Эх, Арсений...

Лёгкий ветерок приятно перебирает темные волосы, в отличие от мальчишеских рук, что треплют пряди грубо, но не больно. Да, эти четверо сидели вместе на биологии лишь четыре с половиной часа назад, но уже соскучились друг за другом. — Я таки требую объяснений, Арс. Как, как долго и нахуя? — Щербаков наконец-то решает выведать у друга ответы на те вопросы, которые не давали ему покоя те двадцать минут, что были потрачены на ожидание и горячую встречу брюнета, — Как ты оказался в хате у историка? Как давно ты туда пришел? И… Бля, да просто: нахуя ты там? — Более подробная формулировка «запросов» последовала тут же, незамедлительно. — Да тут нет прикола, как такового. В общем, у Шаста… — Начинает своё повествование Попов, вдохновлённо вбирая в лёгкие прохладный осенний воздух, как его прерывает Лёша со своим излюбленным «В общем и целом», на что десятиклассник отвечает лишь нахмуренными бровями и недовольным фырком, — Не удивлён, что ты в любимчиках у Воли, Лёх. Так, в общем и целом! — Парень специально делает акцент на фразе, со вздохом наблюдая, как одноклассник довольно улыбается, пока остальные сдерживают смех. Не слишком удачно, правда, — У Антона Андреича ситуация в семье не очень, и Ляйсан Альбертовна попросила отнести ему пакет какой-то. Блять, пакет, точно! — Арсений кричит это так резко, что парни аж врезаются друг в друга, останавливаясь. Старшеклассник в это время достаёт телефон из куртки, открывает приложение, чтоб достать номер учителя, и, зайдя в сообщения, пишет: Арс, 15:03 Антон, я ж принес пакет от Ляйсан Альбертовны! Он в кухне, где-то в углу. Что там-не знаю. Когда мобильный уведомил, что сообщение доставлено, Попов выдыхает, пряча технику в карман, как и руки, и в голове прокручивает последние слова, чтоб продолжить с необходимого места свой рассказ. — А, вот. Короче, это для этого меня Павел Алексеевич просил зайти, да. Вот, а вчера я ещё созвонился с Дмитрием Темурычем, он мне адрес Шаста и дал. Я к нему пошел, так и остался. Ему поддержка нужна была, а я такой же-считай, тоже без родственников, — Слышится неловкий смешок со стороны Лёвы, а остальные предпочли отмолчаться. Тема родителей, и семьи соответственно, была несколько тяжёлой для подростка, и все это прекрасно знали, — И, в итоге, он предложил остаться у него на ночь, и… — Нихуя прикол! Ещё недели не пробыл у нас, а уже водит к себе молоденьких парней в хату, — Комично-осуждающим тоном сокрушается Харламов, пародируя типичных бабушек на скамейках около подъезда, — И Арсюшка попал в его капкан, эх… Потеряли парня, пацаны. — Иди нахуй! Никто никого не терял, — Возмущенный таким словам, Арс толкает друга всем телом, на что получает лишь смех и тычок куда-то в рёбра, — Я ж тут, а? — Под общий хохот корчит рожу, как депутат, и ставит руки по бокам, — Так, блять, упыри, дайте договорить, а потом уже хуйню шутить будете. — Ладно-ладно, продолжай, Пушкин, — Ярко улыбаясь, отвечает Лёва, тут же отвешивая подзатыльник Алексею, который вот-вот собирался снова вставить какую-то херню по русскому. — Вот, так… А, где-то в к двенадцати пришли друзья Антона и Позов, медик который. Бля, пацаны, вы откинетесь, когда узнаете, с кем Шаст дружит! Ну, теперь и я, конечно, — С гордостью добавляет брюнет, вскидывая подбородок к небу, — Лазарев, нахуй! Без приколов, это реально Серёжа Лазарев! — Так-то, по факту, только ты из нас Лазаревым вкидываешься, но тут даже я охуел, честно, — Гарик звучит как-то озадаченно, хотя это и видно по его лицу, которое выражает крайнее недоумение вперемешку с удивлением. — Может тебе в темноте показалось? — Ага, блять, — Фыркает Арс, резким движением головы откидывая спавшую на лицо чёлку, — И за одним столом сидели-показалось, и когда в тур позвал-показалось, и когда Люка гладили-показалось. — Да