцем. Знание классики детской литературы придает юноше уникальность в это время. Сейчас школ как таковых нет, да и книги не везде найти можно. Значит, его обучали дома. Возможно, родители. Судя по грусти в глазах, он сейчас их покидает. И не впадает в уныние, старается ободрить себя. — Ты же Цзинъи? — уточнил Сичень, дождавшись кивка, весело продолжил: Прошу на борт, юнга! Цзинъи слабо улыбнулся, взгромоздился на мотоцикл позади Сиченя и тот вдруг вспомнил про тихого доходягу Яо.  — Брат, возьмешь себе транспорт? — обратился он к Ванцзи. Тот уже подготовил Вейжа и стоял спакойненько рядом. — Нет. — А как же малыш Яо? — Вейж возьмет двоих. — лаконично ответил Ванцзи и перевел янтарный взгляд на человека, скрывшегося от Чена внутри пикапа. Почему тот так делал, Ванцзи особо не беспокоило. Если задуматься, то громкоговорящий Ванъин мог вогнать в ступор робкого человека. Ванцзи проявил характер и верность общему делу. Если этот человек в группе, значит надо забрать. Он взял Яо за руку как ребенка, положил его ладонь на бок льва. Вейж повел ухом. — Берись за ремни и садись, — проинструктировал он Яо, догадавшись, что тот, как Вейж его не поймет. Ванцзи показал пример. Наступил ногой висящий петлей ремешок, подтянулся на руках и перекинул ногу через спину льва, словно на лошади. Лев был теплый и мягкий. Под толстой шкурой ощущались тугие мускулы. Яо чуть замешкался. С его ростом взбираться на ЖИВОГО хищника… но. Лин так вырос! Разрез глаз, скулы, нос — все так похоже на Ванъина. Конечно, Лин был похож на мать, а Чен ее брат. Родственные черты это нормально. Яо решил, во что бы то не стало, покаяться, повиниться перед дядей с племянником и вернуть хоть часть прежних отношений, а для этого нужно было взобраться на льва! Чен, взревев мотором байка, в этот раз занял лидирующую позицию в эстафете по городу и стал набирать скорость. За ним заурчал харлей с Сиченем и новеньким медиком. Яо всхрабрился и влез как блоха на загривок ко льву на спину, путая ремешки с густой шерстью. — Держись, — посоветовал Ванцзи и лев без команды стал нагонять мотоциклы. Яо не знал, что львы умеют бегать иноходью. Он вообще мало знал что то о животных. То, что в отличии от лошади его вообще никак не трясло, было приятным удивлением. Цзинъи постепенно оттаивал. Еще на ступеньках, повздыхав, понял, что терять настроение будет хуже, чем признать факты. Папа что то задумал. Что то, что сказать не смог или не успел. Значит, все ж хорошо будет. Да? Может быть он потом разыщет Цзинъи? Собака Лина вдруг смешно тявкнула в сторону. Заскулила, словно ей отдавили лапу, заметалась на месте. — Что с ней? Принцесса. Лин встал, хотел погладить собаку, повернувшую на звук своей клички голову. Но как только Лин шагнул к ней, та отскочила, опять тявкнула. — Она тебя зовет, — сделал вывод Цзинъи. — Куда? — Слух у собак тоньше. Может она что то услышала. — Дядю Чена? — Может. — Принцесса, где Чен? «Гав, гав, вав-гав!» — облаяла парней Принцесса, пятясь задом куда то в сторону. Лин сорвался с места за ней, громко выкрикивая: «дядя-дядя». Цзиньи поднялся и шагом пошел за ними. Оказалось, Принцесса действительно нашла дядю Лина. Суровый человек не поругал никого даже, а как то странно взглянул на Цзинъи отмахнулся от его попытки объяснится. Повел всех с собой почему то обратно к больнице. У Цзиньи вспыхнула надежда снова увидеть отца и он пошагал бодрее, даже рюкзак не так сильно стал оттягивать плечи. Но, Цзинъи ошибся. Даже несколько раз. Во первых, отца там не было. А во вторых он увидел, какими другими бывают охотники. Не пьянчугами! А еще лев! Всамделишный! Мужчин было двое. Нет. Трое. Третий дяденька прятался. Они быстро, понукаемые дядей Лина, пропустили этап знакомства и стали собираться в дорогу. Это снова ввело Цзинъи в тоску об отце и доме. Его донимали вопросы: как и почему. Но задавать их под руку занятым взрослым он не решился. Его наповал сразило, что один из охотников знает про Жуль Верна! Сколько он не пытался завести беседы о книжных историях, в городе мало кто их мог поддержать. Сейчас таким не интересовались даже его одногодки. Прощанье с отцом ему уже не казалась такой катастрофой. Для Цзиньи уж точно начинается новая жизнь, если по пути не догонит смерть.