А кто она такая?

      Барри без проблем и сам придумал бы такой план. Такой заезженный, состоящий от начала и до конца из сплошных клише и такой совершенно неправдоподобный. Поклясться чем угодно! — такой подчеркнуто и откровенно дурацкий план мог бы придумать вообще кто угодно. Просто Кристина сделала это первой.       Стараясь не попадаться никому на глаза, темно-серый кот перебежками добрался до бывшей входной арки Гильдии и спрятался за развалинами, сканируя взглядом толпу и примеряясь, как бы лучше подойти к возложенной на него ответственности. Финни осталась в палатке, запечатав ее вполне сносным заклинанием, которое не только скрыло ее от чужих глаз, но и сделало прозрачно-блестящей как зеркало. Лаппер постоянно ощущал на затылке внимательный зеленоглазый взгляд новоиспеченной подруги, которая одновременно мотивировала его участвовать в столь глупой затее и жутко сбивала с толку. Поежившись от волнения, Барри выглянул из своего укрытия и виновато огляделся. Наступивший день был невероятно унылым и пасмурным; привыкшие к безделью и мягкотелости, гильдийцы не боролись с всеобщей сонливостью и предпочли попрятаться в палатки друг от друга. Печально, конечно, но как же повезло юному магу с точки зрения не вполне одобряемой уловки. Сделав глубокий вдох и заставив себя унять дрожь, слишком правильный и слишком добропорядочный Барри молнией пролетел мимо костра и с разбегу воткнул две лапы в осколки камней.       «Так, а что дальше?» — покосившись назад, Лаппер резко отвел взгляд и выпрямил хребет, затаив дыхание: в лагерь вошло несколько котов, которые могли заметить его в любую секунду. Махнув хвостом, Барри присыпал шерсть пылью, поддерживая необходимую иллюзию. Прочистив горло, кот истошно завопил:       — Помогите! На помощь!       Темные фигуры, едва ступившие на центральную поляну, тут же сорвались с места и побежали к нему. По мере их приближения темно-серый кот ощущал себя все более глупым обманщиком. На крик о помощи спешили Конан, Кэтнисс, шкура которой местами потемнела от спекшийся крови, и Эдвард.       — Что случилось? — с ходу выпалил рыцарь, затормозив совсем рядом.       — На меня… камень… упал… — пробормотал Барри, не глядя ни на кого. От его внимания не укрылось, что Конан бросил быстрый вопросительный взгляд на развалины, поросшие зеленым мхом, и на преспокойно бегущего по валунам паука.       — Как такое могло произойти? Эти руины… — подав голос, Эдди замялся и погрустнел, но заставил себя произнести горькую правду. — Недвижимы вот уже несколько месяцев. Взгляни сюда.       «Оправдывайся!» — резко приказал самому себе Барри, стараясь не отступать от намеченного плана.       — Ну, просто… Я практиковался в левитации, и…       — Посреди лагеря? — недоверчиво уточнила Кэтнисс, сощурив глаз, под которым маячил нехороший глубокий порез.       — Что с тобой? — машинально спросил юный маг, и все присутствующие ответили ему безмолвным взглядом. Спонтанный перевод темы — или даже его неудачная попытка — не произвел хорошего впечатления и не украсил его поступок в глазах других.       — Я… я не знаю, почему это пришло мне в голову! — зажмурившись, Лаппер быстро выпалил первое, о чем подумал. — Просто помогите мне выбраться. Пожалуйста.       — Сейчас. Я только позову Муррци… — слишком поздно осознав сказанное, Конан нахмурился. — Ладно, нам просто нужен маг, который сделает это быстрее и осторожнее. Ты уверен, что не можешь выбраться?       — Я потерял где-то волшебную палочку, — жалобно отозвался темно-серый кот; внутренняя дрожь постепенно набирала обороты.       «Чтоб я еще раз согласился на подобное. Финни умеет врать в сто раз лучше,» — раздраженно стиснув зубы, юный маг, пожалуй, впервые осознал, что у «таланта» чужачки есть и положительные стороны. — «Больше никогда!»       Помолчав некоторое время, гильдийцы переглянулись. Кэтнисс медицинская помощь требовалась явно больше, чем ему, но белая кошка молча терпела и появляла недопустимое участие. На кого — или на что? — она наткнулась в том лесу?..       — Конан, проводи Кэтнисс к лекарям. Я зайду в исследовательский центр, а заодно приведу Кай. Она что-нибудь придумает, — очевидно всеми силами пытаясь сгладить свою бесполезность в данном деле и неосторожность в подборе слов, Эдвард быстро отделился от остальных и устремился к алхимическому уголку.       — Пойдем. Здесь разберутся, — негромко скомандовал Конан и удалился в сопровождении раненой лучницы.       Барри вновь остался один. Ему не хватало ни дыхания, ни слов, чтобы цензурно выразить свое негодование. Все вопросы, связанные с непримиримостью здешних котов и кошек по отношению к путешественнице, отпали разом. Будь он к ней равнодушен, всенепременно тотчас выставил бы ее из лагеря и не пожалел бы. Однако неизведанное чувство держало его по-прежнему крепко. Попытавшись проглотить непростительные заклятья и захлебнувшись в ощущении собственной вины, темно-серый кот опустился на землю и углубился в свои мысли. Больше всего ему не хватало сейчас невербальной связи с Кристиной. Насколько легче было бы контролировать ситуацию вдвоем… Наверное, настолько же, насколько тяжело было обучить Кристи даже самому простому заклинанию. У нее был всегда огромный потенциал… который до последней крупицы подавляло нежелание учиться. Не совсем элементарная лень, но она. Когда Муррцилла сослалась на возраст и мировоззрение чужачки и попросила Барри попытаться найти с этой кошкой общий язык, у них получалось намного лучше. В чем же стало дело, Лаппер не мог ответить достоверно даже самому себе и понять до конца. Всякий раз в голову приходило только одно. Муррцилла учла их похожий возраст, похожий говор, похожий максимализм. Не учла только, что далеко не все подростки одинаковы, а Барри и Финни говорили уже тогда на совершенно разных языках. И едва ли когда-либо сошлись бы, будь у них право выбора…       — Не двигайся, — внезапно раздавшийся прямо над ухом голос заставил Барри дернуться и вернуться в реальность. Одна лапа едва не выскользнула из-под маскировочной «ловушки», но кот вовремя опомнился и торопливо сунул ее глубже. Один из камней сдвинулся с места и по-настоящему рухнул на сустав сверху, заставив вскрикнуть и рвануться прочь.       Неслабая боль пронзила конечность, и Лаппер чуть было не запаниковал, когда лужайку озарил ярко-зеленый свет. Внушительные булыжники с легкостью тополиного пуха оторвались от земли и взмыли в воздух. Выдохнув и обернувшись, темно-серый кот увидел сосредоточенную Кай. Глядя на обломки горной породы необычайно серьезно, кошка мысленно заставила их подняться еще выше и расплавила, превратив в ослепительно горящую магму. Глаза бурой кошки светились сумраком летнего леса, и в них отражались искры пламени, которые с шипением выбрасывала лава. Вытянув вперед лапу, Кай очертила в воздухе плавную дугу, и расплавленная масса легла сверху на руины столбов, принимая вид прежней арки. Той самой, того символа их единства, существования на этом месте прежней Гильдии. Резко отдернув лапу, шаманка погасила пламя, и магма в мгновение вновь стала теми же камнями, но чистыми, добротно отесанными и сложенными в первозданной последовательности.       — Ты в порядке, юный Барри? — как всегда спокойно спросила Кай, опустив на землю посох и переведя таинственные глаза на замершего в изумлении Лаппера.       Бездумно кивнув и совсем прослушав ее слова, темно-серый кот даже не повернул головы в ее сторону. Все его внимание было приковано к первой ступени на пути возрождения Гильдии. Вот, что имела в виду Кристина, когда обещала, что он не пожалеет о своем решении. На это ведь она рассчитывала, когда убеждала его попытаться? Таков был ее план с самого начала? Краем уха уловив тихие шаги, Барри даже не заметил подошедшего Конана. Не произнося ни слова, бурый полосатый кот таращился на входную арку, задаваясь миллионами риторических вопросов.       Почему никто не попытался прежде?       Почему он сам не попытался?       Почему только теперь, а не раньше?       Зачем вообще было искать повод?       Зачем и почему, почему, почему?..       Проигрывать теперь — не в твоем вкусе, верно?       Неожиданно резко вонзившиеся в память слова Кристины заставили рыцаря похолодеть.       Что ты задумала?       Восстановить Гильдию, конечно… Тебе придется играть по правилам…       «Нет, это… Это бред какой-то,» — почувствовав нарастающую головную боль, Конан закрыл глаза и помотал головой. — «Нет, она не могла этого знать, не могла ведь предвидеть. Она — просто малолетняя кошка, подросток… Ведь не могла же…» — отступив на пару шагов назад, рыцарь развернулся и торопливо зашагал прочь. — «… Замолвить пару слов на следующем собрании, как же… До следующего собрания абсолютно все узнают об этом, я окажусь в сомнительном положении… Она понятия не имеет, в какую опасную игру ввязалась… Нет, Конан, ты, наверное, помутился рассудком на фоне таких волнений. Быть такого не может, Кристина еще — вчерашний котенок… Но ведь ты и сам был когда-то котенком. Таким же любопытным, активным… Таким же находчивым, хитрым и… и… предприимчивым и авантюрным…» — сделавшись еще более мрачным, кот покосился на болтающих Кай и Барри. — «Нет! Нет, о чем это я думаю?.. Хотя, в общем-то… Мне придется прибегнуть к крайним мерам».       Тебе придется играть по правилам…       Придется… придется… придется…

