Стая

      — Ты говоришь мне правду, Стайлз?       — Правда — понятие относительное.       — Ты говоришь мне то, что я хочу слышать, или то, что происходит на самом деле?       — Вероятно, то, что я сам хочу сказать. Но от этого мои слова не становятся ложью.       — Что же ты хочешь сказать?       — Я хочу сказать, что ты слишком подозрителен даже для шерифа, папа.       — Стайлз. — Шериф потёр переносицу, устало оперевшись о стол. — Ты правда знаешь, что делаешь? Я всегда рядом, ты же понимаешь? Я пытаюсь тебе помочь.       Стайлз неловко переступил с ноги на ногу, чувствуя себя виновато. Он рассказал отцу, что у него размолвка со Скоттом, но никогда не упоминал, что она очень серьёзная. Стайлз не делился с отцом воспоминаниями о пережитых ужасах, не говорил о хрупком контроле, не рассказывал о периодически всплывающем в голове фантомном голосе Ногицунэ. Ему не хотелось втягивать в это отца слишком глубоко. В конце концов, Ноа Стилински мог жить обычной жизнью, не боясь сверхъестественных вмешательств каждую грёбаную секунду.       Стайлз хотел его уберечь. Но он также понимал, что шериф хочет уберечь своего сына в ответ.       — У меня всё под контролем. Я вчера заплетал Питеру косички, представляешь? Мне иногда кажется, что я немного сошёл с ума. Но в хорошем смысле.       Стайлз улыбнулся, вспоминая это нелепое происшествие. Питер ходил с десятками маленьких пучков и косичек на голове весь вечер, показывал всем смеющимся язык и гордо вскидывал голову каждый раз, когда Эрика хвалила его новый образ и тяжёлую работу Стайлза. Иногда казалось, что он никогда не сходил с ума и не становился Альфой-убийцей, настолько нынешний Питер отличался от того, с кем Стайлзу довелось познакомиться.       — Питеру Хейлу?!       — Не делай такое лицо! Это «я не могу в это поверить, но мой любимый сын снова смог удивить меня, и я не нахожу это достижение положительным» лицо! — Стайлз поднял вверх указательный палец, придавая своим словам значимости.       Шериф не оценил его усилий.       — Ты проводил время с Питером Хейлом! Который пытался убить тебя и ещё половину Бейкон Хиллс! Я буду делать такое лицо, какое захочу.       — Эм, — неуверенное мычание за спинами обоих Стилински заставило Ноа вздрогнуть от удивления, а Стайлза зубасто усмехнуться — он уже не в первый раз сумел услышать приближение Дерека задолго до того, как оборотень открыто заявил о своём присутствии. Стайлз совершенствовался в этом умении последние две недели, которые были полны регулярных визитов Дерека. Правда до этого дня они были тайными. — Могу я поговорить со Стайлзом, шериф?       — Это что…       — Почему ты не залез через окно, хмуроволк? Питер научил тебя манерам? — Стайлз хихикнул на оскорблённое выражение лица оборотня, а потом испуганно покосился на отца, который посмотрел на него в ответ с непроницаемым выражением. — Не то чтобы он постоянно лазил ко мне через окно.       — Я не хочу этого знать, ребёнок. — Ноа встал с дивана, на котором они со Стайлзом до этого благополучно сидели, и поднял руки в знак поражения. — Не хочу знать, как Хейл попал в наш дом и зачем он это сделал. Не хочу знать, почему он появляется у тебя в комнате без моего ведома. Просто пообещайте мне, что если что-то задумаете, будете предохраняться. — С этими словами он пошёл в сторону лестницы.       — Папа! — Стайлз вскочил, стремительно краснея и бросая извиняющиеся взгляды в сторону такого же смущённого Дерека, который стал выглядеть так сконфуженно и удивлённо, что стал похож на оленя в свете фар.       — Я имел в виду оружие. Аконит, пистолеты, магия… Что у вас там ещё есть, — довольно улыбнулся Ноа, наслаждаясь смущением сына и его гостя. — А ты о чём подумал, сынок?       — Иногда я забываю, кто мой отец, — проворчал Стайлз, игнорируя смешок шерифа. — Ты такой жестокий.       — Арестуй меня, — фыркнул Ноа, после чего остановился на середине лестницы, словно запоздало что-то вспомнив. — А если серьёзно, Хейл, всегда помни, что у меня есть огнестрельное оружие и аконитовые пули. Если со Стайлзом что-то случится из-за тебя…       — Я понял, шериф, — кивнул Дерек, вздыхая более спокойно. Словно угрозы были ему более привычны, чем неловкие шутки родителя над своим ребёнком.       Хотя почему «словно»?       Шериф скрылся наверху, ворча себе под нос и даже не задумываясь о том, что и Дерек и Стайлз его слышат.       