Любовь над "Линкин Парком"

Несмотря на свой возраст, Майк ни разу не выбирал рождественские украшения самостоятельно. Вернее, не выбирал до данного момента. Он сам не понимал, как так вышло. Они с Честером смотрели «Рождественскую историю» по телевизору, а потом как-то сразу начали строить планы по украшению его квартиры к празднику. До Рождества оставалось две недели, а значит, у них было полно времени. Майк бросил взгляд на тележку с покупками. Они пробыли в торговом центре уже почти полтора часа. Сначала они отвлеклись на снеки, набрали вишню в шоколаде, карамельные трости, а также две упаковки арахисовых M&Ms в рождественских обертках. Только после этого они добрались до раздела с праздничными товарами и выбрали там скромную елку, такую, чтобы поместилась в углу зала. Затем они перешли к гирляндам. Майк улыбнулся, глядя, как Честер изучает разные их виды. - Какие хочешь? – спросил он. – Белые или разноцветные? Честер стоял, сунув руки в карманы зеленого теплого пальто. - Мне кажется, сначала надо вникнуть, что мы с тобой за люди. – Он взял в руки упаковки с разными гирляндами и повернулся лицом к Майку. – Мы белые и пушистые? А может, радужные? Майк никогда так не веселился во время шопинга. Обычно он заходил в продуктовый или любой другой магазин, чтобы как можно быстрее выбраться обратно. Взять то, что необходимо, и вернуться домой. Но выбирать вместе с Честером конфеты и украшения, как оказалось, было очень весело. Глаза Честера сияли в свете ярких потолочных ламп, а из-под черной шапочки торчала одинокая светлая кудряшка. Но не только милый вид Честера был той причиной, по которой у Майка от счастья шла кругом голова. Честер и дома выглядел очаровательно, так что дело было не в этом. Дело было в радости, которая светилась в его глазах. В том, как они обсуждали каждую мелочь, которую складывали в тележку. В том, как они бок о бок перемещались по магазину: Майк ехал в своем кресле, а Честер толкал тележку. В том, как Честер клал руку ему на плечо и сжимал его, а при каждой остановке гладил его по шее. В том, что прямо сейчас им предстояла полномасштабная дискуссия по поводу гирлянд и того значения, которое они для них имеют. Для Майка все это было совершенно новым миром. - Трудный вопрос, - задумчиво сказал он. – В любой другой ситуации я бы отказался от радуги. Но мне не особенно нравится белая гирлянда. У мамы всегда такая была, и мне всю жизнь казалось, что это скучно. Однообразно как-то. - А у меня дома никогда елки не было, - признался Честер. - Что, правда? - Мама этим не интересовалась, а у папы на такие вещи не было времени. Но по телеку я елки видел. И в магазинах. – Он повернулся и указал туда, где посреди магазина стояла украшенная елка. Майк поверить не мог в услышанное. Он был уже взрослым, и в последние годы не ставил елку для себя одного, но то, что у Честера не было елки даже в детстве, казалось ему неправильным. - То есть, вы не отмечали Рождество? – спросил он, стараясь говорить как можно деликатнее. - Отмечали, - заверил его Честер довольно грустным тоном. – Просто елку не ставили. Моя мама была против самой идеи того, что надо пойти и срубить живое дерево, чтобы нарядить его на один месяц, а потом выкинуть. А про искусственные елки она говорила, что они все равно не компенсируют всех вырубленных ради людского развлечения деревьев. Чувствовалось, что Честеру все эти слова мать вбила в голову давным-давно. Это было ясно по его голосу, и звучало душераздирающе. Майк посмотрел на их тележку и искусственную елку, которую они выбрали всего несколько минут назад. - Уверен, что хочешь ее ставить? – спросил он, кивнув на тележку. – Если хочешь, можем и без елки обойтись. На елке свет клином не сошелся. Честер ахнул. - Нет! Нет, я хочу. Мне всегда хотелось елку. И пофиг на мою маму и ее загоны насчет елок, - поморщился он. – Я просто рассказал, что в детстве у меня ее не было. – Он посмотрел на две упаковки с гирляндами, которые держал в