***

      Глядя на брезжущий у горизонта рассвет, Анита с удовольствием вдыхала освежающий влажный воздух, чувствуя, как по ниточке расплетается тревожный клубок глубоко внутри, а мысли вновь проясняются. На сей раз полет на метле был даже приятным и занятным. Светка уже начинала постигать суть такой жизни и все ее плюсы.       — Она не погналась за нами, — приоткрыв один глаз, нарушила молчание бежевая пестрая кошка. — Отчего?       — Как бы ей удалось в последствие доказать это? — преспокойно отозвалась Морриган после недолгой паузы. — Хильда — на редкость бестолковая кошка. Но она не отступится от своих сомнительных принципов.       — То есть, благодаря всем остальным ведьмам она сама себя подставила и просто не смогла ничего сделать?       Обернувшись через плечо, Морри посмотрела на свою спутницу пронзительными глазами и усмехнулась.       — Ты быстро учишься.       — В случае погони всегда получается быстрее, — огрызнулась Светка, и обе кошки довольно заулыбались. — Надеюсь, я несильно нарушила твои планы?       — Это шутка? Мне ужасно опостылело каждый год слушать их старческое брюзжание. Они все горазды чесать языками, никто из них — действовать. У тебя прекрасные задатки. Нам всегда нужна свежая кровь. В любое время.       -… Я подумаю над твоим оригинальным предложением. Но для начала… Мы ведь получили то, что хотели от этого путешествия?       — А сама как думаешь? — перекинув развязавшийся шарф через шею, серошкурая ведьма вновь поймала ее взгляд.       — Одно уж точно. Хильда сказала… «Проклятья в этом лесу и так хватает»? Это ведь значит…       — Да. Что бы ни замышляла твоя Кристина, она выбрала плохую компанию.       Жутко смутившись, Света стиснула зубы и нахмурилась.       — Она не моя давно…       — Значит, ты свободна уже?       — Я не… Не в это время суток, — быстро отшутилась пестрая кошка и замолчала, думая о чем-то своем.       Шкурой ощутив ее предельное раздражение, острое одиночество и глубокую печаль, Морриган отступила и перевела тему.       — Я не так давно кручусь в этой Гильдии. Вспоминаю иногда первые дни здесь. Мне было тяжело. Даже очень.       — К чему ты?       — Ты винишь в гибели Муррциллы не ту кошку. Здесь виноваты все. Ты, я… Кристина. И сама Муррцилла в том числе.       — Что ты говоришь! — резко вспылила Светлана, и ее загривок встал дыбом. — Я сделала все, что было в моих силах и даже больше! Что ты вообще знаешь обо мне?! Или о ней… Муррцилла не умрет! Я найду еще способ вернуть ее к жизни, в этом можешь не сомневаться.       — Ты… невероятно предсказуема, Анита, — проговорила отрешенно Морриган после продолжительного молчания как-то разочарованно. Впереди замаячила знакомая поляна, и ведьма сосредоточилась на плавном снижении, взявшись за древко метлы.       — Я никогда не говорила тебе обратного. Всю свою жизнь я была обычной, и — о, неужели? — меня это вполне устраивало. Меня никто не любил по-настоящему, а ты даже не пыталась понять это чувство, чтобы рассуждать о нем. С меня довольно.       — Не горячись, избранная. Ты рискуешь потерять ценного…       — И потеряю. Мне довольно и земли. На земле я хотя бы могу научиться чему-то и принести настоящую пользу. Если для полета нужно рано или ничего, то я лучше никогда не полечу. У меня много дел. Спасибо за этот вечер. — Порывисто соскочив с метлы еще до приземления и сильно подвернув лапу, Света заставила себя молча вынести тупую жгучую боль и стремительно поковыляла прочь. Гнев придал сил даже после бессонной ночи и подсказал единственное правильное решение. Пока нет ничего другого, она действительно должна просто упрямо продолжать. Просто учиться, просто пытаться, просто делать снова и снова, раз за разом. Лучше синица в ладони, чем журавль в высоком небе. Никогда не поздно вступить.

