Горящие в бури свечи

Цепкие тонкие пальцы, которые в темноте светились, как слоновая кость, с характерным звуком пройдясь по деревянному столу, аккуратно взяли наполненный водой графин за стеклянную ручку. Домашние юбки шумно развернулись, и девушка, ловко ориентируясь в темноте, пошла вдоль коридора. Моргана с уставшим видом натянула тёмную шаль на плечи. Сейчас ей хотелось только одного - поспать, хотя бы минуточку. Для обитателей этого дома ночь выдалась до ужаса выматывающей и жуткой. Моргана совсем не заметила в темноте высокую фигуру мужчины, и столкнулась с ней, расплескав часть содержимого графина. Девушка, вскрикнув, отскочила назад, обливая человека ещё больше. - Jesus... God, help me (1)! Моргана, я чуть не умер! - Артур, немного заикаясь, то ли от страха, то ли от недостаточного знания русского языка, отряхнул мокрые рукава своего ночного халата. - Господи Иисусе! Артур! Я испугалась! Ты с ума сошёл!? Что ты тут делаешь? Испугал меня! -Я... - Артур потихоньку начал привыкать к темноте в коридоре, - Я хочу пить. - В твоей комнате закончилась вода? Почему же ты не позвал слугу? - Я его отпустил отдыхать. Мерлин забыл поставить графин воды мне на стол перед сном, поэтому я решил спуститься сам. А ты что тут делаешь? Выглядишь так, словно что-то... замышляешь. Повисло молчание, за время которого Моргана недовольно нахмурила брови. - Не мели чепухи, Артур! Раз пошло дело, ты выглядишь ещё подозрительнее девушки, которая спустилась набрать воды для своей служанки. - Я пошутил. - Весьма скверная шутка. - Не думаю. С каких пор госпожа подаёт своей служанке воды? - Ни с каких. Настёна - моя близкая подруга. К тому же, ей всю ночь нездоровится. Нужно наложить ей влажный компресс. - Может, стоит позвать врача? - Артур, прошу, во имя всех святых! Не веди себя так, словно ты больше всех знаешь, хотя дома ты ровно два дня. Мне это не нравится. Настёна никогда не разрешает звать ей врачей. Она говорит, что боится их. К тому же, это всего лишь переутомление и обморок от пережитого за сегодня волнения. - Весьма подозрительно, не думаешь ли? - Что? - Моргана обошла Артура, гневно смотря на него, - Что ты имеешь в виду? Ты подозреваешь мою служанку в чём-то? А может, и меня заодно? - Ну, тебя - очень маловероятно, а вот твоя слуга очень подозрительна. С чего бы ей так переживать всю ночь? - Дорогой братец, извини, но я тороплюсь, а то я бы тебе вломила подзатыльник, как в старые добрые времена, за такую клевету. Я доверяю Настёне, как себе, и даже больше! А вот тебя я знаю намного меньше. Кто знает, может быть, это тебе, аристократу английских кровей, чем-то не угодила наша простая русская экономка. А то с какой стати ты тут шляешься по ночам? - Ч-что? Какая клевета! - Артур, открыв рот, наблюдал за тем, как рассерженная фигура Морганы удаляется по коридору, - Я надеюсь, ты шутишь, сестра! Я правда хочу пить. Не поделишься водой, которая у тебя? - Нет! - послышался в отдалении голос девушки. Где-то в глубине дома хлопнула дверь и послышался топот чьих-то тяжёлых ботинок. Молодой князь вздрогнул, решив поискать воды где-нибудь в столовой.

