Опасная зона

На улицах города не осталось людей. Дым взрывов почти рассеялся. Не обошла разрушительная беда и главные ворота. Здесь погулял огненный шторм, раскидав в стороны уйму техники. Вызвались боеприпасы. Глядя на такое, не возможно предположить, что это дело рук одного человека. Слишком огромная территория, слишком много взрывчатки. Такое под носом у военных не провернешь. Если только среди руководства не появились те, кто помог, а может быть управлял этим терактом. Но какому здравому человеку взбредет в голову уничтожить убежище? «Достать бы этого Сюэ Яна, расспросить с пристрастием» — размышлял Лань старший. Сичень, убедившись, что лев брата держит темп, стал нагонять вырвавшегося вперед Чена. По пути к воротам им встретились стаи зомби. Причем медленные и привычные трупаки просто брели по улице цельной группой, а поверх крыш и строений скакали прыгающие. Пришлось лавировать, объезжать, прорываясь, используя головокружительные трюки на груженных вещами и пассажирами мотоциклах. Цзян, обложив трехэтажным прыгнувшего с дома, но промазавшего зомбаря, въехал в пристройку, протаранив на скорости хлипкие доски в щепки. Навес на какое то время защитил их байк от нападений сверху. Сичень пёр напролом прямо на зомби на дороге, выхватив меч, одной рукой отбиваясь от не осознавших угрозу ходячих. Ванцзи и льву везло. К их подходу большинство активных раскидало. Все решала скорость. Цзян пробивал путь, выбирал место проезда, Сичень отбивал сагрившихся монстров, а Вейж ловко проскакивал мимо. К сожалению «бесплатный» проезд был оплачен жизнями людей. Солдат и штатских, оказавшихся жертвами взрывов. Зомби устраивали ранний ужин или поздний обед, разыскивая свежее мясо по запаху, поедая иногда еще живых, беспомощно стонущих. Помочь им уже ничем не поможешь. Приходилось отворачиваться и ехать дальше. Тут и там слышались вопли жертв и рычание пожирателей. На прогулку по парку это похоже не было. Громадное сооружение зоны досмотра и чистки практически не существовало. Если б не находчивость Ванъина, знающего о секретах гарнизона еще с былых времен, вряд ли бы они быстро пересекли развалины КПП. Под стеной у главного въезда был тоннель для особо важных персон и товаров. Грубо — для контрабанды, которой не брезговало руководство города. Теперь секретный вход туда не охранялся. Более того бетонная часть ограждения развалилась на блоки. Чен устремился туда. В сторону от прямого направления из города. Сичень доверился ему без вопросов и никто не пожалел. Включив фары, они проехались с ветерком по чистому туннелю вплоть до выхода из него в стороне от стен города. Вот так стихийно шесть человек на двух мотоциклах и одном живом льве покидали обреченный город. Они остановились передохнуть и сориентироваться в удобном месте, на выезде, где стены туннеля расширялись и образовывали что то вроде площадки. Там же были охранные доты, правда охранники или сбежали или их уже съели. Чен делал ставку на первое. Слишком чисто вокруг. Он остановил байк, придержавшись ногой, оглянулся. — Сичень! Слушай. Нам нужно где-то заночевать. — заорал он подъезжающему охотнику. — Да, до вечера недолго осталось. Нужно кое что обсудить. — согласился Сичень, заглушив мотор, доезжая по инерции. Расход топлива его очень беспокоил. Не хотелось бы встать, как вчера посреди опасности. Лев бесшумно выплыл из тьмы, испугав Лина зелеными бликами глаз. Что там было на уме хищника по морде не скажешь, а вот лицо Ванцзи дало слабину. Говорят: «лица на нем нет». Это о том, когда случается что-то на столько выбивающее из колеи, что человек не способен контролировать свои эмоции. Сейчас он был похож на всадника апокалипсиса (на льве вместо лошади). Бледный, как смерть. В лице ни кровинки, широко распахнутые глаза, плотно