Ноа всё ещё не мог привыкнуть к появлению сверхъестественного существа у себя в доме. Он послушно сменил все резко пахнущие моющие средства и предметы гигиены с въедливым, искусственным запахом на более мягкие и те, что часто покупают аллергики — они были безопасными и не имели запаха, что для Стайлза, который и без того с трудом приспосабливался к новым усиленным чувствам, было настоящим подарком. Шериф изо всех сил старался меньше шуметь, когда уходил на работу рано утром, но чувствительный слух Стайлза всё равно ловил каждый его шаг и ранние побудки стали для подростка рутиной, несмотря на все старания его отца. Шериф выбросил весь чёрный перец, от которого Стайлз начал чихать, как сумасшедший, брал больше выходных, чтобы проводить со своим сыном больше времени. Он просыпался ночами от криков и звона разбивающихся лампочек, с болью осознавая, что Стайлзу снова приснился кошмар, от которого они оба будут отходить очень долго.       В общем, шериф делал всё, что мог. Но этого всё равно было недостаточно. И он очень надеялся, что Дерек, который стал появляться в их доме чаще как раз в тот период, когда Стайлз стал выглядеть здоровее и счастливее, что-то сможет с этим сделать. Может помочь.       Однако он всё же будет за ними приглядывать. Потому что Питер Хейл и косички, серьёзно?       — Так зачем ты пришёл, волче? Да ещё и так цивилизованно. — Стайлз быстро прогнал смущение, прекрасно понимая, что если он увлечётся своими фантазиями, это проявится в его запахе, который Дерек сможет без труда уловить.       — Я хотел посмотреть… — он вздохнул, выглядя неуверенно, и Стайлз постарался ободряюще улыбнуться, недоумевая, почему Дерек, супер-Альфа и мистер Каменное-Лицо, ведёт себя так нерешительно. — Я хотел посмотреть, как ты ешь.       — Воу, чувак, мне кажется, мы ужинали вместе пару дней назад. Ты принёс мне картошку, помнишь? — усмехнулся Стайлз, стараясь скрыть своё смятение и даже страх. — И не то чтобы я осуждал, но это странно. У тебя есть фетиш на жующих людей?       Он понял, о чём говорит Дерек.       — Ты знаешь, что я имею в виду, — тут же вскинул подбородок Дерек, скрестив руки на груди и придавая своему взгляду силы. Он заставил себя расслабиться и расправить плечи, чтобы выглядеть внушительнее и увереннее. Чтобы переспорить Стайлза, ему это понадобится.       — Хорошо, — пожал плечами Стайлз, со вздохом обходя застывшего Дерека и направляясь в комнату за толстовкой. Нужно, чтобы его руки были скрыты.       — Хорошо? — Дерек схватил его за запястье, останавливая и разворачивая к себе. Выглядел он так растерянно и удивлённо, что Стайлз не сдержал смешка.       — Да, хмуроволк, хорошо. Только дай мне… — он прервал себя на полуслове, когда его взгляд упал на кожаную куртку Дерека, которую он небрежно положил на спинку дивана, пока они вели этот недолгий диалог. — Хотя знаешь, пошли быстрее. Обычно я делаю это в больнице. — Стайлз легко высвободил руку из слабой хватки и выбежал за дверь, рукой подзывая за собой. — Скорее! И не забудь свою куртку!       Дерек покачал головой, нежно улыбнувшись. Он готовился спорить со Стайлзом часами, даже представил, как будет любоваться покрасневшими от негодования щеками и длинными пальцами, что по привычке крутили бы карандаш от волнения (или соломинку, шарик, ластик, резинку для волос, кольцо, нож — Дерек любовался ими постоянно и не мог остановить себя, как бы ни пытался), но Стайлз его удивил, согласившись до странного быстро. Альфа не мог не подумать, что он, должно быть, что-то задумал.       Смиренно выдохнув, Дерек взял свою куртку и неторопливо направился к выходу, игнорируя поторапливания подростка и решив, что узнает ответ только если поддастся течению. Со Стайлзом по-другому быть и не могло.       Впрочем, довериться этому течению ничего не стоило: Дерек всегда был готов последовать туда, куда скажет Стайлз. И его это устраивало. Просто порой хотелось ему об этом рассказать.       Если бы только он полюбил меня так же, как я люблю его, подумал Дерек, хмуря брови и с тоской понимая, что снова ударяется в меланхолию. Он не мог себе этого позволить. Только не сейчас, когда Стайлз был совсем близко, когда можно было наслаждаться его компанией.       Дерек вышел на улицу и закатил глаза, когда увидел, что Стайлз залез на капот Камаро и качал свисающей ногой туда-сюда, бормоча под нос песенку о солнце и львах. Он никогда не признается, что это лучшее зрелище, что он видел за последние годы.

