Жизнь во время войны....

События между событиями 1 и 2 серии третьего сезона       Они ехали в родной Жуже и Светлана не могла поверить своему счастью. Жар его тела, твердые предплечья, которые она не в состоянии отпустить. Его запах, будоражащий кровь и голос... такой родной и любимый. Тот голос, который звал ее ночами, заставляя писать письма в никуда и бояться ложиться спать. Сегодня она не будет бояться. Ваня ее защитит. С ним спокойно. С ним не страшно.       Она не сдержалась, снова потянулась к его щеке и поцеловала, уткнувшись в шею и вдыхая полной грудью. Запах пыли и моря не могли перебить его запах... Ванин запах. Она счастливо улыбнулась и почувствовала его улыбку в ответ, только сейчас осознавая, что он сдержан, его движения скованы, а сам он словно дикий. Еще и усы эти...       Света подняла голову и встретилась с ним взглядом. Три года войны. Они расстались под Харьковом и встретились в Одессе. Почти всю Украину прошли. Разными путями. Разными дорогами. Что было с ним в эти годы? Где его улыбка, где подшучивания, которые так бесили ее вначале и так подбадривали в осажденном Харькове?       - Вань, а как ты тут оказался? Почему не в прокуратуре? - Света все же решилась спросить и его местонахождение в Одессе и чужой мундир.       - Свет, давай позже ладно? - Только и услышала в ответ, а после Иван отвернулся... и Света поникла.       Она смотрела на него, пытаясь сдержаться и не расплакаться вновь. Он жалеет? Конечно жалеет! Она же видела его не желание ехать. Сама настояла. Практически заставила Звягинцева решить вопрос, отбить Ваню у того молоденького капитана. Он рвался туда... Куда?       Она знала, что сейчас много сил бросают на укрепление наступательных батальонов. Он рвался в бой. Конечно! Это же ее Иван. Всегда в бой. На передовую. Неужели для него передовая милее чем она, его жена. А как же жажда тепла и ласки. Женского тела рядом? Света отвернулась глотая слезы обиды. Иван был не тем мужчиной, который будет изменять ей? Ведь так? Он же принципиальный. Верный! Честный! Он бы ей сказал...       Света кинула взгляд на него и вновь отвернулась. Да, это все было про того Ваню, которого она встретила в Киеве и потеряла под Харьковом. А этого она не знала. Может у него есть кто. Или может он даже не считает себя женатым мужчиной - шутка ли они были в браке всего несколько дней до расставания на три года. А война она такая странная штука. Круглые сутки адреналин в крови заставляет совершать разные поступки, в том числе и постельные успехи перестают считаться изменой. Она мотнула головой. Нет! Она не хочет даже думать об этом…       - Григорий Иванович, - Света потянулась к их бессменному водителю. – Остановите на площади, пожалуйста. Мы до прокуратуры сами дойдем.       - Слушаюсь, Светлана Петровна, - старшина кинул веселый взгляд через зеркало заднего вида и завернул на площадь, где вскоре остановился.       - Пошли, прогуляемся, - Света первой вышла с машины, оставляя там удивленного Рокотова, который несколько мгновений качественно тупил, смотря на Федоренко.       Светлана закрыла двери и прошла к тротуару, заламывая пальцы, стараясь подавить эмоции так не вовремя взявшиеся. Она ведь реалистка. Бывало ведь, что ночами вспоминая и думая о Ване она боялась самого страшного, что где-то там он найдет еще одну, третью, которая станет женой… детей родит… и когда…       - Светка, ты чего, - Ваня схватил ее за локоть и крутанул на себя, прижимая к себе, - зову-зову, а ты не слышишь. Идешь куда-то. Уже надумала сбежать? Противен?       Света не смогла сдержать смешок от его серьезного тона и подняла глаза, встречаясь с ним взглядом. В его карих глазах плескалась тревога и страх…       - Ты мне муж? – Тихо спросила она, сама удивляясь вдруг охватившему ее спокойствию.       - Да… - чуть помедлив так же тихо ответил Ваня и хватка на ее локте ослабла. - В смысле?       - Вань, мы три года не виделись и… - Света все же моргнула и опустила глаза. Она не смогла удержать этот взгляд, который проникал сквозь нее, пытаясь добраться до ее сути. – В общем, я понимаю, что ты мог мне изменять и не виню, и сейчас… зря я, наверное, настояла. Видела же что не хочешь, а Звягинцев он… Вань, - Света вдруг схватилась за него, вновь поднимая глаза и понимая, что ее реплики остались не понятыми. – Ты… - Она вдохнула полной грудью и шумно выдохнула, закрывая на миг глаза и собирая все свое мужество для последнего рывка. – Вань, не бойся сделать мне больно. Если тебе нужно куда-то… или к кому-то – не смогла сдержаться, сглотнула и всхлипнула. – Если тебя кто-то ждет, ты езжай, Вань. Только будь честным. – Последние слова даже она не могла быть уверенной что расслышала их.       Ваня молчал. Она даже осмелилась открыть глаза и посмотреть на него, пытаясь понять его мысли. Он стоял как истукан. Между ними было сантиметров двадцать, а Свете казалось, что между ними непробиваемая стена.       - Ты за кого меня принимаешь? – Вдруг зашипел Иван, словно разозлившаяся кошка. – Товарищ Елагина, ты что за бред тут городишь? – Он схватил ее в районе предплечий, сжимая до боли двумя руками и сильно труханул, так что ее голова дернулась.       - Я… не… - Света вдруг поняла всю глупость собственных мыслей. – Вань, ты такой чужой и на берегу сторонился, а вдруг… я же не знаю, что было с тобой.. а вдруг… я просто, Господи. – Она не выдержала и вырвалась из его хватки, тут же приникая к нему и обвивая руками его талию. Ей хотелось спрятаться от его такого пронизывающего взгляда, который теперь смотрел на нее обвиняюще. И она спряталась на его же плече. Этот запах... родной.       - Дуреха ты моя, - вдруг нежно сказал Иван, обнимая ее и крепче прижимая, целуя куда в макушку. – Скучно вам живется, прокурорским. Неужели ты думаешь, у меня была спокойная жизнь, что умудрился и тебя из сердца вырвать и кого-то еще найти? И все за три года войны, – Ваня даже цокнул в неверии, мотая головой, поглаживая ее по голове.       - Мало ли… я не… - Света подняла голову, когда до нее дошло про спокойную жизнь. Это у нее-то спокойная? – Между прочим я месяц назад теракт предотвратила… - тихо отозвалась она.        Света вдруг отодвинулась от него, желая похвастаться своими успехами, как она используя его методы нашла бомбу в театре. Спустя мгновение она все же схватила его за руку, побуждая идти в сторону прокуратуры и желая поделиться впечатлениями. Ее рассказ закончился на Николае, который оккупировал генеральский кабинет и важничает вот уже какой месяц подряд, не желая с ней контактировать.