Кровавые следы

Лип колебался пару секунд прежде, чем постучать в дверь. — Йен, мы можем поговорить? — Если ты тоже думаешь, что у меня биполярка, то лучше уходи — ровным тоном сказал Йен, лежа на кровати и совершенно не желая тратить силы на бессмысленные разговоры, но для Липа решил сделал исключение. — Нет, я так не думаю. Я войду? Возражения никакого не последовало и Лип принял молчание, как знак согласия. Он открыл дверь и вошёл внутрь. Лип достал косяк и закурил, прислонившись к тумбочке. Он не спешил завести разговор, давая возможность Йену проявить инициативу самому. — Сегодня был сумасшедший день — начал рыжик и протянул руку к косяку брата. — Как и всегда — ответил Лип, отдавая закрутку. — Не, этот отличается уровнем хуевизны раз в сто — Йен затянулся и почувствовал, как всё тело начинает расслабляться, а язык развязываться — Я собирался переспать с Кэшем, но нас прервали. Знаешь кто? Йен замолчал, давая возможность Липу немного подумать, но потом продолжил. — Микки. Прикинь он с Игги напал на магазин. — Нихера себе. — Потом завязалась перестрелка. — Микки Кэша подстрелил? — предположил Лип. — Не, мы с Микки подстрелили Кэша — сказал Йен, выдыхая дым. — Офигеть, ты во всех своих парней стреляешь? — пошутил Лип, уже словивший кайф от наркоты. — Не, только в тех, кто изменяет фанатичным мусульманским женам — усмехнулся Йен. — Значит, Кэш получил по заслугам — ткнул брата в бок Лип — ты оказал Линде услугу. — Ах, да. Ещё Линда уволила меня с работы. — Ну, и пошла она тогда. Всё равно её муженек будет ей изменять без тебя или с тобой без разницы. — Эй, он был моим парнем. Хотя да, Кэш ещё тот любитель членов по нему это сразу видно. — Ахаха, ты это признал — веселился Лип. Братья ещё разговаривали какое-то время, прежде чем отправиться спать. Ложась в кровать Лип ощутил острый приступ чувства вины. Он пообщался с братом, что было безусловно хорошо. Но Лип не смог ничего разузнать, кроме того, что кошмары начались тогда, когда брат не вышел на работу. И ежу понятно что межу этим была какая-то связь. Но какая? Что произошло тогда? Почему это так повлияло на Йена? У Липа не было никак фактов, подтверждающих что либо, только смутные догадки и это удручало, потому что все старания кажутся напрасными, а риск не оправданным. Лип мысленно бранил себя. Ну, и для чего мне нужна моя умная голова, если я тупа не могу помочь тому, кому хочу и распутать этот клубок событий? Думай, Лип! Думай! Точно! Микки. Лип помнил, что брат жаловался на Милковича о том, как тот понемногу грабит магазин Кэша. Потом Йен престал что-либо говорить о нем. А сейчас Лип узнает, что Микки напал и разграбил место, где работал Йен. Как-то это всё подозрительно. Нужно обязательно встретится с Микки, может ему что-то известно. Конечно, Лип уважал личное пространство брата и, когда тот говорил, что не хочет, чтобы кто-то вмешивался в его дела, он бы не вмешался. Но это касалось здоровья и благополучия Йена, поэтому Лип не мог оставаться в стороне. Он обязан аккуратно всё разузнать и при этом Йен не должен ничего узнать, иначе их доверительные отношения будут испорчены. Он поможет брату, даже если тот того не хочет, потому что это его долг — заботится о семье. С такими тяжёлыми мыслями Лип отправился в царство Морфея. Йен тоже скоро заснул. Но сон был беспокойным и заставил проснулся. В этот раз обошлось без криков. Йен переводил дыхание, пока потное тело прилипало к одежде и постельному белью. Ему снова приснился кошмар. И он снова не мог вспомнить, что там было. Просто ему постоянно что-то снилось, что-то что он никак не мог отпустить. Йену не хотелось признаваться даже себе, но кажется это было связано именно с актом