***

      Кристина уже показалась на пороге палатки, когда Барри перескочил через поваленное дерево и начал взбираться на пригорок. Путешественница убедила его перенести свое жилище как можно дальше от чужих глаз хотя бы на время, и теперь темно-серый кот таки-осознал реальную необходимость такого стратегического хода.       — Как я вижу, ты справился с задачей, — проговорила Финни спокойно с легкой полуулыбкой, когда взволнованный и счастливый кот вынырнул из росистых зарослей.       — Ты все обо всем знала? — прямо спросил юный маг. — Зачем тебе было…       — Барри, я — ходячая катастрофа и для вашего фактического лидера, и для колдунской команды… и для всех остальных тоже. Чего можно ждать от вчерашнего чудовища? — перебила его Береговская, посерьезнев.       — Зачем ты хочешь помочь? — выдержав паузу, негромко повторил свой вопрос Лаппер, доведя его до логического завершения. — Я просто не понимаю тебя. Ты будто бы манипулируешь всеми нами, но я не понимаю, какой исход ты видишь. Все это долгое время ты пыталась разрушить наш дом. Потом — спровоцировать крупные ссоры. А теперь ты хочешь все исправить… Почему?       Поджав губы, Кристи вскинула голову и уставилась на него немигающим взглядом. Она не могла так просто сказать, что тьма приказала ей измениться, что заточила ее в незримом диком подземелье до того момента, пока не придет время. Не могла позвать на помощь вслух, объяснить, что общается с ним сейчас лишь через смутное отражение самой себя в зеркале, установленном на вершине лестница в никуда. Настоящая Финни вот уже неделю — по котанийским меркам — блуждала по темному и сырому древнему замку, обращенному в руины, всюду натыкаясь на мутные треснувшие зеркала, покрытые паутиной. Она уже знала, где оказалась, в чью обитель забрела. Когда ее силы истончатся и она потеряет возможность управлять этим каналом связи, в пустынной галерее разлетится вдребезги еще одно стекло, а золотая рамка останется пустой. Она сгорит так, как сгорел когда-то Розмарин, познает, кто есть манипулятор и каково его проклятие, но уже не сумеет поведать об этом. Это лишь одержимость, ее одержимость с закономерным смертельным исходом…       Стиснув зубы, Крис посмотрела прямиком в коричневые глаза Барри. Лаппер глядел на нее терпеливо, выражая искреннее доверие, и был бы готов принять любую произнесенную истину… но только не такую. Обитая в человеческом мире, Кристина не раз смотрела фильмы об укладе жизни в той школе, что здесь звалась Котвардсом и была вполне реальна. Попав в этот мир, Финни не раз слышала обрывки разговоров, доносящиеся из алхимического уголка. Муррцилла клялась всегда, что попытается избежать этого, но правду понимали все: если не найдется способа разгадать замысел тьмы и остановить темную магию, последним спасительным плотом станет уничтожение физического тела. Береговская может признаться Барри, что происходит на самом деле, но тогда еще вопрос, что окажется быстрее — меткая «Авада кедавра» или звонкий хруст зеркал.       — Барри, я… — проглотив свое живое отчаяние и сделав глубокий вдох, Кристи отрицательно покачала головой. — Я в большой опасности. И не могу говорить тебе… никому вообще. Я просто…       Тяжело вздохнув, Лаппер обреченно кивнул.       — Будь по-твоему. Что мы будем делать теперь?       — Нам остается только ждать, — как-то устало проговорила Финни, вновь прячась в палатку. — На данный момент уже не нужно ничего предпринимать. Конан сделает это за нас.       — Конан? Каким образом? — недоуменно подняв брови, Барри прошел следом за подругой, и полог палатки сомкнулся.