всё, всё, угоманивайся, сладкоежка, — Лёха в защитном жесте выставляет ладони вперёд, разворачивая корпус немного, в сторону Арсения. — Схуяли сладкоежка? — Ну Шаст же наверняка тебя на конфетку затащил, — Гарик не выдерживает, и смех грохотом разносится по немноголюдной улице, его подхватывает Лёва одновременно с Щербаковым, который уже получил за шутку от Попова, который так же присоединяется к гоготу товарищей. На улице прохладный ветерок, который ласково треплет желтеющую листву на деревьях, солнце потихоньку склоняется к западу, и светит оно не так ярко, как в середине июля, но Петербуржцы не жалуются, потому что начало сентября радовало, на удивление всем жителям, неплохой, малооблачной погодой. *** После недолгого разговора с десятиклассником Антон возвращается в "кружок самодеятельности", где Дима делится последним проигрышем с Серым, который с неподдельным разочарованием ломает брови при упоминании очередного гола в ворота их команды. Лазарев же, самый трезвый из всех, отодвинув стул от стола, ласкал на коленях разомлевшего Люка. — А где Арс? — Поднимает голову певец, прервав этими словами разговор за столом, и теперь три пары глаз смотрели в упор на шатена, ожидая ответа. — А он, это, переодевается. Гулять он идёт, вот и надевает теплое! Хвост, блять, я тебе эти брови выщипаю пинцетом, — Историк хмурится, когда друг начинает недвусмысленно дёргать бровями вверх-вниз, — По одной волосинке буду, чтоб прям больно. — Пиздец, это ты где узнал о такой пытке? Звучит интересно, но заёбисто, — На серьёзных щах Позов начинает рассуждать, к нему присоединяется Серж, и они оба обсуждают плюсы и минусы этой самой "пытки", по выражению Поза. На это Шаст только вздыхает, пододвигает стул к Серёже и, сев рядом, аккуратно поглаживает кота за ушком, получая в ответ довольное урчание, что вибрацией отдавалось во всем пушистом теле. — Я пошел! — Из коридора доносится голос подростка, привлекший к себе внимание всей четверки. — Давай-давай! — Пьяный Матвиенко по приколу прикидывается строгим и недовольным, мол прервали важный разговор, но алкоголь не даёт четко контролировать эмоции, поэтому улыбка расползается по бородатому лицу, выдавая настоящие. — Я ещё вернусь, так что не радуйся раньше времени! — На этих словах хлопает входная дверь, и раздаётся приглушённый топот на лестничной площадке. — А что за пакет стоит около арки? — Сразу после закрытия двери задаётся вопросом Лазарь, кивая на выход из кухни-как раз там покоилась ноша, про которую забыли ещё несколько часов назад. — О, это наверное, Арсений принес, ещё когда пришел. Надо бы глянуть, что там, — Мужчина оборачивается, выхватывая взглядом белый пластик на полу. Вернув голову в исходное положение, тут же сталкивается с тем, что друг в буквальном смысле целует черный лоб пушистого, на что тот не слишком уж и радостно машет хвостом, а передними лапами упирается в грудь, — Понял, не буду мешать романтике, — Смеётся учитель, поднимаясь со стула, и уходит побыстрее, чтоб не получить от собеседника подзатыльник. Подойдя к пакету, он садится на корточки, и руками сразу отодвигает одну ручку, открывая обзор на содержимое. Большая упаковка дорогого какао; брелок с черным пушистым котом, который чертовски напоминал Люка; похожие на брелок наклейки, видимо от той же фирмы; маленькая открытка, в которой написаны слова поддержки маленьким и аккуратным почерком Ляйсан и извинения чуть более размашистым от Паши. Чёрт, а друзья явно не поскупились на подарок, с удовольствием и благодарностью подумал Антон, вынимая пачку с порошком: зарубежная фирма, значит недешево вышло. Вынув наклейки и брелок, улыбка расцвела на лице, и мужчина сразу отклеил одну наклейку от пластины и поместил прямо по центру чехла на телефоне, и с радостью смотрел на красующегося котика. Брелок же было