Малика с восточного побережья: Хогвартс AU: Пятый курс

— Петрификус То... — Протего! — немедленно крикнула Гермиона, защищая Гарри, и фиолетовый луч из палочки Малфоя разбился об её щит. «Секунды не прошло, — ошарашенно подумала Малика. — Он знал, что так будет». Гермиона, однако, поражала гораздо сильнее — очевидно не предупреждённая о ходе развития событий, она не только догадалась о том, каким будет пожирательское предложение, но и на моментальную атаку Малфоя так же моментально среагировала. Нужно было что-то делать, и Малика, подключив пресс (как ни странно, уроки пения в магловской школе не прошли даром), крикнула настолько громко, насколько позволяли её маленькие лёгкие: — И своих детей тоже планируете убить? — Хороший вопрос, — лениво ответил один из Пожирателей. — Давайте так: мы убьём всех, кто нам не нравится. А таковых здесь, поверьте, много. — Это блеф, — сообщила принцесса, вместо певческих навыков прозаично используя «сонорус». — Вы все прекрасно понимаете, что они не могут этого сделать. — Хочешь проверить, принцесска? — хмыкнул Пожиратель. Тут последовало ещё одно атакующее заклинание в сторону Гарри, который в этот раз справился отбиться сам. Малика, пока искала заклинателя, заметила, как Динка смотрела на кого-то широко раскрытыми глазами. — Ган... ты чего? — слабым голосом спросила принцесса. Малика нашла Гана взглядом и успела увидеть, как он с мрачным видом качает головой. «Слизеринцы, — Малика мысленно вздохнула. — Наконец показал себя во всей красе». Гарри отбил ещё парочку заклятий, прежде чем Динка спросила: — Если мы отдадим вам Гарри, что вы с ним сделаете? — Динка! — ахнула Малика. В этом Малика оказалась на была не одна. Восклицания, полные осуждения или же (в случае в основном слизеринцев) насмешки, послышались всюду. Подключился со скрипучим хохотом ещё один Пожиратель: — Передадим Лорду, разумеется. А что с ним сделает он... этого мы не знаем. Но, наверно, парочки непростительных заклятий ему не избежать... Или, скорее, всех трёх, — Пожиратель снова изобразил смех. — Империо-то зачем? — буркнула Малика, но её неожиданно услышали на другом конце перрона («И зачем я вообще кричала?»). — Как знать, — ответил ей Пожиратель, — может быть, угостить круциатусом свою возлюбленную? М-м, Гарри? Что думаешь? Даже на расстоянии было видно, что Гарри был белее мела. — Гарри... — позвала его Динка. — Угу, — мрачно кивнул он и медленно побрёл в сторону Пожирателей. — ...А? — спросила Малика. — Какого чёрта! — взвыл Рон, вцепляясь в гаррин рукав. Судя по звукам, его горячо поддерживала добрая половина платформы. — С ума сошёл?! Никуда ты не пойдёшь! — Рон, — тихо одёрнула его Гермиона. — И ты туда же?! — воскликнул он. — Да вы все просто... — Рон, — произнёс Гарри неожиданно холодным тоном, глядя другу в глаза, — отпусти меня. Уизли, тоже белый, как полотно, выпустил было рукав, но, очнувшись, схватился за ладонь: — Можешь мне тут что угодно говорить, но Пожирателям тебя никто не отдаст. — Многие отдали бы, — пробормотала Малика. К счастью, услышала её, похоже, только Лада, недовольно на неё покосившаяся в ответ. Однако Гарри, сделав шаг обратно к Рону, что-то шепнул ему на ухо, и тот после секундного замешательства махнул рукой, а потом бессильно эту руку опустил. Несмотря на многочисленные громкие возмущения, более никто не препятствовал Гарри на пути через платформу. Но где-то на полдороги вновь заговорила Динка: — У нас есть условие. Скрипучий смех чуть не заставил Малику заткнуть уши, настолько омерзительным был звук. — Так вы думаете, что можете ставить условия, госпожа принцесска. Динка эту реплику проигнорировала, продолжая свою: — Ваш Лорд лично явится сюда за Гарри. Или же мы будем драться, и кто-нибудь из вас или ваших детей пострадает. — Ну, это обеспечить несложно, — ответил Пожиратель, продолжая мерзко посмеиваться. — Думаю, достаточно подождать пару минут. А пока... Петрификус Тоталус! Гарри, прошедший сквозь толпу, рухнул на землю. Динка вскрикнула за него и прижала руки к губам, глаза её были широки от ужаса. На неё со смешками оборачивались слизеринцы (Малика поискала глазами Гана, чтобы посмотреть, как себя поведёт он, но не нашла). «Это же не что-то из непростительных, — подумала Малика, — наоборот, чуть ли не самое мягкое, чего можно было бы ожидать. Почему она так реагирует? Она же сама...» Но им не пришлось ждать и двух минут. Появившееся с хлопком создание, уже слабо напоминавшее человека — белая похожая на череп голова, змеиные прорези на месте носа и, похоже, красные глаза, — не могло быть никем, кроме как Вольдемортом. Малика не видела и не ощущала реакцию толпы. Она смотрела на единственного, самого дорогого ей человека — одну из двух здесь, кто видели Вольдеморта не впервые. И этот человек наблюдал происходящее пустыми стеклянными глазами, сильно закусив губу. Судя по всему, несмотря на явление воплощённого напоминания о пережитом ранее ужасе, гордая принцесса Динка даже сейчас продолжала строить планы. Оторвалась от наблюдения Малика только когда услышала первые слова, произнесённые жутким равнодушным голосом, принадлежавшим, очевидно, Вольдеморту: — Акцио Поттер. Тело Гарри рвануло в сторону заклинателя, после чего оно с хлопком исчезло прямо в полёте.