руках, и поднял ту, где была разноцветная гирлянда. – Голосую за эту. Обычно мне не нравятся все цвета радуги, но ты прав, белая гирлянда – это однообразно. - Значит, возьмем цветную, - с радостным видом сказал Майк, и Честер положил гирлянду в тележку. – Нам нужно больше, возьми еще две. Одна для елки, а еще две на окно или камин повесим. Честер кивнул в знак согласия и взял еще две упаковки, покосившись на ценник. Идея была хорошая, но дорогостоящая. А мы еще даже до игрушек не добрались. Хочу заплатить половину, но вдруг набежит огромная сумма? Честер придержал свои тревожные мысли при себе. Майк направился в следующий ряд. Им пришлось подождать, пока прочие покупатели выберут игрушки. Там были яркие красные, зеленые, золотистые и серебристые шарики. Маленькие и большие. С блестками и с зеркальной поверхностью. Майк и Честер пересмотрели их все и пожали плечами. Дальше продавались Санта Клаусы, карамельные трости, пряничные человечки, звезды и персонажи мультиков в зимних нарядах. - Все это такое избитое, - прокомментировал Честер, пока они рассматривали фигурку Микки Мауса в шапке Санты и с его же бородой. Майк, не колеблясь, согласился. - Точно. Для нашей елки не годится. - Он огляделся. Кругом были самые обычные рождественские украшения, и они нагоняли на него тоску. Все это так тривиально. Поверить не могу, что тут такой бедный выбор. Он хотел уже предложить вернуться и еще раз посмотреть на серебристые шарики: если выбирать не из чего, то сгодится и это. Но тут он увидел черный шарик в самом низу. – Гляди, черный, - указал он. Честер потянулся за ним. - Круто, - сказал он. Внутри черного шарика было полдюжины белых снежинок. – Смотри, а вот еще один. – Честер перешел к следующей секции и вытаращил глаза. – Майк, гляди! – Он взял в руки три разных шара с разными рисунками: на одном были зигзаги, на другом – горошек, на третьем надпись «С праздником!», выполненная курсивом. - Они просто идеально нам подходят, - сказал Майк. Честер осторожно сложил их в тележку. – А вон белые в черный горошек. – Он указал на следующий ряд шариков. – Можем взять три или четыре черных в белый горошек и столько же белых в черный горошек. - Окей, - согласился Честер и снял пальто, оставшись в одной лишь черной рубашке с темно-зеленой звездой на груди. Он вынул шарики из тележки, положил в нее пальто, чтобы они лежали на мягком, развернулся и достал с полки те украшения, о которых говорил Майк. Ему показалось, что этого может не хватить на целую елку, но точно он не знал. У него ведь не было опыта в подобных вещах. Он посмотрел на ценник черных шаров и скривился. Нетрудно было подсчитать, во сколько они обойдутся, учитывая количество, которое они набрали. - Что такое? – спросил Майк, увидев, что радостное выражение лица Честера сменилось тревожным. - Думаю о том, сколько все это стоит, - честно признался Честер. Майк перевел взгляд с товаров в тележке на полку и ценники. - Не волнуйся, Чез. Все эти вещи будут висеть у меня в квартире, значит, я могу и заплатить. - Но я хочу заплатить свою долю, - настойчиво проговорил Честер, прижав руку к груди. Он понимал, что Майк вовсе не хотел испортить ему настроение, но он и так за многое успел заплатить. Всякий раз, когда они заказывали еду, платил Майк. Они много времени проводили у него дома, так что тратили электричество, воду, еду, и за все это платил Майк. Даже обед, который они съели перед походом в магазин, Майк оплатил, не спрашивая об этом Честера. Просто сказал официантке, чтобы она все включила в один счет. – Давай постараемся слишком много не набирать, ладно? Майк протянул руку, и Честер тут же взял ее. - Хорошо, - пообещал Майк. Он понимал, как важно для его парня иметь возможность вносить собственный вклад. Это было очередным различием между ними, на которое влияло их прошлое. Несмотря на то, что Честер был ограничен в средствах, ему хотелось во все вносить свою долю. Хотелось быть с Майком на равных. – И это наше