***

Мятое белье уже не первой свежести стремительно полетело на пол между кроватью и комодом. Артур с отвращением обогнул комок тряпок под ногами, а затем с раздражённым видом открыл дверцу в поисках чего-то. Его нетронутый обед так и лежал на столе. За дверью послышались неровные шаги, а затем в дверь постучались. - Наконец-то! Где тебя носило-то? - прошептал молодой князь, со злостью захлопывая дверцу, - Входите! Постучали ещё раз, но требовательней. - Чёрт подери тебя, Мерлин! Входи уже! Парень протиснул голову в проём и широко улыбнулся. - Можно войти, сударь? - Входи уже! - Спасибочко, сударь! - Мерлин слегка шатающейся походкой прошёл в комнату, - Знаете, такая ночь была! Это просто кошмар! Я удивлён, что вы ещё на ногах! - Ты пьян? Почему от тебя воняет водкой? - Я? - Мерлин нелепо округлил глаза, - Никогда! Кто пьян? Я?! Ни за что! Артур закатил глаза, чувствуя, что его сейчас вывернет от раздражения. - Прекрати пояз... поясниче... паясничать! Ты припир... припёрся ко мне совершенно пьяный подч... почти к вечеру! - чем больше молодой князь злился, тем больше он торопился, а следовательно, делал больше ошибок и раздражался от замкнутого круга, который он сам себе создал, - Я не собираюсь отчитывать чернь, это не в моей... моем характере. Да и не важно. Я сколько раз тебя просил уже ипсполь... использованное белье разжды относить в прачечную. Я не могу носить грязное белье целый день. - "Разжды"? - Мерлин честно старался не смеяться, но губы медленно расплывались в улыбке. Артур пнул гору одежды к ногам слуги и подошёл к нему вплотную, скривившись. - Ты вообще понимаешь, что я только что сказал? - молодой князь и так был не слишком разговорчив в детстве, а тут у него от гнева русские шипящие получились совсем не лучшим образом. Мерлин не сдержал смеха, осознав, что ничего не понял. Правда, через несколько секунд замолчал, почувствовав, как голова начала кружиться. - Я к тебе обращаюсь, дурак! - Артур толкнул его в плечо, ощущая всем телом, как закипает от гнева, - Посмотри на себя! Одет как оборванец! Воняешь как оборванец! Даже умудрился потерять свой вонючий костюм по дороге! Да я тебя просто выгоню! Мерлин со вздохом качнулся, и его ноги подкосились. Он рухнул прямо на грязное белье, потирая рукой затылок. Что вообще, чёрт подери, происходит? Какой ещё костюм? Он же был на нём? Артур неуверенно поджал губы, смотря на своего слугу, рассевшегося на полу и что-то бормотавшего. Мерлин похлопал себя по груди и удивлёнными глазами посмотрел на молодого князя. - Пропал! - только и сумел он прошептать, продолжая зачем-то шарить руками по карманам и плечам. Мерлин только сейчас, мгновенно протрезвев, неожиданно почувствовал, что ему всё это время было прохладно. На нём не было кафтана, который одолжил ему Гаюс. Мерлин, убедившись, что верхней одежды нет и в комнате, вскочил на ноги и схватился за голову. Артур снова скривил губы, с непониманием смотря на своего слугу. Мерлин зажмурил глаза, пытаясь вспомнить, что делал ранним утром. Он пришёл в кабак. Попросил водочки. А дальше? Разговаривал с кем-то? Нет, не так! Там было жарко. И он снял свой кафтан и повесил его на какой-то гвоздь. На какой же, чёрт подери, гвоздь он его повесил?! - Пропал! - повторил Мерлин, облокотившись рукой об стену и протирая рукой глаза, - Пропало! Самое главное, что голубое письмо, лежавшее в кармане, тоже пропало! И вспомнить бы для начала, в каком кабаке он был! А потом уже найти этот проклятый гвоздь. Артур вздохнул, немного смущённо глядя на Мерлина, а затем осторожно прохлопал того по плечу. - Ладно, так уж и быть, даю тебе последний шанс. - молодой князь выглядел немного виновато, - Я не буду тебя выгонять. Я понимаю, что потерять близкого человека - это сложно, но больше такой ошибки я не прощу. Понятно? - Д-да... да, сударь. - Больше не устраивай истерик при мне. Я этого не люблю. А теперь иди и проспись, пьяница. - Спасибо, сударь. Благодарю, сударь. - Мерлин медленно встал и поплёлся вперёд, только сейчас ощущая, что у него глаза на мокром месте. Артур странно смотрел вслед удаляющемуся вниз по лестнице слуге. - Никогда не думал, что русские такие... sensitive... (2)- прошептал он, фыркая и отворачиваясь. Мерлин в это время сжал двумя руками голову, шатаясь, выходя из дома, и пытаясь вспомнить хотя бы название кабака, в котором он ещё надеялся найти свой злополучный кафтан.