***

      Дерек, с трудом держа себя в руках, мысленно забрал свои слова назад. Нет, лучшее зрелище, что он видел за последние годы, сейчас было перед ним: Стайлз в его кожаной куртке, которая была ему явно велика. Он кутался в неё, как ребёнок, и постоянно комкал в ладонях рукава, выглядя до неприличия довольно.       А Дерек сходил с ума от этой прекрасной картины и их смешивающихся запахов. Ему хотелось постоянно ощущать то, что он чувствовал сейчас. Хотелось видеть Стайлза рядом с собой, любоваться его улыбкой и одаривать его всем, что он только пожелает.       — Когда я делаю это, у меня вены чернеют, как у вас, когда вы забираете чужую боль. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь это увидел, — именно с таким аргументом Стайлз требовательно протянул руку, многозначительно глядя на куртку Дерека.       Дереку ничего не оставалось, кроме как подчиниться. И теперь он страдал, изо всех сил сдерживая довольное урчание и покраснение глаз, которые выдали бы то, как неистово от собственничества и довольства мечется волк внутри.       — Привет, Мелисса, — едва не подпрыгнул от возбуждения Стайлз, быстрым шагом подходя к стойке регистрации и тащя за собой оборотня, который старался выглядеть невозмутимо и игнорировать удивлённые взгляды, что сопровождали их странную компанию, состоящую из сына шерифа и подозрительного, многих даже пугающего Хейла. — Как поживает миссис Рик?       — Ей стало лучше после твоего визита. — Мелисса огляделась, кивнула Дереку в качестве приветствия и, убедившись, что никто не подслушивает, подалась вперёд. — К нам поступил мужчина с хроническим опоясывающим лишаем. У него постоянные нейропатические боли, и мы не можем давать ему столько противосудорожных и витаминов, сколько ему требуется для комфорта. Ему больно даже от контакта с простынёй.       — Неужели вы думаете, что я не мог прийти просто для того, чтобы проведать вас, миссис МакКолл? — картинно надулся Стайлз, но после её невпечатлённого взгляда и приподнятой брови расплылся в улыбке и кивнул. — Хорошо. В какой он палате? И как его зовут?       — Джон Ванхавербек. И, — подняла палец Мелисса, прекрасно понимая, что Стайлз собирается прокомментировать эту фамилию, — никаких неуместных вопросов и насмешек.       — Я просто хотел сказать, что мы с ним бро по мудрёным именам. Ну или фамилиям, — по-детски показал ей язык Стайлз. — А палата?       Женщина издала короткий смешок и устало посмотрела на Дерека, который за весь разговор не проронил ни слова.       — Проследи, чтобы он не натворил глупостей, хорошо? — она дождалась кивка и понимающей улыбки и, игнорируя возмущённый лепет Стайлза о том, что он взрослый и самостоятельный, опустила взгляд на бумаги. — Это вирусное заболевание. Заразное. Вы скорее всего не заболеете, дорогие сверхъестественные существа, но когда будете туда пробираться, будьте осторожнее: вас могут не пустить без веской причины. Так, — она перебрала несколько бумаг, а затем облегчённо вздохнула, когда нашла то, что искала, — палата семь. Он лежит в ней один. Будьте осторожны. И не подозрительны.       — Мы уже подозрительны. Вы видели этого волчару? — Стайлз обвиняюще тыкнул в Дерека пальцем и тот осуждающе поднял брови. — Он само олицетворение подозрительности.       — Ты вызываешь больше подозрений, Стайлз. Хотя бы потому что носишь мою куртку. А ещё просто потому что ты — это ты.       — Это не подозрительно. Может быть, я поменял стиль. — Он демонстративно проигнорировал последнее предложение.       — Она тебе велика. И все, у кого есть хотя бы зачаток мозга, легко догадаются, что она моя. — Дерек со вздохом подтолкнул Стайлза вперёд и кивнул Мелиссе в качестве благодарности.       Она шепнула «Удачи» и вернулась к работе.       Дерек повёл плечами, ненавидя все те взгляды, что провожали их до самой палаты. Стайлз неожиданно затих, то нервно косясь на Дерека, то упорно глядя в пол. Сначала Дерек пытался поймать его взгляд, но не преуспев, начал думать, чем мог вызвать подобную реакцию.       Когда они оказались рядом с нужной палатой, Стайлз не смог сдержать вздох. Он переминался с ноги на ногу, медлил и постоянно одёргивал рукава куртки. И Дерек понял: он боится.       — Нам нужно зайти, если мы не хотим привлечь ещё больше взглядов, Стайлз. — Это совсем не то, что хотел сказать Дерек. Ему хотелось его поддержать, подбодрить, уверить, что в предстоящем нет ничего ужасного, но язык словно решил работать против него, отказываясь выдать хоть что-то членораздельное.       — Конечно, волче. — Стайлз толкнул дверь в нужную палату и замер в проходе.       Дерек раздражённо вздохнул и пихнул подростка в спину, продвигая вперёд, после чего зашёл сам и поспешно закрыл дверь, отрезая себя и Стайлза от надоевших людей в коридоре. А ведь он с ними даже не разговаривал.       — Я хочу посмотреть только для того, чтобы понять, как сильно на тебя влияет… это. Я не собираюсь тебя осуждать, — после долгого неловкого молчания и полного бездействия Стайлза, сумел выдать Дерек, стараясь выглядеть невозмутимо и даже ободряюще.       Стайлз смотрел на свои руки с отвращением, и оборотень, заметив это, едва не зарычал от негодования.       — Это не самое приятное зрелище. Даже Мелисса перестала ходить со мной после того, как увидела, как я это делаю.       Дерек недоверчиво хмыкнул.       — Почти уверен, что она перестала сопровождать тебя только потому, что поняла, что тебе можно доверять и контроль с её стороны больше не нужен, — Дерек положил руку на плечо Стайлза и серьёзно на него посмотрел. Глаза подростка блестели от переполняющих его эмоций, и сердце Дерека сжалось, когда он подумал о том, сколько всего ему пришлось перетерпеть, со скольким смириться. — Те, кто отвернулся от тебя, Стайлз, не стоят твоих переживаний. Просто знай, что у тебя есть люди, готовые тебя поддержать.       Стайлз бледно улыбнулся, смотря на него недоверчиво и печально. Он поправил куртку Дерека, которая немного сбилась в плечах, и медленно кивнул. Его лицо приобрело решительное, жёсткое выражение, и оборотень опустил руку, которая лежала на плече подростка, когда Стайлз направился к лежащему без сознания пациенту.       — Это придаёт мне сил, как сон или обычная еда, — тихо поделился Стайлз, когда чёрные змейки заструились на тыльной стороне его ладони, скрываясь под рукавом кожаной куртки. Он закрыл глаза, удовлетворённо выдыхая и облизнув губы.       Смотря на его расслабленное, полное блаженства лицо, Дерек не мог не подумать о том, как Стайлз красив. Мягкие линии лица, многочисленные родинки, которые хотелось неторопливо и внимательно сосчитать, трогая каждую кончиком пальца, растрёпанные волосы и гладкая кожа. Оборотень отвернулся, когда его взгляд упал на шею подростка и в животе образовался тёплый узел желания. Он не имел права думать о Стайлзе подобным образом.       — Ты мог бы забирать боль у нас после наших тренировок, — неожиданно даже для самого себя предложил Дерек. Но когда он подумал об этой идее более тщательно, только уверился в том, что она блестяща. Стайлзу не пришлось бы посещать больницу так часто, его беты перестали бы жаловаться на постоянные боли в мышцах и медленно заживающих ранах, а Дерек смог бы чаще видеться со Стайлзом… Дерек мысленно дал себе оплеуху за последнюю мысль.       — Ты серьёзно? Тебе это не кажется… жутким? Противным? Противоестественным? Неправильным? Злобным? Отвратительным? Странным? Уж…       — Нет, Стайлз, — перебил его Дерек, наблюдая за руками Стайлза, по которым всё ещё струились чёрные вены. — Это нормально для твоего вида. Все Ногицунэ вынуждены питаться болью. И это не так жутко, как ты говоришь. Мы тоже забираем боль, помнишь?       — Но вы не наслаждаетесь, когда делаете это. — Стайлз опустил голову, наблюдая за лицом бедного мистера Ванхавербека, родители которого, вероятно, были эмигрантами или потомками эмигрантов, потому что он сам выглядел как типичный американец и не проявлял никаких следов своей блистательной фамилии. — Ты не представляешь, как тяжело было сдерживаться в самом начале. Я готов был покалечить кого-нибудь ради боли. — Стайлз сжал зубы, сдерживая слёзы. — Я даже начал понимать Ногицунэ. Если он семьдесят лет терпел такой голод… Неудивительно, что он устроил весь этот хаос. Я знаю, что эти мысли… нехорошие, но не могу избавиться от них. Скотт был прав, когда сказал…       — Не смей даже предполагать такое, — Дерек зарычал, подходя ближе и рывком разворачивая Стайлза к себе лицом. — Понимать врага и сочувствовать ему — нормально. Не все становятся убийцами просто потому, что им это нравится. Ты сам сказал, что тебе было тяжело, ты начал понимать Ногицунэ, но ты ведь сдержался. Ты сильный человек, Стайлз. Ты удивительный. Не нужно думать о себе иначе.       Стайлз смотрел на него широко раскрытыми глазами, его руки легли на предплечья Дерека, но Альфа отказывался краснеть под пристальным, удивлённым взглядом.       — Спасибо, хмуроволк, — голос Стайлза был хриплым, и он неловко откашлялся, делая крошечный шаг назад. Дерек тут же его отпустил и постарался сделать как можно более пустое выражение лица, игнорируя свои горящие от смущения уши. — Приятно знать, что ты такого высокого мнения обо мне. Или тебя заставила Эрика? — голос у Стайлза был лукавым и игривым, но Дерек нахмурился и угрюмо свёл брови к переносице.       — Нет. И в любом случае, она не имеет права указывать мне, что делать. Я Альфа.       Стайлз усмехнулся, глядя на него мягко и с чем-то необыкновенным в глазах, что Дерек не смог расшифровать.       — Если тебе от этого легче, волче, можешь думать так, но все мы знаем, кто главный в вашей стае. — Стайлз явно имел в виду Эрику.       Дерек вздрогнул, услышав небрежно брошенное «вашей стае». Сердце у него забилось чаще, когда он подумал, что мог бы поговорить со Стайлзом прямо сейчас, пригласить его к ним в стаю официально, окончательно утвердить на него права, как на бету или эмиссара или кого угодно, только бы он был с ними. Дерек открыл рот, готовый сказать то, о чём думал последние месяцы всё чаще, но ком встал в горле и он недовольно рыкнул, ругая себя за слабость.       — Пошли, хмуроволк. Щенки не будут ждать нас вечно, — в итоге нарушил неловкое молчание Стайлз, когда Дерек так и не смог решиться сделать предложение, слишком боясь отказа.       Дерек кивнул, вспоминая о том, что Бойд предложил устроить сегодня вечер настольных игр. По крайней мере у него будет ещё несколько часов в компании Стайлза.       Дерек ненавидел тот факт, что этого было мало.