поджатые губы. Развивающиеся за спиной длинные волосы выбились из полу хвоста, разметавшись по плечам и груди, обрамляя траурными лентами бледную кожу. Столько смертей. А видел он их не мало. Все равно трудно смирится с безысходностью, звучащей в стонах умирающих. Если б не старший брат, едущий впереди, не человек, за спиной сидящий. Если б не… Лань остался б городе до конца, убивая и убивая тех тварей. Ванцзи был зол. Он сожалел, что вынужден покинуть город в такой момент. Четкая складочка между хмурых бровей выдавала, что творится у него в душе на самом деле. Вейж притормозил и сел на задние лапы, недалеко от мотоциклов. Ванцзи слез на бок. Яо скатился, как с горки, на ослабших ногах присел прям на землю. Его мутило. И он снова скрылся с глаз от всех за крупным телом льва. Тот шумно дышал, но до полной усталости еще не дошло. — Ванцзи, как ты? Как Вейж? — забеспокоился Сичень. Оставил харлей на Цзинъи, подошел к брату. Тот вздохнул и отвел взгляд. Наверно впервые за время их встречи Ванцзи не хотел делиться со старшим своим состоянием. — Братик. — мягко сказал Сичень, печально улыбнувшись, с сочувствием похлопал его по плечу и направился к краю ограждения. Как это не печально, но у старшего Ланя не было времени, чтоб заниматься утешением младшего. Он надеялся, что Ванцзи со всем справится сам. Как то ж раньше у него получалось. Безусловно за годы отсутствия Сиченя рядом, у младшего случалось всякое. Ванцзи немного рассказал в гостинице, когда Сичень еще не заснул. Возможно, далеко не все. Особенно это касалось критических переживаний, которые вспоминать никому не захочется. Местность вокруг как будто вымерла. Приподнятая над округой возвышенность и скрытая на ее вершине площадка оказались удобным для обзора местом. Хоть экскурсии устраивай: виды на погибающий город. Помпеи нервно курят в сторонке. Защитный периметр теперь представлял собой перемежающиеся куски высоких стен и разломы между ними. Словно гнилые зубы огромного великана. Кое где продолжало дымится. Центр города был хорошо заметен, по белым зданиям мэрии и штаба гарнизона. Шум оттуда почти не долетал. Было слышно что то невнятное, уносимое ветром. Уже сейчас Шудун выглядел безжизненным. Сичень поднялся на самый верх бетонного откоса. Дальше за ним находился овраг, заросший терновником. Он остановился на краю, заложил руки за спину, с той же оскоминой в глазах, что и у брата глядя на город. Сичень специально не хотел, кто то видел его сейчас таким скорбящим и тоже утешать начал. Хотя, кое кто определенно порадовал бы вниманием. Послышался шорох осыпающихся камушков. Рядом, чуть позади остановился Ванцзи. — Я обещаю, тот кто такое устроил за все ответит. — после недолгой паузы произнес Сичень глухим голосом в воздух перед собой. — Мгм. Вдруг по глазам резанула ярчайшая вспышка. Она быстро погасла, оставляя пятна в глазах, а в самом центре, вместо здания администрации распухало огненное облако. Послышался рокочущий грохот и только после этого до наблюдателей долетела волна горячего ветра и пыли. В это время Чен отпаивал Лина водой и собирался предложить флягу Цзинъи, когда земля под их ногами содрогнулась, с откоса съехали братья Лань с искаженными лицами. — Пи*дец! Твою ма… ЧТО ТАМ ЕЩЕ МОЖЕТ взорваться?! — выругался Чен, а Цзинъи кинулся к бежать глянуть. Сичень поймал его поперек тела, потащил назад к мотоциклам. Парень вырывался, пытался что то сказать, но вместо этого выдыхал всхлипы. Сичень мрачно покачал головой в ответ Чену, чтоб не поднимал тему. Он сам своими глазами видел, что взорвалось. Именно там находилась сейчас большая часть пытающихся спастись. [I]Никто б никогда не догадался, что спокойный улыбчивый доктор способен на подлость. Цзинъи старшему было нелегко все эти годы оберегать