Настоящая история

      К концу урока Ричард уже успел забыть о том, что к нему кто-то подходил и что-то там обещал. Он думал только о скорейшем уходе домой, поэтому школьные принадлежности в его рюкзаке оказались раньше, чем у одноклассников, отвлечённых разговорами. Ричард широким шагом покинул кабинет и направился по коридору, заполненному школьниками, к лестнице. На ней он столкнулся с Гэвином, который ухватил его за руку и потащил за собой вперёд быстрее. Толпа ребят на лестнице не давала им проходу, но юркий, шустрый мальчишка небольшого роста легко проскальзывал между всеми и тянул за собой рослого новенького. Ричард не противился, наоборот, весело улыбался, наблюдая за тем, как Гэвин успевал говорить встречным:       – Простите! Извините! Дорогу!       Гэвин вывел мальчика постарше на первый этаж и поспешил к запасному выходу, чтобы во всей этой суматохе торопящихся домой школьников им удалось скрыться и пойти по домам вдвоём. Мысли проносились у Ричарда в голове так быстро, что он не успевал уловить хотя бы одну. Он просто старался не отставать.       – Теперь ты мне расскажешь, почему тебе грустно? – Гэвин отпускает руку новенького и поправляет на своих плечах лямки рюкзака, который явно был для него тяжеловат.       – Хочешь, помогу с сумкой? – Ричард намеренно хотел сменить тему и не нашёл ничего лучше, чем обратить внимание на то, что он мог спокойно нести свой рюкзак в одной руке, а Гэвин с трудом справлялся с тем, чтобы тащить на спине.       – Не, я сам, – мальчик фыркнул и пошёл вперёд. Ричард без вопросов последовал за ним. – Я не девчонка, чтобы за меня сумки таскали, – он воображал из себя сильного, способного на многое парня и не хотел выходить из образа. – Лучше скажи, почему ты ревел у окна? – на вопрос, поставленный не очень хорошо, Ричарду отвечать не хотелось. Но, к счастью, до него дошло, что Гэвин не отстанет.       – Это первый мой день рождения без родителей, – на этом Ричард мог закончить, если бы Гэвин не был любопытным ребёнком.       – Давай мы пойдём ко мне домой? И ты мне расскажешь, куда уехали твои родители, – он стал идти спиной вперёд, чтобы улыбнуться новенькому, который снова выглядел грустным и явно сомневался в том, стоит ли ему сейчас идти за Гэвином и затем делиться с ним важными вещами. Ричард не прятал глаз от мальчика, но и отвечать согласием не торопился.       – Мой брат будет волноваться, – у Ричарда нашлась причина для отказа.       – Твой брат не узнает, если ты скажешь, что пошёл в библиотеку, – Гэвин хитро улыбается и спешит поравняться шагом с собеседником. Теперь они шли почти нога в ногу. Пока Ричард делал один шаг, Гэвин – два.       – Я не люблю обманывать. И моему брату сегодня тоже грустно. Я пойду домой, – чтобы избежать возражений, Ричард ускоряет шаг и даже переходит на бег, когда они минуют ворота. Он перебегает через дорогу, не оглядываясь по сторонам, и движется вдоль маленькой улочки, после которой начинался подъём на холм.       Гэвин смотрел бегущему от него мальчику в спину и хмурился от раздражения. Он не мог понять, почему Ричард не захотел с ним пообщаться, рассказать обо всём, что тревожит, и просто хорошо провести время. Теперь Гэвин сомневался, что им удастся подружиться. Ричард не выглядел, как человек, которому нужны друзья, но Гэвин был уверен, что без друзей любому будет грустно, хоть Ричарду, хоть не Ричарду. Сдаваться было не в его стиле. Именно поэтому он снова поправляет лямки на плечах и бежит туда, куда побежал новенький. Он знал, что не догонит Ричарда, но всё равно хотел увидеть, где тот живёт. "Я приду к нему в выходной с комиксами, и никуда он не сбежит!" – думалось наивному ребёнку со светлой, не замутнённой невзгодами душой. Он горел энергией и любовью к людям, когда любой другой на его месте отказался бы это делать из своих убеждений. Гэвин же был убеждён, что хорошо разбирается в людях, что он может помочь каждому. И сейчас он хотел помочь новенькому, который заливался слезами на переменах и никогда ни с кем не общался. "Может, он стесняется всех? И все стесняются его?" – успевал думать Гэвин на бегу.       Маленькая улочка привела Гэвина к широкой лестнице, по бокам от которой были редко расставлены пустующие под конец осени скамьи. Лестница скрывалась в тени засыпанных мелким снегом деревьев и вела на вершину холма. Гэвин, одетый не по погоде, совсем не мёрз, потому что в его возрасте не принято обращать внимание на холод, тем более осенний. К тому же, он набегался и по ступенькам уже не бежал, а весело проскакивал. Ричард, оторвавшийся от навязчивого мальчика, поднимался быстрым шагом. Гэвин издалека мог видеть, как вздымались полы его пиджака. У них не было шанса поравняться, но зато Гэвину удалось увидеть, куда Ричард сворачивает на перекрёстке, когда поднимается по лестнице и проходит вперёд по улице. Ричард сворачивает направо, а Гэвин идёт за ним и видит, около какого дома стоит чёрный городской внедорожник, в который Ричард садится, закинув рюкзак, на заднее сидение. Дверь за ним закрыл незнакомый Гэвину взрослый парень, видимо, брат Ричарда. Он был одет в костюм и был злым и уставшим на вид. Гэвин остановился в трёх метрах от дома Ричарда, когда машина выехала на дорогу. "Был бы у меня велик или скейт, я бы точно догнал их", – думает Гэвин и топает от досады ногой по тротуару, прежде чем развернуться, преодолеть весь пройденный путь обратно и пойти домой знакомым путём.       Однажды и у него с Ричардом будет знакомый путь.