первое Рождество вместе, - добавил Майк. – Нет нужды покупать все-все. Можем на этом остановиться, а в следующем году купим еще шариков. Или гирлянду. Можем просто понемножку добавлять каждый год. Эта идея Честеру понравилась, и он тут же согласился. Он сам не знал, чему радуется больше: тому, что они не потратят слишком много денег, или тому, что Майк считает, что у них впереди много совместных рождественских празднований. Улыбнувшись, он посмотрел на своего парня, и они медленно выбрались из наводненного людьми торгового ряда. На Майке была плотная черная толстовка. Честер знал, какая она теплая и мягкая, и трудно было удержаться и не обнять Майка. И не поцеловать его в щеку. Или в губы. Или в шею. Или в затылок. Честер улыбнулся, прикусил губу. Он чувствовал, что их ждет хороший вечер. Он уже успел занести к Майку домой свой рюкзак с запасом одежды. Они собирались отправиться домой, украсить квартиру и елку. Потом они хотели поужинать, посмотреть фильм, принять душ и лечь в кровать. Честер живо представил себе все это и понадеялся, что Майк готов принять на себя целое море поцелуев. **** Майк смотрел, как Честер вешает на елку очередной шарик. - Мне кажется, классно смотрится, - улыбнувшись, прокомментировал он, повернул кресло, чтобы взять очередной шарик, и передал его ему. – Мне кажется, вот тут чего-то не хватает. – Он указал рукой, где именно, его парень нагнулся, чтобы дотянуться до нижних веток, чтобы повесить туда шарик, и, не удержавшись, поглазел на его маленькую задницу. Они уже закончили делать покупки, и Майк до сих пор не управился от удивления по поводу того, как быстро им удалось со всем этим разделаться. С елкой у них не возникло никаких сложностей. Они поставили ее в угол у окна, с левой стороны от камина, и это оказалось просто идеальным местом. Там она не мешала и не мозолила глаза, а привносила в квартиру атмосферу теплоты, какую не смогли бы придать ей ни стильный журнальный столик, ни поставленная на видное место статуэтка. Честер легко поставил елку на место, а потом обвешал ее разноцветной гирляндой. Теперь надо было развесить все прочие украшения, и они делали это по очереди, пусть даже Майку было веселее сидеть в сторонке и глядеть, как Честер то наклоняется, то тянется руками к верхним веткам. - Мне нравится вон та штука внизу, - сказал Честер, сделав шаг назад, и указал на красную шелковистую ткань, которой они обернули подставку для елки. - Это называется "юбка", - сказал Майк. – Мама такой елку оборачивала, только у нее она белая. Мне наша больше нравится. - Красная, как кровь, - хихикнул Честер. – Как будто из нашей елки кровь сочится. Майк рассмеялся. - Это прямо в нашем вкусе. Честер согласился и посмотрел, как Майк вешает черно-белый шарик. - Мне в Рождество работать придется, - сказал он, взяв очередной шарик. – Но только до шести, а потом, если хочешь, могу прийти. На другой день магазин закрыт. – На данном этапе отношений он уже не сомневался, что Майку хочется провести праздник вместе с ним, но ведь он его пока не приглашал. Это было их первое Рождество, и Честер понятия не имел, какие у Майка планы на праздник и входит ли в них он сам. Майк чуть откатился от елки, чтобы лучше видеть своего парня. У того задралась футболка: он поднял руки, чтобы дотянуться до верхних веток, и стала видна сексуальная ямочка на пояснице. Майк украдкой улыбнулся. - Я был бы рад, если бы ты пришел встречать Рождество. Честер обернулся. - Окей. Твоя семья собирается вместе перед Рождеством? Или мы будем одни? – За несколько месяцев Честер усвоил, что семья играет важную роль в жизни Майка, особенно когда речь шла о праздниках. - Обычно нет, - Майк покачал головой. – Когда мы с Джейсоном были детьми, то не ложились допоздна. Мама пекла нам рождественские пряники, и мы их ели с эгг-ногом. Джейсон тогда еще не был против сахара, - добавил он со смехом. - Я себе такое и представить не могу, - хихикнул Честер, но тут же посерьезнел. – Значит, твоя