Happy Christmas for the Saints.

      Святым потребовалось несколько часов, чтобы продумать план действий хотя бы в ближней перспективе.       Босс занимался тем, что постоянно ныл по поводу и без повода, так как это был единственный способ слить всю мочу из головы, которая не вовремя туда ударяла.       Джонни разыскивал сначала в отеле, а затем в торговом центре ножи, которые будут служить ему верой и правдой весь следующий путь, ибо ничего другого его не развлекало.       Пирс и Мэтт на удивление друг друга просто спокойно прогуливались, приобретая в принципе не самые необходимые вещи. Тут не было ничего удивительного, они предпочитали подохнуть с голоду, но Мэтт обязательно приобретет платные обои на телефон, а Пирс кашемировый шарф цвета радиантовой орхидеи.       Шаунди оказалась на распутье. С одной стороны она могла пойти за четой Миллер-Вашингтон, делая вид бурной деятельности, а на самом деле выискивая отдел элитного алкоголя и табачных изделий, а с другой стороны где-то бегали Кинзи и Босс, слежка за которыми была куда занимательней. Однако, в процессе, Шаунди приняла дозу чего-то из беспечной молодости, после которой накрутила себя тем, что она опять никому не нужна. И даже кашемировый шарф себе не прикупила.       Босс, не найдя ничего полезного, вышел из торгового центра и посмотрел на кучу фотографов и пожалел о том, что однажды отказался от охраны. По своей глупости он и Олега отправил в отпуск. Последнее, что сказала Кинзи про Кириллова, так это то, что он уехал в свою Россию.       Вот ведь черт. Он что, паникует? Или просто так его организм реагирует на Олега? Позор какой! Босс натянуто улыбнулся, не подавая ни капли вида, что ему неприятно всё происходящее и помахал в камеру.       Через какое-то время ему начали задавать вопросы журналисты, но на такие разносортные темы, что голова его если не шла кругом, так точно переломилась на ста восьмидесяти градусах. Он даже допустил в глубине оставшегося сердца, что соскучился по Джейн Валдерамме, так как она задавала вопросы хотя бы по теме. И сейчас наверняка бы спросила про то, куда же они направляются.       Босс попытался взять себя в руки и подошел к самой, на его взгляд, милой журналистке и начал отвечать на ее вопросы по поводу строительства школ, иных учебных заведений, больниц. А на эти вопросы Кинзи научила отвечать максимально загадочно, ничего не обещая, но и не расстраивая, что ему на самом-то деле плевать. – Да, я, конечно, собираюсь этим заниматься в ближайшем будущем. За это время я прошел путь исправления и уже не такой хам как раньше.       Кинзи подняла вопросительно бровь и саркастически улыбнулась. – Отвали а! – Шаунди побежала от Пирса по лестнице и навалилась на Босса, который как раз в эти секунды и давал самое лицемерное интервью за последнее время. – Да, ебаный в рот! Шаунди! Блять! – Босс повернулся к ней и со злобой осмотрел ее измученное, растерзанное бетоном тело. – Именно сейчас! Именно в этот момент тебе понадобилось идти как курица, да?! – Слушай ты! Я тебе не девочка, чтобы ты так говорил со мной! – Шаунди оттолкнула Босса от себя и пошла к злополучному дому на колёсах, – можешь пойти к Кинзи и орать на нее! – Не буду! – Босс погнался за Шаунди, чтобы хоть как-то смочь ее утихомирить. Джонни выбежал из-за угла, будто ждал именно такой реакции и исхода, и остановил его. – Осади лошадей, – Джонни снял очки, протер их и надел обратно, – вы друзья? Он дождался утвердительного кивка Босса и продолжил. – Вот и заткнитесь, – тот улыбнулся и пошел вслед Шаунди. – Может ты и прав, но я все равно ей сравняю грудь с ребрами! – Босс потянулся и повернув голову, заметил Кинзи, которая любезно отвечала оставшимся репортерам, почему же Президент ведет себя и дальше, как шизофреник и стоит ли ждать от него исполнений всех обещаний.       Все же хорошо, что именно она его пресс-секретарь. Мужчина сложил руки на груди, смотря, как Кинзи точно также продолжает врать о том, какой хороший у них Президент. Но Президент думал не о стране, а о том, когда же ему поставят памятник. Кстати, надо бы позвонить Бену и узнать подробнее.       Минут двадцать Кенсингтон отвечала на тупые вопросы журналистов. Некоторые спрашивали об их романе, другие о действительно важных проблемах. Ей насрать вообще. Она просто вовремя поняла, что дружба, поддержка, высокая должность в правительстве превыше всего остального… Кого она обманула только что? Ей следовало бы это понять сразу после их первого секса. Не важно. Что было, то прошло. Теперь ей нужно было, как-то уйти.       Босс улыбнулся, когда увидел Кинзи, которая его даже не заметила, просто пробежав мимо. Вот так вот бывает, когда на тебя давит общественность и всякие свинки с диктофонами. Гектор протянул руку и улыбнулся, чтобы та дала ему пять. – Спасибо, Кинзи. Считаю, что ты действительно по праву заслужила быть моим пресс-секретарем.       Кинзи устало дала пять Боссу, но из последних сил улыбнулась и, не проронив ни слова пошла к транспорту. Босс пошел за ней, весело распевая, какую-то ересь, даже не зная о том, что все плохое и тяжкое еще даже не начиналось.