Малика с восточного побережья: Хогвартс AU: Пятый курс

Пожирателей, бежавших из Азкабана, — к большой радости студентов Хогвартса, — не сочли угрозой для деревни Хогсмид, куда учеников и отпустили на четырнадцатое февраля. О чём тревожащаяся из-за статьи Малика благополучно забыла и была поставлена Ладой перед фактом буквально в день вылазки. В итоге пригласить Динку Малика не успела, и ей даже пришлось душить росток малодушного довольства таким положением дел. Однажды она уже звала принцессу на свидание, но понимала, что и в этот раз ей было бы страшно, как в первый. Поэтому она собралась было отправиться вместе с Ладой, но та, увидев Динку с Рачёном, немедленно их окликнула и с Маликой на буксире рванула к ним. Динка встретила их неприкрытым недовольством на лице, и Малике захотелось срочно провалиться сквозь землю. Лада, конечно же, ничего не заметила, да её никогда и не волновало, уместно ли её присутствие. — Значит, забыла, — ответила Динка на маликины объяснения. — А я уже подумала было, что... — она не договорила, только глянула на Малику с ещё большей досадой, чем раньше. Первое время они шли вчетвером, но потом Динка с Маликой как-то отстали. Раньше, чем Малика это заметила, Лада и Рачён ушли вперёд, явно увлекшись каким-то разговором, — это было удивительно, учитывая, что ранее оба почти всё время молчали. У Малики с её принцессой диалог тоже складывался — вопреки маликиным опасениям, что она будет слишком волноваться из-за сахарно-розовой атмосферы, и ничего не выйдет. — Кстати, — вспомнила она, — я не успела посмотреть сегодняшний номер, статьи от Аники Тори так и нет? — Нет, — ответила Динка, — и, подозреваю, ещё долго не будет. — Почему? Разве Перси Уизли не нужна работа? — Ты права. Может, и будет... но уже не такая смешная. — Откуда ты знаешь? — Малика... — Динка ближе прижалась к Малике, которую держала под руку, — ты действительно ничего не заметила? — Т-ты о чём? — Если я не ошибаюсь... — Динка покачала головой. — У Перси Уизли могла быть и ещё одна причина покинуть семью. И если это то, что я думаю, тогда ему сейчас вдвойне нелегко. Нет, я бы сказала, что ему в сто раз хуже. — Чем что? — Чем ты считаешь. Далее расспрашивать Малика на всякий случай не стала, тем паче что и Динка быстро переключилась на другие, куда более розовосахарные темы. В деревне они наткнулись на Джинни, которую сопровождал, — что стало для Малики большой неожиданностью, — Ли Джордан. Малике захотелось подойти и спросить, как так вышло, но Динка, заметив её намерение, нахмурилась и буквально силой утащила её в «Сладкое королевство». Минусом этой затеи было то, что Джинни и Ли, как оказалось, направлялись туда же, и Малике пришлось прикладывать усилия для того, чтобы ненароком на них не оглянуться — Динка определённо заметила бы выражение лица, предназначенное не ей. А вот Ладу с Рачёном они, похоже, потеряли напрочь. И если про Ладу было понятно, что она стремилась оставить Малику наедине с Динкой, то от Рачёна Малика подобной тактичности ожидать не могла и не собиралась. В «Трёх мётлах» им удалось занять единственный пустовавший столик, хотя они чуть было не утеряли этот шанс, потому что Малика обнаружила в углу кошку и бросилась её гладить. — На этот раз — никакой Доры, — решительно сказала она, всё-таки усаживаясь за столик. — Только— — А вот и он, — перебила её Динка. Дора с непроницаемым лицом пила кофе, глядя на сидящую к Малике с Динкой спиной Луку. Малика подумала, что за пять курсов ни разу не видела дорину обычную, не похожую больше на ухмылку, улыбку. Впрочем, она и не приглядывалась. Хотя теперь ей было немного интересно, что могло бы заставить вечно прохладную и саркастичную слизеринку улыбнуться. «Например, каким воспоминанием она стала бы вызывать патронуса?» В этот момент Малика поняла, что не знает этого не только про Дору — не знает абсолютно ни про кого, кроме себя. — Кстати, — сказала она Динке, забыв, что «кстати» это было только относительно её мыслей, — я давно думаю, почему моя кошка двухвостая. Она имела в виду своего телесного патронуса, которого справилась-таки призвать. — А, это... Я думаю, дело в том, что у меня японский дракон. — ...Как это связано? — Ну, каким воспоминанием ты вызываешь патронуса? — Н-не скажу. Динка впервые обнимает её. Динка первая предлагает сесть вместе. Динка летит рядом с ней на метле. Динка целует её в щёку. Малика много раз слышала, что для призыва патронуса лучше каждый раз использовать одно и то же воспоминание — для верности; но у неё было слишком много одинаково сладких, чтобы выбирать. — А я, — охотно поделилась Динка, — вспоминаю первый подарок Коко. Книжку про японских мистических созданий. Нам было лет пять, и мне тогда почему-то показалось, что дракон очень похож на Коко. И вот что мы имеем теперь. — Ты действительно его обожаешь, — улыбнулась Малика. — А то! Братья-близнецы, знаешь ли, на дороге не валяются. Тем более такие милые и чудесные. И ужасно умные, ну и красивые, будем честными, а особенно — когда улыбаются... — А кошка что? — чуть неловко напомнила Малика. — А кошка в книге тоже была, — переключилась Динка. — Двухвостая, как у тебя, жаль, не помню, как её зовут. Наверно, мы много общаемся, вот и у патронусы у нас схожие. «Или потому что мой патронус — ты», — мысленно поправила Малика. — Кстати, — заметила она, — если подумать... Драконы существуют, верно? Здесь у нас. И гномы. И эльфы. И лепреконы. Ну, гномы и эльфы не совсем традиционные, но вот драконы и лепреконы — как с картинок, да ведь? — Имеешь в виду, — медленно произнесла Динка, — может быть, что на востоке живут другие, их драконы? — А вдруг?.. — То есть мой патронус... может где-то существовать? Последовала пауза. — А если и существует, что ты сделаешь? — поинтересовалась Малика. — Изловлю и принесу Коко, — улыбнулась Динка. И вновь ненадолго повисло молчание. — Надо спросить у Гермионы, — решительно прервала паузу Малика. — Она записана на уход за магическими существами. Должна знать.