мама печет печенье. Ух ты. Хотя, чему я удивляюсь, - добавил он, вспомнив ужин на День Благодарения, которым их угостили у Шинод. Там был домашний пирог и очень вкусное печенье с шоколадом и арахисовым маслом. Джейсон целую кучу этих печенек слопал. И каждый раз жаловался на калории и сахар. Блин, но они того стоили. Такие вкусные. – Моя мама никогда ничего не пекла, - вяло признался он. – То есть, иногда пыталась, но чаще всего есть это не стоило. – Он поежился при одном воспоминании об этом. – Однажды она испекла торт. Мне ко дню рождения. Просто у нее не было денег, чтобы купить готовый. И он был… не очень хороший. – Он пожал плечами. – Но она хотя бы попыталась. Майк кивнул. - Да. Ты умеешь видеть плюсы, - попытался он подбодрить Честера. – Не волнуйся, ты сможешь попробовать рождественские печенья моей мамы. В рождественское утро она нам целую кучу принесет. Честер тут же просиял. - Правда? Класс. Значит, они придут? - Думаю, да, - сказал Майк и вручил Честеру очередной шарик. Он обрадовался тому, что, несмотря на разговор о семье, Честер снова начал улыбаться. – Мы ничего точно не планировали, но, думаю, так и будет. Мы к ним приезжали в гости на День Благодарения, значит, на Рождество они к нам придут. - Классная идея. И как все будет? Просто поужинаем вместе или пообедаем? - Будет обед. Моим родителям не нравится ехать обратно в темноте. – Майк подал Честеру последний черно-белый шарик. – Я пока точно не уверен, что будем есть. – На мгновение Майк задумался. - Обычно мама любит на Рождество есть ветчину. Все это очень похоже на День Благодарения. Будет куча еды, так много, что съесть не сможем. - Голосую за то, чтобы сохранить все, что останется, раз уж обед будет здесь, - предложил Честер и посмотрел на почти опустевшие пакеты из-под покупок. – Вроде бы там последние украшения остались. Майк подъехал к журнальному столику, где лежал последний пакет. Там лежало лишь одно украшение. - Надо эту звезду наверх прицепить, - сказал он, доставая из пакета красно-черную звезду. – Как насчет того, чтобы я предоставил эту честь тебе? Честер широко улыбнулся. Майк физически не мог встать и дотянуться до верхушки елки, чтобы увенчать ее звездой, но мысль об этом даже не пришла ему в голову. Его просто порадовало такое предложение. - Чувствую себя избранным, - сказал он и взял в руки звезду. Он понимал, что задача ему предстоит простая: просто надеть ее на верхушку искусственной елки. Но ему казалось, что это очень важно. - Сдвинь ее немного вправо, - предложил Майк, наблюдая за ним. – Вот так. Смотрится просто класс. – Честер сделал шаг назад от елки, и Майк протянул ему руку. – Чез, иди сюда. Честер повернулся, шагнул к Майку и взял его за руку. Они вместе полюбовались на дело своих рук. На улице уже темнело, и гирлянды на елке и окнах казались еще ярче. - Мы охренеть как круты. Майк сжал его руку. Раз уж его парень сказал, что они охрененно круты, значит, так оно и было. - Это точно. – Он оторвал взгляд от елки и посмотрел на профиль Честера. Светлые кудряшки уже начали отрастать и топорщиться на голове. Майку хотелось поскорее запустить в них пальцы, когда они лягут в постель. Хотелось подразнить языком мочки ушей своего парня, поцеловать его в мягкие губы, пока снаружи валит снег. Представив себе все это, он почувствовал, как его переполняет счастье. Ему до сих пор не верилось, что они с Честером вместе. И что они так хорошо совпадают друг с другом. Во всем, от кино и музыки до еды и книг. Они совпадали почти во всем, а то, что некоторые вещи видели по-разному, только придавали их отношениям баланс. Майк понимал, что все это благодаря их искорке, той естественной связи, которую он не мог бы кому-нибудь объяснить и лишь отчасти понимал сам. До встречи с Честером он думал, что подобные явления – чушь, навязанная ванильными фильмами, в которых все влюблены и счастливы. Майк понимал, что в реальности такого не бывает, что жизнь тяжела и способна