сына от настоящей правды. Он ведь так настаивал на честности, а сам… вынужден был закрывать глаза на многое. В ночь, когда в штаб попало донесение из Гусу, Шудун уже был обречен. Всю ночь шли приготовления. Собирались только избранные, полезные и богатые. Доктор как мог, отстаивал интересы простых людей, тогда его предупредили: будет вякать — его сыну не поздоровится. Поэтому Цзинъи старший пытался отослать сына, сначала с неотложкой, решив, что первый взрыв и есть оно самое. Потом, увидев снова его целым и невредимым, с новым другом и капитаном Ванъином. Потому что он сам впервые задумал ужасное. Ко времени приезда Сиченя в Шудун, вокруг города уже накопилось достаточно тварей. Руководство решило заманить зомби в город, подкинув им жителей города, как приманку. Для этого им и понадобился Магистр. Уж не известно, как они его убеждали, но гремучая смесь была готова к рассвету. Элита собиралась бежать под шумок подорвав город. Однако, Доктор Цзинъи сделал свой выбор, отослав сына с надежными людьми, он сам активировал последние заряды. На воздух взлетели все, кто планировал дальше жить припеваючи. К сожалению, для этой цели он остался и погиб сам. Лин притих, глянул на дядю и тихо ему зашептал: — Там же у него отец. Чен цыкнул на мелкого, принял к сведению знаки Сиченя и стал уверенно продолжать разговор, словно не было перед этим паузы с еще одним взрывом.  — Если ты надеешься на города, то будь готов встретить каннибалов. Эти скотины сидят в домах и делают вид что те заброшены, но как только ты расслабляешься, они уже выбирают рецепт по которому тебя готовить. Заснём в доме, проснёмся в котле или на гриле, и будет классно если не по частям. У меня на южной окраине, возле леса есть уголок. Не дом, конечно. Я не знаю, как это назвать, но я там обжился. В стороне от дорог, в такой глуши, где только белки и птицы. Там тесновато, не пять звёзд, но на ночь нам хватит. Запасы пополним. Так что, есть два варианта. Выкурить каннибалов из придорожного кафе если едем с комфортом по старой трассе. Будем постоянно на волосинке от кипящего котла… заметь, они воду ещё поперчат и посолят… или тесниться в моей будке, не первого класса… Сиченю удалось успокоить Цзинъи. Как минимум сгрести в охапку в объятьях. Парень шмыгал где то в воротник охотнику.  — Это же там, где мы примерно впервые встретились на развилке? — Неее. В другой стороне. Сейчас вправо чуть по просеке и грунтовкой километров 5 будет. Осилим? — Осилим. Показывай дорогу, — согласился Сичень. Чен затолкал Лина обратно на байк. Тот порывался было Цзинъи успокоить. Но у второго подопечного Ванъина уже была нянька, за что он был очень благодарен Сиченю. Сам бы так не смог. Наорать, дать леща — завсегда, без пожалуйста. А утешать он не умеет. Еще один момент его отвлекал он текущих задач: тот тип с мешком. Он то вытащил его из бодяги под стеной, но этот незаметный тихий бродяга видно с ними пристроился. Чен слышал, как тот блевал, когда слез со льва. И чувствовал, что его избегают специально. Из-за широкой фигуры Ванцзи он мог видеть только коленки и локти в комбинезоне. Чену было безразлично, что от него люди шарахаются, но чтоб настолько. Он же решил, что тот паренек давно слинял, не заметил его, когда отъезжали в городе. А сейчас он формально к себе всех пригласил и какой то типок к Ланям пристроился. Прежде чем они приедут на место, нужно выяснить кто это такой. Чтоб не тащить в свое логово всякую гадость. Мотоциклы снова ревели двигателями. Они спускались с холма в долину, по противоположной от города стороне. Лев трусил неторопливо на расстоянии, недовольный запахом выхлопных газов. Если так пойдет… Чен пару раз оглянулся и понял, на ходу он ничего не узнает. Попробовал узнать у Сиченя. Выровнял скорость, чтоб