***

Остренький носочек туфельки, расшитый бархатной тесёмкой, рассеяно ковырял прохладную землю. Удивляли взор последние цветы лета, растущие в самом популярном уголке Летнего Сада, который сейчас заняли гости пикника, устроенный в честь рождения какого-то богатого критика. Обычно такие высокопоставленные люди и завсегдатаи знаменитых салонов Петербурга не посещали парки столицы, но княжна Терникова совсем недавно приехала из Англии, где набралась разных новшеств и иностранных мод и решила устроить picnic, как любой новоприбывший путешественник. Она хорошо зналась со многими великими князьями и княжнами, а папенька её тоже когда-то был не без государственных чинов и званий. Недавно поставленную беседку, бдительно охранявшуюся штатом слуг дома князей Терниковых от простых прохожих, окружали в основном люди, часто появляющиеся при дворе. Их шумные разговоры на смеси французского, русского и английского прерывали фонтаны, стоящие вокруг деревьев и декоративно подстриженных кустов. Моргана пнула ногой камушек и равнодушно посмотрела на статую Сивиллы. Заметив, как к ней подходит виновница торжества, Евгения Михайловна Терникова, молодая княжна крепче сжала фужер и улыбнулась знакомой. - Vous aimez ma fête, ma chérie? - женщина средних лет, игриво приподняла уголки глаз, - Les français l'appellent buffet. (Вам нравится мой праздник, моя дорогая? Французы зовут это фуршет.) - Oui, ma chérie Eugénie. Мы тоже зовём это фуршет. Но мне помнится, ma chérie, ты говорила, что это будет picnic. - N'est-ce pas? Quand j'étais dans le Yorkshire, j'ai été invité à une telle fête. Il y a vait beaucoup de champagne et de gâteaux. (Разве не так? Когда я была в Йоркшире, меня пригласили на такую вечеринку. Было много шампанского и пирожных.) - Oui, Vous avez de la chance. (Да, вам везёт.) - Но, ma chérie! Я так давно тебя не видела! Как у тебя дела? Слышала, какой-то князь пытался попросить у твоего папеньки твоей руки. Но как видно, все безуспешно. - Простые слухи, ma chérie Eugène! У моей семьи пока что нет планов выдавать меня замуж. Papa говорит, что я ему ещё дома пригожусь. - Это понятно. Но, ma chérie, тебе в этом году исполнилось двадцать лет. Ты давно достигла того возраста, когда уже пора бы самой заводить семью. Что может быть лучше для женщины, чем быть заботливой матерью и прилежной женой? Моргана проигнорировала вопрос, ставя свой бокал на маленький столик рядом и отворачиваясь от женщины. Её всегда раздражали эти пустые разговоры старых дев и женщин, которые чувствовали себя абсолютно измученными в несчастливом браке. При этом, и те, и другие, почти с пеной у рта просили незамужних счастливиц поскорее выйти замуж и родить трёх-четырёх детей. - Morgane, время - оно как вода. Ты даже не замечаешь, как оно утекает сквозь пальцы. Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю. Нужно хватать счастье сразу, пока есть возможность. - А если я не люблю? Я не хочу замуж. - Какие глупости, ma chérie! У женщин нет такого понятия, как любит или не любит! Всё полюбится позже, когда дети пойдут. Самое главное для женщины в жизни - это дети. А тот князь, я скажу тебе по секрету, весьма неплохой вариант для замужества. Приглядись к нему, ma chérie. Моргана снова посмотрела на статую Сивиллы, которая, закатив глаза, смотрела наверх в вечернее небо. - Ну так и выходи за него замуж сама! - мелькнуло у неё в голове. Остальные нравоучения знакомой о важности замужества и о главной миссии любой женщины - рождения детей, казалось, утонули навсегда в пространстве, которое для самой себя молодая княжна называла Бермудским треугольником здравого смысла. Слушать такие бредни от незамужней старой девы для неё было сложнее, чем вспахивать поле вилкой. - Ma chérie, Eugène! - Моргане не составило труда изобразить изумление на лице, - Прости меня, пожалуйста! У меня совсем вылетело из головы, что мой papa просил меня прийти домой пораньше к ужину. Сегодня мы даём ужин его знакомым по службе. Papa очень просил меня быть! - Конечно, ma chérie! Не переживай! Я понимаю! Попросить кого-нибудь проводить тебя до экипажа? - Что ты! Не утруждайся! - Моргана поправила свою