***

      Эрика бросала в сторону Дерека понимающие, лукавые взгляды с той самой секунды, как они со Стайлзом пришли в лофт. Альфа знал, что это связано с тем, что Стайлз пришёл в его куртке, пропитанный его запахом, и не собирался снимать её в ближайшее время.       — Она удобная, чувак. Если бы я раньше знал, что вы носите кожу не только для крутости, но и из-за этой потрясающей мягкости, я бы уже давно присоединился к вашему клубу анонимных любителей кожаных изделий.       — Я не ношу кожу, — встрял Питер, ухмыляясь как-то по-особому жутко.       — Когда мы впервые встретились, на тебе был кожаный плащ, зомби-волк. Кожаный плащ.       — Прошу учесть, что я был немного не в себе. Это отразилось на моём чувстве стиля.       — Да ладно, мне нравился твой плащ. Придавал тебе жуткости и драматизма. — Стайлз хихикнул на недовольное выражение лица старшего Хейла и начал раздавать всем мороженое, которое до этого перекладывал в глубокие миски.       — Твоё одобрение, любитель клетчатых рубашек, только подтверждает то, как ужасен был тот плащ, — проворчал Питер, забирая свою тарелку с шоколадным мороженным. Питер провёл по тыльной стороне ладони Стайлза своей рукой, почти незаметно отмечая его запахом, как это принято было делать в стае, и довольно ухмыльнулся, услышав рычание Дерека и увидев довольные улыбки бет, которые последовали его примеру и тоже так или иначе коснулись Стайлза, чтобы оставить на нём свой запах.       — Столько самокритики. Ты здоров, Питер? — Стайлз притворно нахмурился и приложил руку ко лбу мужчины, едва сдерживая улыбку, что так и просилась наружу. Лицо Питера приобрело странное, почти ошеломлённое выражение и Стайлз, не выдержав, расхохотался. — Ты горячий. Это нормально для оборотней? — спросил Стайлз и только озвучив свой вопрос, понял как двусмысленно он звучит.       Питер, к сожалению, тоже это понял.       — Видишь, Дерек? Стайлз считает меня горячим. А ты говорил, что я старый, — разулыбался Питер, подмигивая покрасневшему Стайлзу.       Подросток фыркнул, игнорируя смех бет и самодовольный вид Питера. Дерек закатил глаза, но не смеялся, за что Стайлз был ему благодарен.       — Придурок, — бросил в сторону Питера Стайлз, поддаваясь лёгкой атмосфере и улыбаясь вместе с остальными. — Тебе повезло, что твоё мороженое уже у тебя. Иначе я мог бы случайно уронить в твою тарелку немного корицы.       Питер ненавидел корицу. Все в стае это знали, даже если никто не хотел этого знания. Когда Питеру что-то не нравилось, он долго и красочно проклинал объект своего раздражения, доводя присутствующих при его монологе чистой ярости и ненависти до исступления.       Питер его шутку не оценил, злобно зыркнув из-под бровей. Он взял в руку ложку и демонстративно съел большой кусок немного подтаявшего мороженого. Стайлз фыркнул и плюхнулся на пол рядом с Дереком. Подросток протянул Альфе мороженое — фисташковое, кто бы мог подумать, — и, наконец, приступил к собственному десерту.       — Никогда не понимала солёную карамель в мороженом, — прокомментировала мороженое Стайлза Эрика, сама наслаждаясь шоколадным, как и Питер.       — Никогда не понимал молодых помощников шерифа в своей постели, — вернул Стайлз, с удовольствием замечая, как поперхнулась Эрика.       — Стайлз! Мы не спим! — щёки девушки покраснели, и это было столь редким зрелищем, что вся стая уставилась на неё в немом изумлении. — Что смотрите? У меня на лице мороженое или что?       — Ты просто… — начал Айзек, но его остановил локоть Бойда, врезавшийся ему в бок. Айзек задушенно зашипел, бормоча что-то об оборотнях, не умеющих рассчитывать силу. Хотя, судя по усмешке Бойда, он как раз таки её рассчитал.       — Вопрос времени, Женщина-Кошка. — Стайлз рассмеялся, не выдержав вида смущённой и одновременно разъярённой Эрики. Его плечо соприкасалось с плечом Дерека, а волосы, значительно отросшие и растрёпанные, щекотали шею оборотня, когда он откинул голову назад в приступе смеха.       — Ты говоришь о Пэррише? — решил Дерек поддержать интересующий его разговор.       Стайлз удивлённо на него посмотрел, а Эрика что-то задушенно пропищала то ли от испуга, то ли от неожиданности.       — Да, чувак! Откуда ты знаешь? — Стайлз начал улыбаться, как сумасшедший, ожидая ответа, но вместо Дерека ответил Питер.       — Это обычная практика. В стаях принято рассказывать о своём партнёре или предполагаемом партнёре Альфе, чтобы он или она могли проверить потенциальное пополнение семьи. В целях безопасности. Не очень многие готовы к открытию сверхъестественного мира. — Питер отвёл взгляд, когда вспомнил о Кейт, которую Дерек скрывал, нарушая правила их семьи.       Дерек, видимо, подумал о том же, потому что помрачнел и уткнулся в свою миску, хмуря брови.       — Ну, тогда мы обязаны покопаться в грязном бельишке Пэрриша! Я его знаю, он классный парень, но Мэтт тоже сначала не казался психом… Хотя нет, казался. Но проверить всё равно не помешает. — Стайлз похлопал Дерека по колену, не замечая, как тот напрягся и подобрался от, казалось бы, невинного прикосновения. — Я схожу завтра в участок и добуду на него все бумаги, которые только смогу. Думаю, папа мне поможет.       — Это кажется неправильным, — опустила глаза Эрика, отложив миску с недоеденным мороженым в сторону. — Мы вторгаемся в его частную жизнь, нарушаем личное пространство…       — Это звучит, как необходимость, а не как благо, — проницательно заметил Бойд. — Мы не будем лезть в слишком личное. Просто проверим наличие или отсутствие серьёзных нарушений, деликатно узнаем его отношение к сверхъестественному.       — Узнаем его психическую устойчивость, — кивнул Питер, ухмыляясь.       — Проверим серьёзность намерений в отношении тебя. — Айзек посмотрел на Эрику застенчиво, но серьёзно. — Если этот козёл разобьёт тебе сердце, ему придётся иметь дело с целой стаей оборотней.       — Мне его уже почти жаль, — захихикал Стайлз, в тайне довольный тем, как эти бесчувственные чурбаны заботятся о единственной в стае девушке. — Но Пэрриш правда крут. Сомневаюсь, что он провалит наше испытание.       — Главное, чтобы ты сама была уверена, что из ваших отношений может выйти что-то серьёзное, — заметил Дерек, смотря на Эрику тяжёлым, обеспокоенным взглядом. — Мы не будем его трогать, если ты не уверена, что он — тот, с кем ты можешь остаться надолго.       — Джордан… Он… Я хочу, чтобы всё получилось. — Эрика как-то поникла, опустив глаза вниз и не смотря на своих друзей. — Но он держит меня на расстоянии вытянутой руки. Говорит, что я слишком молода и лучше подождать. Я не знаю…       — А мне это кажется зрелым и ответственным подходом, — Стайлз отложил миску в сторону и перебрался к Эрике, теснившейся на диване. Он обхватил её за плечи и ободряюще улыбнулся, взяв за подбородок и потянув его вверх. Лицо Эрики было неуверенным и грустным, и Стайлз крепче сжал её в своих объятиях. — Ты же оборотень, Женщина-Кошка. Ты буквально чуешь, если он не хочет тебя видеть или врёт. Я знаю Пэрриша и уверен, что он хочет сделать всё правильно. Вам нужно только подождать.       — Он же служитель закона, — лениво отметил Питер, разглядывая свои ногти, — кто не будет совращать несовершеннолетних, так это он.       — Он не совращает! — фыркнула Эрика, тем не менее выглядя более спокойной. — Спасибо. Мне было нужно… это.       — Мы стая, Эрика. — Дерек поймал её взгляд непоколебимой верой в свои слова. — Мы здесь как раз для этого.