насилия, которое с ним недавно произошло. Йен испытывал жуткий стыд и злость за то, что недооценил противника, за то что вообще пошел к Милковичу. И чего он добивался? Йен уже не мог понял, что конкретно его сподвигло на такой поступок. Месть? Желания постоять за Кэша? Выпендриться? Боль, которую он испытал, была ужасна. Она подтверждала, что Йен оказался слабаком и ничтожеством, который не может за себя постоять. Йен не ненавидел Микки за содеянное. Он сомневался в себе. Он начал бояться, что слабак, который не может управлять своей жизней. И теперь когда ему приходилось что-то делать, решать, выбирать тревога стала неизменным спутником. Йен думал об этом. Но менять ничего не собирал, да даже если собирался. Как бы он это сделал? Не понятно. Йен поднялся с кровати и спустился вниз выпить воды. Но внезапно его одолело желание. Он должен попрощаться с Кэшем. Да, он знал, что Линда запретила приближаться к мужу. Если раньше, когда она это сказала он ничего не почувствовал, то теперь раздражение и чувство несправедливости брали верх над разумом. Йен хотел встретиться с Кэшем! Прямо сейчас! Эмоции переполняли рыжего, поэтому он не совсем понимая, что делает, оделся и вышел на холодную улицу.

***

Йен стоял перед больницей минут десять, провалившись в какую-то пустоту. Зачем он здесь? Чего добивается? Обходя больницу, Йен заметил, что пошел снег. И он слегка отвлекся от мыслей, залюбовавшись картиной пред глазами. Ночь, белые хлопья летят с неба, высокие фонари, освещающие улицу, деревья. Все составляющие детали сделали этот момент каким-то особенным. Как будто находится прямо здесь и сейчас было предрешено судьбой. И дальнейшие развитие событий так же имело мистический характер. Йен не мог войти через главный вход и искал альтернативные пути, потому что больница была закрыта. Йен помнил, палата Кэша находилась на втором этаже. Чтобы до неё добраться нужно вскарабкаться на небольшую пристройку, а потом аккуратно по стенке добраться до нужного окна. Конечно, риск упасть был весьма большой, но порог отличался крепким видом, да и со второго этажа насмерть убиться будет тяжело. Поэтому Йен не особо волновался, пока проходил весь этот путь. Наконец, дойдя до окна, он хотел было в него постучать, но заметил, что оно было не заперто, а открыто настежь. Что-то здесь не так. Йен замер, прислушиваясь к звукам, но было тихо. Тогда он залез в окно и смог разглядеть черную фигуру, стоящую рядом с кроватью. Йен не на шутку испугался, в голове пытаясь найти разумное объяснение происходящему, но ничего подходящего не было. Кто сейчас стоит рядом с кроватью Кэша? Что ему нужно? Зачем он здесь? В голове роилась целая куча вопросов без ответов. — Кто здесь? — наконец смог задать вопрос Йен, после того как первый шок спал. — А ты то, что здесь делать? С любовников решил повидаться? — из темноты послышался знакомый издевательский тон. — Микки? — не мог поверить в происходящее Йен. — Нет, блин, черт в пальто. — Что ты здесь делаешь? — Йен никак не мог понять «рациональность» поступков Микки, если таковая вообще существовало. Напасть на магазин, а потом придти в больницу к владельцу. Ну, что за идиотизм? Он что решил прикончить Кэша? Не приятный холодок пробежал по спине и Йен поежился. — То же самое можно спросить и у тебя. Разве Линда не запретила тебе приближаться к педику? Йен поморщился, услышав унизительное оскорбление для геев из уст голубого. Галлагер догадывался, что Микки сам вряд ли относит себя к геям. Но быть гомофобом и при этом любить заниматься сексом с парнями это сильно. Йен никогда не думал, что два взаимоисключающих факта могут существовать в одном человеке. Микки не просто странным, он чертовски