подкинуть тебе неприятных сюрпризов. Например, усадить тебя в инвалидное кресло. Лишить твои ноги всякой чувствительности. Но еще жизнь принесла ему Честера, прямо сюда, в квартиру, как подарок на блюдечке с голубой каемочкой. Он и есть подарок, внезапно осознал Майк. Настоящий подарок. И каждый день, что мы проводим вместе, - тоже дар. Даже когда не все идеально, я никогда не должен забывать о том, как мне повезло, что он у меня есть. Пусть даже он тянет за собой багаж. В виде Райана и Феникса. От этой мысли Майк нахмурился. Он ведь тоже вошел в отношения с Честером со своими собственными проблемами. Порой он был упрямым и не всегда поддерживал Честера, когда тому хотелось куда-нибудь сходить и чем-то заняться. За несколько месяцев отношений Майк слишком часто ему отказывал. А еще Майк слишком быстро делал выводы и воображал самое худшее, что только может произойти, погружаясь в самоуничижительные мысли или жалость к себе. Иногда он с головой уходил в собственные переживания и из-за этого вел себя так, словно принимает окружающих людей как должное. На данном этапе жизни он старательно работал над этим недостатком. Благодаря отношениям с Честером Майк понял, как важны окружающие его люди, и он старался показывать им, что знает это. Особенно по отношению к родителям, брату и Брэду. Внезапно Майк подумал о Джейсоне. Его нервировало то, что на днях к нему подкатывал Феникс. А фраза Джейсона перед уходом насчет того, что ему всегда нравились рыжие парни, заставила его занервничать еще больше. Майк сделал глубокий вдох, отпустил руку Честера и вцепился в колеса. - Феникс что-нибудь говорил о том, что на днях произошло? – После того, как все ушли, а они Честером наконец-то смогли посидеть на диване и насладиться остатками пиццы, его парень спустил комментарии Майка о Фениксе и Джейсоне на тормозах. Сказал, что Феникс просто любит потрепаться, и это ничего не значит. Майка это немного успокоило, но не совсем. - Он о нем спрашивал. Причем несколько раз, - признался Честер, почесав в затылке. – И он по-прежнему зовет его Майами. Я ему говорил, что его зовут Джейсон, но он не слушает. – Честер пожал плечами. – Но не сказать чтоб мы много о нем говорили. Просто я иногда говорю, что мы с тобой идем на свидание, или что я пойду к тебе, а он спрашивает, будет ли с нами Майами. А я всякий раз отвечаю, что не знаю. То, что Феникс не раз спрашивал о том, будет ли с ними Джейсон, нервировало Майка. Он еще сильнее вцепился в колеса. - Общение с Фениксом Джейсону на пользу не пойдет, - заявил он, хоть и знал, что Честер и так в курсе его мнения. – Джейсон такой умный, а он с приветом. Джейсону нет никакого смысла тусить с таким, как Феникс. - Феникс неплохой парень, - попытался заступиться Честер. Он понимал тревоги Майка, но ведь Джейсон был взрослым человеком, как и Феникс. – Он ведь убедил Джейсона съесть пиццу. А перед уходом Джейсон научил его говорить какую-то фигню на итальянском, а это просто чуду подобно. Я иногда не понимаю, что Феникс на английском-то говорит, а твой братишка учит его итальянскому. Не знаю я… может, между ними и проскочила искорка. У Майка отвисла челюсть. Ну уж нет. Никаких, блин, искорок между его братом и Фениксом! У Майка чуть мозг не взорвался от мыслей на эту тему, но тут открылась входная дверь, и вошел Брэд. Он снял пальто, повесил в шкаф в прихожей, зашел в зал и вытаращил глаза. На мгновение ему показалось, что он ошибся квартирой. В углу стояла елка, а на высоких окнах красовались гирлянды. Брэд покачал головой, не веря своим глазам. За все те годы, что они с Майком прожили вместе, они ни разу не украшали квартиру ни к Рождеству, ни к Новому Году, ни к дням рождения, ни к Хануке, ни к Хэллоуину, хотя Брэд не раз предлагал это сделать. - Вы елку поставили? – спросил он, едва справившись с голосом, и направился в сторону Майка и Честера. Майк развернул кресло, чтобы сидеть к Брэду лицом. - Да, - с улыбкой ответил он, - но старались не