***

      Света добежала до палаточного городка за несколько минут — в теле кошки это было даже удобнее — и остановилась только тогда, когда над головой раскинулся знакомый фиолетовый тент. Сволочь. Ярость застилала глаза Аниты и лишала ее здравого смысла; будь чужачка более отстраненной от жизни бывшей Гильдии, она непременно вытворила бы что-нибудь в духе Кристины или избила бы кого-нибудь, но теперь, когда недоверчивые гильдийцы только начали оттаивать, выступать разрушительной силой было нельзя. Сорвав с головы остроконечный ведьминский колпак, Светка отшвырнула его от себя и села на землю, стараясь дышать максимально глубоко. Ей просто нужно успокоиться, только и всего. Эмоциями расследование не продвинешь, как больно это бы ни было. Потерять одновременно новую подругу и самую лучшую подругу было слишком жестоко, но повлиять на сложившуюся ситуацию слезами Краснова уже не могла. Сейчас полностью превратившаяся в кристалл Муррцилла находилась здесь же, укрытая зеленой тканью, и стойкое ощущение присутствия трехцветной колдуньи еще исправно поддерживало особую атмосферу исследовательского центра.       «Все будет, не теряй времени,» — мысленно велела Светлана самой себе и поднялась на лапы, подходя к столу. По рабочей поверхности были раскиданы чертежи и схемы, списки всей информации, которую удалось отыскать, но не удалось проверить. Черная Жуть оставляла превеликое множество следов и не связанных между собой зацепок, но была совершенно неуловима как живое существо или вещество.       — Кристаллы?.. — пробормотала Анита, взяв в лапу лист, на котором были нарисованы составные части теневого минерала и имелись подписи, сделанные каллиграфическим почерком Циллы. Оглянувшись, Светка с большим сомнением посмотрела на кристальное заточение алхимика, но сумела переступить через себя. Расследование не должно останавливаться. Нельзя терять время из-за морали.       Стараясь не глядеть на страшное явление слишком долго, бежевая кошка на мгновение окинула в сторону пыльное зеленое полотно и с усилием отломила от застывшей замшевой мантии колдуньи уголок. Не так много, чтобы нанести вред, но более чем достаточно, чтобы провести некоторые эксперименты. В идеале нужен был стабилизатор, нужна была безопасная сфера, силовое защитное поле, но теперь подобные дополнения были непозволительной роскошью. Если будет нужно, она убьется, но разыщет способ, найдет возможность, будет хвататься за любой шанс. Бросив осколок кристалла в котел, Света достала с полки внушительное алхимическое пособие и принялась за кропотливое создание отвара. Кай предупреждала, что для начинающего это снадобье непосильно, что неосторожность может привести к фатальному исходу, но Светлана просто не могла сидеть в бездействии и ждать, пока кто-то сделает первый шаг за нее. Едва ли понятные слова складывались постепенно в образы, образы — в целиковые картинки, те — в четкие схемы и расчеты. Было глупо надеяться, что расположение предметов на стеллаже хорошо запомнится с первого раза, но Анита не была приучена надеяться на лучшее, она сразу готовилась к самому худшему. Очень даже давно научившись полагаться только на себя и обходиться без всех, привыкнув к ненависти и пройдя через пламя, чужачка не расплавилась подобно воску, но обожглась и стала крепкой подобно отлитому по четкой форме слитку металла. Опасно — рискнем; не рисковать — не жить вовсе. Если не жить, то и не выбраться из омута ни в одном из миров. Это — даже не стиль жизни. Это и есть ее единственная философия.       Полгорсти пыльцы.       Сияющие чешуйки мистического дракона, сушеные волшебные грибы.       Это — нечто большее, чем искусство… Потеряв всякую связь с реальностью,             Света поймала себя на мысли, что уже давно не следит за лапами. Последовательность действий ей подсказывала не книга — кошкой управлял чей-то отдаленный незнакомый голос. Переломив пополам длинный огненный кристалл, нашедшийся на полке, Анита вылила его содержимое в зелье и размешала все металлической поварешкой, параллельно перебирая в голове никак не связанные мысли, пришедшие будто бы из какой-то совсем другой жизни.       