странный. Йен заметил кое-какую несостыковку. Откуда Микки узнал, что Йена уволили? Но рыжий не решился об этом спросить. Вместо этого он наконец вспомнил, что пришёл увидеть Кэша. Йен перевёл взгляд на лежащего на кровати мужчину и подумал, что разве разговор с Микки не должен был разбудить Кэша? Йен подошел ближе к кровати. И начал тщательно рассматривать лицо любовника. Оно было каким-то не естественным. Бедным. И безжизненным. Внезапно Йена посетила мысль и он проверил дыхание Кэша, которого не было. Йен сказал прежде, чем понял смысл сорвавшихся с губ слов: — Он не дышит. — Ты чё, гонишь щас? — Нет, Микки, он правда не дышит. Это ты его убил? — Йен ещё не совсем всё понял, но его глаза смочили слезы, а голос начал дрожать — Зачем? Зачем ты это сделал? — Воу, воу полегче. Если он реально мертв, то я здесь не причём. — Ты думаешь я в это поверю? Когда я залез в окно ты был в палате. — Я здесь за тем, что бы поговорить и всё. Я не собирался делать его жмуриком. И вообще когда я залез ты практически сразу появился в окне. — Ты думаешь я идиот? Здесь никого кроме тебя не было! — Откуда ты это знаешь? Окно было уже открыто, когда я лез! — Что?! — Когда я увидел тебя, я подумал, что индус специально для тебя его оставил. — Чушь! Ты всё врешь! — Йен не смог сдержать комок слез подступивший к горлу и расплакался — Как ты мог, Микки! Он же тебе ничего не сделал! Йен толкнул Микки в приступе неконтролируемой агрессии. Он всё ещё не мог поверить в происходящие. Кэш мертв. Как такое возможно? Что здесь в конце концов произошло? Йен не был идиотом и понимал, что Милкович каким-то образом точно причастен ко всему. И не важно он ли убил или кто-то другой, сейчас Йен больше всего на свете хотел узнать правду о том, что случилось и не важно, что ему нужно для этого сделать. Приступ истерики как раз пришёлся вовремя и Йен был готов поддаться ему, чтобы достать из Микки необходимые ответы. Йен схватил брюнета за грудки и припер к больничной стене. Не смотря на то, что действия рыжего были грубыми его голос был надрывным: — Что здесь случилось, Микки! Ты должен знать! Скажи мне, пожалуйста, Микки… — Блядь, отвали! Не знаю же сказал — брюнет будучи удивлен плачущему и умоляющему парню, промешкал пару минут, а потом скинул с себя его руки. Йен не сопротивлялся, он отошёл. Его эмоции сейчас управляли им. Он не знал, что ему делать и как прийти в себя. Ноги больше не справлялись с тяжестью своего тела и Йен опустился на пол. Он уткнулся ладонями в лицо, в попытке заглушить слезы, но они не преставали литься ручьями, тогда он вцепился в волосы. Микки видел, что парень был не в себе. Смерть любовника рыжего была настолько шокирующим событием, что даже брюнет был в не в себе от происходящего. Но для Микки это был не первый труп, который он видел, поэтому он был более спокоен, хотя и понимал, что ситуация полный пиздец и что-то нужно делать. Микки был не силен в успокоении людей, но сейчас от этого зависло многое, и если четов Галлагер продолжить истерить и привлечет своими рыданием людей, то это будет полная жопа. — Галлагер, успокойся, блядь, своими слезами ты не заставишь мертвого воскреснуть. — А что я могу сделать? — Отомстить. Ты же любил его, верно? Почему бы тогда тебе не излить свой гнев на того, кто это сделал? — Ты предлагаешь убить тебя? — Блядь, пацан, ещё раз повторяю я к этому не причастен. Я собирался просто поговорить, ну, может максимум припугнуть, но не убивать. Ты, думаешь, мне так хочется мотать срок в тюряге? Йен обдумал слова Микки и высказал своё решение: — Поможешь мне найти убийцу, и я поверю в твою невиновность, иначе я пойду в полицию и расскажу всё, что видел. — Разве подозрения не попадут