ехать рядом с харлеем. Цзиньи спрятал лицо на спине охотника. Других признаков истерики не было. Вот и ладушки. — С Ванцзи едет тот бедолага, которого я притащил с собой? — Ага. я уже шутил по этому поводу. А что? Интересует? — Странно, я думал, он сбежит сразу, как к людям доедем. — Скажешь тоже. Ты себя утром в зеркало видел? От тебя кто угодно сбежит, но не этот. Чен не понял реплики Сиченя и нахмурился, засопел. — Ой, Чен! Ты не подражаем! Я дразню тебя! — Иди ты! — Кстати. Кажется у льва появился конкурент. — Почему? — Чен, ну куда ты смотрел? Хм. ну да, куда тебе там. Как он двигается вообще я не знаю. Кожа да кости. А вообще не такой уж он и урод. Назвался Яо. Ты не пугай человека. Он безобидный и не глупый, как может показаться в начале. Услышав «Яо», Ванъин чуть шею не свернул, пытаясь разглядеть пассажира на льве. Сичень, глядя на это тоже заулыбался, оглянулся на брата, но замечание сделал. — Смотри вперед. Ты не один едешь. — Ммм… просто Яо? — Гуанъяо. Фамилию я не спрашивал. Ты чего такой дерганный? — Да так. Вспомнил кое кого, — напряженно ответил Чен, а Лин, поглядывающий временами на Цзинъи, встрял: — Ты про дядю Яо? Он же умер в больнице. Мне сказали… — Цыц! Умер и умер. О мертвых молчат, если ничего хорошего сказать нельзя! Сичень понял, что обсуждают они семейные страсти, и придержал очередную придуманную шутку. О таком лучше не шутить, чтоб не нажить врага. Цзян Чен напряженно думал, проклиная дырявую память, никак не мог вспомнить, видел ли он этого человека в лицо. А он его? Если это Цзинь Гуанъяо, тогда почему он его избегает? Ведь Чен, когда очухался после ранения, когда нашел время проведать племянника и Гуанъяо, то никого не нашел. Он же считал их всех погибшими! Интересно, почему Лин думает, что Яо умер? Дальше дорога сузилась и им пришлось ехать цепочкой. Теперь Чен даже хотел, чтоб этот незнакомый Яо доехал с ними до логова, чтобы выяснить раз и навсегда, «он или нет» А Сичень тоже задумался, о семье и о всяком. Он собирался ехать в Гусу. Не сразу. Надо всем передохнуть, переварить этот день. Да и лев, не лошадь. Но, рано или поздно, он должен туда вернутся. Там его ждут. Там он нужен. Брат нашелся, это же просто здорово! Цзинъи он бы тоже с собой взял. А вот остальные. В Гусу найдется место каждому. Город побольше Шудуна. Но настаивать он не будет. Лично у Яо чувств к погибшим в Шудуне не было. Он огрубел душой, ежедневно испытывая на себе чужую грубость. А вот доброта его до слез тронула. Те булочки были божественны и вода из рук другого брата. Хотя потом его растрясло от езды, он не жалел утраченного. Ну вывернуло его наизнанку. Он едва успел пару шагов ступить, как скрутило. Потом опять грохнуло в городе. Чтоб там все провалилось в ад! Ванцзи сильно переживал о людях. Яо тоже переживал. Раньше. Сейчас он другой. О его профессии и навыках никто не подозревал, а он не спешил делиться. Ведь выделиться можно было легко. Только заяви, что имел дело с наркомафией. Сразу же стал бы достойным. Знания в химии и биологии хватало, чтоб даже в скудных условиях гнать крэк. Он не хотел возвращаться к прошлому и не хотел, чтоб прошлое догоняло его. Возможно, братья его увезут в другой город. На тех, кто торгует людьми они не похожи. Вон как младшего перекосило, как по улицам проехались. Если Чен откажется от него, будет целиком прав. Он знал, где напортачил и лишь хотел, чтобы его не избили во время ночлега те двое: Цзян Чен и Цзинь Лин. Он понимал, что новость, что он воскрес никого не обрадует. Он очень подвел племянника. Цзинъи был благодарен что его ни о чем не расспрашивали, а просто продолжали ехать. Он умудрился даже уснуть, несмотря на тряску, а ведь намеревался хорошенько все рассмотреть по дороге. Слезы и горе его сильно утомили.