шляпку и направилась по дорожке, вглубь Летнего Сада, махнув рукой на прощание, - Я пройдусь домой пешком. Тут недалеко. Приходи к нам как-нибудь на обед, ma chérie! Au revoir (3)! Девушка, готовая была лопнуть от злости, крепко сжала ткань атласных перчаток. Ей просто хотелось накричать на Eugène за то, что та испортила ей весь вечер. Всё было вполне неплохо, она душевно пообщалась с детьми графов Естафьевых. Миша всё время нелепо просил свою сестру удалиться, скорее всего, чтобы отвести Моргану в глубь сада и там попытаться неуклюже её поцеловать. Молодая княжна прекрасно знала о его плане, поэтому специально уговаривала глупую Соню остаться с ними подольше. Парень постоянно менял цвет лица, то бледнея от глупости своей сестры, то краснея от цепких насмешек Морганы. Это жутко забавляло девушку. Лучше, чем дурацкие слюнявые поцелуи, которыми так спешил заняться с ней Миша. Девушка злобно пнула веером ветку, подбирая подол платья и надевая вуаль на лицо. Ей казалось, что злость на Eugène, пришедшую чуть позже и прогнавшую близнецов, не исчезнет так быстро. Глупая старая женщина, которая сидит и мечтает, что чудо свершится и она сама наконец-то выйдет замуж! Почему бы не сидеть и тихо надеяться? Зачем все эти непрошеные советы? Кому они нужны! Моргана совсем не заметила, как прошла мимо памятника писателя со зверями и свернула на еле заметную тропинку. Не долго думая, молодая княжна продолжила свой путь и оказалась в высоких зарослях. Моргана злобно фыркнула и принялась напролом лезть через траву и ветки. Ну не возвращаться же к этой нахалке! Наконец-то, приложив немного усилий, девушка оказалась по ту сторону бурьяна, отряхивая платье. В итоге, она получила то, что хотела. Моргана подняла голову и сразу увидела выход из парка. Она никогда не была в этой части сада. Дорожки здесь были немного заросшими и не особо тщательно убранными. Краска на лавочках потрескалась, дерево наполовину сгнило от сырости. Здесь, скорее всего, гуляли петербуржцы среднего и низшего достатка. Мимо ворот прошёл, громко чихнув, какой-то мужик в рваной куртке. Моргана огляделась и встретилась с удивлённым взглядом девушки, сидящей на лавочке, самой близкой к этим злополучным зарослям. Она выглядела довольно опрятно, но очень скромно. Её клетчатое платье было ей почти как раз, но по аккуратным заплаткам можно было догадаться, что это её единственная парадная одежда. От старой шляпки осталось одно название. Носок ботинка, который торчал из-под края её платья, выглядел пожелтевшим и обшарпанным. Впрочем, одежда никак не уродовала миловидное смуглое личико её хозяйки. У девушки были очень яркие и живые глаза, которые в этот момент неотрывно смотрели на княжну в её элегантном платье, с зонтиком и вуалью, словно на сказочную фею, вышедшую из леса. Каштановые волосы той девушки мягкими колечками спадали на плечи. Моргана издала смешок и осторожно подошла к ней. - Не каждый день увидишь, как из кустов выходят люди, - княжна взглянула на колени девушки, на которых лежала книга, - Не подскажете, пожалуйста, этот выход на какую улицу ведёт? - На набережную Мойки, - тихо сказала незнакомка, закусывая нижнюю губу и захлопывая книгу. - Что читаете? - Моргана приподняла вуаль и широко улыбнулась, - Не думайте, что я какая-то сумасшедшая. Просто я уже давно не читала чего-то стоящего. Это любовный роман? - Я не думаю, что вы сумасшедшая, хотя несколько минут наблюдала, за тем, как вы пробирались через кусты, - Девушка звонко засмеялась, и на её щеках появились очаровательные ямочки. Моргане ничего не оставалось, как засмеяться вместе с ней. - А название я вам не скажу. Это мой секрет, - девушка тут же стала серьезной. Княжне стало казаться, что этот тёплый взгляд одновременно греет душу и видит всё насквозь. Такие юркие глаза не забудешь никогда. - Значит, точно любовный роман. - Ничего подобного! Они снова вместе засмеялись. Моргане показалось, что этого смеха ей не хватало всю жизнь. - Я Моргана. Я очень рада, что вас встретила. Надеюсь, я не сильно напугала вас, когда сбегала от прилипчивого ухажёра, выбрав не лучший путь к отступлению. - Я Гвен. Не бойтесь, я не из пугливых.