и на тебя тоже? — Мне всё равно. Микки был удивлен такой решительностью парня. Ему не нужно было столько проблем. — Ох, ну, хорошо. Считай, договорились — не без удовольствия согласился Микки. Он знал, что теперь это его обязанность и работа, от которой он не мог отвертеться. Микки уже сто раз пожалел о своём глупом решении напасть на магазин. Чем он тогда думал? Уже не головой точно. Просто его так разбесил этот рыжий пацан, что он до усрачки желал запугать и показать режиму кто главный, но всё вышло по полнейшему тупо, а главным образом боком самому Микки. Если только отец узнает, что он кретин натворил изобьёт до смерти. Но если Террри узнает, что Микки спал с парнем, то пристрелит того на месте. Поэтому чтобы замести следы ему необходимо было разобраться с двумя проблемами, но теперь когда индус мёртв то, что осталось, это заставить молчать рыжего. Микки даже не мог предположить, кому этот тряпка мог понадобится мертвым, но по крайней мере он теперь точно не сможет ничего рассказать полиции, оно и к лучшему. Микки посмотрел на более-менее успокоившегося мальчишку. Честно, он понятия не имел из-за чего Йен так убивается. Было бы из-за кого. Микки наконец решил приступить к новой работе и расследовать убийство владельца магазина Кэша. Брюнет подошёл к кровати с трупом и скинул с того одеяло, чтобы осмотреть тело. Да уже, зрелище не для слабонервных. Йен отвернулся и ушёл в другой конец комнаты, потому что ощутил приступ тошноты и головокружения. Микки хотел что-то сказать, но поняв в насколько ужасном психическом состоянии был Галлагер решил его лишний раз не трогать. А быстрее отсмотреть тело и комнату и быстрее свалить отсюда, пока никто в больнице не прознал о смерти недавнего пациента. Переведя внимание на мертвеца, Микки заметил следы от удушья на шеи. Внимательно осмотрев это место брюнет пришёл к выводу, что маньяк свою жертву чем-то задушил и скорее всего это была веревка. Микки стал осматривать комнату на предмет убийства, но ничего не нашёл. Значит, верёвку маньяк прихватил с собой. Микки задумался. Зачем кому-то убивать человека веревкой, разве не проще пристрелить или зарезать? Каму нужны такие сложности? Значит убийца поехавший на голову извращенец, которому нравится смотреть, как жертва пытается сопротивляться. Или он просто не мог купить подходящие оружие, поэтому ограничился веревкой. Малолетка? Какому сопляку понадобился этот несчастный пидор? Но, может, преступник не ожидал, что всё произойдет таким образом. Тогда нужно будет копать в сторону родственников и знакомых. Ну, а завтра пока стоит ограничиться походом в магазины оружия и расспросами о малолетке, желающим приобрести не детскую игрушку. Микки хорошо знал куда возможно мог сходить потенциальный убийца. И этим он займётся потом. А сейчас стоило бы позаботится об отпечатках и Йене, всё ещё никак не собирающимся приходить в себя. Если с отпечатками проблем не возникнет, ведь в палате точно должно быть очистительное средство, которым можно всё стереть, то с Йеном было куда сложнее. Парень выглядел очень бледным и болезненным. Микки подошел и хорошенько встряхнул Йена. — Послушай, соберись чувак, сейчас не время сопли распускать. Я осмотрел тело и комнату, и теперь у меня есть пара зацепок, так что мы можем уходить. Давай, вставай. Йен ощущал себя в тумане. Он как будто смотрел на всё со стороны и был только зрителем, а не участником событий. Микки говорил разумные вещи и Йен решил делать всё что он скажет, потому что думать сейчас он был не в состоянии. Он просто хотел, чтобы этот кошмар закончился. А труп исчез как будто его никогда не было. Но, к сожалению, то что случилось уже случилось и изменить это невозможно.