перебарщивать. Мы же не в ванильном фильме про Рождество, где на елке висит миллион шариков, а на журнальном столике танцует Санта Клаус. Мы решили устроить все со вкусом, - добавил он, с довольным видом указав на украшения. Брэд перевел взгляд с улыбающегося Майка на Честера и медленно кивнул. - Да. Смотрится классно. Роб за мной сейчас заедет. Надо приготовиться, - сказал он, указав на свою темно-фиолетовую форму, и, отвернувшись от парочки, пошел по коридору в свою комнату. - Хм, - прокомментировал Честер, стоило им услышать звук закрывшейся за Брэдом двери. – Он как будто расстроился немного. Это что, потому что он еврей? – Честер посмотрел на елку. – Его это обижает, или что? – Он окинул квартиру быстрым взглядом, но никаких атрибутов Хануки не заметил. По словам Майка, Брэд не был таким уж правоверным евреем, так что Честер не знал, в этом ли дело или в чем-то ином. Но ведь Роб-то еврей. Может, все это интересует его глубже, чем кажется Майку. - Да, - согласился Майк и уставился в коридор, где скрылся друг. – Он и правда не в духе. Пойду поговорю с ним немного. – Он взял Честера за руку и торопливо чмокнул в ладонь. – Сейчас вернусь. Ты пока подумай, чего хочешь на ужин. - Самое время подумать об ужине, - улыбнувшись, заявил Честер и принялся собирать все опустевшие пакеты и упаковки, оставшиеся после их рождественского шопинга. Майк направился по коридору. Он знал, что порой Брэд бывает слишком чувствительным, даже чересчур. Но вроде бы ничего не случилось, и оставалось лишь предположить, что реакция друга была связана с чем-то, что произошло на работе. В больнице каких только драм не творилось, и иногда Брэд приходил домой совершенно вымотанным и не в лучшем настроении. И все же надо проверить, как у него дела. Иногда он любит поговорить о том, что происходит в больнице, а порой приходит домой и просто хочет побыть один. Но сейчас придет Роб, так что… не знаю я. Спрошу. Посмотрим, как он отреагирует. Я так расстраиваюсь, когда у него все плохо на работе. Когда у него там кто-нибудь умирает. Они там, похоже, каждый день умирают, а Брэд все это видит. Майк погрустнел, сопереживая другу. Он понятия не имел, как Брэду удается изо дня в день возвращаться в больницу. Я точно знаю, что не вытерпел бы. Он выдохнул, собрался с мыслями насчет того, что ему предстояло сказать, и постучал в дверь. До него донесся голос Брэда, и Майк открыл дверь. Тот стоял на другом конце комнаты, сняв верх формы. Та валялась на кровати, а он стоял, обхватив бледный живот. - Брэд, у тебя минутка найдется? – спросил Майк, помедлив в проеме двери. - Конечно. Только дверь закрой, ладно? – попросил Брэд, указав на дверь. Его не смущало, что Майк видит его полуголым, но ему не хотелось, чтобы Честер, проходя по коридору, узрел его в таком виде. У него были чересчур худые руки, впалый живот. Даже перед Робом ему до сих пор было сложно раздеваться. То, что у его парня были сильные, как питоны, руки и накачанный пресс, никак не улучшало ситуации. Майк, не оглядываясь, заехал в комнату и закрыл дверь. Когда у них случались разговоры по душам, чаще всего это происходило в комнате Майка, но на сей раз вышло иначе. Не спеша, он оглядел тот организованный хаос, который царил в комнате Брэда: одежду, которая валялась и на полу, и на кровати (тем не менее, Брэд всегда помнил, что у него где лежит), и смесь позабытой посуды и безделушек на комоде. Из-за всего этого Майку казалось, что тут слишком тесно. Слишком много всего. Еще до аварии Майк был в гостях у Брэда в его родном доме. У его матери все выглядело примерно так же: там царил организованный беспорядок. Майк не сомневался, что Брэд перенял это свойство у нее. Все идет из детства. У Чеза проблемы из-за того, что с ним творилось в детстве. Брэд копит ненужный хлам. А я… Он задумчиво склонил голову набок. О себе судить было сложно. Они с Джейсоном выросли в одинаковых условиях, у одних и тех же родителей, но были совсем разными людьми. Честер