***

Мерлин с силой толкнул дверь чёрного входа и вошёл внутрь особняка. У него не было сил даже мысленно пожаловаться на усталость. Он не спал почти целые сутки. К концу дня Мерлин всё-таки вспомнил, в каком заведении он пил, но его потрёпанный кафтан там никто в глаза не видел. Он как сквозь землю провалился, да вместе с письмом. Парень со вздохом принялся подниматься по лестнице, чувствуя, как вместе с половицами скрипят его уставшие от долгой беготни колени. Мерлин почти поднялся к себе в комнату, когда в узком пролёте с вскриком столкнулся с чей-то фигурой. Силуэт девушки в тени дрожал, словно она запыхалась от быстрого бега. - Настёна? - Мерлин протёр глаза и уставился в круглые от ужаса глаза служанки, - Что такое? - Господи! Он меня напугал! Так испугал! Так испугал! - зубы Настёны стучали в такт её причитаниям, - Разве можно так пугать людей? Разве можно?! Господи! - Что случилось? Успокойся! Расскажи поподробнее. - Я... я в своей комнате поставила таз... и стирала простыни, вдруг поднимаю голову и вижу в отражении его! Его! - Кого? - Мерлин, допытываясь, тряхнул девушку за плечи. - Человека в цилиндре с перьями! - Кого? Алексея Павловича? - Нет! - Настёна попыталась высвободиться, - Нет! Это призрак! Призрак! У него ещё кровь! Вот здесь! На шее! Господи! Мерлин тяжело вздохнул. - Успокойся, Настёна. Тебе, скорее всего, просто почудилось. Призраков не бывает. - Ещё как бывает! Я уже видела его раньше! Он был тут давно давно... - Успокойся! Ты просто переутомилась. Настасья, послушай! - Мерлин ещё крепче сжал плечи девушки, смотря в её испуганные мокрые глаза. - Как ты меня назвал...? - Послушай... Ты же что-то видела, когда убили Авдотью Ильиничну? Ты знаешь, что её убили, верно? Что ты видела? Мне нужно знать! Девушка, побледнев, посмотрела на него так, словно увидела самое страшное существо из ада. - Давай, скажи... - Я ничего не знаю! Ничего! Ничего! - Настёна внезапно сорвалась на истошный крик и оттолкнула парня от себя, - Я ничего не знаю! Ничего! Не знаю! Не знаю! Если бы не перила, за который Мерлин успел ухватиться в последний момент, он упал бы на лестницу и сломал себе шею. Девушка стремглав побежала вниз по ступеням и вскоре скрылась из виду. Парень тяжело вздохнул и оглянулся. Сбоку на него неотрывно смотрели Митины глаза. - Здравствуй, Мерлин, - он улыбнулся, проходя мимо. - Здравствуй... брат. - Брат? - Митя удивлённо посмотрел на него, развернувшись, - Какой брат? - Ты... ты, дурак, когда мне бутылки вернёшь? - Мерлин почувствовал, как пот стекает по его спине, а сам он с удивлением отметил, как же хорошо он врёт, когда появляется ощущение, что сейчас от испуга он скончается на месте. - А-а, бутылки из-под твоего самогона? Зайди сегодня вечером, отдам. - Сегодня не могу. - Тогда завтра? - Да. - Тогда до завтра, - Митя улыбнулся, скрываясь внизу под лестницей. - До завтра, - Мерлин облегчённо выдохнул и развернулся, хватаясь за голову. Всё, хватит на сегодня тайн. Ему срочно нужна хотя бы минута сна. Пройдя несколько ступеней, парень наконец-то добрёл до своей комнатушки и сразу же свалился на постель. Откуда-то с чердака послышался скулёж, а затем противненький смех. Но перед тем, как провалиться в сон, Мерлин успел только зажмуриться в попытке прогнать эти звуки из головы.