решено повесить на связку к ключам. — Ну, что было в пакете? — Кот уже убежал к миске с водой, поэтому Лазарев вернул стул на прежнее место, не забыв и антонов, на что последний благодарно кивает, занимая его. — Прикинь, огромная пачка какао, причем нихера-себе-дорогого, немецкой фирмы! — С детским восторгом отзывается в мужчине маленький фанат шоколадного горячего напитка, на что друг просто улыбается, мягко поднимая уголок руб, — Ну и по мелочи немножко. Вот брелок, наклейки, — Показывает Антон эти, на первый взгляд, побрякушки, — Очень клёвые, кстати! Поэтому не поделюсь, — Показывает язык, убирая пластиковую пластинку за спину, и смеётся, — И открытка маленькая. Прикольная такая, в форме цветка. — Зуб даю, Ляся выбирала, — Усмехается встрявший в разговор медик, оставляя Сержа наедине с самим собой. — А то! Пашка выбрал бы что-то более простецкое, — Улыбается в ответ Шастун, переводя взгляд на тумбочку, где и лежал предмет обсуждения. — Кстати, Тох, а кто тебе звонил-то? Лица на тебе не было, когда телефон в руки взял, — в какой-то момент к диалогу присоединяется и Матвиенко, который посчитал, что рассуждение о пытке его интересует меньше, чем вопрос, секунду назад возникший в тяжёлой от градуса голове. Историк мысленно вернулся к разговору с Нурланом, в котором последний, по воле судьбы и Жени, сделал Шаста "отцом" пятилетней девчушки, потерявшей маму в столь юном возрасте, а после и отца. — Сабур звонил, — Только на это и хватает мужчину, как Поз буквально расцветает ни с того, ни с сего, вызывая вопросы у окружающих. — Я не проверяю за тебя работы? — Голос звучит до одури самодовольно, хотя даже и вид говорящего полностью показывает, что тот абсолютно уверен в своей победе в утреннем споре. Это вызывает искренний смех у Антона. — Хуй тебе, ёмаё. Там ситуация похуже, и к маме не шибко относится. Больше ко мне и к Жеке с Ярой. — Так, выкладывай, — Хвост моментально становится серьёзным, хмуря широкие брови, и упирается предплечьями на стол, показывая этим одновременно и заинтересованность, и строгость. — Как-то мне не вселяет уверенности, что Женя к этому причастен не в хорошем ключе, — Добавляет Лазарев, отводя взгляд куда-то в сторону. Он уже также не выглядит весёлым, как пару секунд назад. — Ну? — Жека долбоёб, — Предварительно констатирует факт шатен, подпирая подбородок кулаком с прохладными кольцами, — Он отказался от опекунства Яры, и теперь придётся мне, — Небольшая пауза, чтоб собраться с мыслями и выразить оставшиеся детали правильнее, — Стать её опекуном, так как мама сейчас в больнице и не может этого сделать, — И на финал чуть рваный выдох. — Сука. Квартира затихает после столь лаконичной реакции, лишь часы на стене размеренно отбивает механизмом секунды, а машины на улице гудят своим мотором, мчась по асфальтированной дороге. Ни один из присутствующих уже не выражает того веселья, которое было ранее, а эффект от алкоголя словно рукой снимает, потому что мысли стали светлее. Как минимум у Серёжи и Антона, ибо Дима с бородатым другом все ещё казались не сильно серьёзными, а Матвиенко в какой-то момент тихо икнул, чем вызвал смешок у Димы. — Я не ебу, кто о чем думает, — Серж важно приосанивается, закидывая в рот кусок сыра, — Но я думаю о том, какй Жека еблан, и о том, что я буду пмогать Тошке с её воспитанием, потому что наш дрогой друг работает на неебически тяжёлой работе. Кто со мной, чувки? — Поднимает руку он, вслед в потолок направляются ладони Лазарева и Позова. Все были готовы помогать Шасту с маленьким ребёнком, который внезапно свалился на плечи, и это настолько растрогало пьяного Димку, что тот с воплем "Бля, писюны, мы такие охуенные друзья!" начинает реветь в футболку Антона, а тому не остаётся ничего, кроме как гладить по короткостриженной, почти лысой, макушке товарища.