Поваленный ураганом лес… что есть яркие цвета? — не всегда любовь-нелюбовь… Харизматическое лидерство. О да, это до боли похоже на нее, это ее. Кристина лишилась этого таланта очень быстро, когда переманипулировала ей. А Светка? Света вообще изменилась с того момента? Она продолжила вдыхать воздух? Или она тогда не пошутила, когда — неожиданно даже для самой себя — накричала на Береговскую? Параллельные миры… Как долго они существовали все здесь и водили человеческих ученых вокруг да около, но не давали огласить большую тайну? Сколько конкретно этот мир пребывает в столь жуткой дисгармонии? Как его обитатели протянули так долго?       Поняв, что машинально напевает что-то себе под нос, Света замолчала и тут же невольно замерла. То, что прежде незаметно, но уютно шумело и существовало вокруг нее, померкло и стихло, окунув кошку в тревожное безмолвие. Сколько она уже здесь? Так увлеклась, что не заметила самого важного?       — Анита? — окликнул голос Кай, раздавшийся почему-то откуда-то сверху. Обшарив алхимический уголок взглядом, Светка совсем растерялась.       Неужели у нее снова галлюцинации? Почему? Ведь она пристально следила за собой последние несколько дней… Вокруг было странно темно. Кажется, такое уже происходило с ней раньше?.. Или не с ней?.. Ощущая нарастающий страх и желание двигаться, Анита потушила огонь и зашагала вперед, постоянно крутя головой в поисках подсказок или объяснения. И что это все значит? Это где это она вдруг? Из прошлых глюков выбраться было проще, всегда хватало одного осознания нереальности… Все окружающее напоминало пыльную, заброшенную локацию съемочной площадки. Здесь когда-то ставили исторический фильм про средневековье? А почему не закончили?.. Да что это, право, все значит?       Света шла по узкому темному коридору. Единственным источником света служили разбитые пыльные окна, такие длинные и узкие, что лапа едва пролезла бы между стен. В скудных лучах кружился мелкими частичками пух, а за оконными рамами маячило совсем белое небо. Шершавые серые стены, набранные грубым, необработанным камнем, укрывали изъеденные молью и временем багровые гобелены с золотой вышивкой, изрезанные холсты, бывшие когда-то чьими-то парадными портретами, потухшие давно факелы. Все сильнее опасаясь звенящей тишины, Анита свернула в первый попавшийся ход и стала подниматься вверх по полуразрушенной лестнице. «Чего ты ждешь от своего поступка» — всегда слишком сложный и зачастую неразрешимый вопрос. Взбираясь под самый потолок, Краснова больше всего ожидала увидеть солнце. Просто крошку солнца в холодном чужом замке, в темнице ее длительных мечтаний. Вопреки всем ожиданиям, лестница привела кошку не на балкон, а в странную асимметричную башню без окон вовсе. Все место, насколько хватало взгляда, занимали пустые мертвые зеркала. Кто-то ударял всякий раз прямо в центр, создавая круглую сеть трещин. Кто-то безжалостно убивал зрелище за зрелищем, ища не то успокоения, не то предательства. А может ли зеркало предать себя? Опасливо приблизившись к одному из них, Света провела лапой по золотой раме и стерла с нее пыль, ощущая могильный холод. В голове тотчас всплыло насмешливо брошенное: «Кого это ты привела к нам? Мертвечина?».       Спонтанно вспыхнувшие перед глазами цветные пятна заставили панически отпрянуть и попятиться. Зеркальный лабиринт обступил кошку со всех сторон, из осколков стекла на полу смотрели на нее сотни незнакомых тоскливых глаз. Ускорив шаг, пестрая кошка бросилась в один из ходов, отчаянно ища спасение из ловушки, но раз за разом натыкаясь на стеклянные стены. Зачем же она пошла сюда? Почему сейчас не уследила за собой? Проскочив в пустую раму, Анита что было духу понеслась прочь и неожиданно выскочила из лабиринта, попав на круглую площадку из гладкого камня. Шепот многочисленных голосов и туманное тихое дыхание смолкли, и Светка получила возможность перевести дыхание. Теперь она оказалась на огромной площади под самым куполом островерхой