мне то же самое сказал. Что они с сестрой вообще не похожи. Может, мы с ним оба белые вороны в семье. При мысли об этом Майк широко улыбнулся, но тут же одернул себя и прочистил горло. Он ведь пришел сюда поговорить с другом, а не для того, чтобы умиляться тому, что они с его парнем оба белые вороны. Он едва удержался от того, чтобы закатить глаза. Где он, в любовном романе, что ли? Нет, он находится в реальности. Той самой реальности, в которой его друг из-за чего-то переживает. - Я просто хотел проверить, все ли у тебя в порядке, - сказал Майк. Брэд подошел к шкафу с одеждой и невидящим взглядом уставился на свои рубашки. Майку их не было видно, но он не сомневался, что они на месте. Брэду не особенно хотелось говорить обо всем этом. Он ведь уже как-то раз высказался насчет того, что Майк ни разу не захотел пойти с ним в зоопарк, а с Честером пошел, и этот разговор ничего ему не дал. - День был сложный, - ответил он и оглядел свои рубашки и свитера. Им с Робом пора было идти ужинать, и на душ у него времени не оставалось. Это его расстраивало. - Уверен, что дело только в этом? – спросил Майк. Ему хотелось знать наверняка. Он понимал, что иногда с головой погружается в собственные переживания, и ему не хотелось, чтобы Брэд подумал, словно он специально игнорирует его чувства. Или, что еще хуже, что ему на него наплевать. Брэд перевел взгляд на него. На душе было скверно, и он знал, что по лицу это заметно. - Просто… - Он замолчал и снова уставился в шкаф. Достав зеленый свитер, он надел его через голову, расправил рукава и повернулся к Майку. – Просто не ожидал, что ты станешь квартиру украшать к Рождеству. Ты же обычно не хочешь этого делать. - Ты из-за этого переживаешь? Но мы старались не перебарщивать... – Майку не хотелось сейчас убирать новую елку и гирлянды. А то, что Брэда все это может как-то напрягать, просто не приходило ему в голову. Брэд дарил людям рождественские подарки, и ему их дарили тоже. Когда семья Шинод приносила праздничное печенье, он всякий раз охотно ел его. А еще Майк точно знал, что у Брэда где-то валяется шапочка Санта-Клауса. Брэд подошел к кровати, сел на край. Он понимал, что время на исходе, а на нем по-прежнему форменные брюки. Роб должен был прийти с минуты на минуту. Но он понимал, что, если уж заводить честный разговор, то сейчас. - Не переживаю. Не в том смысле, - сказал он Майку, махнув рукой в сторону двери, словно бы указывая на украшения. – Не знаю, может, просто ревную немного. – Он тут же отвел взгляд от Майка и уставился в пол. Щеки у него вспыхнули, он это чувствовал. - Ревнуешь? – переспросил Майк. Брэд обхватил себя руками. – Но почему? Брэд пожал плечами. - Я сто раз тебе предлагал украшения повесить. И ты никогда не хотел. Я всегда старался относиться к этому с пониманием. А теперь ты так рад делать все то же самое с Честером, хотя мне столько раз отказывал. Это немного обидно. Звучит так, будто я ною, - проворчал Брэд и посмотрел на Майка. – Я за тебя рад. Правда рад, - с нажимом сказал он. – Просто я такого не ожидал. Мы с тобой теперь даже и общаемся не так часто. Может, еще и в этом дело. У Майка на душе заскребли кошки. Он понял, что другу его не хватает. Это было приятно, но возникло такое чувство, что он пренебрегает своей дружбой с Брэдом. - Знаю, я провожу с Честером много времени. Но это не значит, что я от тебя отгораживаюсь. А насчет украшений… я этого не планировал, оно как-то само случилось. Извини, Брэд. Знаю, я в последние годы вел себя как козел. И по поводу украшений, и насчет зоопарка. Брэд широко распахнул глаза. Значит, насчет зоопарка он меня тогда услышал. - Хорошо, что вы проводите столько времени вместе. Я с Робом тоже люблю побыть наедине, - заверил он Майка, положив руку на сердце, - а Честер оказался хорошим парнем. Просто у тебя давно не было такого человека, как он, и я привык быть твоим, ну… товарищем. А теперь он твой товарищ, а не я. – Он махнул рукой в сторону двери. Майк не знал, что на это сказать. Он понимал, что все так и есть. До того, как в его жизни появился Честер, даже в те периоды, когда он встречался с другими парнями, именно с Брэдом они куда-то вместе выбирались, смотрели кино и все прочее. Майк осознал, что сам-то вовсе не скучал по совместному досугу с Брэдом, но ему не хотелось в этом признаваться. Выражение лица Майка и повисшее между ними молчание показались Брэду красноречивее слов. Он встал и сказал, что Роб скоро придет, и ему пора одеваться. Они договорились пообщаться на эту тему позже, Брэд улыбнулся на прощание, и разговор закончился. Посмотрев Майку вслед, он закрыл дверь. Выехав в коридор, Майк немного подождал. Мне кажется, он очень расстроился, просто не показывает, до какой степени. Знаю, мы теперь мало тусуемся вместе, но у Чеза на работе непредсказуемый график, так что, как только выпадает шанс встретиться с ним, я им пользуюсь. И не всегда это совпадает с расписанием Брэда. И в любом случае он большую часть свободного времени проводит с Робом, так что он сам сделал свой выбор. Все эти мысли обуревали его по пути обратно в зал, и тут до него донесся стук во входную дверь. Честер подошел к ней и отворил Робу. Майк притормозил. Воспоминания о разговоре с Брэдом были еще свежими. Роб был в форме скорой медицинской помощи: в черных брюках и темно-синей рубашке с короткими рукавами. На рукавах были нашивки, но сейчас они скрывались под пальто. Роб разрумянился, волосы, как всегда, были аккуратно заправлены за уши. - Привет, Майк, - радостно поздоровался Роб. – Брэд уже собрался? - Он еще одевается, - ответил Майк, махнув рукой в сторону его комнаты. - Пойду его потороплю, - сказал Роб. – У нас с ним сегодня смены не совпадают. Мне прямо после нашего с ним обеда на работу ехать. – Он указал на свою форму. Майк посторонился, он направился по коридору к комнате Брэда и постучал. - Сладкий мой, - прокричал он, положив руку на дверную ручку, - ты там готов? – Брэд крикнул в ответ, чтобы он заходил, и Роб, не колеблясь, шагнул за дверь. Брэд, полностью одетый, с убитым видом сидел в изножье кровати. Роб закрыл дверь, подошел и сел рядом с ним, приобняв его за талию. – У тебя вид грустный. Брэд прислонился к нему, наслаждаясь его теплом и силой. Роб поцеловал его в лоб, и ему сразу стало немного лучше. - Не грустный я. Просто пытаюсь смириться кое с чем. – Он погладил своего парня по груди. – Когда у тебя срок аренды квартиры истекает? Роб погладил его по руке через свитер. - Через несколько месяцев. А что? Брэд вздохнул и закрыл глаза. - Да так, - отозвался он, сел прямее и чмокнул Роба в щеку. – Пошли, красавчик, поедим, а потом опять поедешь спасать жизни. – Роб встал, протянул ему руку, и он улыбнулся. С Майком у них все менялось, и Брэд понимал, что нужно принять эти перемены как нечто правильное, естественное. Может, мне тоже надо кое-что менять в жизни. Вполне могу себе представить, как мы с Робом живем вместе. Было бы классно. Но что, если у Майка не сложится с Честером? Если Честер переедет сюда, а потом они расстанутся, что тогда будет? Я бы чувствовал себя козлом из-за того, что бросил его. Эта мысль опечалила его, но он постарался от нее отвлечься. Об этом ему предстояло подумать потом, после ужина с Робом. А может, сначала надо еще немного поговорить с Майком. Ситуация была сложная. Он уже сейчас мог живо представить себе совместную жизнь со своим парнем. Как они просыпаются и пьют кофе по утрам. Как кто-нибудь из них возвращается с ночной смены, ест и ложится спать. В те дни, когда у них совпадали смены, они могли бы уходить на работу вместе. Могли бы вместе выбрать какую-нибудь хорошую квартиру в Логан Сквер. Она принадлежала бы им одним, в ней хранились бы их вещи, и все было бы оформлено в их вкусе. Они проводили бы больше времени вместе. Брэда обуревали смешанные эмоции. Если бы он поселился вместе с Робом, то с Майком они стали бы общаться еще меньше, чем сейчас. Это было бы тяжело.