башни. Из самой высокой точки, где, похоже, крепился прежде шпиль, лился как через воронку золотистый луч. Свет мягко оседал на ослепительно блестящих камнях и грел одиноко стоящий трон, который, кажется, не пустовал?.. Прищурившись, чужачка подошла ближе. На бархатных подушках сидела… Кристина? Ощутив прилив сил, Светлана уверенно зашагала вперед. Хрупкая изящная песочная кошка, вся усыпанная бурыми пятнами и полосками, обессилено спала, слегка склонив голову, увенчанную роскошной короной, вплетенной в уложенные особым образом кудряшки. Да, это точно Финни, ее невозможно перепутать с кем-то еще.       — Кристин, ну наконец-то, — подбежав к трону, Света прикоснулась к прохладной лапе подруги, чтобы разбудить ее, когда путешественница внезапно заговорила, не открывая глаз:       — Я существую ли на свете? — тихий и нежный голос, исполненный смертельной усталости, показался каким-то чужим.       — Ну конечно. Конечно, существуешь. Ты просто спишь, — не пытаясь справиться с улыбкой, с жаром отозвалась Анита. — Где ты пряталась все это время…?       — И есть единственный способ существовать… — туманно проговорила Финни, не обращая никакого внимания на все последующие слова. Она выпрямилась, поднялась со своего места и побрела куда-то, так и не разомкнув век. — Это предупреждение… последнее предупреждение…       В смятении посмотрев ей вслед, Анита не сразу осознала, что видит перед собой. Встав с трона, Кристи направилась к отдельно стоящему зеркалу… Но на полпути рама с ее спящим отражением превратилась в виселицу.       — Нет! Стой! — истошно завопила Светка, сорвавшись с места, и полетела вперед. У нее не было времени подсчитывать, как Береговская оказалась на противоположном конце обширной площади за несколько секунд, за считанные мгновения, но уйти от истины было нельзя. Мчась вперед изо всех сил, подсознательно Анита чувствовала, что никак не успеет предотвратить свой худший кошмар.       Хладнокровно поднявшись на возвышение, Крис надела на шею петлю и встала у самого края надстройки. Задрав голову вверх, Светлана поняла, что подруга оказалась каким-то образом на высоте в несколько десятков метров, а каменная площадка ушла вниз и превратилась для нее в дно пропасти.       — Кристин! — завопила Краснова, и из-за спины путешественницы во времени вдруг очень плавно выпорхнул совершенно бесшумный мягкий вихрь мелкой черной пыли.       Закручивая причудливо гребнями волн, поток ветра сорвал и унес безмолвно крышу башни, открывая безликое пасмурное небо. Раскрыв пасть и будучи не в состоянии сделать вдох, Анита в полной тишине увидела сквозь пелену слез, как ярко переливается в рассеянном свете корона Кристины. Ветер подхватил легкую пеструю кошку и напористо повел по воздуху прочь, а она зашлась беззвучным криком.       Все произошло за долю секунды. Увидев лишь яркие, стремительно сменяющиеся друг другом вспышки, Светка по резкой спирали упала к самой земле и ударилась о покрытую росой траву. В ушах оглушительно захлопали миллионы птичьих крыльев, а глазах все померкло от резких сухих вороньих вскриков. Тут-то ее и подхватила Кай.       — Анита. Ты слышишь меня? — ровно спросила шаманка.       Лежа на спине, Анита уставилась на нее в полном недоумении. Приподнявшись и поглядев кругом, чужачка увидела освещенный дневным солнцем палаточный лагерь, руины Гильдии, потерянных и грустных котов и кошек. Что это все сейчас было? Она уснула? Увидела кошмар? Как это случилось? Все сложнее, чем она думала?..       — Несмотря на мой запрет, ты все же добралась до алхимического справочника, — спокойно констатировала бурая кошка, и Светлана очень хорошо различила в ее голосе намек на негодование. — Очень опрометчивый поступок. Это могло плохо кончиться для тебя.       — Что «это»? — осторожно поднявшись с земли, Света сглотнула, силясь избавиться от сухости в горле.       — Отклонение от рецепта. — Коротко пояснила Кай. — Ты вызвала несколько другое взаимодействие между реактивами и потеряла сознание от паров.       — Я пыталась сделать хоть что-то, — тихо, но очень твердо отозвалась Анита, глядя прямо в ее глаза.       — Ты весьма настойчива. Но я прошу…       — О чем? Не подходить к котлу, а лучше ко всей алхимической станции? Не вмешиваться в исследование? Я не котенок, Кай, и не нуждаюсь в опеке. Ничего этого не существует на самом деле! — в сердцах выкрикнула чужачка. — Ты просишь меня быть как все, бездействовать, но разве так мы сумеем добиться хоть чего-то? Разве мы сумеем решить проблему Финни? Или вернуть Муррциллу? Или вообще спасти хоть кого-нибудь?..       — Сомневаюсь, что мы можем с уверенностью утверждать, что…       — Никто из вас даже не хочет пытаться! Кай, я не могу так поступить. Я не хочу знать, что мы могли бы, но даже не стали пытаться. Если никто из вас не начнет, то это сделаю я. Кристина была совершенно права, когда говорила о том, что вы почти безнадежны только по одному своему взгляду на жизнь. Она искренне пыталась найти с вами общий язык, но каждый из вас погряз в унынии и застрял в прошлом. В жизни не все прекрасно, я всегда согласна с этим. Но ничего не меняя, ничего не изменить. Если Гильдия разрушена, то это еще не значит, что она перестала существовать. На доске квестов еще есть прошения, в алхимическом уголке еще варят снадобья, а коты и кошки еще не забыли имена друг друга. Разве этого недостаточно? Разве об этом Финни не пыталась сказать ни разу?.. Вот что, Кай. Думай и делай все, что хочешь. А я свое решение приняла. Если не ты поможешь мне, то я найду себе другого ассистента. Молча посмотрев вслед уходящей гордо Аните, Кай перевела взгляд на входную арку Гильдии, которую своими лапами восстановила всего пару час назад. Кристина могла быть кем угодно для здешних обитателей, однако Света была так права на ее счет…       Отойдя на приличное расстояние, Светка выразительно выругалась. Злость все еще кипела в ней, но куда сильнее было острое чувство несправедливости. Кай была добра с ней и замечала ее потенциал, однако не воспринимала всерьез, все еще относясь как к малому котенку. Но был в этом лагере кое-кто еще, кто, должно быть, назло остальным и из чувства упрямства думал совсем иначе. К несчастью, именно эта кошка, кроме, разумеется, своеобразного понимания, содержала в себе своеобразный характер, бесивший Аниту до одури. Тихо ворча, пестрая кошка подошла к костру и плюхнулась на свободное место.       — Ты не изменяешь своим привычкам, — натянуто проговорила чужачка, повернув голову к собеседнице. — Ты постоянно следишь за мной?       — Я лишь никогда не теряю важные ориентиры, — уклончиво отозвалась с усмешкой Морриган. — Быстро перегорела? Ты пришла не ради того, чтобы задать этот вопрос. Вернее, ты пришла задать не этот вопрос.       — Права. Снова. — Сделав краткую паузу, Светка хмыкнула, едва заметно улыбаясь. — Ведьмы умеют варить общепринятые зелья?       — Уже теплее. В первую очередь я — не самопровозглашенная ведьма. Прежде я колдунья. А постигая магию, волей-неволей научишься многому.       — Значит, магом можно не только родиться? Ты уверена? — растянув губы в наигранной улыбке, Света тотчас посерьезнела.       — Мы из разных сословий, милая. Поэтому ты здесь, — отвлеченно заметила Морри, как бы подталкивая Аниту к главному вопросу, который та все не решалась задать.       — Из разных сословий, но из одного теста. Кай не верит, что из меня выйдет что-то толковое. Не хочет подпускать меня к ведению дел. — Со вздохом начала Света, постепенно переходя на более деловой тон и внимательно следя за реакцией Морриган. — Следуя твоим словам, мы похожи. И ты достигла неплохих высот. Мне нужен наставник. Такой, который будет действовать, а не ждать. Достаточно опытный, достаточно здравомыслящий и достаточно… И достаточно похожий на тебя. Научи меня алхимии. А я в долгу не останусь.       … Морриган молчала так долго, что Анита уже успела усомниться в адекватности своей просьбы. Безмолвие между ними нарушало только тихое потрескивание дров в костре. А потом ведьма поглядела на чужачку и расплылась в клыкастой и очень двусмысленной улыбке.       — Это весьма недешевая услуга.